Готовый перевод The Return of the Sword God / Возвращение Бога Меча: Глава 43: Нуждающийся должен действовать

Из уст Нан Хичжу вырвался глубокий вздох.

Её лицо мгновенно просветлело, стоило Пан Ходжину попросить назвать цену, ведь это означало его согласие на продажу. Она невольно схватила Пан Ходжина за руку.

— Послушайте?

— Ах! Простите! Я так обрадовалась, что сделала это не подумав…!

Лицо Нан Хичжу стало пунцовым. Она слишком поздно осознала свою оплошность. В то же время её задело самолюбие: Пан Ходжин сохранял полную невозмутимость, хотя такая красавица, как она, сама коснулась его.

«Я с самого начала знала, что женские чары на него не действуют, но всё равно обидно. А, впрочем, сейчас это не важно».

Нан Хичжу тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Проблема заключалась в том, что все её порывы были как на ладони перед Пан Ходжином. Возможно, поэтому на его губах промелькнула усмешка.

— Я понимаю. Наверное, все в Муриме знают цену этим вещам.

— …И всё же вы намерены их продать?

— Да. Нет ничего плохого в том, чтобы стремиться к силе. К тому же я не добывал их бесчестным путём — я честно приобрёл их. Было бы другое дело, если бы меня принуждали к продаже, но ведь это не тот случай.

— Верно!

Нан Хичжу яростно закивала. В отчаянных попытках стать сильнее нет ничего предосудительного. Напротив, настоящим злом было угнетение и использование слабых. Она не считала, что тот, кто слаб сегодня, должен оставаться таким вечно.

— Однако я не продам их, если цена не будет соответствовать моим представлениям о справедливости. Лично я крайне не люблю, когда пытаются неоправданно сбить цену.

— Я и не собиралась поступать так с молодым господином Паном. Мы ведь не в последний раз видимся, было бы глупо совершать подобную ошибку.

Нан Хичжу широко улыбнулась и вытащила из-за пазухи кошель. Затем она положила на стол денежный вексель лицевой стороной вниз.

— Прежде чем вы посмотрите, могу я спросить об одной вещи?

— Спрашивайте.

Пан Ходжин вежливо кивнул, видя, что она подготовилась заранее.

— Секретный трактат по боевым искусствам Великого Князя Зеленого Леса — это одна книга или несколько?

— В одной книге описаны три техники: техника развития внутренней силы, техника клинка и техника шагов. И на всякий случай скажу: я всё проверил, с ними нет никаких проблем. Речь идёт о немалых суммах, так что я обязан был удостовериться.

— Благодарю вас. А могу я узнать, какие ещё у вас есть боевые искусства?

— Оказалось, не все носят с собой секретные трактаты по боевым искусствам. Всего их около двадцати разных видов. Но ни один из них не сравнится с техниками Великого Князя Зеленого Леса.

Пан Ходжин говорил решительно. Он лично всё осмотрел и мог это подтвердить. Хотя трактаты были по-своему полезны, они не дотягивали до уровня высшего мастерства.

Несмотря на это, Нан Хичжу приняла решение без колебаний.

— Если молодой господин Пан готов расстаться со всеми книгами, я куплю их все.

— Все сразу?

— Да. Это ведь секретные трактаты по боевым искусствам, которые вы сами проверили? Одно это уже придаёт им огромную ценность. Ведь их подлинность подтвердил не кто-то, а сам молодой господин Пан.

— Цена будет весьма внушительной.

— Мы вполне можем себе это позволить. Гораздо лучше потратить деньги на то, в чём уверен, чем покупать кота в мешке, не зная, оригинал перед тобой или подделка.

— Звучит так, будто вы придете ко мне с претензиями, если возникнут проблемы,

Пан Ходжин усмехнулся. Нан Хичжу ничего не ответила на это, лишь многозначительно улыбнулась.

— Что ж, если проблем не будет, то и беспокоиться не о чем. Проверьте сами.

Нан Хичжу достала из кошелька ещё несколько денежных векселей и положила их на стол поверх первого. На её лице сияла уверенная улыбка.

— Ну, посмотрим.

Заинтригованный её уверенностью, Пан Ходжин начал по одному переворачивать и раскладывать вексели. Он делал это так, чтобы и он, и Нан Хичжу могли видеть каждый лист.

— Сразу скажу, я выложила достойную сумму.

— Вы действительно готовы купить их по такой цене?

— Да. Честно говоря, это выходит за рамки моих полномочий, я лишь следую указаниям учителя.

— А она не велела вам торговаться?

— Ни в коем случае. В сделке с торговцем это было бы естественно, но молодой господин Пан — мастер боевых искусств. К тому же вы достигли таких высот, что в столь юном возрасте уже можете считаться основателем собственной школы. Мы обязаны проявить к вам должное уважение. И я не думаю, что эта сделка будет нашей последней.

Нан Хичжу улыбнулась. Пан Ходжин не сдержал смешка, увидев в её взгляде надежду на дальнейшее сотрудничество.

— Значит, это своего рода инвестиция?

— Именно так.

— Не думал, что Союз Хао решит так щедро меня задобрить.

— Вам это неприятно?

— Было бы невежливо отказываться от того, что дают. Если бы сумма была чрезмерной, я бы почувствовал себя обязанным, но такой размер кажется мне приемлемым. Взамен я добавлю кое-что от себя.

Пан Ходжин протянул руку. Стопка секретных трактатов, лежавшая в стороне, внезапно взмыла в воздух и подлетела к нему. На вид их было гораздо больше двадцати.

— Здесь больше книг, чем я ожидала?

— В Союзе Хао наверняка много техник первого класса. Однако, поскольку они получены из разных источников, редко когда удаётся найти идеально сочетающиеся между собой. На их изучение может уйти уйма времени. Поэтому я отобрал для вас те, что лучше всего гармонируют друг с другом.

— Неужели?

Глаза Нан Хичжу округлились от неожиданной щедрости. На самом деле, получить высшее боевое искусство важно, но не менее важна его совместимость с другими техниками. Если изучать технику развития внутренней силы и искусство меча, которые не подходят друг другу, их мощь только уменьшится. Именно поэтому успехи Союза Хао в освоении высших техник были весьма скромными.

— Раз я получил такую плату, мне будет спокойнее на душе, если я сделаю этот ответный жест.

— Спасибо! Огромное вам спасибо!

Глядя на то, как Пан Ходжин собирает в комплекты техники, подходящие к конкретным методам развития внутренней силы, Нан Хичжу не переставала кланяться, её лицо светилось от восторга. Глаза её слегка повлажнели. Ей было бесконечно приятно, что он относится к ней без предубеждения, а такая забота и вовсе тронула её до глубины души. В этот момент симпатия к нему вспыхнула с новой силой.

— Это всё расчёт. Я надеюсь, что эта доброта вернётся ко мне сторицей в будущем.

— Пф! Могли бы и не говорить, я и так всё понимаю.

— Но на всякий случай стоит уточнить. Люди часто не замечают очевидного, если им об этом не сказать прямо. Лучше выразиться четко, даже если это немного неловко.

— Спасибо вам.

— У меня есть одна просьба: я бы хотел, чтобы эти техники не использовались для дурных дел.

Пан Ходжин произнес это искренне. Хотя их прежними владельцами были горные разбойники, он надеялся, что новые ученики будут другими. И еще он всем сердцем желал, чтобы междоусобицы наконец прекратились.

— Так и будет. Кстати, Глава секты Хаомун хотела бы лично встретиться с молодым господином Паном.

— Со мной?

На этот раз Пан Ходжин был по-настоящему удивлен. Сам визит Нан Хичжу уже был событием из ряда вон выходящим. Глава секты Хаомун и её молодой лидер обычно никогда не раскрывают себя и не показываются на людях. И то, что вместо простой переписки она предложила личную встречу, лишило Пан Ходжина дара речи.

— Вы так удивлены?

— Разумеется. Встретиться с ней почти так же трудно, как достать звезду с неба.

— Тут ничего не поделаешь. Слишком много тех, кто ищет встречи с дурными намерениями.

— Я понимаю. Потому и недоумеваю.

— Она сказала, что с молодым господином Паном можно будет поговорить без предубеждений.

Нан Хичжу лукаво улыбнулась, в точности процитировав слова самого Пан Ходжина при их прошлой встрече. Тот, узнав свои слова, усмехнулся.

— Хорошо. Но не прямо сейчас. Встретимся позже, когда представится возможность.

— Вы набиваете себе цену?

— Юная госпожа Нан, при всём уважении, Главе секты будет непросто попасть в поместье Гым, не так ли?

Пан Ходжин сказал это так, будто проявлял заботу о Главе Союза Хао. И в его словах была доля правды. Учитывая осведомленность поместья Гым, тайный визит Главы Хаомун был практически невозможен. Наверняка там уже знали и о самой Нан Хичжу.

— Это не невозможно, но ситуация щекотливая. Скорее всего, они уже знают, что я здесь. Просто не подают виду. Я пришла как гость молодого господина Пана, и цель моего визита ясна. Если бы цель была туманной, попасть сюда было бы гораздо сложнее.

— Именно поэтому я так и сказал. Я планирую остаться здесь на какое-то время, хоть и не навсегда.

— Хорошо. У Главы тоже есть свой график, так что я постараюсь подобрать подходящий момент.

Нан Хичжу слегка пококетничала, давая понять, что не собирается во всем подстраиваться под него. Но Пан Ходжин лишь непринужденно улыбнулся в ответ.

— Я знаю, что вы найдете меня где угодно, но всё же я бы предпочел, чтобы вы предупреждали о визите заранее. У меня слабое сердце, и я каждый раз пугаюсь от таких сюрпризов.

— Быть того не может.

Нан Хичжу решительно покачала головой на шутку Пан Ходжина. Она ни за что не могла с этим согласиться.

— Я не требую, просто выражаю пожелание.

— Конечно, я именно так и поняла. Тогда до следующей встречи.

Получив всё, что хотела, Нан Хичжу одарила его сияющей улыбкой, подобающей её возрасту. Кто-то другой мог бы сказать, что траты были чрезмерными, но она так не считала. И поскольку Глава секты Хаомун наверняка была того же мнения, Нан Хичжу поднялась с места с чувством полного удовлетворения.

— Доброго пути.

— Я пойду.

Нан Хичжу еще раз улыбнулась Пан Ходжину, который проводил её до дверей, и обернулась. Её походка была необычайно легкой.

Несмотря на неожиданный визит Нан Хичжу, в жизни Пан Ходжина мало что изменилось. Он по-прежнему все силы отдавал тренировкам. Однако направление его занятий теперь сильно отличалось от прежнего.

Почти восстановив боевое могущество своей прошлой жизни, Пан Ходжин заинтересовался фехтованием левой рукой.

— Левая рука, значит.

Сидя в позе лотоса в своей комнате, Пан Ходжин рассматривал левую ладонь. Поскольку это был лучший флигель в поместье Гым, здесь были и передний, и задний дворы, а также отдельный зал для тренировок. Но для мастера уровня Пан Ходжина не было нужды разделять тренировочный зал и личное пространство. Гораздо важнее было не то, где тренироваться, а то — как.

— Я использовал её как вспомогательную, когда фехтовал, но никогда не делал её ведущей.

В последнее время Пан Ходжин почувствовал, что упёрся в предел своего мастерства. Несомненно, он был силен. Он почти достиг той Границы мастерства, которой обладал в прошлой жизни, но этого было недостаточно. Восстановление прежнего уровня означало лишь то, что он снова закончит путь взаимным уничтожением.

Размышления Пан Ходжина начались именно с этого. Вернуться к прежним высотам — значило оказаться в той же точке, что и раньше. Хоть он и прогрессировал гораздо быстрее, чем в прошлой жизни, этого всё равно не хватило бы, чтобы сокрушить хотя бы одного из Четырех мировых гегемонов.

Поэтому Пан Ходжин решил изменить подход.

Если наступил застой, нужно заполнить пробелы. Это не означало смену пути. Он лишь хотел доработать то, в чем был слаб. Будучи правшой, он чувствовал себя крайне неуклюже, пытаясь взмахнуть клинком левой рукой.

— Даже если я не освою технику парных клинков, я должен научиться владеть левой рукой в совершенстве.

Взгляд Пан Ходжина стал серьезным. После того как он погиб во взаимном уничтожении с Владыкой Северного Ледяного Дворца, он многое осознал. И одним из этих осознаний стал его собственный предел. Всю жизнь он, будучи правшой, полагался только на правую руку. Все его техники были подстроены под траектории движений правой руки. Конечно, это естественно, но в то же время Пан Ходжин чувствовал в этом свою ограниченность.

http://tl.rulate.ru/book/194921/20590458