Готовый перевод Doomsday Ashes: Last Energy Controller / Контролер энергии в мире пепла и бездны: Глава 2

Слабый предрассветный свет едва ли согревал Остров Ржавого Якоря, лишь делая вечный полумрак, окутывающий всё вокруг, более отчетливым. Высококонцентрированная радиоактивная пыль искажала солнечные лучи, придавая им болезненный, оранжево-пурпурный оттенок, будто само небо страдало от какой-то гниющей болезни. Воздух был наполнен едким запахом ржавеющего металла, резким ароматом озона и ещё более глубоким, неуловимым запахом тления — таков был стандартный фон каждого утра после конца света.

Хуан Лин проснулся в своей «комнате» — крошечном пространстве, переоборудованном из контейнера старого мира. Ледяные металлические стены кололи спину, а тонкое одеяло совершенно не могло защитить от холода, проникавшего сквозь щели. Он сел, потёр вспотевшие от недосыпа глаза и машинально потянулся к ожерелью на шее.

Это было не украшение, а серый, почти чёрный чип размером чуть больше ногтя и толщиной в несколько миллиметров. Он был грубо оправлен в самодельный металлический держатель и надет на прочную синтетическую верёвку. На поверхности чипа не было видно никаких схем или опознавательных знаков, он был холодным на ощупь, и лишь изредка можно было почувствовать неуловимое, слабое тепло.

Это было единственное, что осталось от его родителей. Тридцать лет назад, когда катастрофа обрушения земной коры охватила мир, они, ведущие исследователи энергии в Лиге Наблюдателей, работали в передовой подземной лаборатории. После аварии район, где находилась лаборатория, был полностью поглощён лавой и искажённой земной корой, а в официальных записях значилось лишь сухое «пропали без вести». Этот чип был последним, что они успели передать через аварийный канал перед катастрофой, и его, рискуя жизнью, принёс один из коллег, которому чудом удалось спастись. Больше ничего.

Годами Хуан Лин бесчисленное количество раз осматривал его, использовал все примитивные приборы, какие только смог найти на Острове Ржавого Якоря, и даже однажды, получив редкую возможность, тайно воспользовался более совершенным оборудованием с большого парящего острова. Результат всегда был один: он был как мёртвый предмет, его внутренняя структура, казалось, полностью расплавилась от какого-то мощнейшего энергетического удара, без каких-либо энергетических реакций, считываний или расшифровок. Он больше походил на символ, воспоминание, холодный надгробный камень прошлого и утраты.

Он сунул чип обратно под одежду, ощущая его холод на коже, и принялся за ежедневную подготовку. Надел изношенный, залатанный рабочий костюм из грубого холста, проверил снаряжение: сплавной нож с немного затупившимся лезвием, прочную верёвку, несколько пустых экранированных контейнеров для мелких Кристаллических Ядер, флягу с водой и синтетический питательный паёк, которого хватало лишь на один день. Это было всё его имущество как сборщика мусора.

Толкнув скрипучую дверь контейнера, он увидел перед собой весь Остров Ржавого Якоря. Этот парящий остров был невелик, по форме напоминал ржавый корабельный якорь, отсюда и название. По краям острова слабо мерцал бледно-голубой энергетический барьер, с трудом отражая суровые внешние условия. За барьером бурлили, клубились странного цвета радиоактивные облака пыли, иногда в них мелькали огромные, искажённые тени — это были ужасные существа, обитавшие в Бездонной Полосе. Внутри барьера теснились примитивные лачуги, искореженные остатки металлических конструкций, а также грибные фермы и сборщики влаги, устроенные на каждом клочке земли. Весь остров пронизывало гнетущее, отчаянное дыхание борьбы за выживание.

Люди уже начали двигаться, на их лицах застыло характерное для выживших после апокалипсиса выражение, смесь оцепенения и стойкости. Хуан Лин прошёл по узкой, раскисшей тропе к месту сбора на восточной стороне острова. Несколько знакомых сборщиков кивнули ему, обмениваясь усталыми взглядами.

— Слышал? Показатели энергии барьера опять упали, — тихо произнёс старый сборщик с шрамом на лице. — Старина Цзинь вчера всю ночь дежурил на станции техобслуживания, выглядел ужасно.

Сердце Хуан Лина ёкнуло. Энергетический барьер был жизненной силой Острова Ржавого Якоря. Если он откажет, смертельная радиация и, возможно, скрывающиеся в облаках пыли костегрызы в кратчайшие сроки поглотят всё здесь.

— А запасы Кристаллических Ядер? — спросил он.

— На нуле, — сплюнул другой сборщик. — Те несколько мелких, что добыли в прошлый раз, едва на несколько дней хватит. Прилив был слишком сильным, расход оказался намного выше, чем предполагалось.

В центре места сбора стоял Старина Цзинь, лидер сборщиков. Ему было около пятидесяти, что в век Пепельной Земли считалось преклонным возрастом. Ветер и радиация изрыли его лицо глубокими морщинами, но глаза оставались острыми, как у орла. Он был одет в старый, но хорошо сохранившийся защитный кожаный доспех, на поясе висел крупнокалиберный старинный огнестрельный пистолет — на этом острове, где энергетическое оружие было редкостью, это уже было верхом вооружения.

Увидев, что собралось достаточно людей, Старина Цзинь прокашлялся, и шум мгновенно стих. Все взгляды обратились к нему.

— Ситуацию вы знаете, — голос Старины Цзиня был хриплым, но сильным, без лишних слов. — Энергии барьера недостаточно, а радиационные приливы, похоже, и не думают ослабевать. При таких темпах, максимум через три дня мы все станем жареным мясом, или, что ещё хуже, закуской для тех чудовищ снаружи.

В толпе послышался ропот, страх распространялся, словно материальная субстанция.

— Хныкать бесполезно! — рявкнул Старина Цзинь, подавляя волнение. — Хотите жить — идите и зарабатывайте! Сегодня наша цель — Зона Оседания Востока 73. Разведотряд вчера сообщил, что там находится край руин старого города, и прошлый прилив, возможно, вынес на поверхность некоторые глубокие структуры. Шансы велики, но и риск тоже. Это недалеко от Бездонной Полосы, костегрызы там активны, да и местность крайне нестабильна.

Его взгляд прошёлся по лицам всех собравшихся сборщиков. — В этот раз миссия добровольная. Но помните, нам нужны Кристаллические Ядра, которые мы сможем принести обратно, а не бессмысленные жертвы. Нашли — уходите сразу, не пытайтесь прославиться, не вступайте в затяжные бои. Понятно?

Все мрачно кивнули.

— Хуан Лин. — Взгляд Старины Цзиня остановился на нём. — У тебя хороший глаз, и ты чувствительнее других к флуктуациям энергии. Ты возглавишь первую группу. Будешь отвечать за разведку и охрану левого фланга.

— Понял, дядя Цзинь, — Хуан Лин кивнул. Эта «чувствительность» была его тайной, которую он никогда не раскрывал, всегда списывая на опыт и интуицию. Старина Цзинь, возможно, что-то подозревал, но никогда не настаивал.

Отряды быстро сформировались, снаряжение было проверено в последний раз, и через тяжёлый герметичный шлюз они вышли на стартовую платформу на краю острова. Резкий ветер тут же обрушился на них, неся едкий запах радиации, едва позволяя устоять на ногах. Под платформой вместо твёрдой земли простиралась бездонная пропасть, кипящая странным светящимся туманом.

Члены команды по очереди сели в несколько примитивных летательных аппаратов, приводимых в движение мелкими Кристаллическими Ядрами. Эти аппараты могли летать только на короткие расстояния на низкой скорости, их безопасность была под вопросом, но это было лучшее, что мог предоставить Остров Ржавого Якоря.

Хуан Лин в последний раз взглянул на свою шаткую родину позади, глубоко вдохнул ледяной, пропитанный запахом ржавчины воздух и завёл двигатель летательного аппарата. Двигатель издал глухой рокот, корпус затрясся, аппарат оторвался от платформы и скользнул в неизвестное пространство, где смешались полумрак и смерть.

Летательный аппарат осторожно лавировал между каменными обломками разного размера и искореженными металлическими фрагментами, которые были выброшены в воздух во время апокалиптического обвала и теперь удерживались в воздухе остаточной энергией земной коры. Видимость была крайне низкой, счётчик радиации за бортом издавал тревожное, монотонное тиканье. Хуан Лин сконцентрировался, управляя аппаратом и пытаясь расширить своё смутное восприятие. Он пытался «чувствовать» потоки энергии впереди, избегать невидимых, бурных и опасных зон, искать относительно стабильные структуры руин, где могли скрываться Кристаллические Ядра.

Его пальцы бессознательно снова прошлись по чипу на груди. Он был, как всегда, холодным и безмолвным.

Однако, когда его летательный аппарат пронёсся мимо огромного, обугленного куска арматуры и бетона — возможно, из-за какого-то крайне случайного резонанса энергии, возможно, из-за мгновенной, слабой утечки энергии из какого-то глубоко погребённого объекта, вызванной приливом, и которую уловил этот странный чип — в тот момент Хуан Лин ясно почувствовал, как холод, ощущаемый им на груди сквозь одежду, на очень короткое, слабое мгновение дрогнул.

Словно сердце, давно признанное мёртвым, тридцать лет спустя, внезапно, слабо, но совершенно реально, забилось.

Хуан Лин резко застыл, чуть не выронив рычаг управления. Летательный аппарат качнулся, вызвав тихий испуг в коммуникаторе товарища по команде.

— Лин-цзы? Что случилось?

— …Ничего, — Хуан Лин быстро стабилизировал аппарат, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Порыв ветра.

Он опустил голову и с недоверием посмотрел на свою грудь. Чип под одеждой снова был неподвижен. Мгновенное дрожание показалось ему лишь иллюзией, вызванной крайним напряжением.

Но он знал, что это не так.

Это ощущение было невероятно ясным, невероятно странным, совершенно отличным от его обычного смутного восприятия окружающей среды. Оно исходило изнутри этого чипа, очень слабое, но содержащее некую непостижимую закономерность… пульсацию.

Задание Старины Цзиня, кризис Острова Ржавого Якоря, неотложная экспедиция в бездну… всё это по-прежнему тяжело давило на него. Но сейчас в его душе поднимался более глубокий, более личный водоворот.

Лица родителей давно стёрлись из памяти, но этот чип был доказательством их существования. Он молчал тридцать лет, почему именно сейчас, именно здесь он проявил необычность?

Что означает эта необычность? Опасность или… надежда?

Он крепко сжал рычаг управления, костяшки пальцев побелели от напряжения. Когда он снова взглянул на бескрайнюю, полную опасностей сумрачную бездну перед собой, помимо привычной бдительности и острой потребности выжить, в нём зародилась ещё и неописуемая решимость исследовать.

Зона Оседания Востока 73 была впереди, скрытая ещё более плотным облаком радиоактивной пыли. Там находились Кристаллические Ядра, необходимые для выживания, смертоносные костегрызы, и, возможно… первые зацепки, способные объяснить этот чип и даже ту катастрофу, что изменила мир.

Летательный аппарат ускорил ход, без колебаний погружаясь в ту туманную зону смерти.

http://tl.rulate.ru/book/192921/20169625