Готовый перевод From Temple Novice to Reincarnation Buddha: Heart That Rewrites Karma / Послушник, ставший Буддой: Свет сердца против океана кармы: Глава 3

Ночь была чернильной, густой, непроглядной.

Горный туман, вместо того чтобы рассеяться, становился всё плотнее, окутывая Монастырь Ланьжуо зловещей, влажной тишиной. Ветер, пробираясь сквозь щели ветхих строений, издавал скорбные, унылые звуки, будто рыдали неприкаянные души.

Ци Сююйань ворочался на холодной дощатой лежанке, сон не шёл. Мрачные взгляды учеников Секты Иньша, которые он видел днём на рынке, и почти неощутимое, слабое подрагивание стрелки компаса в его кармане, словно колючка, кололи сердце. Хоть он и был простодушен, но не глуп; ощущение, будто тебя мельком окинул взглядом дикий зверь, заставляло спину покрываться мурашками.

Он прислушался. В монастыре стояла пугающая тишина, даже обычные ночные звуки насекомых стихли.

И тут, словно от лёгкого царапанья черепицы, донёсся едва уловимый звук со стороны монастырской стены.

Это был не ветер.

Ци Сююйань мгновенно затаил дыхание, сердце сжалось.

Он тихонько сел, босиком, и, словно кот, подкрался к окну. Через дыру в оконной бумаге осторожно выглянул наружу.

Лунный свет был скрыт густым туманом, снаружи царила тьма. Но он смутно различил на низкой, наполовину обвалившейся монастырской стене две размытые чёрные тени! Тени, слившиеся с ночной мглой, почти неразличимые, если не приглядеться.

Они сидели на стене, будто наблюдая за происходящим внутри монастыря, двигаясь с ловкостью, не свойственной смертным.

Это были те люди из дневной толпы! Секта Иньша! Они нашли дорогу сюда!

Страх, словно холодная змея, оплёл Ци Сююйаня с ног до головы. Он изо всех сил прижал руку ко рту, боясь издать хоть звук, даже дыхание старался сделать как можно тише.

Тени на стене понаблюдали мгновение. Один из них, казалось, сделал знак, и оба, подобно призракам, бесшумно спрыгнули вниз, оказавшись во дворе монастыря. Их цель была ясна – они направлялись прямиком к... Залу Великого Героя.

Они что-то искали!

Сердце Ци Сююйаня подскочило к горлу. Он хотел позвать наставника, но боялся привлечь внимание. Ему оставалось лишь наблюдать, как две тени, словно призраки, замерли у входа в главный зал. Один из них, казалось, снова достал нечто похожее на компас.

Стрелка компаса тускло мерцала в темноте зловещим чёрным светом, указывая внутрь зала, но дрожала беспорядочно.

— Странно, — донёсся еле слышный, приглушённый голос, полный недоумения и нетерпения. — Колебания то появляются, то исчезают, где-то здесь, но в этом разваливающемся храме...

— Ищите внимательно, — отозвался другой голос, ещё более холодный. — Старейшина приказал: лучше убить всех, чем упустить хоть что-то подозрительное.

Именно в тот момент, когда они собрались силой распахнуть скрипучую дверь зала:

— Амитабха.

Глубокий, но спокойный возглас Будды внезапно прозвучал в ночной тишине. Он не был громким, но отчётливо достиг ушей каждого присутствующего, включая дрожащего от страха Ци Сююйаня, укрывшегося в монашеской келье.

Наставник Хуэймин, неведомо когда, уже стоял у двери своей кельи. На нём был лишь тонкий, старый монашеский халат, в руке он держал чётки, отполированные до блеска. Спокойным взглядом он смотрел на незваных гостей.

Два ученика Секты Иньша заметно застыли, резко обернулись, в их глазах мелькнула злоба. Они никак не ожидали, что в этом ветхом монастыре, кроме того юного послушника, окажется ещё и старый монах, да ещё и безмолвный.

— Старая лысая башка, чёрт попутал! — яростно рявкнул тот, у кого было лицо со шрамом, рука уже легла на рукоять меча, и от него начало исходить холодное, злое дыхание.

Наставник Хуэймин, казалось, не ощущал этого давящего злого духа. Он лишь спокойно смотрел на них и медленно произнёс: — Храм наш убог, нет здесь ничего, что могли бы взять господа. Ночь глубока, прошу вас, возвращайтесь.

Его голос обладал странной, успокаивающей силой, и даже Ци Сююйань, прятавшийся в комнате, почувствовал, как страх в его сердце немного отступил.

Но два ученика Секты Иньша, очевидно, не собирались этого слушать. Другой усмехнулся: — Есть тут что-то или нет, узнаем, поискав! Старик, прочь с дороги!

Не успел он договорить, как бросился вперёд, поднимая за собой зловонный поток воздуха. Пять пальцев, словно когти, метнулись прямо к горлу Наставника Хуэймина! Хватка была стремительной и жестокой, смутно напоминая вой призраков.

Ци Сююйань в ужасе чуть не закричал!

Однако, столкнувшись с этой быстрой и беспощадной атакой, Наставник Хуэймин лишь тихо вздохнул. Не уклоняясь, он слегка взмахнул рукой с чётками.

Ни оглушительного столкновения, ни ослепительного сияния.

Коготь ученика Секты Иньша, нацеленный на победу, на расстоянии полуфута от горла Наставника Хуэймина, словно упёрся в невидимую, неосязаемую, но невероятно прочную стену, и дальше продвинуться не смог! Ухмылка на его лице застыла, сменившись изумлением.

Затем, мягкая, но могущественная сила хлынула в обратном направлении. Он издал глухой стон, спотыкаясь, отшатнулся на несколько шагов назад, едва удержав равновесие. Лицо его потеряло всякий цвет, а взгляд, обращённый к старому монаху, был полон недоверия и сомнения.

— Ты...

Наставник Хуэймин по-прежнему стоял на месте, словно просто стряхнул пыль. — Храм наш мал, не вместит великих Будд. Вас двое, прошу, уходите.

Его тон оставался спокойным, но в нём чувствовалась неоспоримая сила.

Два ученика Секты Иньша переглянулись, читая в глазах друг друга шок и опасение. Этот старый монах скрывал свою истинную силу! Не зная, с чем имеют дело, они не осмеливались действовать опрометчиво.

Ученик с лицом-шрамом стиснул зубы, злобно сверкнул глазами на Наставника Хуэймина, затем окинул взглядом тихий монастырь, будто желая запомнить его навсегда. Сквозь зубы он выдавил одно слово: — Уходим!

Они метнулись, и, так же бесшумно, как и пришли, перелезли через стену, исчезнув в тумане и ночной мгле.

В монастыре вновь воцарилась мертвая тишина.

Наставник Хуэймин стоял на месте, глядя в сторону, куда они исчезли, и не двигался долгое время. Ночной ветер трепал его тонкую монашескую рясу, его силуэт в густом тумане казался всё более сгорбленным и одиноким.

Спустя некоторое время он медленно повернулся, его взгляд, казалось, небрежно скользнул по окну кельи, где прятался Ци Сююйань.

Ци Сююйань в испуге отпрянул назад, сердце бешено колотилось.

Он услышал тихие шаги наставника, направляющиеся к келье, затем к двери его комнаты.

— Сююйань, спи, — донёсся голос наставника сквозь дверь. Он по-прежнему был спокоен, но в нём чувствовалась неуловимая усталость. — Завтра... тщательно приберись в Павильоне Сутр. Каждый уголок, ничего не пропусти.

За дверью шаги удалились.

Ци Сююйань, прислонившись спиной к холодной стене, опустился на пол, тяжело дыша. Всё, что произошло этой ночью, было похоже на кошмар. Эти излучающие злобу культиваторы, скрывающий свои силы наставник, и та многозначительная фраза - «приберись в Павильоне Сутр»...

Он смутно чувствовал, что в этом, казалось бы, мёртвом пруду Монастыря Ланьжуо, началось бурное подводное течение. И он сам, похоже, оказывался в самом центре этого водоворота.

Что же скрывается в Павильоне Сутр?

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/190621/19409090