Готовый перевод Junior Sister’s Warning: My Romantic Apocalypse Approaches / Предсказание младшей сестры: романтический апокалипсис не за горами: Глава 15
Было полдень.
Семья Ван устроила банкет в честь брата и сестры из даосского храма Тайпин.
Жэньбао послушно сидела на коленях у госпожи Ван, ожидая еды.
«Тетушка, нет, эта старшая сестрица, старшая невестка семьи Ван, так добра!»
Красивая, говорит мягко, готовит вкусно, шьет красивую одежду, обнимает Жэньбао с радостной улыбкой.
«Не знаю почему, но сестрица Линхуа очень похожа на нее, но ощущения совсем другие?»
— Дорогой брат Гу, я буду звать тебя так же, как и мой муж! — Госпожа Ван, с легкими «гусиными лапками» у глаз, очень достойная и мягкая, улыбнулась: — Когда придете в бюро, не стесняйтесь, считайте это своим домом.
— Ага, ага! Дядя Гу. — Ван Сяомо поспешил согласиться.
— Сестрица, вы слишком любезны. — Гу Чэн сидел на главном месте гостя и улыбнулся: — Мне очень нравится атмосфера дома Ван, как и Жэньбао, я счастлив здесь.
Внизу Ван Линхуа сжимала зубы до скрипа, молчала.
«Как мне это сделать?
Еще не начав, уже появились эти обузы!
Этот дом невозможно терпеть и минуты.
Ван Линхуа превратила горечь в аппетит и принялась за еду.
Под столом пара идеально пропорциональных ног рисовала круги на полу.
«Запланировала найти все места, где ее отец прячет личные сбережения, и продать их матери.
А потом сказать, что в такой-то день и месяц я случайно увидела его выходящим из «Квартала Цветов», переодевшимся, прежде чем осмелился вернуться домой…
И так далее!
После того, как он встанет на колени, скажу, что ошиблась.
«Зачем ты так стремишься породниться?
Дядя… такие обращения, как неловко.
Злит до смерти!»
Гу Чэн странно взглянул на нее.
«Зачем ты меня пинаешь?»
Ван Линхуа поспешно выпрямилась, убрала ноги, плотно сложив их вместе, и, покраснев, тихо сказала:
— Простите.
«Неуклюже задела, когда рисовала круги.»
«А?»
«Подождите!»
«Эти отношения.
Ван Линхуа расширила глаза, глядя на боковой профиль Гу Чэна рядом с ней.
«Невероятно красив.
Кожа нежная, нос как у китайского чиновника, виски как новые полумесяцы, естественные изгибы, даже виднеющееся ухо немного милое, вызывающее желание непроизвольно укусить.
«Неужели важно, как обращаться? Важно то, что мои отношения с ним могут стать ближе!»
Ван Линхуа крепко сжала ноги, в сердце разлилось безграничное девичье смущение.
«Если подумать с другой стороны, это даже более захватывающе.
Такие отношения могут стать моим преимуществом!
Подумав об этом, она взяла палочками зеленую лук-порей и осторожно положила его в миску Гу Чэна, с нежностью, подобной воде.
— Гу… , вам стоит больше поесть.
Нежный звук палочек, прозвучавший у него в ухе, мгновенно вызвал у Гу Чэна мурашки.
«Это… это неправильно?
Есть хрупкая и нежная лоли, окутанная уникальным девичьим ароматом, каждый взгляд полон озорства и нежности, шепчущая тебе на ухо сладким голосом: «Дядя Гу», а затем заботливо кладущая тебе еду, лук-порей!
Какая разрушительная сила!
Как у каждого дяди в сердце живет мальчик.
Не скрывает ли мальчик в подсознании дядю?
Предел милоты — это очарование.
«Плохо, плохо, — подумал Гу Чэн про себя, — меня скоро расстреляют.
— Спасибо, ты тоже ешь, не обращай на меня внимания, ха-ха!
Лицо Гу Чэна было обычным, он не выдал ни малейшего признака.
Но Ван Линхуа заметила его слегка покрасневшие кончики ушей, и это поразило ее в самое сердце, как тяжелый молот, она затаила дыхание.
«Что это?
«Он, смутился?... Или это смущение…?
«Ха, ха-ха, я, оказывается, могу заставить его смутиться!
«Мастер Гу, отбросьте внешность.
Оказывается, в глубине души вы все еще чистосердечный мальчик.
Ван Линхуа почувствовала, что наконец-то нашла отметку, принадлежащую Гу Чэну, и сделала большой шаг вперед.
Она смело прижала свои ноги, прямо под столом, ее голень нежно терлась о голень Гу Чэна, перед матерью и старшим братом, совершая тайные мелкие действия.
Она не могла не вытянуть улыбку, похожую на лисью, хитрость в ее глазах почти переливалась.
«Мастер Гу, вы раскроете меня?»
«Перед вашей признанной невесткой и племянником, перед моими родными, можете ли вы выставить напоказ меня, недостойную, запретные книги, грязную меня?
«Сделаете ли?»
Дыхание Ван Линхуа становилось все тяжелее, она склонила голову, усердно ела, чтобы избежать обнаружения странного выражения на ее лице.
Гу Чэн нахмурился, хотел предупредить Ван Линхуа, но она даже не смотрела на него.
Даже сменила ногу, незаметно сняла вышитые туфли.
— Ты сумасшедшая!
Гу Чэн, используя ветряную технику, передал звук в тайне, его гневный голос упал только в ухо Ван Линхуа.
Ван Линхуа не слушала.
Только чувствовала себя более счастливой, чем в кульминации написания романа.
Каждая волна хотела убить ее у берега.
Она только упрямо выпрямила тело.
— Не балуйся!
Гу Чэн вытащил левую руку, отпустил под столом, схватил, чтобы она не продолжила исследовать более ужасные территории.
— Ммм~~~~»
Когда широкая, горячая ладонь.
На мгновение накрыла переднюю часть стопы.
Ван Линхуа почувствовала, что ее смыло волной.
Резко отдернув ногу, надев туфли, поднявшись, все движения были сделаны в один прием, под недоуменными взглядами всех, она повернулась и ушла.
— Я поела, вернусь в комнату отдохнуть.
Ван Сяомо недоумевал.
Госпожа Ван, чье сердце было полностью сосредоточено на Жэньбао, чувствовала себя немного виноватой: «Может быть, я слишком добра к Жэньбао, и моя любимая дочь завидует?»
Только Гу Чэн, его щеки горели, насильно подавляя это.
«Что с ней?»
«Вернулась домой и стала такой, ее что-то стимулировало?»
«Что это значит?»
Честно говоря.
Он уже не мог этого вынести.
Вернувшись в комнату.
Ван Линхуа зарылась головой в одеяло, безумно крича «Ахххххххххххххххххх!»
«Сошла с ума, я точно сошла с ума.
Как я могла сделать такую недопустимую вещь!
Ее разум снова взял верх, а затем последовало бесконечное раскаяние, сожаление.
«Что он обо мне подумает? Я и так была в его глазах очень низменной, теперь, разве это не еще более недостойно!»
В этот момент Ван Линхуа отчаянно хотела умереть.
PS: Я подумаю, как дать вам посмотреть оригинал 56-й главы «Усадьба Старого чиновника Лю снова замучила призрака!»
(Предыдущая глава была первой версией, я добавила комментарий, даже сделала скриншот и поместила его в комментарии к главе, но, похоже, он тоже требует проверки, возможно, пока его не увидеть.
Но в целом это не мешает чтению, можно продолжать читать!)
Только что поужинали.
Гу Чэн все еще был погружен в смелость Хуаэр, его мысли витали в воздухе, когда незваный гость появился на пороге бюро Янвэй.
— Мастер Гу, Мастер Гу, вы здесь? Я управляющий из усадьбы Старого чиновника Лю, у нас, у нас снова появился призрак, пожалуйста, Мастер Гу, спасите нас!
Гу Чэн узнал прибывшего.
Это был тот самый Старый чиновник Лю, который в начале месяца был иссушен духом-призраком до смерти, его управляющий, служивший семье Лю из поколения в поколение.
Управляющего, кажется, звали Лю Ань.
Видя, что ситуация срочная, Гу Чэн извинился перед госпожой Ван, доверил Жэньбао семье Ван и подошел поговорить с Лю Анем.
— Управляющий Лю, говорите по дороге, что случилось?
Выйдя из бюро Янвэй.
Управляющий Лю вытер пот со лба, его лицо, похожее на колодку для обуви, было написано сложным выражением.
— Это, то… не хотите ли вы сначала посмотреть, посмотреть, а потом говорить.
Гу Чэн нахмурился, он хорошо помнил предыдущего призрака.
Это был старый призрак, который прятался в картине.
Красивая до невозможности, с серьезными преступлениями, уступающая только Цинчэн.
Обладал чрезвычайно странными методами.
Мог заманить людей в картину, создавая в картине собственный призрачный мир-иллюзию.
Обычно незаметно, люди, заманенные туда, иссушались до смерти, внезапно умирая на месте.
А умершие перед смертью не имели никакого сознания, только знали, что постоянно достигают высшего блаженства, поэтому их трупы, выглядевшие особенно странно, все еще сохраняли возбужденные улыбки.
Гу Чэн потратил немало усилий, чтобы уничтожить и призрака, и картину.
Гу Чэн помнил местоположение усадьбы Лю, повел управляющего Лю прямо туда, по дороге спросил: «Были ли человеческие жертвы?»
— Нет, но скоро будут.
Управляющий Лю выглядел скорбно.
— Кто это?
— Наш молодой господин, единственная оставшаяся наследница моего господина, Мастер Гу, вы должны спасти его!
Плюх.
Они приземлились.
У входа в усадьбу Лю.
Гу Чэн открыл всевидящие глаза, но не обнаружил явной призрачной или иньской энергии. — Ведите меня посмотреть на вашего молодого господина.
Лю Ань поспешно сказал: — Сюда, пожалуйста.
Пройдя во двор заднего двора, множество служанок и слуг собрались во дворе, увидев Гу Чэна, они почувствовали себя так, словно увидели спасителя, и все поклонились.
Услышав шум, из комнаты вышла женщина лет тридцати, одетая в роскошные одежды. Она была красива, стройна, и излучала зрелую ауру жены и матери.
Это была хозяйка усадьбы Лю, вдова Старого чиновника Лю.
В этот момент ее глаза были слегка опухшими, красными и вызывающими жалость.
Увидев Гу Чэна, она не могла дождаться, чтобы схватить его за руку и повести в комнату.
— Мастер Гу, вы быстренько посмотрите на моего Юй'ера, он, он точно столкнулся с злым духом, не ест, не пьет и не говорит с тех пор, как вернулся домой, это сводит меня с ума.
Гу Чэн вошел в комнату и увидел молодого человека, лежащего на кровати, тоже был шокирован.
Несколько дней назад, когда он видел его, он был крепким мужчиной, а теперь у него бледное лицо, впалые глазницы, губы без единой капли крови, широко раскрытые пустые глаза, уставившиеся в потолок.
Легкий призрачный запах окутывал молодого человека, проникая до костей.
— Он действительно столкнулся с призраком.
Гу Чэн сразу же увидел правду.
И наверняка имел глубокое общение с этим призраком, иначе бы он не был полон призрачной энергии снаружи и внутри.
«Ты действительно сын своего отца.
Передано по наследству.
— Умоляю, спасите его, умоляю вас! Пока вы можете спасти Юй'ера, я готова сделать что угодно!»
Красивая молодая женщина, госпожа Лю, плакала от беспокойства, упав на колени, обхватив ноги Гу Чэна и горько умоляя.
Семья Лю была трех поколений бездетной, она была только второй женой, поднявшейся из наложницы. Если бы в семье не было мужчины, ее бы выгнали из дома, и она осталась бы без поддержки.
Иначе ей пришлось бы вернуться к своей прежней профессии.
— Нет необходимости, раз уж я пришел, я не буду смотреть, не помогая.
Гу Чэн поднял госпожу Лю, успокаивая ее мягко.
Его надежный голос приносил огромное утешение.
— Тогда все в ваших руках, Мастер Гу.
Глаза госпожи Лю были затуманены, ее лицо было печально красивым, она постоянно кивала.
— Хм.
На кровати молодой человек издал презрительный смешок.
Голос был слабым и хриплым.
Но его воля была очень ясна.
— Вы ничего не понимаете? Я и Жоуэр — истинная любовь, это любовь, превосходящая мирские представления, это любовь, преодолевающая разницу между людьми и призраками, это глубокая и трогательная истинная любовь.
— Если бы вы не заставили меня вернуться, я бы умер, чтобы быть с ней.
Гу Чэн: «?»
«Твой отец был похотлив, а ты стал истинной любовью?»
Он похлопал госпожу Лю по маленькой руке, намекая ей подождать снаружи.
Оставив пространство для Гу Чэна и Лю Юя.
Гу Чэн спросил: — Значит, брат Лю, вы знали, что она призрак, и все равно вступили с ней в связь?
На лице Лю Юя появилась сладкая улыбка.
— Конечно.
«Она нежная, красивая, понимающая, образованная и разумная, лучшая женщина во всем мире, что такого, что она призрак? Я люблю ее.»
— Действительно?
— Если я солгал, пусть меня поразит гром.
Гу Чэн кивнул.
— Знаете, я всегда уважал любовь, почему бы мне не помочь вам?
Лю Юй повернул голову, посмотрел на него, как будто увидел родственную душу, и с радостью спросил: — Что вы имеете в виду?
Гу Чэн сказал: — Я отведу вас посмотреть на вашу Жоуэр.
Услышав это, Лю Юй холодно хмыкнул, в его глазах блеснул мудрый свет.
— Не мечтай, ты просто хочешь, чтобы я показал тебе дорогу, а потом ты избавишься от Жоуэр? Я никогда не попадусь на твою уловку!
— Вот как.
Гу Чэн притворился, что вздыхает.
— Поскольку вы не хотите, я спрошу других, например, того, кто вас привел, посмотрю, сможет ли он помочь мне указать направление.
Лю Юй, казалось, умирал, но он был встревожен. Он был слаб, но все еще имел силы встать с кровати. Задыхаясь, он в ярости закричал:
— Я не позволю тебе искать мою Жоуэр!
— Я пойду.
— Ты не смеешь!
— Ты можешь меня остановить?
— Я…»
Лю Юй не умер, чуть не умер от гнева Гу Чэна, все его тело дрожало, указывая на Гу Чэна: «Верите или нет, я умру, чтобы показать вам!»
Гу Чэну было все равно, он даже весело сказал: — Хех, ну тогда я займусь твоими похоронами, сделаю скидку 20%.
Лю Юй заплакал от гнева, сел на пол и, плача, сказал:
— Даос, ты не понимаешь любви!
Гу Чэн закатил глаза.
«Я люблю твою мать, идиот, ради того, чтобы спать с призраком, ты даже жизнь не ценишь.
Он тихо бросил талисман-оберег, чтобы помочь Лю Юю избавиться от части призрачной энергии.
Лю Юй, продолжая плакать, становился все сильнее.
— Девочка! Девочка! Принеси мне еды! Я хочу есть!
Госпожа Лю снаружи была вне себя от радости, вытирая слезы, она попросила служанку немедленно приготовить.
Пока ел, Лю Юй злобно смотрел на Гу Чэна, желая уничтожить это препятствие на пути его прекрасной любви.
«Я разберусь с тобой, когда наемся.»
Гу Чэн же разговаривал с госпожой Лю и управляющим Лю Анем, выясняя всю предысторию.
Наконец.
Лю Ань вздохнул: «Моему господину не повезло. Он был единственным наследником трех поколений. Начиная с прадеда, они всегда были связаны с призраками. Прадед умер летом, прикоснувшись к бамбуковой мадам, на которую наложил заклинание призрак. Господин был убит призраком из картины, а теперь молодой господин влюбился в дикого призрака на могиле.
Гу Чэн был шокирован.
— Почему ты раньше не сказал?
«Черт возьми, это семейство призраков!»
Лю Ань чувствовал себя виноватым, это касалось чести двух поколений господ, как он мог сказать это случайно.
— Неужели ваша семья Лю имеет предка по фамилии Нин?
Гу Чэн с любопытством спросил.
Лю Ань выглядел ошарашенным: — А?
— Ничего, я просто так сказал.
Гу Чэн махнул рукой.
«Ученому по фамилии Нин пришлось бы поклониться и попросить совета у дедушки и бабушки семьи Лю.
Госпожа Лю впервые узнала такой секрет, ее маленькое сердце трепетало.
«Семья Лю такая странная, мне не следовало жадничать за богатство. Лучше бы я вышла замуж за честного человека из «Квартала Цветов».
Зачем терпеть такой паршивый день.
В свои молодые годы ей пришлось стать вдовой, это действительно грустно.
Кстати, Мастер Гу такой красивый!
— Мастер Гу, вы думаете, может быть, в фэншуй усадьбы Лю есть проблема?
Госпожа Лю послала ему многозначительный взгляд, выглядя жалобно, только желая найти крепкую опору для своей мягкой груди.
— Фэншуй не будет проблемой, усадьба и гробница семьи Лю были устроены моим учителем. В этом отношении я даже не научился и одной десятой от моего учителя.
Гу Чэн уклонился от взгляда госпожи Лю, полной волчьих желаний.
Его дешевая цена — не любая женщина может ею воспользоваться!
— Тогда…»
Госпожа Лю промахнулась, надув свои нежные губы, ее лицо было полно недовольства. — Что нам делать?
— Я сначала отведу Лю Юя повидаться с этим призраком.
Гу Чэн сказал.
Если окажется, что это истинная любовь, он не будет вмешиваться.
Обоюдное согласие, его смерть или жизнь его не касаются.
«Уважайте судьбу других, отпустите синдром помощи.»
Если нет.
Один молниеносный закон.
Один электрический разряд.
«Ты осмеливаешься говорить, что я не понимаю?»
«Я говорю, ты не понимаешь закон!»
……
……
Гора Цуйпин.
Два коня Цинкун из Северных варваров остановились перед даосским храмом, прибывшие на коленях упали перед Ань Чужань, неуверенно сказав что-то.
Ань Чужань, с ее чрезвычайно красивым и изящным лицом, выказала колебание.
……
……
Отдел Охоты на Демонов уезда Ту.
Дантай Цзымо, которая пришла недавно, одним ударом кулака разбила каменного льва у входа. Ее высокий и выдающийся рост создавал сильное давление, и все маги-охранники Отдела Охоты на Демонов дрожали.
Она приподняла бровь и сердито сказала: «В последние два дня в уезде Ту было так много дел о мужчинах, потерявших янскую эссенцию и бывших под влиянием призраков, неужели вы совсем не нашли никаких улик? Вы все едите дерьмо! Кучка бесполезных! С этого дня вам будет поручено чистить ночные отхожие места в городе!»
Духи-охранники: «Мы были заняты тем, что разбирались с делами вашего предшественника, вы не спросили его, когда пришли? Мы все устроили надлежащим образом.
……
……
PS: Кажется, можно создать группу фанатов, когда наберется тысяча человек! Вы можете подписаться, и если в будущем будут события в Шэньхэ, я сначала постараюсь улучшить текст, чтобы он был более гладким и не влияющим на чтение, а затем те, у кого есть идеи, могут войти в группу. Глава 57 «Улыбка не исчезнет, только переместится»
Семья Лю — деревенские помещики, владеющие сотнями му плодородной земли, а также шелковой рощей и магазином тканей, что можно назвать небольшой местной богатой семьей. После смерти Старого чиновника Лю все перешло к его единственному сыну, Лю Юю.
В этот день Лю Юй и его слуга возвращались в город из шелковой рощи. Поскольку они задержались, уже стемнело, когда они были на дороге, поэтому им пришлось искать место для ночлега поблизости.
Как раз.
За пределами акациевой рощи они увидели небольшой двор, где ярко горел свет.
Лю Юй и его слуга были вне себя от радости, постучали в дверь, чтобы попросить ночлега.
Открывшей дверь оказалась молодая девушка, с белой кожей, красивым лицом и длинными ногами. Одним взглядом она полностью пленила Лю Юя. Девушка сказала, что ее родители уехали по делам, и она осталась дома одна, и добродушно приняла их.
В ту ночь.
Лю Юй ворочался и не мог уснуть. Когда он вышел справить нужду, он случайно услышал, как девушка плачет в своей комнате.
Он недоуменно, набравшись смелости, постучал в окно и спросил.
Девушка всхлипывала, рассказывая правду: ее родители отправились обсуждать, как продать ее в наложницы 60-летнему старому господину из большой семьи. Она не хотела, но ничего не могла поделать, и только плакала в одиночестве.
В этот момент у Лю Юя в голове все взорвалось.
«Как такая хорошая девушка может стать наложницей у старика! Она должна стать женой меня, Лю!»
Не говоря ни слова, он раскрыл свою личность и признался в своих чувствах.
Девушка была вне себя от радости.
В ту ночь он обнял красавицу и лег в постель.
……
— Как ты узнал, что она не человек?
В карете.
Спросил Гу Чэн у Лю Юя, похожего на больного почечным истощением.
Он применил некоторые средства, чтобы заставить Лю Юя отправиться искать призрака вместе с ним, и теперь они втроем, включая возничего, ехали по дороге.
На Лю Юе было две бумажные полоски для возвращения Ян, он пил чай с ягодами годжи, глотая его.
— Она, она в этом плане, не похожа на непорочную девушку, немного слишком сильна.
— «А?»
— В первую ночь она просила меня больше десяти раз.
— `…` Ты тоже довольно силен.
— Я не знаю почему, я тоже спал в публичном доме, как я мог сделать это больше десяти раз? Я почувствовал, что что-то не так.
— А потом?
Лю Юй, вспоминая, облизнул губы и сказал.
— А потом я спросил ее, почему ее тело такое холодное, она сказала, что у нее врожденная холодность.
— Я спросил ее, почему она все время хочет, она сказала, что любит меня до безумия.
— Я спросил ее, почему ее тень так бледна в свете лампы, она сказала, что я отдал слишком много своей сущности, и у меня затуманенное зрение.
— Я спросил ее, почему она так хорошо это знает, она сказала, что она фанатка Ланьлин Сяосяошэна.
— Только днем, мой слуга постучал в дверь и позвал меня уйти, я хотел взять ее с собой, но она боялась солнечного света.
— Тогда я понял, что она призрак.
Гу Чэн: «??»
«Не вставлены ли в середине какие-то странные персонажи?»
— Ты знал, что она призрак, и все равно…?
— спросил Гу Чэн.
— Потому что я тоже люблю ее!
Лицо Лю Юя было полно счастья, он хихикнул: «Одна ночь, от влюбленности в нее до влюбленности в нее, мы действительно были идеально совместимы во всех аспектах.»
— Поэтому я остался, чтобы побыть с ней, день и ночь, ночь и день.
— До тех пор, пока мой проклятый слуга А Хао не пришел из дома и не позвал людей, чтобы связать меня!
А Хао, который вел карету снаружи, плакал без слез.
Гу Чэн: «……»
«Неужели ты просто влюбился в нее?»
— Возможно, она просто хотела твою жизненную силу и эссенцию, чтобы высушить тебя? Как и призрак в картине, который иссушил твоего отца.
Лю Юй сердито сказал: «Мой отец был стар и немощен, к тому же, почему она не иссушает других, а иссушает меня? А Хао она не иссушает.»
«Почтительности!»
«Великой почтительности!»
Гу Чэн, казалось, увидел звезду лизания, восходящую в небо.
«Почему она не цепляет других, а цепляет меня?»
«Почему она не ищет других лизоблюдов, а ищет меня?»
«Почему она не берет деньги других, а берет мои?»
«Сейчас, почему она не хочет жизни других, а хочет мою!»
«Ты действительно этот —»
У Гу Чэна пропало желание разговаривать, он небрежно сказал: «Может быть, после того, как высушит тебя, она перейдет к нему.»
Худой и несовершеннолетний А Хао дрожал.
— Невозможно!
Лю Юй категорически отрицал, чрезвычайно уверенно: «Жоуэр и я любим друг друга, абсолютно невозможно, чтобы она была с другим мужчиной.»
Гу Чэн холодно усмехнулся.
— Ты сам сказал, что у нее богатый боевой опыт, откуда у нее опыт, если она не спит с другими.
Лю Юй спорил: «Я же сказал, что это из книг!»
— Тогда сам автор — новичок, все, что она пишет, — это только намек, детали — ее собственное воображение, иллюстрации очень преувеличены, кто, будучи нормальным человеком, может научиться всему, прочитав ее книгу!
Лю Юй ошарашенно уставился, рука дрогнула, и он чуть не разлил весь чай с ягодами годжи.
— Братан, ты знаешь Ланьлин Сяосяошэна?
— Я знаю твоего отца!
— Нет, я серьезно.
— Я тоже серьезно.
Гу Чэн действительно не хотел иметь дело с идиотом, но Лю Юй уже был полон слез.
— Умоляю вас, помогите мне представить учителя Ланьлин Сяосяошэна. Я тоже его фанат, я очень люблю его книги, сколько бессонных ночей, только его книги сопровождали мой рост.
На этот раз Гу Чэн был удивлен.
«Неужели, Хуаэр такая?»
«Я не ожидал!»
«Может, вернувшись, я попрошу у нее несколько рукописей для изучения.»
— Почти приехали, Мастер Гу.
— напомнил А Хао, который вел карету.
Уже смеркалось, было поздно.
Гу Чэн приоткрыл завесу кареты, взглянул в ту сторону и увидел зловещую призрачную энергию, зная, что призрак еще не сбежал, он задумался и сказал: «Подождите, пока станет совсем темно, вы отвезите меня туда.»
Лю Юй с надеждой смотрел на Гу Чэна, поспешно сказал: «Мастер Гу, вы обещали мне, что если Жоуэр будет хорошим призраком, вы не будете ее затруднять!»
Гу Чэн кивнул: «Я держу свое слово.»
«Если бы не мое хорошее терпение, и если бы у даосского храма Тайпин не было с вами некоторой связи, я бы даже не взглянул на тебя, глупец.»
— Хехе.
— «Жоуэр — лучшая в мире, Мастер Гу, просто отбросьте свои сверхъестественные способности и благословите нас двоих!»
Лю Юй залпом выпил чай с ягодами годжи, не оставив ни одной ягоды, а затем достал подготовленную оленью рогу, смакуя ее маленькими глотками.
«Надо встретить Жоуэр в лучшем виде!»
Он причесал волосы, поправил одежду, выпрямил грудь, надел ароматный мешочек.
После наступления темноты.
Возле акациевой рощи было тихо.
Гу Чэн использовал талисман-невидимку, чтобы скрыть дыхание трех живых людей и медленно приблизился к маленькому двору, о котором говорили двое.
Маленький двор был действительно маленьким двором, а не иллюзией.
В комнате горела масляная лампа, сквозь окно было видно, как стройная женская фигура наводит красоту, готовясь ко сну.
— Жоуэр, моя Жоуэр! Она наверняка ждет меня.
На лице Лю Юя появилась глупая улыбка, он не мог сдержаться, чтобы не шагнуть вперед.
— Вам лучше подождать.
— спокойно сказал Гу Чэн.
— А? Разве мы не собираемся ее увидеть?
Лю Юй недоумевал.
— Ей, возможно, сейчас не очень хочется вас видеть.
— Почему?
— Боится неловкости.
— Что здесь неловкого! О, вы имеете в виду, что вас двое посторонних, это неважно, я сначала объясню.
Лю Юй улыбнулся.
Гу Чэн тоже улыбнулся.
— Молодой господин, смотрите быстрее!
А Хао расширил глаза, увидев, что на окне отражается еще одна тень.
Мужчина обнял женщину со спины, когда та наводила красоту перед зеркалом.
Его большие руки бесцеремонно двигались, губы и зубы смыкались в поцелуе.
Одежды были сброшены.
Вскоре раздался чистый и громкий, радостный смех женщины.
Улыбка Лю Юя исчезла на глазах.
«Эта женщина, возможно, сестра Жоуэр, нет, это ее родители, да, ее родители вернулись».
«Я пойду постучу в дверь, чтобы доказать вам!»
«Уважаемые тесть и теща, не вините вашего зятя за то, что прервал ваши приятные дела!»
Гу Чэн не стал его останавливать, наоборот, он достал семечки, протянул А Хао и улыбнулся.
Комфортно.
В пруду морской богини не бывает только одной рыбы.
В пруду духовной сущности женского призрака тоже не бывает только одного идиота.
Даос, готов ли ты к главе 58 «Сжигание чего, сжигание чего? Принимаем тебя!»
За воротами маленького дворика.
«Жоуэр, открой дверь! Это я, твой Лю Лан!»
Лю Юй, насильно успокаиваясь, постучал в дверь.
Привычный нежный смех женщины, как демоническая музыка, проник в уши.
Однако его очень озадачило то, что голос мужчины внутри был ему тоже знаком.
Ответа не было, битва в доме была в самом разгаре.
Лицо Лю Юя менялось снова и снова, его действия становились все более резкими.
«Бум!»
«Бум-бум!»
«Открой дверь! Открой мне дверь!»
«Я знаю, что ты дома, не прячься внутри и не играй! Мерзавка!»
«Бум-бум-бум!»
Он был сломлен, полностью сломлен.
Наконец, собрав всю силу, он пнул дверь ногой, пытаясь ворваться внутрь, но сила отскока отбросила его назад, и он плюхнулся на землю, как мешок.
Лю Юй лежал на земле, как дохлая собака, пытаясь встать, но все его тело дрожало, мышцы были слабы.
Правда, слаб.
Гу Чэн покачал головой и подошел.
«Бах —»
Одним ударом дверь слетела с петель и, пролетев через окно, врезалась прямо в комнату, наполненную смехом и весельем.
Без крепкого тела, как ловить шпионов, нет, как ловить призраков!
«Кто!»
Наконец, люди внутри были встревожены, мужчина взревел, подтягивая штаны, и бросился наружу: «Ты ищешь смерти посреди ночи!»
Прежде чем он успел выйти за дверь, прежде чем его голос успел прозвучать.
Гу Чэн тоже разобрал дверь комнаты, рванулся вперед к мужчине, превратился в размытое пятно, положил руку ему на лицо и легко вдавил половину его головы в глиняную кирпичную стену.
«Стой, не двигайся».
Он спокойно сказал.
Просто трахнуть призрака, не смертельное преступление.
Гу Чэн повернулся и посмотрел на Жоуэр, лежащую на кровати, полуобнаженную.
Внешне она была весьма красива, простая и милая, с красными щечками, глазами, полными соблазна, и от нее исходил соблазнительный запах.
Увидев красивое лицо Гу Чэна, Жоуэр на мгновение замерла, а затем почувствовала горячую мужскую энергию, исходящую от Гу Чэна, и сглотнула, с энтузиазмом сказала:
«Милый, неужели ты хочешь… вместе?»
«Я не возражаю, нет, я очень люблю!»
«Милый такой красивый, и тело выглядит очень крепким».
«Почему бы не попробовать, я очень умелая!»
Сказав это, Жоуэр медленно сбросила последние преграды, прикрывающие ее тело, ее глаза, словно нити, пристально смотрели на Гу Чэна, ее стройные ноги терлись друг о друга, дыхание становилось учащенным, вызывая румянец.
Можно сказать, она демонстрировала все свои соблазнительные навыки.
«Нет!»
Лю Юй появился неизвестно когда, опираясь на стену, тяжело дыша, сердито сказал: «Ты, ты, нота, я уехал всего на день-два, а ты уже заигрываешь с другим мужчиной».
«Я, я убью тебя!»
Жоуэр, увидев Лю Юя, внезапно смутилась.
Затем она увидела, как Лю Юй избивает мужчину, которого Гу Чэн вдавил в стену.
Когда его вытащили, оказалось, что это знакомый.
Управляющий шелковой рощей семьи Лю, двоюродный брат Лю Юя, по имени Лю Чжи, ростом и телосложением был очень крупным.
«Ты, ты, ты смеешь лезть к моей женщине!»
Лю Юй был вне себя от ярости, он оседлал Лю Чжи и бил его по лицу снова и снова: «Я убью тебя!»
«Твой отец рано умер, именно моя семья давала вам двоим работу и еду, иначе вы бы умерли с голоду».
«Мой отец также назначил тебя управляющим шелковой рощей, с десятками серебряных монет в год, с едой и питьем, ты не удовлетворен! И ты отбираешь у меня женщину!»
«Ты меня предал!»
«Умри!»
Голова Лю Чжи все еще гудела, пощечины Лю Юя были как зуд, он совершенно не реагировал.
Жоуэр, увидев это, поспешно сказала: «Не бей, не бей, вы оба — самые любимые мои люди, вы оба мои крылья, без вас я не смогу взлететь, так что не бейте, будьте семьей Жоуэр, хорошо?»
Она соскользнула с кровати, обняла Лю Юя, ее аромат, сладкий и пьянящий, заставил его затуманиться.
«Мы можем быть счастливой семьей!»
Лю Юй мгновенно, словно одержимый, прилип к Жоуэр.
«Нет, я люблю тебя, ты мой, ты только мой».
Жоуэр помогла Лю Юю спуститься с Лю Чжи, успокаивая его: «Разве любящий человека не должен делать его счастливым?»
Лю Юй недовольно пробурчал: «Разве с тобой мне не счастливо?»
«Конечно, счастливо!»
«Но Жоуэр хочет еще большего счастья!»
Жоуэр нежными руками помяла грудь Лю Юя, помогая ему успокоиться.
«В два раза, или даже в три!»
Она кокетливо улыбнулась, взглянула на Гу Чэна, облизнула розовые губы и соблазнительно прошептала: «Милый, как думаешь?»
«Ты можешь выбрать первым!»
«Мне не нравится», — Гу Чэн остался равнодушным, наоборот, смотрел на двух людей и призрака перед ним, как на мусор.
«Не нравится вместе!» — Жоуэр надула губки и кокетливо сказала: «Тогда по одному».
«……»
Гу Чэн: «……?»
Он впервые видел призрака, настолько развратного.
Гу Чэн не выдержал.
Стало твердо, действительно твердо.
«Ты лучше съешь мой большой кулак!»
Кулак вылетел, словно дракон, бурная ци и сила крови олицетворяли чистый мужской принцип человека!
Специальное оружие против призраков.
«Ах —»
Кулак еще не достиг цели, лицо Жоуэр уже почернело, испуская клубы дыма, она болезненно взвыла.
Гу Чэн пробил кулаком ее голову, разбив ее на части.
Затем он нанес удар ногой, словно железный топор, прямиком вверх, разрезав ее надвое.
«Сжигание чего, сжигание чего, принимаем тебя!» (голос Нэчжи)
Гу Чэн взмахнул обеими руками, словно в танце демонов, играя с разрозненными частями тела Жоуэр, и наконец, смял их в шар, накрыл талисманом для усмирения призраков и завернул.
На земле двое смотрели на шар с тоской.
«Этого, на самом деле, можно было сначала потрахать, а потом забрать, даоский наставник Гу».
«Да, да! Слишком расточительно».
Гу Чэн нахмурился.
Неужели вы двое — родные братья?
Что за слова вы говорите?
А?
Он поднял один палец, кончик которого искрил электричеством.
«Бабах-бабах —»
«Треск!»
Электричество ударило в обоих, те задергались и упали на землю.
«Зная, что это призрак, и все равно погрязнуть, только увеличиваете мне работу!»
Гу Чэн крикнул наружу: «А Хао, зайди и убери!»
А Хао быстро вошел в комнату, увидел Лю Юя и Лю Чжи, лежащих на земле и пенящихся изо рта, без лишних слов, он взвалил их на повозку.
Гу Чэн шел позади, погруженный в размышления.
Один Лю, два Лю, три поколения Лю… такая вероятность оказаться вместе в таком деле слишком мала, не может быть все совпадением, верно?
В этом, вероятно, скрывается какая-то тайна!
Гу Чэн сжал шар женского призрака в руке, решив вытрясти из нее все, а затем жестоко применить громовую магию и огненную магию, пока она не расскажет все.
Отдел по Охоте на Демонов.
Даньтай Цзымо просмотрела девяносто два служебных документа, в ее глазах мелькнуло глубокое удивление: «Шестьдесят четыре человека с фамилией Лю, остальные тоже связаны с кровью Лю, просто не носят фамилию Лю».
«Пришлые призраки, специально соблазняют мужчин семьи Лю в Тусяне, высасывают мужскую сущность, ради чего?»
«Должен быть большой заговор!»
Она не могла не почувствовать прилив крови.
Сразу же попасть на такое большое дело, не отличная ли это возможность показать себя своему учителю?
Что касается Гу Чэна, Лю Юйнина и демона-тигра, то это можно отложить. Все в Отделе по Охоте на Демонов говорят, что Лю Юйнин был убит демоном-тигром, и тело тоже в порядке, это дело не должно вызывать беспокойства.
……
……
Рекомендация для дальнейшего чтения, потому что автор не знает, будет ли вынужден изменить это позже (беспомощно разводит руками, глава 59 «Сгореть дотла — лучший путь для сжигаемого товара»)
«Шипение-шипение —»
Ночная дорога, в повозке, направляющейся в Шелковая рощу, время от времени раздавался треск электричества.
Лю Юй безжизненно откинул голову.
«Женские призраки, женщины, девушки… что в них хорошего? Ничего особенного».
Двоюродный брат Лю Чжи выглядел праведным.
«Меня обманул женский призрак, иначе как бы я так пал!»
Гу Чэн убрал громовую магию.
Оба облегченно вздохнули.
«Найдите себе хорошую жену и живите нормальной жизнью, не шатайтесь снаружи, если вас однажды выпьют досуха, вы узнаете!»
Лю Юй, прислонившись к мягкой обивке, покачал головой, слабо говоря.
«Если бы найти жену было полезно, мой отец умер бы? У него было девять наложниц, каждая красавица, почему он связался с призраком? Не потому ли, что дикая трава вкуснее домашнего цветка».
«Да, да!» — вторил Лю Чжи: «Мой отец тоже, официально говорят, что он оступился и упал в воду, на самом деле, он просто увидел, что водный призрак красив, и потерял разум, последовав за ней. Честно говоря, моя мать в молодости тоже была первой красавицей в деревне».
Гу Чэн: «Хм???»
Почему у вас, старых Лю, все так круто!
Лю Юй и Лю Чжи продолжали болтать.
«В конечном счете, это погоня за острыми ощущениями».
«С Жоуэр, конечно, было очень остро».
«Особенно после того, как узнал, что она призрак, стало еще острее».
Говоря так, братья испытывали некоторое сочувствие друг к другу, словно впервые узнали правду друг о друге, и мгновенно почувствовали себя родственными душами.
«Брат Чжи!»
«Брат Юй!»
«С этого дня ты будешь следовать за мной, если у меня будет что-нибудь съесть, ты не останешься без супа».
«Нет, я изначально следовал за тобой… Хорошо! Старший брат!»
«Второй брат!»
«Старший брат!»
Видя, как их отношения становятся все более бурными.
Гу Чэн поднял палец, увеличил мощность, и снова «треск-треск» начал их воспитывать.
Он не мог не высказать свое мнение.
«Ваш старый род Лю еще не вымер, это действительно странно».
Почти нет нормальных людей!
«Как это может вымереть?» — Лю Чжи, ударенный током, закатил глаза и рассказал неизвестную историю: «Наша семья Лю — это бывшая аристократия, прожившая в Юаньчжоу почти тысячу лет».
«Это было двести лет назад, когда мир погрузился в хаос, и началось восстание героев».
«Была и ветвь из Мэнсянь, которая породила таланты и последовала за основателем Цанго в завоевании мира, получив титул маркиза».
Гу Чэн услышал это и несколько удивился.
«Та ветвь, о которой ты говоришь, это семья управляющего Отделом по Охоте на Демонов, Лю Юйнина?»
«Да! Именно его семья!» — Лю Юй перебил: «Изначально мой отец хотел породниться с Лю Юйнином, но в мире слишком много людей с фамилией Лю, мы были семьей только пятьсот лет назад, они вообще не обращали на нас внимания».
«Я слышал, он мертв, как хорошо, что он умер!»
Упоминание Лю Юйнина вызвало у Лю Юя жгучую ненависть, словно он испытал какое-то унижение.
Эти слова, Гу Чэн внезапно стал смотреть на Лю Юя более благосклонно.
«Мы прибыли в деревню Лю».
Сказал А Хао, управлявший повозкой.
Дедушка Лю Юя вышел из деревни Лю, шелковая роща и родовое поместье находились в деревне.
«Ты дома, второй брат».
Лю Юй посмотрел на Лю Чжи, неохотно.
Ведь они оба были из одного «круга».
«Эх…»
Лю Чжи вздохнул, вспоминая ночные приключения, ему было немного грустно, но он все же сказал: «Сегодня уже поздно, вы останетесь у меня переночевать, а утром вернетесь в город».
Лю Юй был немного тронут.
Гу Чэн подумал и тоже согласился.
Ему очень хотелось узнать, что такого особенного в мужчинах деревни Лю, почему их так часто предпочитают женские призраки? Однако, когда он взглянул, вся деревня Лю была совершенно чистой, без малейшего следа злой ауры.
Лю Чжи жил в центре деревни, повозка не могла проехать по узкой дороге, пришлось привязать ее у въезда в деревню.
Группа людей подошла к новопостроенному кирпичному дому.
Лю Чжи постучал: «Мама, я вернулся!»
Ночью в деревне двери запирали изнутри, даже с ключом ничего не сделаешь. Лю Чжи изначально планировал вернуться утром, поэтому не просил оставить дверь открытой, теперь приходилось будить мать.
Вскоре.
Во дворе послышались легкие шаги.
«Это ты? Чжи'эр!»
«Это я, а еще брат Лю Юй и А Хао, и еще один гость».
Услышав это, засов быстро открылся, женщина лет тридцати с небольшим, держащая лампу, появилась перед ними.
Она была одета во внешний халат, под которым была белоснежная рубашка, обтягивающая высокую грудь.
Шелковистые черные волосы рассыпались по спине.
Кожа была на удивление белой, лишь несколько «морщинок-рыбок» на уголках глаз не портили ее красоты, наоборот, придавали особую зрелую привлекательность.
«Мама!»
«Ммм».
При первом взгляде на женщину Лю Юй понял, что его друг не ошибся в выборе. Он с улыбкой сказал: «Тетя, здравствуйте, я Лю Юй, давненько не виделись, вы по-прежнему так прекрасны!»
В отличие от своего отца, Лю Юй редко возвращался в деревню и почти не видел мать Лю Чжи, знал только, что такая есть.
Женщина прикрыла рот рукой и засмеялась: «Брат Юй по-прежнему такой же сладкий, как в детстве».
«Заходите!»
«Маленький Чжи, хорошо прими гостей, я уберу комнату».
Сказав это, она передала лампу Лю Чжи и, виляя своей тонкой талией, исчезла в ночи.
Лю Чжи привел всех в главный зал.
«В доме только я с матерью, поэтому я не смог ничего приготовить поздно ночью, надеюсь, вы не будете возражать».
Гу Чэн покачал головой.
«Не нужно, мне просто нужно место для ночлега».
Лю Чжи относился к Гу Чэну с большим уважением, чем к своему хозяину и старшему брату Лю Юю: «В доме всего две гостевые комнаты, поэтому даос Гу будет спать в восточной комнате!»
У Лю Юя не было возражений: «Хорошо, я и А Хао будем спать в западной комнате».
Главный дом принадлежит хозяевам, он также разделен на восточную и западную стороны.
Соответственно, там живут Лю Чжи и его мать, госпожа Чэнь.
Глубокая ночь.
Все затихло.
Гу Чэн стоял на крыше дома Лю Чжи, обозревая весь ландшафт деревни Лю. Даже в полной темноте он мог видеть все благодаря своим всевидящим глазам.
Обойдя всю деревню Лю, снаружи и внутри, включая родовой храм и недалеко расположенную кладбищенскую гору, Гу Чэн тоже ночью все осмотрел.
«Все еще никаких проблем!»
«Неужели дело в их родовой линии Лю?»
Он достал шар, завернутый в желтый талисман, раскрыл его и выпустил призрака.
Как только она коснулась земли, призрак попытался превратиться в дым и сбежать.
Гу Чэн взмахнул рукой, и со всех сторон поднялось бурное пламя, окружив ее.
Тело призрака Жоуэр было иллюзорным, словно тень, она дрожа сказала: «Не убивайте меня, не убивайте меня! Я не хочу рассеяться в ничто, я просто соблазняла мужчин, я никому не причиняла вреда, иначе Лю Юй не был бы так легко уведен».
Гу Чэн холодно усмехнулся, и молния толщиной с палочку для еды ударила Жоуэр, причиняя ей невыносимую боль.
«Перестань притворяться!»
«Взять хотя бы Лю Юя, ты очаровала его, за несколько дней он потерял не менее десяти лет жизни, ты говоришь, что не вредишь людям? Ты просто не убиваешь их сразу!»
Призрак Жоуэр понял, что перед ним человек с каменным сердцем, и больше не смел лгать, лишь стояла на коленях, слушая наставления.
Гу Чэн ледяным голосом произнес: «Скажи мне, почему ты специально соблазняла мужчин из рода Лю!»
Жоуэр дрожаще сказала: «Нет, просто так получилось, что они оба пришли сами, я не специально их соблазняла».
Гу Чэн не стал тратить время на болтовню, и еще одна молния толщиной с мизинец ударила ее.
Призрачное тело Жоуэр мгновенно уменьшилось наполовину.
Еще одна, и она точно умрет.
Она поспешно сказала: «Я скажу, я скажу, это Мать Призраков Мэншань, могущественная девятого уровня, Мать Призраков сказала, что мужчины рода Лю в Юаньчжоу обладают неординарной родословной, и сочетание с ними, получение их мужской сущности, а затем передача ее ей, позволит получить награду».
Гу Чэн впервые услышал имя Мать Призраков Мэншань.
Но его больше волновало: «Как давно вы этим занимаетесь?»
Жоуэр задумалась.
«Это, я новый призрак, умерший десять лет назад, я не знаю, когда Мать Призраков выдала награду».
«Я только слышала от одного старшего, что она занималась этим сто лет назад, но всегда делала это скрытно».
«И за эти сто лет только призраки, которым Мать Призраков доверяла, могли получать награды, другие призраки об этом не знали».
«Но недавно Мать Призраков внезапно нуждалась в большом количестве мужской сущности рода Лю, поэтому мы, маленькие призраки, узнали об этом».
«Я пришла в Тусянь, всего лишь уложила трех мужчин, и вы меня поймали».
Она незаметно пыталась снять с себя вину.
Услышав это, Гу Чэн небрежно сжег призрака Жоуэр.
Сжигай, сжигай! Лучший путь для сжигаемого — это сгореть.
Мужчина-сигма не заботится о том, расточительно это или нет.
«Мать Призраков или что-то вроде того, звучит очень сильно, пусть Отдел по Охоте на Демонов разбирается! Я буду смотреть только на свою территорию в Тусяне».
«Возможности ограничены!»
«Возвращаюсь спать, глава 60 «Первая встреча, стань моим младшим братом!»
На следующее утро.
Лю Чжи предложил Гу Чэну позавтракать. Вчера вечером мельком увиденная привлекательная мать в зеленом домашнем платье расставляла посуду во дворе.
А Хао помогал.
Лю Юй, зевая, сидел за столом, время от времени разговаривая с привлекательной матерью, смеясь и болтая.
«Даос Гу, моя мать еще не знает о вчерашнем, я боюсь, что она будет беспокоиться, пожалуйста, не говорите ей, хорошо?» — тихо спросил Лю Чжи, немного покраснев.
Гу Чэн взглянул на него, спокойно, но с легким презрением.
Однако.
Человеческие чувства, можно понять.
Не все такие благородные, как даос Гу, невозмутимые.
Он похлопал Лю Чжи по плечу и наставительно сказал: «Ты просил своего старшего брата не разбалтывать?»
Лю Чжи внезапно вспомнил об этом, его взгляд остекленел: «Нет».
«О», — Гу Чэн пожал плечами.
Лю Чжи пробормотал: «Старший брат, он не должен…»
Бах —
Звук упавшей тарелки.
Неизвестно, что сказал Лю Юй, но привлекательная мать в зеленом платье заплакала, красными глазами, невольно сердито посмотрела на Лю Чжи, ее плечи затряслись, словно позвоночник был вырван, она рухнула.
Лю Юй быстро обнял ее, мягко успокаивая.
«Тетя, не волнуйтесь».
«Как говорится, старший брат подобен отцу».
«С этого дня я буду присматривать за братом Чжи, обязательно направлю его на правильный путь и прославлю предков!»
Мир Лю Чжи рухнул, он дрожал от гнева.
«Скотина, скотина!»
«Я считал тебя братом, а ты хочешь стать моим отцом!»
«Разве я вчера тебе не надел зеленую шляпу? Нет, разве это можно считать зеленую шляпу? Какая разница между этим и выбором одного и того же красного номера в публичном доме! Ты хочешь так отомстить мне!»
Лю Юй: Раз уж стремишься к острым ощущениям, надо идти до конца!
Гу Чэн, наблюдая со стороны, понял, что что-то не так.
Да.
Он должен был задуматься об этом еще вчера вечером.
Если в последнее время многие женские призраки ищут мужскую сущность Лю, то почему эта деревня Лю такая чистая?
Жоуэр, женский призрак, ловила рыбу в десяти милях отсюда.
По анализу, есть два варианта.
Один — в деревне Лю есть что-то, что защищает ее, и демоны и призраки не могут приблизиться.
Другой — деревня Лю занята более сильным призраком, и пришлые не могут перейти границу.
По мере того, как эмоции привлекательной матери в зеленом платье колебались, она, будучи в ярости, потеряла сознание.
Гу Чэн наконец уловил что-то необычное.
Зловещая черная аура и милосердный золотой свет одновременно мерцали, переплетаясь, неотличимые друг от друга.
«Хорошо спрятано!»
В его глазах мелькнуло глубокое опасение, он даже не заметил этого, прожив ночь в одном дворе.
Лучше бы он вчера вечером расспросил побольше, не стоило спешить сжигать эту развратницу.
Ошибка.
«Человек — не человек, призрак — не призрак, и есть еще буддийский свет?»
Привлекательная мать в зеленом платье лежала на груди Лю Юя, теплая и знакомая, но в то же время незнакомая аура вызывала прилив крови, он не мог уделять этому много внимания, как будто нашел новую «Жоуэр».
Гу Чэн хлопнул его по голове, его громовая мощь была как тюрьма.
Лю Юй мгновенно пришел в себя, повернул голову, и первое, что он увидел, — это убийственный взгляд Лю Чжи, он поспешно оправдывался.
«Это не я, этого не было, не поймите неправильно!»
Классическое тройное отрицание.
Неизвестно, что он отрицал.
Гу Чэн наклонился и забрал привлекательную мать в зеленом платье из объятий Лю Юя.
Лю Юй застыл: «Нет, даосский наставник Гу, это уже слишком!»
Гу Чэн скрупулезно сказал: «Послушай мой совет, ты не справишься с ней, позволь мне».
Лю Юй: «???»
Она всего на десять лет старше меня, а тебе далеко за!
К тому же, я могу справиться с ней двумя руками!
Лю Чжи: «???»
Нет, вы… воплощение альпаки?
Во дворе, в отношении спящей привлекательной матери в зеленом платье, три стороны стояли в противостоянии, каждая со своими мыслями.
В этот момент.
Снаружи послышался стук в дверь, и какой-то мужчина крикнул:
«Сестра Ли, маленький Чжи, это староста деревни! Взрослые из Отдела по Охоте на Демонов пришли в нашу деревню расследовать дело, видели повозку у въезда в деревню, хотели спросить, есть ли здесь даос Гу и Лю Юй?»
Атмосфера во дворе была странной, никто не отвечал.
«Хлопотно!»
Вскоре снова послышался полный решимости женский голос.
Бах!
Бам!
Дверной косяк внезапно рухнул.
С точки зрения Гу Чэна, он увидел поднимающуюся длинную ногу, по-настоящему великолепную длинную ногу, длиннее жизни, стройную и идеальной пропорции.
Жаль, что на ней были черные брюки, и он не мог увидеть ее полностью.
Владелец длинной ноги был очень высокой женщиной с темной кожей, черные длинные волосы были собраны в высокий хвост, падающий на спину, черты лица были глубокими и изящными, брови излучали героический дух.
На ней была форма охотника на демонов седьмого ранга с принтом леопарда, на запястьях были два бронзовых наруча, не как у стандартного воина, не толстые, а с отчетливыми костяными суставами, без единой мозоли.
Женщина убрала ногу, которой пнула дверь, сложила руки на груди и смотрела на всех сверху вниз: «Мы возместим вам дверь позже!»
Она властно сказала:
«Сначала скажите, кто такой Гу Чэн?»
Лю Юй, Лю Чжи и А Хао одновременно посмотрели на юношу, обнимавшего привлекательную мать в зеленом платье.
Даньтай Цзымо посмотрела на Гу Чэна, затем перевела взгляд на красивую женщину средних лет в его руках, нахмурилась.
«Ты Гу Чэн?»
Гу Чэн почувствовал, что, кажется, догадался, кто она, и кивнул.
Даньтай Цзымо указала на красавицу из семьи Лю: «Кто это?»
Перед лицом ауры трех-уровневого воина, исходящей от нее.
Лю Чжи дрожал: «Моя мать».
Лю Юй дрожал: «Моя тетя».
А Хао дрожал: «Тетя нашего господина».
Даньтай Цзымо не поняла ситуацию, с недоумением спросила.
«Что с ней? Почему ты ее обнимаешь?»
Лю Чжи сказал: «Моя мать случайно потеряла сознание, даос Гу помог отнести ее в комнату отдохнуть».
Лю Юй сказал: «Это изначально была моя работа, он настоял, сказав, что я не справлюсь, а он сможет!»
А Хао: «Наш господин сказал правду».
«Нет!»
Гу Чэн чуть не бросил женщину в своих руках: «Почему слова вас троих звучат так странно?»
Как будто я что-то нечистое задумал.
Действительно.
Выслушав, взгляд Даньтай Цзымо на Гу Чэна стал играть.
Она сделала два шага, подошла к Гу Чэну.
Ее рост, превышающий рост Гу Чэна на целую голову, оказывал сильное давление.
«Молодым людям нравятся зрелые красавицы, это понятно, но иметь нехорошие мысли о матери друга — невежливо».
Даньтай Цзымо похлопала Гу Чэна по плечу, подняв бровь: «Меньше читай запрещенные книги».
«Оставь это мне!»
Она выхватила бессознательную привлекательную мать в зеленом платье из объятий Гу Чэна, агрессивно спросила Лю Юя: «Где комната твоей матери, я отвезу ее».
Затем повернулась к старосте деревни.
«Позови врача».
Все действия были плавными, вызывая чувство полного спокойствия.
Гу Чэн сел на стул, долго не мог понять, почему он выглядит как жаждущий и думающий о нехороших вещах по отношению к матери друга извращенец.
Он смотрел на Лю Юя, пытаясь найти в нем что-то похожее.
Нет, совершенно ничего.
Даньтай Цзымо повернулась и беззаботно уселась рядом с Гу Чэном.
Сказала:
— Позвольте представиться, меня зовут Даньтай Цзымо.
— Нынешний начальник Отдела Охоты на Демонов уезда Ту, воин третьего ранга. Цзян Куй — мой старший брат по секте.
— Гу Чэн, я слышал о тебе еще до того, как пришел.
— Ты очень хорош, поэтому, стань моим младшим братом!
— Я могу познакомить тебя с красивыми женщинами подходящего возраста! Но если хочешь чего-то законного и не предосудительного, думаю, только незнакомые вдовы лет тридцати придутся тебе по вкусу.
Последняя фраза.
Она прошептала Гу Чэну на ухо, смеясь громко и раскованно.
— Ха?
Гу Чэн выглядел озадаченным.
Кто любит вдов?
Пришел и уже распускает обо мне слухи!
Больше не буду с тобой дружить!
……
……
P.S.: Зрелые читатели уже научились находить картинки сами! Давайте сюда, все вместе находим Главу 61: Даос — настоящий мужчина!
— Я не люблю вдов, и у меня нет мыслей о матери Лю Чжи.
— Конечно, Лю Чжи мне тоже не друг.
Подумав, Гу Чэн все же решил объясниться и доказать свою невиновность.
Разве прекрасные девушки не прекрасны?
Белые нежные ножки, свежие снежные пики, стройная фигура и сумасшедшее сердце!
— Не нужно объяснять, я понимаю!
Под весенним солнцем Даньтай Цзымо задрала подбородок, демонстрируя выражение «я всё понимаю».
«Какой же он маленький братишка, который любит себя скрывать!
Даосы действительно такие, совсем как говорила моя учительница.
Молодые, чистые, красивые, упрямые снаружи, мягкие внутри, любят зрелых тетушек.
Может быть, даже женатые или замужние женщины дают особый бонус.
Она положила руку на плечо Гу Чэна, одну ногу поставила на табурет, повернувшись к нему. Ее черно-белые глаза были кристально чисты.
— Ты можешь быть спокоен, старшая сестра все твои пристрастия принимаю. Пока ты останешься со мной и будешь хорошо работать, тот кто там?
Даньтай Цзымо посмотрела на Лю Чжи, прищурив глаза. — Если твоя мать снова выйдет замуж, ты будешь против?
Она узнала от старосты деревни, что мать Лю Чжи, госпожа Ли, была вдовой.
Лю Чжи посмотрел на форменную одежду седьмого ранга на ней, затем на треснувший от двери, лежащий на земле, и покачал головой.
Когда он хотел сражаться с призраками, у него была безграничная храбрость.
Сейчас ее не было.
— Вот!
Даньтай Цзымо похлопала Гу Чэна по груди, с великой доблестью сказав: — Смотри! Сестрица тебе всё устроит.
Хорошо, что это не мать друга!
Гу Чэн выпучил глаза: — Ты уверена, что это не будет считаться насильственным уводом женщины?
Даньтай Цзымо хихикнула: — Сестрица, конечно, спросит мнение другой стороны. Если она ни за что не согласится, сестрица ее не заставит!
— Тогда сестрица найдет тебе другую!
Говоря «сестрица» через слово, она вела себя словно главарь банды, а не чиновник.
Лицо Гу Чэна постепенно стало сложным. Неужели все воины с горы Динъян такие эксцентричные?
Неправильно.
Я и так не хотел вдов!
Чуть не свернул не туда.
— Иди сюда, иди за мной!
Он подавил гнев в своем сердце и повел Даньтай Цзымо к комнате госпожи Ли.
— Сейчас я тебе покажу, что я хотел сделать, обнимая ее!
У двери.
Даньтай Цзымо вдруг замерла, по ее уголкам рта появилась неловкая улыбка. Она сложила руки за спиной, задрала голову, глядя в небо, глаза ее метались, на щеках появился легкий румянец, почти незаметный на ее смуглой коже.
— Это, это не нужно!
— У вас еще и пальца на ногах нет, а вы уже хотите. Если ты так воспользуешься ее беспомощностью, тебя казнят.
— То есть, отрежут тебе твой маленький… ты понимаешь?
Ее большие глаза выражали серьезность, и она невольно скользнула взглядом вниз, к паху Гу Чэна.
Смотря, она сделала жест «щелк» двумя пальцами.
— Ты…
Гу Чэн изобразил страдальческое лицо.
Черт возьми —
Совсем сдался, эта старшая сестра может говорить всё что угодно!
Куда ты вообще залезла?
Тренировка кулачного боя на горе Динъян сначала тренирует рот, а потом уже остальное, разве этому учили!
— В ней есть призрак! — выдохнул Гу Чэн, стиснув зубы.
— Ух ты! — Даньтай Цзымо подняла брови, сняла нефритовый кулон с пояса и указала на него Гу Чэну: — Ты знаешь, что это такое?
Гу Чэн ответил: — Это жетоном Отдела Охоты на Демонов.
Даньтай Цзымо кивнула: — Да, но помимо того, что это мой жетон, на нем выгравирован Метод Буддийского Восприятия. Если в радиусе десяти чжан появятся демоны или призраки, я сразу узнаю.
Подумав.
Даньтай Цзымо вздохнула, обняла Гу Чэна за плечо, наклонилась, посмотрела ему в глаза и тихо сказала.
— Сестрица раньше с таким сталкивалась. Были дикие даосы, которые обманывали порядочных женщин, заявляя, что они попали под влияние злого призрака и нуждаются в ритуале спасения. Итог — они просто жаждали их тел, а потом, когда те теряли сознание, действовали. Ты — честный даос, так не делай!
Отправлять младшего брата к счастью — это ответственность старшей сестры.
Направлять младшего брата на правильный путь — это еще и миссия старшей сестры.
Они стояли очень близко. Гу Чэн мог видеть ее длинные ресницы, гладкую, нежную кожу без единого изъяна. Ее глубокие черты лица придавали ей что-то от экзотической красоты.
Однако в последнее время Гу Чэн видел слишком много Ань Чужань и Цинчэн, его порог чувствительности значительно повысился, и он не почувствовал сильного восторга. Скажем так, девять из десяти.
Он серьезно сказал:
— Эта штука может обнаружить только обычных призраков. Ее тело скрыто буддийским светом, и я чуть не ошибся.
Услышав это, Даньтай Цзымо стала серьезной.
— Ах? Это правда?
Гу Чэн без выражения ответил: — Если я лгу, я твой младший брат.
Даньтай Цзымо моргнула и сказала: — Ты уже им стал!
Гу Чэн прищурился и проговорил каждое слово с гневом: — Однажды мы подерёмся! Если я выиграю, я буду звать тебя сестрой! Если проиграю, ты будешь моим младшим братом!
Пока я не доведу тебя до слез, я не Гу!
Услышав про драку, на лице Даньтай Цзымо появилось безумное выражение.
«Как здорово!
Определять статус силой, как и предсказывала учительница, он — юноша, которого она наметила.
Этот темперамент, мне по вкусу, он должен стать младшим братом сестры!
— Договорились!
— Хорошо.
— Докажи мне, что в ней что-то не так!
Она сильно ударила Гу Чэна в грудь, освободила дорогу и позволила ему войти.
Неподалеку.
Лю Юй и Лю Чжи наблюдали. Увидев, что Гу Чэн входит в дом один.
Лицо Лю Чжи побледнело, и он со слезами на глазах воскликнул: — Мамочка моя!
Лю Юй с болью в сердце воскликнул: — Моя тетушка! Хорош, Гу даос, опередил нас!
Рядом со старостой деревни стоял стражник из Отдела Охоты на Демонов, который когда-то лежал на горе Цуйпин.
Он фыркнул с презрением.
— Не мечтай! Разве твоя мать — небесная красавица, чтобы истинный даос Гу был в нее влюблен! Женщины рядом с ним — все как одна — лучшее, что есть в мире.
Не успел он договорить.
Из комнаты внезапно вылетел черный дым.
Под ясным голубым небом температура во дворе вдруг упала, словно наступила глубокая зима. Злой ветер завывал, окутывая все призрачной аурой.
Нефритовый кулон на поясе Даньтай Цзымо мгновенно стал черным, как чернила.
Ее взгляд стал острым, кровь и ци взорвались, она, подобно печи, преградила путь черному дыму. Мощная чистая янская энергия, сопровождаемая силой воина, слилась в одном ударе.
Этот удар излучал мощную ауру, подобную горному потоку, несущемуся вниз.
Что бы ни встречалось на пути, все разрушалось.
С грохотом —
Волна жара разлетелась.
Черный дым, будучи сгустком призрачной ци, не боялся чистой янской энергии воина.Внутри него внезапно появился золотой буддийский отпечаток «Свастика», и тихий буддийский голос раздался из ниоткуда.
Та же самая великая чистая ян, но скрывающая в себе сострадание буддизма.
Золотой свет мелькнул во дворе.
— Это правда!
Кулак Даньтай Цзымо, вложенный со всей силой, был полностью остановлен.
Остаточная энергия кулака привела к тому, что кирпичные стены комнаты разлетелись вдребезги, а черепица, словно дождь, посыпалась вниз.
Стражник, защищая нескольких обычных людей, спешно присел.
После одного удара черный дым уже унесся на десяток чжан, пытаясь сбежать.
Даньтай Цзымо пришла в ярость: — Куда бежишь!
Она согнула колени, и каменные плиты под ногами тут же треснули. Она, словно стрела, выпущенная из лука, метнулась вперед, преследуя его.
Гу Чэн отвел иньскую ци, которую вливал в мать Лю Чжи, и восстановил ее тройную янскую огонь до нормы.
Говорят, человек обладает тройным янским огнем, и злые духи не смеют приближаться.
Он лишь вливал янскую ци, чтобы усилить собственный янский огонь госпожи Ли, тем самым изгоняя призрака, поселившегося в ней.
Ресницы госпожи Ли дрогнули, она медленно открыла глаза. На ее белоснежном, красивом лице мелькнул испуг. Несмотря на то, что ей было за тридцать, она выглядела нежной, как девушка, но соблазн зрелого тела был несравним с юными.
Гу Чэн попросил прощения и собрался уходить, но его схватили.
— Не надо, не причиняйте ей вреда, она хороший человек! Пожалуйста, отпустите ее!
Госпожа Ли, словно Си Ши, прижимающая сердце, нежно плакала, ее грудь вздымалась, она крепко держала Гу Чэна, не желая отпускать.
У двери.
Лю Чжи был совершенно ошеломлен. Это не так, у его матери не только призрак, но и чувства к этому призраку? Может быть, его отец давно был рогоносцем?
Лю Юй с завистью смотрел на руку Гу Чэна, сглатывая.
«Настоящий большой!»
Хлоп!
Гу Чэн дал ей пощечину, вырубив госпожу Ли, и быстро бросился в направлении, куда ушла Даньтай Цзымо.
— Мешаешь.
Неважно, хорошо это или плохо, не говори.
То, что призрак может использовать буддийскую магию, вызывало у него любопытство.
То, что он мог обмануть его всевидящие глаза, еще больше разжигало деловой интерес Гу Чэна.
Лю Юй, Лю Чжи, А Хао, староста деревни, стражник:
— …
«Даос — настоящий мужчина!»
……
……
P.S.:
Стражник: Отзываем назад одну кузину.
Читатели: Нажимаем, чтобы перейти к главе 62: Поимка черного дыма, допрос призрака-женщины.
— Оставь меня!
Издалека все еще было слышно яростное рычание Даньтай Цзымо, похожее на ревущего дракона, чьи звуки достигали небес, а приземление сопровождалось раскатами грома.
Даньтай Цзымо высоко подпрыгнула, ее спина изогнулась, как туго натянутый лук, высокий конский хвост развевался на ветру. Она подняла руку и выставила кулак вперед, позади нее медленно рассеивался белый туман.
Под солнцем.
Ее кожа, более нежная, чем шелк, блестела. Чистые, гладкие мышечные линии были едва заметны. Одежда развевалась на ветру, взгляд был острым, словно горящий невидимым пламенем.
Когда лук был натянут до предела, воздух вокруг Даньтай Цзымо издал стонущий звук, не выдерживая нагрузки. Она стремительно упала вниз, выбив кулак, кулачное намерение было подобно текущей воде, распространяясь перед ней. Куда бы оно ни попадало, все становилось запретной зоной.
Это был удар, обрушившийся с неба, называемый «Гром!»
Над полями деревни Лю.
Гром не смолкал.
Черный дым сжался в клубок, настолько густой, словно текущие чернила, постоянно вращался, не показывая ни малейшего намека на свою истинную форму.
Он бежал очень быстро, но не мог сравниться с многократными вспышками воина на короткой дистанции.
— Не заставляй меня, я не хочу быть вашим врагом!
Из черного дыма раздался гневный женский голос.
Куски буддийских сутр текли изнутри и снаружи, золотой свет сиял, превращаясь в настоящую буддийскую золотую броню, полностью окутывая его.
Бам!
Дзинь —
Звук колокола разнесся по окрестностям.
Затем, разрушен!
Мощное кулачное намерение упало первым, черный дым издал яростный крик боли, непрерывно опускаясь, пока кулак Даньтай Цзымо физически не ударил его. Сила чистого яна, заключенная в кулаке, спирально взорвалась на кончике кулака.
Черный дым рассеялся, затем быстро снова свернулся в клубок.
Бам!
Даньтай Цзымо приземлилась, образовав яму глубиной в два фута.
В первых трех рангах воина нет истинной ци, только тело. Невозможно вести бой в воздухе с противником.
Приходилось лишь раз за разом прыгать, раз за разом падать.
— Оказывается, это всего лишь призрак до четвертого ранга.
— Полагаясь на буддийское сокровище и буддийскую магию неизвестного происхождения, чтобы спасти свою жизнь.
— В следующем ударе я тебя разнесу!
По мере регулировки дыхания, Даньтай Цзымо схватила черный дым пятью пальцами, уголки ее рта изогнулись в беспощадной улыбке.
Будь то фигура или темперамент, она всегда занимала властную позицию.
Женский голос черного дыма вздрогнул, он снова сжался, превратившись в золотисто-черную бусину размером с мизинец, которую совершенно невозможно было разглядеть снизу.
Отчаянно пытаясь улететь выше.
Призраки боятся солнечного света — это их природа, но она, казалось, не входила в это число.
В мгновение ока она покинула высоту, на которую Даньтай Цзымо могла прыгнуть. Ей оставалось только напрягать зрение, чтобы искать маленькую бусину, и она бросилась бежать по земле.
Из золотисто-черной бусины раздался тот самый острый женский голос: — К счастью, преследует меня воин, а не даос. Если бы это был даос…
— Что потом?
Не успела она договорить, как увидела, что Гу Чэн, прикрепив Талисман Легкого Пера и Талисман Управления Ветром, а также используя Искусство Управления Ветром, взлетел на сто чжан.
Словно шепча ей на ухо, он улыбнулся и сказал:
— Видеть призрака днем, не знаю, будда ли ты или демон. Девушка, давай поговорим о жизни, как насчет?
Гу Чэн протянул большую руку, пальцы излучали молнии, создавая мгновенно клетку из молний.
Когда он достигал четвертого ранга, он мог мгновенно использовать большую часть знакомых ему даосских техник.
Особенно те, которые он хорошо знал: молнии и огонь.
Перед лицом магической силы молнии, бусина испугалась еще больше.
Золотой свет на поверхности ярко вспыхнул, она металась туда-сюда, пытаясь выбраться из клетки молний.
Но как только клетка была сформирована, Гу Чэн продолжал увеличивать свою магическую силу, позволяя силе молнии сталкиваться с буддийским светом, не отпуская, а наоборот, вместе с золотисто-черной бусиной падал с неба.
Легко приземлившись.
Два рукава развевались, осанка была естественной.
Даньтай Цзымо с удивленным выражением подошла к Гу Чэну, подняла руку и несильно ударила его по плечу.
— Неплохо, мальчишка, есть чем похвастаться. Нет, по крайней мере, четыре раза!
— Летать с помощью ветра, управлять молниями, стильный и сильный.
— Только такие младшие братья, как ты, могут вывести меня в свет.
Гу Чэн: — …
«Я думал, ты увидишь разницу между нами и отступишь.
Больше не скажу, подождем решающей битвы!
Он превратил электричество в ладонь в шар, надежно удерживая золотисто-черную бусину. Внутри нее время от времени раздавалось печальное буддийское пение, она все еще боролась.
Гу Чэн подумал, подмигнул Даньтай Цзымо, слегка прокашлялся и сказал:
— Госпожа Ли вступила в сговор с призраками и вредила местным жителям. Согласно законам Цанго, ее должны сослать на север, в такое холодное место, как Ючжоу, верно?
Даньтай Цзымо поняла его намек и холодно усмехнулась.
— Ты слишком много думаешь. У госпожи Ли еще есть немного красоты. Лицо белое, грудь большая. Тц-тц, я думаю, ее, скорее всего, отправят в пограничную армию на севере, чтобы она служила там как военная проститутка, принимая разные «наслаждения» день и ночь… через несколько лет ее тело ослабнет, и тогда она свернет свои вещи и будет похоронена в земле.
Гу Чэн: — ???
«Нет, брат, как ты можешь говорить такие жестокие и ужасные вещи просто так!»
Конечно.
Услышав эти два предложения, бусина в клетке молний забилась еще сильнее, издавая вой: — Я не вредила местным жителям! Деревня Лю была мирной более десяти лет, я сама изгоняла злых духов, госпожа Ли — хороший человек, вы не можете… не можете ее оговорить!
— Уууу —
Наконец, она сломалась эмоционально и заплакала.
— Военная проститутка, ни за что! Меня измучают, уууу —
Даньтай Цзымо уверенно улыбнулась, сложив руки за спиной, задрав голову к небу, словно все было под ее контролем.
Магия языка, принадлежащая ей.
Гу Чэн показал ей большой палец, «Брат, ты крут».
— Слушай внимательно. Сейчас перед тобой стоит начальник Отдела Охоты на Демонов седьмого ранга, который отвечает за всех демонов и призраков в уезде. Что бы я ни спросил, ты отвечай!
— Если ответишь хорошо, госпожа проявит милосердие, и, возможно, все останутся невредимы.
— Если ответишь плохо, тебя превратят в украшение, а потом ты будешь жить в военном лагере вместе с госпожой Ли!
Гу Чэн, действуя под прикрытием, объяснил, в чем дело.
Даньтай Цзымо услышала это, ее глаза заблестели, словно она не ожидала такого хода.
«Использовать их связь, чтобы добиться цели.
А Чэн, ты действительно мой идеальный младший брат!
Она серьезно сказала: — Я всегда строго соблюдаю закон, никого не убиваю несправедливо и никого не отпускаю несправедливо!
— Уууу —
Клетка молний была открыта.
Буддийский свет был скрыт.
Черный дым колебался, медленно конденсируясь в человеческую форму. Женская внешность, одежда была искусно трансформирована, облик был красив, с первого взгляда было видно, что в прошлой жизни она была из знатной семьи.
Та бусина была нанизана на красную нить и висела на запястье.
Как только она появилась, она села на землю и заплакала.
— Сестра Ли — великий добрый человек! Я видела, как она росла, просто у нее плохая судьба, и она вышла замуж за не того человека. Ее муж был соблазнен водным призраком из подчинения Королевы Призраков Мэншань. Как бы я ни уговаривала, он не слушал.
— Я даже лично показала ему, объяснила ему выгоды… он… он хотел, чтобы я стала его наложницей. Ууу! Зверь, великий зверь!
— Он заслужил раннюю смерть, я помогла сестре Ли вырастить ребенка.
Призрак плакал.
Призраки на самом деле не плачут, слезы — это их эссенция.
Гу Чэн присел, собрал прозрачные серые жемчужины и положил их в карман.
Это все хорошие вещи. Обычно они не плачут, даже если их убить.
В секте есть много мест, где их можно использовать.
В методах призрачного пути тигриного демона тоже есть неортодоксальные методы.
— Хм?
Плача так горько, никто ничего не говорил. Великая леди-призрак подняла голову и увидела Гу Чэна, который, казалось, с нетерпением ждал, пока она продолжит плакать. На ее лбу появились большие вопросительные знаки.
Гу Чэн прикрыл карман, взгляд его скользил.
— Твои слова совершенно нелогичны, начни сначала!
— Если хочешь плакать, плачь, не сдерживайся, мы не будем смеяться над тобой.
— Я гарантирую, что в этом мы профессионалы.
Даньтай Цзымо толкнула Гу Чэна в плечо.
Наклонив свою высокую фигуру, ее волосы небрежно касались боковой стороны лица Гу Чэна, неся слабый аромат гардении.
Гу Чэн не ожидал, что ее волосы будут ароматизированы. Он не мог не представить, не скрывает ли эта женщина, с суровой внешностью и ядовитым языком, мягкое сердце?
Он услышал, как она тихо прошептала, уже не выглядя как женщина-бог войны.
— Старый брат, будь понятливым, поделись половиной.
Гу Чэн был в замешательстве.
«Если бы я только знал, что она…»
Глава 63: Последствия смерти Лю Юйнина наконец-то пришли!
Плачущая на пике эмоций великая леди-призрак широко раскрыла глаза и посмотрела на пару мужчин и женщин перед собой без эмоций.
«Нет, я плачу, рассказываю историю, рассказываю о своем трагическом прошлом!
У вас есть хоть какое-то сочувствие?»
Она стала еще более печальной, но уже не могла плакать.
Ледяной мир и равнодушные люди ранили ее хрупкое сердце.
Словно она стала частью их игры.
……
— Хорошо, хорошо.
Перед лицом подбородка, нависшего над головой, Гу Чэн беспомощно вздохнул и достал из кармана пять эссенций духа, протянув их Даньтай Цзымо.
«Ради твоего старшего брата.»
Даньтай Цзымо, не считая, сунула их в карман, отбросила свой конский хвост и ослепительно улыбнулась Гу Чэну, в ее глазах читалось «поняла».
Гу Чэн сказал призраку: — Продолжай плакать… нет, продолжай говорить, с самого начала.
Призрак была одета в классическую плиссированную юбку, ярко-красную, с вышитыми зимородками и летающими цветами, макияж был изысканным. Только края ее глаз были слегка серыми, словно подведены дымом. Она была маленького роста и сидела на земле, подготавливая эмоции, выражая горечь воспоминаний о прошлом.
— Это очень, очень долгая история. Двадцать четыре года назад, сестра Ли была еще маленькой девочкой. В то утро, в одно очень особенное, прекрасное утро, я смотрела восход солнца на горе…
Даньтай Цзымо резко прервала ее, нетерпеливо сжимая кулаки.
— Говори короче!
— Выбирай главное!
У нее не было терпения слушать чушь.
— Ууу —
Призрак сердито подняла голову, быстро взглянула на них обоих и, убедившись, что оба — те, кого она не может победить.
Опустив голову, она ковыряла кончиками указательных пальцев.
— Просто двадцать с лишним лет назад она подобрала меня, и я была с ней более двадцати лет, видела, как она выросла, вышла замуж, родила ребенка, овдовела… до сих пор.
Лицо Даньтай Цзымо почернело, она прямо сказала: — Ты обманываешь своего отца! Ты не сказала ни слова о своем происхождении, даже своего имени не назвала! Ты хочешь почувствовать мой большой кулак?
Призрак на мгновение застыла, и тихонько придвинулась к Гу Чэну.
«Эта женщина такая грубая и жестокая, мне следует держаться подальше.»
— Меня зовут Чжуэр.
— Я не знаю, откуда я пришла. Я помню только эти двадцать с лишним лет, что провела с сестрой Ли.
— И потому, что в голове часто слышу голос буддийских монахов, мне приходится периодически впадать в спячку.
— Я никогда не делала ничего плохого, поверьте мне!
Гу Чэн и Даньтай Цзымо переглянулись.
Даньтай Цзымо покачала головой. Она видела все записи за эти годы, и деревня Лю была очень мирной.
Однако среди тех, кто покинул деревню, ежегодно несколько неудачников имели «янские и иньские» свидания.
В последнее время их число резко возросло.
Когда Даньтай Цзымо узнала, что Гу Чэн участвовал в деле Лю Юя, она специально пришла сюда рано утром, чтобы расследовать.
Гу Чэн спросил:
— Ты знаешь Королеву Призраков Мэншань?
Услышав это имя, Чжуэр удивленно кивнула.
— Знаю, знаю. Она самый сильный Король Призраков в Юньчжоу. Тот водный призрак, который убил мужа сестры Ли, был из ее подчинения. Водный призрак имел магический артефакт, очень мощный. Я не могла его победить в воде, а он никогда не уходил далеко от воды. После убийства мужа сестры Ли он исчез.
Даньтай Цзымо спросила с недоумением: — Какое отношение это имеет к Королеве Призраков Мэншань?
Гу Чэн объяснил ей, что произошло прошлой ночью.
Даньтай Цзымо ухватилась за ниточку, глаза ее просветлели: — Значит, это старая демоница устраивает переполох. Я сейчас же сообщу своей учительнице, чтобы убить ее!
Она достала тысячемильный свиток связи и поторопилась, чтобы похвастаться.
Гу Чэн же внимательно рассматривал Чжуэр, протянув руку: — Можно мне взглянуть на бусину, которой ты одержима?
Выяснить, почему она могла избежать его обнаружения и использовать буддийскую магию в своей призрачной форме, было главным, что волновало Гу Чэна.
— Это…
Чжуэр явно колебалась.
Она назвала себя по имени бусины, бусина была ее сутью.
Но под чужой крышей приходилось склонять голову.
Она сжала губы, ее белоснежная маленькая рука засунулась в грудь, копалась там, копалась, долго возилась, и наконец достала маленькую золотисто-черную бусину.
Гу Чэн взял бусину и внимательно рассмотрел ее на ладони.
Изначально она должна была быть золотой, с глубокой буддийской аурой, должно быть, буддийское сокровище. Много лет она была пропитана призрачной ци, смешанной с большим количеством черного.
Была скрытая тенденция к слиянию.
Чжуэр не боялась солнечного света и слышала буддийские сутры, а также могла использовать буддийскую магию — все это благодаря этой бусине. С течением времени они стали единым целым, почти неразделимым.
— Но ее уровень невысок, и она не очень хорошо владеет буддийской магией. Даже с этим буддийским сокровищем, скрывающим ее, это не причина, по которой она могла спрятаться в теле вдовы Ли, не оставив и следа.
Гу Чэн погладил подбородок, размышляя.
Спустя долгое время.
Он раскрыл свои всевидящие глаза. В его глазах сиял зеленый свет, подобный божественному сиянию. Он поднял золотисто-черную бусину к восходящему солнцу.
В этот момент.
На поверхности бусины мелькнул зеленый оттенок.
Гу Чэн мгновенно уловил след, немедленно убрал бусину, выражение его лица стало чрезвычайно серьезным, и он в изумлении спросил: — Ты знаешь старого даоса по фамилии Лян? Нет, возможно, тогда он еще не был старым.
«Не ошибусь!
Это определенно работа мастера. Талисман запечатывания секты Тайпин достиг невероятного уровня.
Если бы Гу Чэн не был его прямым учеником, он бы и глаза выколол, но не смог бы увидеть.
Чжуэр растерянно покачала головой.
— Нет, не знаю! —
Этот молодой господин так быстро меняет выражение лица.
Гу Чэн вернул ей бусину, и малейшее сомнение в его сердце тут же рассеялось. Старик наверняка имеет причину помогать скрывать это, и призраку, вероятно, нет нужды вредить, иначе он бы не вмешался.
— Прибери это.
Чжуэр проглотила бусину и кивнула, ничего не сказав.
Она чувствовала, что этот юный даос внезапно стал намного добрее, его отношение к ней изменилось с зимней стужи на весенний ветерок.
Дантай Цзымо подошла, выглядя расстроенной.
— Мой учитель и остальные уже узнали об этом деле и направляются к горе Мэншань, чтобы выяснить причину у той старой матери-призрака. Они также потребовали, чтобы Отдел Охоты на Демонов уезда полностью проверил всех призраков в пределах Юаньчжоу, а официальный документ прибудет в уезд Ту после полудня.
Думала, это будет подвиг, но кто-то опередил.
— Черт!
Дантай Цзымо яростно выругалась.
Стоявший рядом мужчина и призрак в унисон сделали вид, что ничего не услышали.
— Кстати.
Дантай Цзымо обратилась к Гу Чэну: — К нам прибыли люди из округа Сяин, один инспектор и двое из семьи Лю. Говорят, они по делу об убийстве Лю Юйнина тигриным демоном. Ты тоже был там в то время, поэтому после возвращения тебе придется пойти со мной в Отдел Охоты на Демонов для содействия в расследовании.
Наконец-то пришли.
Гу Чэн был спокоен. Пришло время проверить результаты.
Остаться или бежать — все решится сейчас!
— Что до тебя.
Дантай Цзымо посмотрела на Чжуэр, которая выглядела как послушная девушка.
— Отпустишь меня?
Чжуэр умоляюще посмотрела на нее.
— Мечтай!
Дантай Цзымо холодно фыркнула: — Твое дело еще не выяснено, ты должна вернуться со мной!
— Ааааа—
Чжуэр выглядела так, будто жизнь потеряла смысл. Если она попадет в Отдел Охоты на Демонов, разве это не будет означать, что ее жизнь окажется в чужих руках?
Жить или умереть, судьба не в ее власти.
Гу Чэн задумался на мгновение и решил заступиться за нее.
— Учитывая, насколько занят ваш Отдел Охоты на Демонов в последнее время, у вас действительно будет время разбираться в ее деле? Я не вижу, чтобы она совершила какие-то злодеяния, может, отпустим ее пока?
— С семьей Лю они никуда не денутся.
Дантай Цзымо удивленно уставилась на Гу Чэна.
Что-то не так.
Когда ты видел, как она плакала, ты так себя не вел.
Совсем не проявил снисхождения к прекрасной женщине!
Я лишь успел передать сообщение, а ты уже изменился. Вы двое, должно быть, заключили какую-то сделку, верно?
Дантай Цзымо подумала.
Раз уж призрачная женщина назвала Ли Гуаньфу младшей сестрой, вероятно, ее возраст, сложенный при жизни и после смерти, немал.
Выглядит молодо и красиво, а ее голос, когда она плачет, тоже очень приятен.
Разве это не та самая зрелая красавица с внешностью юной девушки?
Гу Чэн говорил, что ему не нравится тип Ли Гуаньфу, неужели такой тип, как эта молодая внешность и зрелое сердце, — его настоящая любовь?
Дантай Цзымо почувствовала, что раскрыла правду.
— Ладно, я сделаю тебе одолжение и отпущу ее пока, но если она сбежит, ты будешь нести ответственность!
Гу Чэн не отказался.
Теперь Дантай Цзымо была еще более уверена в своих предположениях, она подмигнула и с насмешкой рассмеялась: — Ты, парень, поблагодари меня!
Гу Чэн: «???»
Чжуэр: Почему мне кажется, что у меня с этим господином тайная связь?
Я не люблю мужчин, глава 64: Ярость!!!
Сегодня в Отделе Охоты на Демонов было очень оживленно.
Как только Гу Чэн и Дантай Цзымо вошли в городские ворота, их заметили стражники, которые ждали их.
Увидев их, стражник бросился вперед, отчаянно подмигивая Гу Чэну, но не осмеливаясь заговорить, и лишь поклонился Дантай Цзымо.
— Госпожа, инспектор из округа Хуан Цзинъянь уже прибыл. Он сразу же изучил все дела покойного господина Лю, начиная с самого начала. Соответствующие лица уже ждут в канцелярии.
— Все наши коллеги, которые были там в тот день, оруженосцы из Бюро Перевозки Грузов Янвэй, а также…
Стражник снова взглянул на Гу Чэна.
— ...и маленький даос из Даосского храма Тайпин.
Гу Чэн нахмурился, внезапно почувствовав дурное предчувствие.
Вчера вечером он оставил Жуньбао ночевать в доме Ван, поначалу он хотел подождать, пока он разберется с призраком, а потом забрать ее с собой, поскольку она была хорошо знакома с госпожой Ван.
Но неожиданно она оказалась втянута в это дело.
Стражник продолжил: — Господин Хуан сказал, что хотя господин Гу еще не прибыл, остальные уже здесь, поэтому он начал допрос.
— Он приказал мне ждать вас у городских ворот.
— Если встретите господина Гу, то, тоже, тоже захватите его и доставьте для допроса.
Эти слова были предельно невежливы.
Это определенно не было формулировкой самого стражника, а означало намерение господина Хуана.
— Хорошо, хорошо, хорошо!
Услышав это, Дантай Цзымо в гневе сжала кулаки, выглядела очень недовольной, скрежетала зубами: — Что он имеет в виду? Эта территория под моей юрисдикцией, дело, которым я занимаюсь, и он берется за него, не дождавшись меня!
— Не ставите меня, Дантай Цзымо, ни во что, кто дал ему такую смелость!
Стражник поспешно ответил: — Возможно, это из-за двух человек, сопровождавших господина Хуана. Они сказали, что являются дядей и двоюродным братом покойного господина Лю из семьи Лю, и они из Резиденции маркиза Чунъэнь. Господин Хуан, кажется, очень уважительно к ним относится.
— Семья Лю?
Гу Чэн тут же ускорил шаг к Отделу Охоты на Демонов.
Если эти члены семьи Лю такие же, как Лю Юйнин, то люди из Бюро Перевозки Грузов Янвэй и Жуньбао, вероятно, пострадают.
Думая о улыбке своей младшей сестры по учению, его взгляд стал еще холоднее.
— Вы, ребята, правда не хотите жить.
Отдел Охоты на Демонов.
Большие ворота были распахнуты.
Снаружи толпились прохожие.
Старик в сером одеянии с седыми волосами и бородой стоял во дворе с копьем в руке. Его старческое тело излучало властную ауру дикого зверя, его ци и кровь бурлили, готовые к действию.
Длинное копье чжанба сияло серебристым светом, казалось, оно тщательно ухаживалось каждый день, его острота оставалась неизменной десятилетиями.
— Ты невежественный старик! Что ты имеешь в виду? Приходить в Отдел Охоты на Демонов с оружием и мешать допросу — это преступление, равное измене!
Перед залом.
Толстый мужчина в зеленом одеянии с изображением Куй-няу сердито кричал. Это был Хуан Цзинъянь, прибывший из столицы области. Его лицо покраснело от прилива крови. Обидно, что все стражники уездного Отдела Охоты на Демонов отказывались ему подчиняться и сражаться с этим стариком.
Он, как вышестоящий чиновник, неужели должен был опозориться и сражаться с этим трехмерным воином, который вот-вот умрет от старости?
Что, если он получит ранение?
Что, если он потерпит неудачу в придорожной канаве?
Старик в сером одеянии оставался невозмутимым, его острые глаза уставились на Хуан Цзинъяня, как у ястреба.
— Допрос? Это для преступников!
— Перед приходом нам сказали, что это всего лишь содействие в расследовании, просто допрос!
— Но теперь не только собираются применить пытки, но и используют методы левого пути, чтобы поколебать сердца и души людей, определяя правдивость слов!
— Такой метод вреден для души, его, кажется, нельзя использовать так легко, верно?
Он был основателем Бюро Перевозки Грузов Янвэй, дедушкой брата и сестры Ван Сяомо, единственным трехмерным воином в уезде Ту. К сожалению, из-за возраста он не мог полностью использовать свои силы, как в молодости.
Обычно он имел только силу второго уровня.
Но сегодня, выйдя с длинным копьем, под кипящим боевым духом, он демонстрировал пиковое состояние, как будто вернулся к жизни перед смертью.
Наблюдающие за этим жители перешептывались, полностью веря словам старого главы Бюро Перевозки Грузов Янвэй.
Этот чиновник не выглядит как хороший человек!
Разве вы не видите, что в Отделе Охоты на Демонов его мало кто слушает?
— Чушь.
Хуан Цзинъянь заявил с праведным видом: — Этот метод проверки лжи — это магический артефакт, который господин Лю привез из Академии Цзичэн. Он совершенно безвреден для людей, и Отдел Охоты на Демонов планирует его широко продвигать.
Цзичэн был столицей прошлой династии и давно утратил свое прежнее величие.
Однако тысячелетняя академия там по-прежнему оставалась первой святой землей для культивации во всем мире.
Она пользовалась высокой репутацией среди народа.
Под залом сидели два человека: один — старик с мечом, другой — молодой человек в роскошной одежде. Этот молодой человек встал, улыбнулся и сказал:
— Меня зовут Лю Юйсянь, я ученик Академии ремесел Академии Цзичэн. Я занимаюсь культивацией даоских техник. Медный зеркальце, которое я принес сегодня, как сказал господин Хуан, действительно может определять ложь и совершенно безвредно.
Он достал изящное и маленькое медное зеркальце, поверхность которого была гладкой, как вода, и отражала все мельчайшие детали.
Сказав это.
Лю Юйсянь посмотрел на оруженосцев из Бюро Перевозки Грузов Янвэй, а также на Жуньбао и Ван Сяомо, который ее защищал.
— Все, пожалуйста, попробуйте. Это всего лишь несколько вопросов, ничего страшного.
Ван Сяомо, похожий на бамбук, выступил вперед, прямолинейно сказав:
— Мы действительно ничего не знаем. Рык того тигриного демона звучал так, будто взорвался у нас в ушах. Когда мы очнулись, у нас не осталось никаких воспоминаний.
После того, как его память стерли и ввели внушение, все, что он сказал, было правдой.
Медное зеркальце в руке Лю Юйсяня не отреагировало.
Это означало, что он сказал правду.
Он нахмурился: — Рык, который может повлиять на душу и повредить память…
Это было точно так же, как написано в деле!
Лю Юйсянь и Хуан Цзинъянь переглянулись, и он едва заметно указал на стражников.
Хуан Цзинъянь покачал головой.
Передал голосом:
— Когда стражники Отдела Охоты на Демонов проходят формальную аттестацию, они подписывают контракт с магическим артефактом Котел Пустоты Души. Если ты будешь колебать их души, то один или два — это нормально, но большее количество привлечет внимание столицы.
— Тогда твое фальшивое зеркало будет разоблачено, и даже я буду привлечен к ответственности.
— Можно искать только этих людей для проверки на ложь!
Лицо Лю Юйсяня стало серьезным.
Его взгляд несколько раз переместился, наконец, остановившись на маленькой девочке позади Ван Сяомо.
Она выглядела очень духовно, и, стоя на трибуне, не проявляла никакого страха, просто с любопытством смотрела на медное зеркальце.
— Маленькая сестренка, ответишь братику на один вопрос, хорошо?
— Ты видела, какие методы использовал тот тигриный демон? Контролировал могущественных призраков, использовал Знамя Демонов Рашаса, мог покидать тело… Каким способом тигриный демон убивал людей?
Улыбка Лю Юйсяня была безвредной, будь то угол зрения или взгляд, ее можно было описать только как добрую.
Но Жуньбао инстинктивно не любила его и снова спряталась за Ван Сяомо.
— Не отвечай!
Старый глава Бюро Перевозки Грузов Янвэй громогласно крикнул, его взгляд, полный убийственного намерения, прорезал воздух.
Только что его глупый внук был обманут, и он не успел его остановить.
Теперь очередь людей из Даосского храма Тайпин, тем более нельзя!
Он приближался шаг за шагом, его аура усиливалась.
— Я хотел спросить с самого начала, кто вы такой, что имеете право вмешиваться?
Лю Юйсянь улыбнулся: — Потерпевший — мой шестой брат. Почему я не могу спросить?
Старый глава Бюро Перевозки Грузов Янвэй пронзительно сказал: — У тебя есть право задержания? Ты получил его от этого господина Хуана!
Хуан Цзинъянь нахмурился: — Господин Лю — это внешний помощник, которого я пригласил. Он не имеет права задержания, но задать несколько вопросов не повредит.
Он был чиновником десятки лет и никогда не оставлял за собой дурной славы.
— Да!
Улыбка Лю Юйсяня становилась все ярче, он уставился на Жуньбао.
Интуиция подсказывала ему, что эта маленькая девочка станет очень важным прорывом.
— Ответь на мой вопрос! Маленькая сестренка, иначе ты будешь наказана.
Он решил немного помучить этих людей.
Например, Лю Юйсянь достал медный колокольчик, который он сам же и изготовил, который вызывал у людей сильную головную боль — Колокольчик, сбивающий с толку душу.
Еще не потряс его, как Жуньбао задрожала.
Ее маленькая пухлая рука спряталась в повседневной сумке через плечо, крепко сжимая что-то.
Не говоря ни слова.
— Что ты делаешь?
Старый глава Бюро Перевозки Грузов Янвэй был в ярости, он поднял копье.
Гу Чэн спас жизнь его сыну, как он мог смотреть, как Жуньбао обижают?
Старый мужчина семьи Лю, который до сих пор сидел, встал. Без лишних движений, за его спиной раздался звон меча, и ци меча взмыла в небо. Свет меча был ослепительным, освещая три чжана красной пыли.
— Умирающий воин, смеешь обнажать копье?
Старик презрительно сказал.
Бум!
Синяя фигура спустилась с неба. Кулак, сотрясающий горы и реки, с огромной силой ударил прямо в острую ци меча, издавая звон, похожий на столкновение металла.
Кулачное намерение, которое лилось, как водопад, хлынуло в зал.
Оно сбило шляпу Хуан Цзинъяня, и заставило старика с мечом настороженно взяться за рукоять.
Вуууххх—
В то же время.
Гу Чэн, словно порыв ветра, появился перед Лю Юйсянем, протянул руку и схватил Колокольчик, сбивающий с толку душу, вместе с рукой Лю Юйсяня.
Сила в несколько тысяч цзиней, сопровождаемая трансформацией силы, мгновенно взорвалась.
— Ты наказываешь своего предка!
Давно забытое ругательство вырвалось наружу.
Гнев в сердце Гу Чэна, начиная с городских ворот, накапливался до этого момента, достигнув точки кипения.
Все еще слишком честный!
Подготовил вещи по правилам, но столкнулся с людьми, которые совершенно не соблюдают правила.
Этот чертов мир.
Высокопоставленные всегда могут использовать самые выгодные для себя методы, действовать безрассудно, нарушая все границы.
Хрясь! Хрясь!
Первый звук, который издал медный колокольчик, был похороненной песней распада.
До этого.
Рука Лю Юйсяня была раздроблена Гу Чэном.
Проклятое правило!
...
...
PS: Автор хочет написать не однообразного главного героя. Он не идеален, тоже совершает ошибки, но обязательно будет расти.
Конечно, если я отравлю вас, пожалуйста, накажите главу 66: Бумеранг, возвращайся немедленно!
Крик, подобный убийству свиньи, раздался в главном зале Отдела Охоты на Демонов.
— Аааа!!
Кости ладони были раздроблены, лицо Лю Юйсяня мгновенно исказилось.
— Не стесняйся, дам тебе твой любимый большой шлепок!
Гу Чэн вовсе не собирался его отпускать. Другой рукой он с молниеносной скоростью нанес удар по уродливому лицу Лю Юйсяня, издав чистый и приятный звук.
Приятный для слуха.
Хлоп!
Лю Юйсянь упал прямо, его щека высоко опухла, и полные зубы от сильной ударной силы выпали.
— Мм—
Жуньбао, будучи сообразительной, заранее закрыла глаза, притворяясь, что ничего не видит.
Остальные присутствующие были потрясены.
Только стражники, которые тогда испытали молниеносную технику Гу Чэна, знали, что когда этот человек приходит в ярость, он действительно подобен Яньвану.
— О, я думал, какой это выдающийся товар, как ты можешь не выдержать моего шлепка!
Лю Юйсянь, даос второго уровня, которому полагается вход, гудел в голове.
Старый мечник семьи Лю в ярости выхватил меч, его ци меча взвилась в небо.
Дантай Цзымо холодно усмехнулась, преграждая путь Гу Чэну.
— Иди сюда, руби меня, лучше сначала убей меня! Твоя семья Лю действительно великая, ничтожество без должности, а все еще тянут руки в Отдел Охоты на Демонов.
Это ее очень разозлило!
Гу Чэн посмотрел на высокую фигуру перед собой, его разум на мгновение затуманился. Он поднял медное зеркальце, упавшее на землю, и его взгляд стал мрачным: — Это медное зеркальце, изготовленное с использованием тайного метода демонического пути для извлечения сердец и душ. Задашь несколько вопросов, и ты будешь увлечен им, будешь говорить все, что знаешь, и после использования оно нанесет определенный вред душе.
— О? Есть также техника поиска души. Как только сердце и душа отвечающего будут извлечены, владелец зеркала сможет воспользоваться этим, чтобы искать душу и записывать его воспоминания.
— Поиск души у живых людей, даже если они не умрут, они станут идиотами!
Проверка на ложь?
Это не простая проверка на ложь!
Ван Сяомо и Жуньбао выглядели глубоко испуганными.
Ван Сяомо: Я стану дураком?
Жуньбао: Плохой человек!
Лицо Хуан Цзинъяня сильно изменилось: — Ваше превосходительство, не говорите ерунды. Это секретный магический артефакт для проверки лжи, разработанный Академией Цзичэн, и он абсолютно безвреден.
Черт возьми, разве они не говорили, что внутри есть только одна техника извлечения сердца и души? Почему еще и поиск души?
В мире культивации, техника поиска души у живых людей является запрещенной техникой!
Даже если кто-то и какая-либо сила будет использовать эту запретную технику, они не смогут выставить ее напоказ.
Семья Лю собирается погубить его!
— Чушь, не говорите о запретной технике поиска души у живых людей, даже извлечение сердца и души — это выдумка вашего желторотого ребенка!
Старый мечник семьи Лю, ци меча которого была безгранична, пристально смотрел на Гу Чэна и медное зеркальце в его руке.
Убийственное намерение было очевидным.
Пока он не схватит его и не уничтожит, ему было все равно, что внутри!
— Семья Лю, ты хочешь убить?
Дантай Цзымо усмехнулась, открыла рот, обнажив ряд белых зубов. Ее высокая фигура излучала величественную ауру горы, ее кулачная стойка не была движима, но уже демонстрировала Тайшань, кулачное намерение бурлило.
Лицо старого мечника семьи Лю стало неловким: — Он оскорбил нас!
Дантай Цзымо прищурилась, холодно сказала: — Ты спешишь, разве это не означает, что он прав!
Старый мечник семьи Лю поднял меч, острота ци меча заставляла два браслета на руке Дантай Цзымо звенеть: — Он ранил моего члена семьи Лю, он заслуживает смерти!
Дантай Цзымо презрительно усмехнулась: — Ого, за одну пощечину хочешь убить? Семья Лю в Юаньчжоу так высокомерна, знает ли об этом маркиз Чунъэнь в столице? Хотите, чтобы я и мой учитель написали докладную, чтобы попросить императора спросить вашего маркиза, принадлежит ли Юаньчжоу семье Лю?
Она была воином, а не безрассудным головорезом.
Если у тебя есть бэкграунд, зачем быть дураком?
Старый мечник семьи Лю холодно сказал: — Ты знаешь, кто он?
Он указал на Лю Юйсяня, который все еще лежал на земле.
Дантай Цзымо скривила губы: — Какая он птица, я не знаю!
Хуан Цзинъянь увидел это и сказал: — Госпожа Дантай, этот человек — третий сын маркиза Чунъэнь, он вырос в Юаньчжоу с детства.
Дантай Цзымо цокнула дважды: — Нелюбимый внебрачный сын, верно? Иначе почему он не может остаться в столице!
Лю Юйсянь только что очнулся от пощечины.
Снова получил удар.
Потому что Дантай Цзымо сказала правду.
В этот момент гнев Лю Юйсяня достиг предела. Он сплюнул кровь, поднимаясь, и выругался.
— Грязная сучка, мужеподобная женщина, ты…
Бум!
Гу Чэн опустил ногу, наступил на лицо Лю Юйсяня, заставив его затылок тесно соприкоснуться с полом, и праведно сказал: — Ты, простой человек, как смеешь оскорблять чиновника в главном зале Отдела Охоты на Демонов? Такое открытое попирание законов страны Цан, даже я, прохожий, не могу этого вынести!
Дантай Цзымо слегка приподняла изящную бровь, уголок ее рта изогнулся в красивую дугу. Хорошо, что наступил!
Из собачьей пасти не может вырваться ничего, кроме дерьма.
Даже не умеет ругаться, как мужеподобная женщина может быть сучкой? Та, кто может быть сучкой, — это мужеподобная женщина?
Полный отброс.
— Ты действительно умрешь.
Старый мечник семьи Лю прорычал слово за словом.
Ци меча в его теле больше не сдерживалась, хлынула наружу. Его сила пятого уровня, господствующая над Отделом Охоты на Демонов, даже спровоцировала защитный массив Отдела Охоты на Демонов, но он моментально его пробил.
Меч разделился, окутав Гу Чэна и Дантай Цзымо.
— Осторожно!
В тот момент, когда Дантай Цзымо напомнила, ее официальное одеяние мгновенно разлетелось, обнажив темно-красный внутренний доспех, наложенный, как рыбья чешуя, свисающий от плеч до живота. Юбка из легких пластин на нижней части тела закрывала бедра, а вместе с наручами и ботинками на ногах составляла комплект.
Идеальные мышечные линии обнажились, не выпуклые мышечные блоки, а гладко расположенные на поверхности тела. Кожа была нежной и гладкой, сочетая в себе силу и красоту.
Словно женщина-воин!
Поверхность темного доспеха текла с блеском, похожим на лаву, отражая весь ци меча.
Гу Чэн давно уже достал из серой сумки через плечо Жуньбао пурпурный талисман.
Один талисман в воздухе, слабое пурпурное сияние мелькнуло.
Весь ци меча, казалось, исчез из воздуха.
— Госпожа Дантай, какое преступление — убивать без причины в Отделе Охоты на Демонов?
Удивленные взгляды всех упали на талисман.
Пурпурный талисман, только мастера даосских техник седьмого уровня и выше могли его нарисовать!
Таких высших мастеров во всем мире всего два-три человека.
Услышав вопрос Гу Чэна, Дантай Цзымо немедленно ответила: — Может считаться демоном, казнь без суда!
Итак, Гу Чэн медленно сжал этот талисман.
Старик оставил для Жуньбао хорошие вещи, каждая использованная — меньше, он действительно не хотел.
Но теперь.
Даос четвертого уровня сражается с мечником пятого уровня, если не использовать, то сжечь его на могиле?
— Подождите!
Хуан Цзинъянь внезапно сказал, словно пытаясь разрядить обстановку, он рассмеялся: — Сегодня мы пришли из-за смерти господина Лю Юйнина. Не нужно, не нужно драться, не нужно устраивать большой переполох, давайте действовать по процедуре! Тот Зеркало Истинных Слов, если не использовать, то не использовать.
— Госпожа Дантай, вы будете председательствовать, я буду наблюдать.
— Двое из семьи Лю могут сесть и наблюдать. Этот маленький брат, пожалуйста, сотрудничайте. Как только вы докажете, что смерть господина Лю Юйнина не имеет к вам отношения, мы немедленно вас отпустим.
Напряженная атмосфера внезапно замерла.
Старый мечник семьи Лю с опаской взглянул на таинственный пурпурный талисман неизвестного происхождения, и ци меча его отозвалась.
Даже Дантай Цзымо временно перестала действовать, подумывая о том, чтобы пойти пожаловаться.
Но Гу Чэн, одной рукой сжимавший Лю Юйсяня, как будто держал собаку, очень спокойно сказал: — Дело есть дело. Вы же сказали, что Зеркало Истинных Слов — это безвредный хороший артефакт? Тогда я докажу это, это не слишком?
— Господин Лю, расслабьтесь.
— Я задам вам несколько вопросов, вы должны честно ответить.
Сердце Лю Юйсяня екнуло.
Хуан Цзинъянь и старый мечник семьи Лю были немного виноваты.
Дантай Цзымо услышала это, захлопала в ладоши и рассмеялась: — Так тоже хорошо, очень хорошо!
— Приведите сюда, люди, уездного чиновника, его помощника, а также жителей города, кто свободен, пусть придут посмотреть на этот хороший артефакт из Академии.
— Господин Лю, вы должны гарантировать, что ваше Зеркало Истинных Слов безвредно и действительно работает.
Лю Юйсянь задрожал всем телом.
Он сам не знает, есть ли у этого зеркала побочный эффект?
Он слишком хорошо это знает!
Кроме той чертовой техники поиска души у живых людей, все остальное точно соответствует тому, что сказал Гу Чэн. Он — даосский культиватор, и если его душа будет повреждена, даже немного, это будет необратимая катастрофа.
Гу Чэн тоже дрожал, возбужденно дрожал.
Поиск души у живых людей!
У зеркала нет такой функции.
Он умеет!
Иначе зачем он только что выдумывал.
...
...
PS: Спасибо за сертификацию великого бога от Maple Mist, аааа! Тронут (ಥ_ಥ), когда у меня будет время на этой неделе, я выпущу главу 66: Ты слишком хороша, цветочек!
Гу Чэн поднял медное зеркальце, направив его прямо на лицо Лю Юйсяня.
— Нет, это моя вещь, ты не можешь ей пользоваться!
Столкнувшись лицом к лицу с Зеркалом Истинных Слов, Лю Юйсянь отступал шаг за шагом, на его лице появлялся видимый ужас.
Видя это, медное зеркальце в руке Гу Чэна испустило красный свет.
— Ложь!
Гу Чэн возбудился, одной рукой держа талисман, другой — зеркало, не отставая ни на шаг от Лю Юйсяня.
У этого зеркала действительно что-то есть.
Лю Юйсянь прикрыл опухшую левую щеку и в панике сказал: — Я не!
Красный свет зеркала оставался прежним.
Гу Чэн закричал: — Все еще лжешь!
С тех пор Лю Юйсянь замолчал, стоя рядом со старым мечником семьи Лю, закрыв глаза. Его губы дрожали от гнева, вызывая боль в опухшей левой щеке.
Что значит бросить камень и разбить им себе ноги!
Это было похоже на то, что жена, которую ты сам взял замуж, сначала была использована другими, и даже перед твоими глазами, используя тебя, чтобы стимулировать ее производительность!
— Господин Лю, почему вы не верите, что господин Лю пожертвовал собой ради народа и погиб в пасти тигра? Есть ли у вас соответствующие доказательства? Если нет, почему вы так необоснованно подозреваете!
— Это зеркало действительно не имеет никаких побочных эффектов? Смеете ли вы говорить правду!
— Вы пришли в уезд Ту действительно из-за причины смерти господина Лю?
Гу Чэн обратился к Хуан Цзинъяню и двум членам семьи Лю, наступая.
Хуан Цзинъянь и Лю Юйсянь не осмеливались говорить.
Только старый мечник заставил себя рассмеяться, и холодным голосом сказал: — Тогда я спрошу тебя, убил ли ты Лю Юйнина?
Гу Чэн поднял три пальца: — Бедный даос клянется небом, что я не убивал Лю Юйнина.
Он сказал это твердо, без малейшей фальши.
Все стражники Отдела Охоты на Демонов в уезде Ту покорно опустили головы и уставились на кончики своих ботинок.
— Все.
— Ваше превосходительство, расслабьте свой разум и ответьте на мои вопросы!
Гу Чэн поднял Зеркало Истинных Слов, направив его на лицо старого мечника.
Когда человек, которого освещает Зеркало Истинных Слов, лжет, оно реагирует. А для людей с высоким уровнем, оно тоже не всемогущее.
Сейчас Гу Чэн поклялся, вынуждая их.
Перед всем Отделом Охоты на Демонов уезда Ту и толпой зевак, он собирался перевернуть ситуацию.
Старый мечник семьи Лю, столкнувшись лицом к лицу с Зеркалом Истинных Слов, не открыл рта, молчал долгое время и сказал: — Возможно, мы ошиблись. Лю Юйнин действительно был убит демоном.
В деле было записано.
Младшая сестра Гу Чэна пропала, он попросил Бюро Перевозки Грузов Янвэй найти ее. Ван Сяомо, оруженосец из Бюро Перевозки Грузов Янвэй, попросил Лю Юйнина привести людей в помощь.
Гу Чэн, спасая младшую сестру по учению, оказался в ловушке в пещере.
Тигр-демон оглушил людей из Бюро Перевозки Грузов Янвэй своим рёвом. Лю Юйнин повёл своих подчинённых в атаку на тигра-демона, но трагически погиб. Как раз в этот момент Гу Чэн выбрался из ловушки и убил тигра-демона.
Все улики и показания совпадали.
Но Лю Юйнин, который никогда не действовал просто так, как мог пожертвовать своей жизнью ради спасения других?
Это прекрасно понимали они, и каждый в Управлении по ловле демонов.
Никто не упомянул об этом.
Это была единственная зацепка.
Именно её и нельзя было выносить на публику.
Ведь в глазах простого народа и вышестоящих властей Лю Юйнин уже был записан как доблестный чиновник, павший в битве с демонами.
Такая смерть полностью отвечала интересам клана Лю.
Гу Чэн даже об этом подумал.
Он ожидал, что клан Лю может начать расследование тайно, но не ожидал, что они открыто воспользуются своей властью и применят грязные методы.
Поэтому он почувствовал, что всё ещё слишком молод и слишком придерживается правил.
Или.
Гу Чэн предположил, что они пришли не из-за Лю Юйнина.
Духовные стражи Управления по ловле демонов, по приказу Даньтай Цзымо, пригласили зевак во двор, чтобы они могли слушать вблизи.
Несколько недавно появившихся фигур тихо заняли угол.
Ван Линхуа нервно сжимала кулаки за Гу Чэна и прошептала женщине в маске красного платья рядом с ней: «Госпожа Чуран, вы знаете, что тогда произошло?»
Ань Чуран сменила блестящее красное платье, а вуаль, подобная туману, скрывала её небесную красоту.
На запястье был надет белый нефритовый браслет, на ногах — облачные сапоги с изящным узором феникса, а на прекрасной лебединой шее сверкал изумрудно-зелёный драгоценный камень.
Длинные волосы ниспадали до пояса, на концах были перевязаны красной нитью.
Под красной нитью висел маленький колокольчик с трещинами на поверхности.
Неизвестно каким способом, но она уже восстановила полную силу.
Позади неё стояли мужчина и женщина.
Мужчина был крепкого телосложения, с обветренным лицом и сдержанным взглядом. Женщина выглядела бледной, покорной и кроткой.
— Не знаю.
Ань Чуран спокойно покачала головой.
Она знала только, что Лю Юйнин заслужил смерть, а маленький даос был нерешительным и медлительным, долго готовился, но в итоге противник действовал не по правилам.
Она пришла посмотреть на представление.
В идеале, чтобы семья Лю раскрыла план маленького даоса, или чтобы несколько духовных стражей оказались предателями, и всё было разоблачено, полностью отбив у Гу Чэна желание оставаться в стране Цан, на горе Цуйпин.
Наконец, настанет её черёд проявить себя.
— Отобрать и сделать зятем императора!
Ань Чуран с нетерпением подбадривала Хуан Цзинъяня и семью Лю.
Ван Линхуа слегка прикусила губу и с беспокойством посмотрела на Гу Чэна.
Она пожалела, что вчера ночью вернулась в даосский храм Тайпин, думая, что госпожа Чуран и госпожа Цинчэн, которые не умеют готовить, могут остаться голодными, и вернулась.
Кто бы мог подумать, что такое случится утром.
Ей было так неприятно, что она не смогла быть рядом с Гу Чэном и Жунь Бао в самый первый момент.
После того, как старый мечник клана Лю произнёс свои слова, Хуан Цзинъянь понял, что дело не удастся, и нужно искать другой путь. Он поспешно сказал Даньтай Цзымо:
— Госпожа Даньтай, мне кажется, это зеркало правдивости имеет некоторые недостатки. Не лучше ли вернуть его господину Лю, чтобы он его доработал, как вы думаете?
Даньтай Цзымо прямо сказала: «Катись!»
Пытаешься обмануть меня?
Хуан Цзинъянь не обиделся, рассмеялся и отошёл в сторону.
Если не получится открыто, то придётся действовать тайно. В этот раз семья Лю прислала не только двоих.
Лю Юйсянь, прикрывая лицо, сказал старому мечнику клана Лю:
— Третий дядушка, мне нужно кое-что вам сказать.
Старый мечник понял его без слов, тут же взлетел на мече, открыл барьер, чтобы никто не услышал.
Лю Юйсянь торжественно сказал:
— Третий дядушка, мы пришли за этим тигром-демоном. Согласно записям в деле, настоящий противник, сражавшийся с этим тигром-демоном, — это только этот ублюдок.
— Этот тигр-демон унаследовал наследие беглого ученика Королевы Призраков, и он, скорее всего, обладает информацией о той большой гробнице!
— Мы проверили труп тигра-демона, ничего не нашли.
— Этого парня нужно схватить и подвергнуть жестоким допросам.
— Если Королева Призраков найдёт ту большую гробницу раньше и получит из неё что-то, это станет огромной бедой для нашего клана Лю.
У старого мечника клана Лю не дрогнул ни один мускул на лице.
— Его талисман очень странный, нужно найти способ решить эту проблему.
Они шептались.
Ван Линхуа, видя, как двигаются их губы, удивлённо прикрыла маленький рот.
Чтение по губам.
Она немного это умела.
Чтобы не пропустить диалог, когда искала материалы на расстоянии.
Она приложила много усилий.
Ань Чуран, увидев её странное выражение лица, тоже наклонилась к ней, чтобы прошептать.
— Что случилось, моя цветочек?
Ван Линхуа, не ожидая подвоха, с кислой миной поделилась с Ань Чуран тем, что «видела».
Ань Чуран и двое позади неё вздрогнули.
Бледная женщина с белым лицом взмахнула рукой, также изолировав звук, чтобы он не распространялся.
В зале.
Даньтай Цзымо сидела на главном месте и начала заново разбирать дело Лю Юйнина.
— Осмотр вещественных доказательств?
— Без ошибок.
— Показания?
— Последовательные, все едины.
— Подтверждение места происшествия?
— Место разрушено, грязевой поток, подтвердить невозможно, но найден рваный зловещий стяг.
Все процедуры проходили гладко.
Даже Хуан Цзинъянь не нашёл никаких ошибок.
А двое из семьи Лю сидели в стороне, старый мечник был погружён в свои мысли, не зная, о чём думает. Лю Юйсянь то и дело бросал взгляд на сломанное Знамя Демонов Рашаса, то и дело злобно смотрел на Гу Чэна.
Гу Чэн сжимал фиолетовый талисман.
Он уже решил, что как бы то ни было, он должен провернуть это дело.
Иначе, зачем ему брать свой фиолетовый дворец? Эффект действует двенадцать часов, уже активирован.
Как минимум, нужно выведать их истинные цели из их ртов.
Эффект «поиска души» этого зеркала ещё не использовался!
В углу.
Глаза Ань Чуран засияли: «Так это тот «Лю»? Информация, которую мне дала та маленькая шлюха, оказалась правдой! Искал везде, а нашёл вот так просто»."
— Цветочек, ты великолепна!»
Она не удержалась и обняла Ван Линхуа в награду.
Ван Линхуа покраснела до корней волос, беспокойно запрыгала: «Что происходит, что происходит! Мой дядя Гу даже так не делал, эх, что ты делаешь!»
Ань Чуран взволнованно сжала кулаки.
— Дядя Ци, сегодня вечером пойдём и оглушим их. Ты побей того мечника, Цинь Цзе прикроет, я разберусь с тем толстым парнем в чиновничьей одежде, а пусть проклятый даос по очереди допросит их этим зеркалом.»
— Хорошее зеркало, хороший человек!»
— Похоже, это древняя гробница могущественного существа, которое практикует призрачный путь, имея чистое ян тело, и в итоге создало путь культивации разума!»
В то же время, в том же месте.
Два человека, по разным причинам, пришли к одной мысли.
……
Глава 67: Ночной набег? Нет, на нас совершают ночной набег!
— Дело закрыто, господа.
Даньтай Цзымо одним словом поставила точку, окончательно закрыв дело, которое не вызвало никаких волнений. Сказав это, она открыто достала тысячемильный талисман передачи звука, прочистила горло перед всеми и начала вещать.
— Учитель, катастрофа!
— Хуан Цзинъянь из Летнего лагеря, позволял посторонним вмешиваться в расследование Управления по ловле демонов, издевался над восьмидесятилетним стариком и принуждал восьмилетнюю девочку...
— Лю кто-то там, отпрыск семьи маркиза Чунъэнь, под предлогом Академии вынул зеркало правдивости и заставил семи-восьмилетнюю девочку пройти допрос...
— И ещё старик из семьи Лю, который практикует меч, в Управлении по ловле демонов своим мечом порвал мою чиновничью мантию, при всех ты, твой ученик, чуть не остался голым, у-у-у...
Все присутствующие, наблюдая за её действиями, были поражены, как будто их ударило небесное громом, обожгло до черноты.
Вы когда-нибудь видели, как высокая, под два метра, смуглая, мускулистая, в чешуйчатой броне, с мечевидными бровями и звёздными глазами воительница ведёт себя как избалованный ребёнок?
Теперь видели.
Хуан Цзинъянь покраснел от досады: «Нет, ты, ты жалуешься! Мои действия были в пределах допустимого!»
Её учитель славился своим покровительством ученикам по всей провинции.
*Дзынь-дзынь —*
Даньтай Цзымо ещё не закончила говорить.
Как вдруг из тысячемильного талисмана передачи звука раздался холодный женский голос, властный, с непоколебимой аурой.
— Я как раз нахожусь в уезде Ман, недалеко от родового поместья Лю. Поднимите талисман и передайте его членам семьи Лю, которые находятся рядом с вами.
— Пусть они навострят уши и слушают внимательно.
— Я, Гу Ушуан, собираюсь нанести удар!»
Лица Лю Юйсяня и старого мечника клана Лю одновременно изменились.
И тут же из талисмана передачи звука раздался свистящий ветер, словно развевающиеся флаги.
А затем внезапно наступила тишина.
За долю секунды.
Взрыв звука ударов, словно горы и моря, обрушился на них.
— БАМ —»
Падение метеорита.
Землетрясение.
Пронзительные крики, которые доносились до слуха всех присутствующих, не утихали долго.
Затем последовал гневный старый голос.
— Гу Ушуан, ты спятила! Не преследуешь Королеву Призраков горы Ман, а пришла в мой клан Лю буянить!»
Тысячемильный талисман передачи звука был отключён.
Но Лю Юйсянь и старый мечник клана Лю узнали, чей это был голос.
Это был голос их единственного оставшегося в клане Лю могущественного существа седьмого уровня, уже очень пожилого.
— Всё кончено, — Хуан Цзинъянь плюхнулся на стул, спина вся в холодном поту. Только что первый, на кого пожаловалась, был он, Хуан Цзинъянь, верно?
Нет, сегодня это дело не имело отношения к Даньтай Цзымо!
Зачем ей выставляться напоказ?
Даньтай Цзымо подмигнула Гу Чэну: «Видишь, у меня есть поддержка, следуй за мной, и будешь есть и пить в изобилии, ни о чём не беспокоясь».
Гу Чэн тихонько показал ей большой палец.
В углу Ань Чуран, видя их взаимодействие, прищурила глаза, в них появилось недовольство.
Хорошо!
Всего день и одну ночь не виделись, а она уже зацепила ещё одну!
Такую простую женщину ты тоже хочешь, значит, действительно голоден!
Не боишься, что у неё будет сильный запах ног, твёрдые груди, твёрдые ноги, и персики тоже твёрдые, что сведёт тебя с ума!
Гу Чэн играл с зеркалом правдивости и с игривой улыбкой сказал: «Господин Лю, может, продолжим?»
Лю Юйсянь, не говоря ни слова, притворился мёртвым.
Старый мечник клана Лю схватил Лю Юйсяня, достал свой фамильный меч и быстро улетел, даже не попрощавшись.
Мужчина позади Ань Чуран тоже тихо исчез.
Гу Чэн свёрнул волосок, обмотанный вокруг кончика пальца, и убрал его в сумку.
«Не торопись, скоро».»
Он наклонился и посмотрел на Жунь Бао, который тёрся о его ногу.
«Ты испугался?»
Гу Чэн сложил руки и поднял пахнущего ароматом Жунь Бао, нежно успокаивая.
Жунь Бао указал на старейшину Вана неподалёку и звонко сказал: «Старший брат, у дедушки плохое самочувствие».»
Старейшине Вану, восьмидесятилетнему старику, в молодости пришлось одному странствовать по миру, преодолевать трудности, закаляться в боевых искусствах, он перенёс бесчисленное количество травм. С возрастом различные скрытые болезни, словно грибы после дождя, стали появляться одна за другой.
То, что он все ещё мог держать оружие и проявлять силу, было поистине непросто.
Как только он потерял эту жизненную силу, он начал кашлять, перед глазами темнело, тело болело.
Услышав эти слова, старейшина Ван, которого поддерживал Ван Сяомо, оттолкнул своего большого внука и энергично хлопнул себя по груди: «Маленький Жунь Бао, не заблуждайся, я сильный, как бык, как я могу быть плохим?»
Нет проблем, сейчас он лучший в семье Ван, включая три поколения.
Гу Чэн кивнул и улыбнулся старейшине Вану: «Я дам Сяомо подняться на гору за пятьсот цзинь мяса, чтобы вас угостить».»
Старейшина много лет на пенсии, и ему было очень стыдно, что ему пришлось выйти на улицу.
Нужно найти способ помочь им всем восстановить силы.
— Гу Чэн.»
— Гу Чэн!»
Два голоса прозвучали одновременно.
Даньтай Цзымо с недоумением повернула голову: «Что? Это территория моего Управления по ловле демонов, и кто-то так не видит? Вы не видите, что я разговариваю со своим младшим братом?»
В красном одеянии, словно огонь, освещавшем весь зал.
Она сделала лёгкий шаг вперёд перед Даньтай Цзымо и подошла к Гу Чэну, улыбаясь так очаровательно, что её глаза сияли.
Колокольчик, привязанный к концу её волос, тихонько звенел.
Ань Чуран проявила беспрецедентную агрессивность, с улыбкой сказала: «Ты в порядке? Мы возвращаемся на гору, мне нужно с тобой кое-что обсудить».»
— Ты?
Гу Чэн посмотрел на совершенно другую Ань Чуран, мельком увидел уважительную незнакомую женщину позади неё, и понял, что это, вероятно, люди, которых прислал её старший брат.
Бледная женщина с белым лицом испытала бурю в сердце.
Когда это принцесса стала относиться к мужчине так?
Раньше она либо игнорировала, либо использовала принцев Ланьской страны как инструменты.
Такой тон разговора, кажется, был только с первым принцем.
Она с подозрением осмотрела Гу Чэна.
Даньтай Цзымо широко раскрыла глаза, пытаясь разглядеть истинное лицо Ань Чуран под вуалью, голос звучал очень молодо!
Она не похожа на предпочтительный тип моего старого брата.
Почему она здесь?
Рядом сидела ещё одна милая девушка с большими глазами, её кожа была нежной, как первый снег, она с надеждой смотрела на Гу Чэна.
— Старый брат, ты виноват!»
Даньтай Цзымо глубоко вздохнула, похлопала Гу Чэна по плечу и повернулась, чтобы оказать давление на Хуан Цзинъяня, который ещё не ушёл.
Девочка, надеюсь, в будущем вы не станете печальными людьми.
……
Видя, что высокая воительница отступила, Ань Чуран не могла не гордо выпрямить грудь. Посмотрите, в чём сила, я, принцесса, даже не показав лица, достаточно, чтобы смутить других.
— Пойдём, пойдём, скорее домой, есть хорошие новости, которые я хочу тебе сообщить.»
Ань Чуран потянула Гу Чэна за рукав.
Бледная женщина с белым лицом была ошеломлена: «Нет, принцесса, вы уже называете ту даосскую обитель «домом»?»
Всего несколько дней!
Вы что, под кайфом?
Если первый принц узнает...
Бледная женщина вздрогнула, не смея думать, совершенно не смея думать.
За пределами уезда Ту, в безлюдном горном лесу.
Неизвестно когда, появился двухэтажный цветок-дом, построенный с исключительным мастерством, от которого исходил опьяняющий цветочный аромат.
Но в сотне чжан от цветок-дома лежали бесчисленные трупы животных, тихие и мирные, погибшие в бурно развивающейся весне.
Меч-свет прямо проник в цветок-дом.
Старый мечник клана Лю вместе с Лю Юйсянем появились на втором этаже.
Снаружи небо было ясным, но в доме не было ни проблеска солнца, только свет от горящих свечей.
А под каждой свечой стояла красивая женщина. Нет, скорее, красивый призрак, держащий свечу, с отчаянием в глазах.
В центральном месте.
Лежал молодой человек, совершенно обнажённый, окружённый четырьмя красивыми женщинами, каждая из которых была по-своему прекрасна, льстили ему и молили о любви, издавая звуки, от которых краснеют уши.
— Старший брат.»
Говорил не Лю Юйсянь, а старый мечник с седыми волосами.
— Да.»
Молодой человек ответил, и окружающие его красавицы быстро отошли.
Молодой человек сел прямо, в его глазах отразилась усталость, совершенно не соответствующая его внешности.
— Я знаю, что произошло в Управлении по ловле демонов. Гу Ушуан и её ученик действительно бесчинствуют.»
Лю Юйсянь, прикрывая лицо, заплакал: «Дедушка, ты должен восстановить справедливость для меня!»
Молодой человек бросил на него лёгкий взгляд и улыбнулся.
— Ты не зря получил побои.
— По крайней мере, под этим предлогом ты увидел ценный фиолетовый талисман, не так ли?»
Единственной переменной сегодня был фиолетовый талисман, который достал Гу Чэн.
Даньтай Цзымо?
Разве пятиуровневый мечник не может её подавить?
С помощью Хуан Цзинъяня, который был рангом выше, по всем правилам, они не должны были упускать инициативу.
Пока не появился этот странный фиолетовый талисман.
Он нарушил ритм.
Старый мечник спросил: «Старший брат, вы что-нибудь обнаружили?»
Молодой человек кивнул: «Хотя это была очень слабая волна, когда этот парень использовал зеркало правдивости, чтобы активировать встроенную технику похищения души, я всё же поймал его за хвост.»
— Ранее, осматривая труп тигра-демона, я увидел, что его внешние раны не были смертельными, но душа его отсутствовала, словно он сам себя уничтожил.»
— Я подозреваю, что он задумал похитить тело.»
— Хе-хе.»
— Похитить тело гениального даосского мастера высокого уровня, это действительно чего-то стоит!»
Уголки губ молодого человека изогнулись в пренебрежительной усмешке.
— Маленький даос по фамилии Гу — вот наша истинная цель.»
— Сегодня ночью мы устроим ему «сто призраков, идущих ночью»!»
……
Гора Цуйпин.
Услышав слова Ань Чуран, Гу Чэн взволнованно сказал: «Как ты узнала, что я тоже хочу провернуть это дело?»
Они быстро пришли к согласию.
Оба увидели в глазах друг друга хитрую радость.
— Ты восстановила свою силу, можешь сражаться?
— Могу!»
Ань Чуран излучала уверенность.
Браслет Дингуан, вернувшийся к своему законному владельцу, новое платье Феникса, туфли Погони за облаками, пояс из сухожилия змеиного демона шестого уровня, лента для волос с благословением буддийского монаха высокого уровня, ожерелье из эссенции дерева И.
Полный комплект премиального снаряжения.
А также новый древний меч-шарик, найденный её старшим братом, достаточный, чтобы она, как культиватор разума, проявляла силу мечника, в сочетании с высшими способностями культиватора разума к поиску и поддержке.
В пределах одного уровня, она не знала, как можно проиграть.
Гу Чэн достал волосы, вырванные у Лю Юйсяня.
Ань Чуран достала нефритовый амулет, которым связалась с мужчиной, посланным следить за ним.
Они хихикнули.
— Пойдём после еды!»
— Пятиуровневый мечник, для семьи Лю, должно быть, тоже очень ценен?»
Ань Чуран презрительно посмотрела на Гу Чэна, полная очарования: «Мелочность, конечно же, нужно устроить что-то вокруг той древней гробницы, вещи внутри, должно быть, очень важны для семьи Лю.»
Гу Чэн сказал: «Для тебя они тоже должны быть очень важны?»
Ань Чуран инстинктивно хотела скривиться и принизить.
Ведь вначале её обманули.
Но вдруг она вспомнила, что если бы не информация, присланная той маленькой шлюхой, она бы его и не встретила.
Её снежные щёки внезапно залились алым румянцем, маленький нос сморщился.
— Ну, так, обычно.»
Да, обычно важна.
Не так важна, как ты.
Невольно, в её голове снова возникла шальная мысль: если продать этого маленького даоса, чтобы Управление по ловле демонов страны Цан объявило его в розыск, будет ли он меня ненавидеть?
Ответ был... да.
Нельзя больше глупить!
Как же тогда его заставить добровольно пойти со мной!
В даосском храме Тайпин, под заходящим солнцем, Ань Чуран размышляла о жизни.
Цинчэн, с огурцом во рту, естественно, села рядом с Ань Чуран, протянула ей половину и спросила с кристально чистым взглядом, без всяких примесей.
— Ешь.»
Ань Чуран без выражения взяла огурец и откусила.
— Хрусть — Ты сказала, как заставить мужчину быть ей безоговорочно преданным!»
На совершенно прекрасном лице Цинчэн было выражение невежества, она покачала головой.
— Не знаю.»
Но подумав, её осенило, и она сравнила себя с Гу Чэном, сказав:
— Спасти ему жизнь, дать ему поесть...»
Не успела она договорить, как Ань Чуран хлопнула себя по бедру, в её глазах появилось удивлённое восхищение: «Оказывается, ты действительно не глупа!»
Один совет — и она проснулась!
Он спас мне жизнь, я спасу его один раз.
Потом дам ему поесть, поесть чего? Хм... поесть ножек!
В любом случае, ему нравится, вымою и присыплю благовониями, подам.
Поймала.
Ань Чуран взволнованно встала, чтобы найти кого-нибудь для обсуждения плана «убить двух зайцев одним выстрелом».»
— ...Еды.»
Цинчэн проглотила огурец во рту, не спеша, выплюнула это слово.
Ань Чуран уже исчезла.
……
……
PS: Я не буду плохо поступать! В прошлый раз меня уже сильно отругали, как я мог постоянно глупить? В 68 главе я попробую с помощью нескольких сотен талисманов пяти молний.
— Младшая сестра, я ухожу.»
— Старший брат, береги себя.»
В тёмную и ветреную, скорбную ночь, брат и сестра распрощались.
Слабое чувство печали явно читалось на их лицах.
Жунь Бао, выпив три большие миски риса, помахал рукой и сказал Гу Чэну: «Старший брат, будь осторожен».»
Ван Линхуа, оставшаяся в даосском храме, крепко обняла маленького Жунь Бао, и её сердце начало нервничать.
— Может быть опасно, милый?
Жунь Бао с героическим видом ел рис.
Совершенно не беспокоился.
Это старший брат сам нападает!
А не пассивно отбивается.
Она подняла руку и громко воскликнула:
— Мой старший брат непобедим в мире.»
— Никогда не ведёт рискованных сражений!»
— Сестра Линхуа, ещё одну миску.»
Гу Чэн действительно никогда не вёл рискованных сражений.
Поэтому.
Он вынес из даосского храма большого петуха, который всегда только кукарекал (пел), за которым бегал Жунь Бао (прыгал), и который время от времени ругался на петушином языке (рэповал) — большого петуха.
На всякий случай.
Большой петух гордо стоял на плече Гу Чэна, один перед всеми.
Ярко-красный гребень торчал вверх, перья, ниспадающие с головы, были роскошного золотого цвета, грудь — тёмно-синяя, два крыла — огненно-красные, под крыльями — чёрные перья, хвост высоко поднят — изумрудно-зелёный петушиный хвост.
Выйдя из даосского храма Тайпин, Гу Чэн обнаружил, что это действительно настоящий пятицветный петух.
Яркость его перьев далеко превосходила обычных диких петухов.
— Кукареку!»
Пение петуха, все злые духи отступают.
Ань Чуран и женщина по имени Цюй Ли рядом с ней с удивлением смотрели на этого странного петуха-демона.
— Какой у него уровень, петух-демон?»
Ань Чуран знала, что этот петух очень таинственный, обладает удивительной силой, может влиять на душу и память людей, но она не могла разглядеть его силу.
Гу Чэн тоже спросил его: «Какой у тебя уровень?»
Пятицветный петух гордо выпрямил грудь и издал чистый мужской голос: «Разве мой уровень может быть известен вам, малышам?»
Наконец-то можно выйти.
Наконец-то можно показать себя.
Знаете ли вы, как тяжело ему было эти годы?
Ах — «Кукареку!»
Ань Чуран нахмурилась, этот петух казался очень сильным.
План на сегодня сорвался.
Цюй Ли, напротив, почувствовала облегчение, наконец-то ей не придётся выполнять такой бессмысленный план принцессы.
Гу Чэн дерзко схватил петуха за горло: «Говори нормально, не будь слишком самонадеянным».»
На самом деле, без этого петуха, у него был довольно большой шанс.
Но когда он ел, этот петух сам запрыгнул на стол, словно было какое-то высшее откровение, не взять — значит, не взять.
Как только мысль возникла.
Между ним и большим петухом внезапно возникла связь.
Большой петух косо посмотрел на него, в его куриных глазах мелькнуло недоверие, он высоко поднял голову: «Что ты делаешь? Что ты делаешь? Я спрашиваю тебя, что ты делаешь?»
«С кем ты? Я знаю тебя столько лет, ты не сравнишься с этой девушкой, с которой ты провел всего несколько дней?»
«Кто будит тебя каждое утро, кто усердно трудился, помогая твоей младшей сестре нести яйца, кто с трудом вытягивал воспоминания других, чтобы помочь тебе скрыть ложь!»
«Мужчина, следи за своим поведением!»
«Не позволяй себе упустить свой путь из-за простой красоты».»
У всех троих челюсти отвисли, они совершенно не могли скрыть своего удивления.
У какого петуха дома такой язык?
Видя выражение их лиц, гордость в глазах большого петуха становилась всё гуще, он взмахнул крыльями и отбил руку Гу Чэна.
«Слушайте внимательно!»
«Я — Король Демонов Северного моря, высший эксперт, управляющий царством демонов.»
«Вам лучше быть почтительными, смиренными, очаровывать меня цветами и красивыми птицами, и лучше приносить мне высокоуровневые пилюли.»
«Когда я вернусь на своё место, у вас будут свои награды!»
Перевод: Я — бывший император, ныне в беде, дайте мне пятьдесят серебряных таэлей, и когда я соберу своих старых подчинённых и верну себе трон, я назначу вас главнокомандующим всеми войсками.
Гу Чэн сказал: «Превратись в человека, я посмотрю».»
Большой петух дважды моргнул: «Только низшие демоны превращаются! Моя кровь благороднее, чем вы можете себе представить, поддерживать истинную форму и культивировать — вот правильный путь, зачем превращаться? Чтобы имитировать элементарные характеристики людей?»
«Говоришь правильно.»
— Ань Чуран безжалостно насмехнулась: «Но наша страна Лань имеет восьмиуровневую священную цинлуань, которая служила нам, и она сказала мне, что превращение — это лёгкое дело для существ четвёртого уровня и выше.»
«Забудьте, сравнивать тебя с восьмиуровневым экспертом — это оскорбление для неё.»
Большой петух застыл, взмахнув крыльями.
«Ты сказал это ещё раз?»
«Я не могу сравниться с той старой женщиной! Я ещё и оскорбил её!»
«Пф!»
Он покраснел.
— Тссс —»
Не успел огромный петух разразиться, как Гу Чэн сжал его клюв и прошептал: «Скоро прибудем, будь осторожен».
Дым от горящей талисмана в его руке указывал на близлежащие заросли, в талисмане был волос Лю Юйсяня.
Заросли были черны и тихи.
От них веяло странной атмосферой.
Хууу——
Фигура бесшумно появилась — это был тот самый пожилой мужчина, пришедший с Цюй Ли. Его движения были весьма необычны, он появлялся и исчезал без следа, Гу Чэн чуть не подпрыгнул от испуга.
Огромный петух фыркнул: «Смотри-ка, невежда, это же разведчик из армии, практикует военную боевую технику, мастерствует в секретной технике скрытности, его навыки разведки и убийства сравнимы с профессиональным убийцей, а в открытом бою он еще сильнее».
Он оценил пожилого разведчика.
«Пять уровней. Так себе».
«Эй, ты же принцесса? Как у тебя нет даже шестиуровневого телохранителя? Позор».
Это была очень мстительная курица, обычно она мстила сразу.
«Заткнись!»
Ань Чужань с самого начала разговор этой курицы смотрела на нее с неприязнью: подстрекательство, самонадеянность, дерзость и невежливость.
В этот момент она была заодно с Жунь Бао.
Проклятая огромная курица.
Ты думаешь, шестиуровневые бойцы — это как китайская капуста?
«Они тайно приехали за мной, им не нужна такая высокая боевая мощь».
Шестиуровневый воин, вошедший в страну, мог вызвать нервозность у военного командования Цанской страны.
Пожилой разведчик Ци Шунь был очень сдержан и сказал Ань Чужань: «Докладываю Вашему Высочеству, те двое вошли в деревянную башню в лесу и больше не появлялись. Эта деревянная башня очень странная, от нее исходит призрачный воздух, все живое, приближающееся к ней, беззвучно умирает, превращаясь в удобрение, вокруг которого разрастаются всевозможные цветы».
«Демонический путь!» — прошептала Ань Чужань: «Вот истинное наследие клана Лю».
«Выясни, сколько людей внутри и какова их сила?»
Ци Шунь покачал головой: «Я не смел подходить ближе, иначе меня обнаружат, но там как минимум пять уровней, скорее всего, шесть».
Ань Чужань задумалась и посмотрела на Гу Чэна: «Что думаешь?»
«У меня накопилось немало талисманов, которые я не использовал».
Гу Чэн за спиной достал стопку талисманов, в его глазах промелькнул фанатичный блеск: «Можно попробовать».
Эта толстая стопка талисманов выглядела как туалетная бумага.
Цюй Ли покачала головой, немного разочарованно: «Противник очень силен, обычные талисманы бесполезны, используй тот свой пурпурный талисман!»
Гу Чэн спросил: «А если это Талисман пяти молний?»
Цюй Ли замерла: «Ты не собираешься сказать мне, что это все Талисманы пяти молний, верно?»
Громовые техники лучше всего противостоят всему иньскому и злому, они олицетворяют крайний ян.
Во всем даосском учении мало кто может практиковать громовые техники.
А Талисман пяти молний означает, что можно использовать талисман для достижения эффекта Пяти Громовых Техник, что еще ценнее.
Гу Чэн облизнул губы: «Четыреста тридцать шесть Талисманов пяти молний, накопленных с тех пор, как я вошел в третий уровень, весь запас здесь».
«Можно бросить их все сразу, или расставить талисманический массив».
«Если это демонические культиваторы, мои Талисманы пяти молний наверняка их приятно удивят!»
Ань Чужань, Цюй Ли и Ци Шунь беззвучно сглотнули.
Один обычный Талисман пяти молний достаточен, чтобы мертвый призрак третьего уровня умер дважды.
Они смертельны для призраков.
А Ань Чужань знала, что талисманы, нарисованные Гу Чэном, были немного сильнее обычных.
Цюй Ли приоткрыла рот: «Ты это называешь проверкой?»
На самом деле, Гу Чэн никогда в жизни не вел таких богатых сражений. В прошлый раз, когда он отправился в уезд Даньин, он взял с собой всего сто штук, потому что у принцессы был первоклассный магический артефакт, поэтому сотню он сэкономил.
К тому же, он боялся, что при броске пострадают другие.
Если бы он использовал его для внезапной атаки в дикой местности, такой проблемы бы не возникло.
«Нужна помощь?»
Ань Чужань загорелась желанием, такая возможность была слишком редкой.
Ого-го!
……
Глава 69 Искусство — это взрыв!
Вечером.
Даньтай Цзымо, одетая в свободную пижаму, лежала на кровати, общаясь с любимой наставницей. Одна нога была согнута, другая лежала на колене, пижамные штаны сползли с ее длинной икры, обнажая бронзовый блеск.
Еще одна диаграмма-иллюстрация, белые волосы превратились в черные.
Ее ступня покачивалась, безупречная.
Грудь наполовину обнажилась, образуя глубокую пропасть.
Совершенно не так, как представляла себе Ань Чужань, наоборот, при тряске ног Даньтай Цзымо она дрожала, упругая.
«Наставница, я говорю вам, Гу Чэн выглядит очень похоже на даоса, которого вы описали, белый и нежный, с чертами лица как на картине, но его телосложение не такое слабое, как вы говорили, он, вероятно, не тот слабый цыпленок, который будет плакать полдня от одного удара. Я даже почувствовала запах Пилюли истинного ян от него, Старший брат Цзян потратился».
«Я думаю, что у него хорошие перспективы в плане свиданий. Наставница, вы сказали, что им нравятся более старшие, это правда? А если он просто похотлив! ... Ошиблась, ошиблась, не ругайте! Да, даос, конечно, любит тех, кто старше и может заботиться».
«Кстати, сегодня Гу Чэн достал очень мощный пурпурный талисман, который может поглощать атаки и превращать их в пустоту. Я думала, что он просто силен в даосских техниках, но не ожидала, что в секте есть такие сильные талисманы!»
«Как выглядел талисман? Откуда мне помнить!»
«Сейчас?! Нет, я уже приняла душ и собираюсь спать! Зачем мне идти к нему? Вы случайно не специально отправляете меня на свидание! Мне нравятся мужчины сильнее меня, те, кто может победить меня в рукопашной схватке. У меня другой вкус, чем у вас, наставница».
«... Нет, нет, нет, я пойду, я сейчас же пойду!»
Даньтай Цзымо переоделась и в спешке отправилась на гору Цуйпин.
……
Деревянная башня стояла, цветы цвели.
Призрачный синий огонь бесшумно парил, плотно окружая всю деревянную башню, освещая ее, словно дворец ада, исходящий из преисподней.
В башне молодой человек с усталым взглядом формировал одну за другой кристально-зеленые жемчужины, аккуратно выстраивая их в воздухе перед собой, с почти извращенной улыбкой на губах.
«Триста лет накоплений семьи, тайное собрание призраков, сто восемь мертвых призраков третьего уровня, тридцать два блуждающих духа четвертого уровня, четыре земных бога пятого уровня, один солнечный призрак шестого уровня».
«Я принес сюда половину».
«Пока я получу ту секретную технику Матери Призраков, с моей прямой родословной клана Лю, я открою древнюю гробницу предков и получу ту вещь, и семья сможет породить еще одного эксперта седьмого или даже восьмого уровня».
Он был полон уверенности.
Рядом, лицо Лю Юйсяня уже опухло, но потерянные зубы не так легко вернуть. Он искренне улыбнулся и похвалил.
«Дедушка, ты несравненен в мире, ты обязательно, как и предки, преодолеешь оковы человеческого тела в культивировании демонического пути, объединишь инь и ян, превратишь мысль в бога и станешь высшим культиватором в мире».
Пути человека и призрака различны. Чем выше уровень культиватора, тем более обременительным становится его тело. Тысячелетиями этот закон не мог быть нарушен.
Кроме одного предка из его клана Лю.
Он был гением даосского учения, совершенным янским телом, культивировал тысячу миль в день, но из-за одного неверного шага он сбился с пути, предал свою секту, сменил имя и перешел к демоническому пути, а затем с безграничным талантом создал путь мысленного культивирования.
Но из-за совершения противных небу дел он не был принят небесами и в итоге умер рано.
Перед смертью он широко распространил свои наработки по мысленному культивированию по всему миру.
А наследство демонического пути разделилось на две части: одна была передана наложнице рядом с ним, другая — оставлена семье.
После этого они скрылись и затерялись в реке истории.
Молодой человек с усталым взглядом вращал единственную кроваво-красную жемчужину в руке и холодно усмехнулся.
«Предки были слишком милосердны. Следует знать, что для великих свершений не нужно заботиться о мелочах. Имея силу, если другие оскорбляют, унижают или обманывают тебя, просто убей их. Зачем быть скованным идеями и чувствами, привязывая себя к клетке».
«Если бы я был им, я бы собрал армию, собрался в горах, достиг бы уровня Короля Призраков или Лорда Призраков, использовал бы путь мысленного культивирования для привлечения талантов, и ждал бы дня перемен».
«Если бы так было, двести лет назад, в конце династии, мой клан Лю мог бы не воспользоваться ветром и захватить мир».
Услышав такие нечестивые слова, Лю Юйсянь покрылся холодным потом, но не забыл быстро поддакивать: «Да, да, дедушка прав».
Не обращая внимания на трусливого внука Лю Юйсяня, он махнул рукой.
«Ночь глубока».
Свет в башне внезапно зажегся, и призрачные женщины на верхнем освещении издали жалобные крики.
Однажды злой призрак выжег масло человека, чтобы сделать светильник, а не было ли злого человека, который выжигал призрачный дух, чтобы сделать светильник.
«Светильники красавиц-призраков особенно вкусные».
Молодой человек с усталым взглядом глубоко вздохнул, и пламя десятков светильников-призраков полностью поглотилось им, одновременно с этим его внешность становилась все моложе.
«Мать Призраков, кроме всего прочего, эти призрачные женщины, которых она вырастила, действительно имеют вкус. Я должен поблагодарить ее однажды, интересно, каков вкус, когда ее зажигают?»
В башне была темнота.
Он встал, и десятки зеленых жемчужин перед ним взорвались, превратившись в призраков различной формы, полных свирепости. Холодная иньская энергия мгновенно окрасила всю деревянную башню инеем.
В этот момент это место превратилось в настоящее Царство призраков.
«Ууу!»
«Хахаха!»
Вытье призраков, заставляющее детей плакать.
Снаружи деревянной башни зона смерти быстро расширялась, с сотни чжан до трехсот чжан, и продолжала расширяться.
Вся гора стала раем для злых призраков.
Если бы он полностью освободился, всего за одну ночь десятки тысяч людей уезда Ту должны были бы погибнуть от рук этих свирепых призраков.
Внезапно.
Глаза молодого человека сузились, как будто он увидел прыгающего перед ним червяка, и в гневе сказал.
«Вы принесли хвост обратно?»
Старый мечник клана Лю, который все это время молчал, был потрясен.
«Невозможно, с моей силой и скоростью, если только это не культиватор на один уровень выше меня, иначе я никак не мог бы обнаружить его вовсе».
Деревянная башня исчезла.
Трое появились в дикой местности, окруженные десятками могущественных призраков.
Молодой человек уставился на древнее дерево неподалеку, нахмурился и произнес по буквам: «Техника скрытия тени, голографическая техника, список обмана неба, вы — разведчик Кавалерии ночных облаков из Лана!»
В армии существует множество видов войск, кавалерия является самой важной основной боевой силой каждой страны.
Армия черной брони Цанской страны славится как первая тяжелая кавалерия в мире. Люди и лошади экипированы, три тысячи всадников могут разрушить укрепленный город, в истинном смысле этого слова.
А Кавалерия ночных облаков Лана, перемещаясь без следа, может нанести удар за тысячу миль, ее тень исчезает без следа, это самая неожиданная кавалерия на поле боя.
Две страны играли друг против друга много лет, и знали друг друга.
Лю Юйсянь недоверчиво пробормотал: «Как люди из Лана могут быть здесь?»
Лицо старого мечника клана Лю было в ужасе, его действительно преследовали.
Когда его следы были раскрыты, Ци Шунь появился, беспомощно улыбнулся, повернулся и отступил, не говоря ни слова.
В тени.
Ань Чужань посмотрела на оставшиеся несколько Талисманов пяти молний, которые она не успела развернуть, и, не колеблясь, спрятала их, используя свою ментальную силу, чтобы управлять телом, и быстро побежала наружу.
Гу Чэн излил свою магическую силу, как поток.
«Безграничная земля и небо, заимствование законов вселенной».
«Пять молний нисходят в мир, очищение мутного и изгнание демонов!»
На земле одна за другой вспыхивали сине-зеленые огни, с невероятной скоростью. Менее чем за мгновение весь склон горы был соединен вспыхивающим громовым светом, продвигаясь извне внутрь.
Величественная небесная мощь, шаг за шагом усиливаясь, чем ближе к центру, тем сильнее взрыв.
До древнего дерева, где только что стоял Ци Шунь.
Это было самое близкое место, где он мог скрываться.
Талисманический массив, образованный более чем четырьмя сотнями Талисманов пяти молний, мгновенно сформировался.
Нельзя не сказать, что сотрудничество троих было безупречным.
Гу Чэн указывал позицию.
Ань Чужань располагала внешний контур, используя ментальную силу для обнаружения и передачи сообщений Ци Шун.
Ци Шунь приближался, чтобы разместить талисманы.
До финального взрыва почти не было ошибок.
Громовое море образовалось, небесная молния взметнулась в небо!
В темном мире внезапно появилась огромная, сотрясающая небо и землю колонна молний, освещая это место.
Гу Чэн и Ань Чужань и другие с благоговением смотрели на эту колонну молний.
Красиво.
Так красиво.
Громовые змеи извивались, молнии погасли, словно первобытные боги и демоны ревели.
Бах!
Бах-бах-бах!!!
Грохот——
«Искусство — это взрыв!»
Под громом Ань Чужань прикрыла уши, незаметно обменялась взглядами с Гу Чэном, их чистые глаза встретились. Словно это бескрайняя ночь, пронизывающая небо и землю молния, радость от ясного разума, короткий и долгий промежуток времени, все это запечатлелось в этом глубоком взгляде, образуя легкую Главу 70 Ночная битва!
Гром продолжал раскатываться, сопровождаемый пронзительными криками, неведомо какие муки они претерпевали.
Словно слушатели были убиты горем.
Цюй Ли и Ци Шунь смотрели на величественную колонну молний, их скальпы покрывались мурашками, оценка опасности Гу Чэна стремительно росла.
Они стояли подальше от двоих, тихо наблюдая, как воздух между юношей и девушкой нагревается.
Не мешали.
Цюй Ли не могла не прошептать: «Как думаешь, если Первый принц захочет преподать этому парню урок в будущем, что делать, если он не сможет победить?»
Ци Шунь тщательно обдумал и сказал.
«Если это будет вызов, он однозначно проиграет».
«Оба на одном уровне, такой высокоуровневый даос, как Гу Чэн, сначала рассчитает судьбу, определит время, затем построит алтарь, чтобы получить место, и будет защищать себя талисманами и магическими артефактами, с самого начала будет непобедим».
«Чтобы Первый принц победил, ему придется полагаться на людей».
Другими словами — драка толпой!
Цюй Ли с любопытством спросила: «А если будет внезапная атака?»
Ци Шунь выпятил грудь и поднял голову, уверенно улыбнувшись: «Первый принц — редкий гений дома Цзя за сто лет, который обязательно будет вписан в список знаменитых генералов древности и современности. Если будет внезапная атака и он займет преимущество, он всегда будет побеждать».
Гу Чэн слегка шевельнул ушами, случайно «услышал» их шепот, и его ладони вспотели.
Это либо драка толпой, либо внезапная атака. Первый принц Лана — братский монстр!
Нужно готовиться заранее.
……
Как только он выехал из уезда, Тантай Цзымо, который мчался по дороге, взглянул вверх и увидел свет колонны молний, а затем был сильно потрясен огромным громом. Он не мог не сглотнуть, долго колебался, и, стиснув зубы, повернул в сторону места рождения колонны молний.
«Я только несколько дней в уезде Ту, как появилось столько неприятностей!»
«Не могу больше искать Гу Чэна, это моя обязанность, сначала нужно расследовать это место».
……
В центре грозы было черным-черно.
Как будто бесчисленное количество небесных молний вспахали землю, многократно перемалывая ее, даже если выкопать три чи, трудно было найти место для укрытия.
Над головами троих, тот первоклассный магический артефакт, который можно было свободно вставлять и вынимать, изготовленный из темного дерева — Башня Тысячи Цветов, постепенно превращался в пепел и рассеивался с ветром.
Лю Юйсянь дрожал от страха, и под его ногами появилась лужа желтой жидкости.
«Что? Происходит...»
Молодой человек с усталым взглядом дрожал всем телом, осматриваясь по сторонам.
Удивленно обнаружил, что из призрачных существ, которых он разводил неизвестно сколько лет, осталось всего три-пять.
Пятьдесят четыре мертвых призрака третьего уровня, все уничтожены!
Блуждающий дух четвертого уровня, один выжил, но был настолько сильно избит, что его тело стало неустойчивым, словно любой живой человек мог бы его убить одним выдохом.
Земной бог пятого уровня, это же пятый уровень! Уровень назван богом, он может путешествовать на тысячи миль ночью, и выглядит как живой человек днем, достаточно, чтобы поддерживать фундамент небольшой семьи, его сверхъестественные способности и достижения чрезвычайно сильны, пятый уровень!
Он привел двоих, но еще не успел использовать их, один умер, один искалечен.
Под небесной молнией все первобытные духи, иньские души и призраки были равны.
«Плюх——»
Этот монстр, который прожил почти сто лет и поддерживал свою молодость с помощью секретной техники демонического пути, не мог контролировать свое сердце и выплюнул полный рот крови.
Его черные, как чернила, волосы мгновенно стали белыми.
«Семья... половина фундамента! Ждем ветра, ждем, когда мировая ситуация станет напряженной, ждем, когда три страны снова изменятся, фундамент... уничтожен! Уничтожен вот так...»
«Кто?!»
«Кто против моего клана Лю!»
Он взревел в безумии, глаза налились кровью, ужасающая демоническая аура распространилась из его тела.
Тот блуждающий дух четвертого уровня, который только что еще дышал, был втянут им в нос и превратился в питательные вещества. Но земного бога пятого уровня было слишком жалко есть, поэтому он с болью забрал его обратно.
«Людей еще не далеко, найдите его! Я хочу вырвать его душу и уничтожить его род!»
Беловолосый старик Лю хрипло взревел.
Эти призрачные существа, триста лет накоплений! Их можно было использовать против тысяч солдат, но здесь они были уничтожены одним ударом!
Время выбрано так удачно.
Все призрачные существа стояли вместе, совершенно беззащитные, и были поражены пятью молниями!
Старый мечник клана Лю немедленно полетел на мече.
«Выходи!Кроваво-красная жемчужина, которую старик Лю держал в руке, показала свою истинную форму, это был могущественный призрак, существовавший неизвестно сколько лет, с культивацией призрака солнечного света шестого уровня.
На случай непредвиденных обстоятельств он привез с собой последнюю надежду семьи.
Этот призрак ехал на диковинном звере, похожем на тигра и леопарда, высотой более девяти чи, одетый в черные тяжелые доспехи, на поверхности которых было бесчисленное множество царапин, все они свидетельствовали о том, что он много лет воевал при жизни.
На маске виднелась лишь пара кроваво-красных глаз.
Одной рукой он держал длинное копье, ужасающая боевая аура исходила от наконечника копья, окрашивая воздух вокруг в кровавый цвет.
«Дядядядя...»
Диковинный зверь, похожий на тигра и леопарда, топтал обугленную землю, его шестифутовая фигура казалась чрезмерно длинной, конечности были как стальные столбы, поддерживающие землю, лицо было свирепым, несколько усов, как стальные иглы, развевались, когда он обнажал клыки, показывая пасть.
Один человек и один конь, едва появившись, проявили подавляющую свирепость.
«Хахаха!»
«Давно я не видел этого мира, Лю Суцзя, говори! Кого убить?»
Генерал-призрак остановился на коне, дико смеясь.
Меч в руке старого мечника клана Лю промчался по воздуху.
Кто-то бросился навстречу, стандартный длинный меч и меч столкнулись, издавая резкий звон.
«Это ты!»
Старый мечник клана Лю стиснул зубы, глядя на Ци Шуня, который снова появился, и принял вид, будто хочет его съесть, «Что вы, люди из Лана, хотите сделать?»
Если есть что-то, что вы можете сделать, идите и сделайте это с официальными лицами Цана!
Идите и убейте королевскую семью Цана!
Зачем беспокоить наш клан Лю!
Лицо Лю Цзя, Ци Шуня, появилось простая улыбка: «Вы ошиблись, я не из Лана».
Признал, и что с того? Я все равно не из Лана.
«Умри!»
Без лишних слов, старый мечник клана Лю разделил свой меч, превратив его в тысячу, ослепительный белый меч свет мгновенно поглотил Ци Шуня.
Ночь безмолвна, ветер завывает.
Ци Шунь с холодным выражением лица, ничуть не испугавшись, слегка коснулся земли под ногами, и весь человек, как призрак, ускользнул из-под тысяч мечей.
Его фигура мелькнула, и он полностью растворился в ночи, исчезнув.
Ночная кавалерия ночных облаков, ночные битвы, стремительные атаки и убийства, лучшие в мире!
«Посмотрим, куда ты можешь спрятаться!»
Старый мечник клана Лю яростно крикнул.
Меч ци выплеснулся наружу, как плотный стрелковый дождь, летящий во все стороны. Куда бы он ни попал, камни раскалывались, деревья были срублены пополам, поднимая в воздух пыль.
«Динь—»
Как и ожидалось, Ци Шунь был вынужден выйти из состояния скрытности, разрубил мечом ци и снова приблизил ближний бой.
Когда старый мечник клана Лю вернул меч, он снова исчез.
«Прятаться — это не по-мужски! Выходи!»
Старый мечник клана Лю пылал от гнева, его внутренности горели, из семи отверстий шел дым.
«Первый принц сказал».
«Правитель не должен начинать войну в гневе, а генерал не должен вступать в бой в гневе. Двигайтесь, когда это выгодно, останавливайтесь, когда это невыгодно».
«Продолжай злиться!»
Ци Шунь с улыбкой на губах, словно убийца в ночи.
С другой стороны.
Цюй Ли протянула руку, погладила Гу Чэна и Ань Чужань по голове, бледно-зеленое сияние постепенно слилось с их телами.
Она торжественно сказала.
«Я военный врач, не сильна в бою, дам вам усиление. Если не сможете победить, бегите как можно скорее. Глава 71 По сравнению с наставницей, я ребенок.
«Как волшебно».
Гу Чэн искренне восхитился.
Цюй Ли наложила на них странное состояние, словно бесчисленные невидимые эльфы мягко поглаживали каждую дюйм их тел, быстро восстанавливая потраченную магическую силу и физическую силу, и это могло продолжаться в течение довольно долгого времени.
«Мы, целители, тоже являемся одной из ста школ, и наши корни уходят в древние времена к императору Льешань Ши, так что, естественно, у нас есть некоторые навыки».
Цюй Ли с гордостью взмахнула рукой и покинула поле боя.
Бум!
Огромная темно-красная тень рухнула перед Гу Чэном и Ань Чужань.
«Ррр—»
Зверь, похожий на тигра и леопарда, ревел, обнажая свою кровожадную натуру.
Глаза древнего генерала на звере сверкнули красным светом, он поднял копье и громко рассмеялся: «Оказывается, всего лишь два желторотых птенца, а ты, Лю Суцзя, будешь в таком жалком состоянии? Смешно до смерти!»
Под иньским призрачным дыханием скрывалась свирепость, напитанная бесчисленным количеством жизней и крови.
Гу Чэн и Ань Чужань чувствовали смертельную опасность.
«Это ты! Ты сам пришел!»
Лю Юйсянь, увидев Гу Чэна снова, помимо гнева, почувствовал волну страха, «Только что этот столп молний — твоих рук дело?»
Его штаны еще не высохли, он не мог говорить твердо.
Этот человек — клоун, Гу Чэн даже не посмотрел на него, только уставился на беловолосого молодого человека позади Лю Юйсяня.
Его аура была как бездонная пропасть, хотя он был человеком, его тело было наполнено зловещей демонической аурой. По сравнению с этим беловолосым молодым человеком, четырехъядерный тигриный демон, которого он встретил ранее, был как куча металлолома, увидевшего золото, зря он имел талант призрака-людоеда.
Лиу Суцзя, чьи глаза были налиты кровью, встретился взглядом с Гу Чэном, и его старый голос хрипло спросил: «Как тебе это удалось?»
Убедившись, что это главный виновник, Гу Чэн обнял огромного петуха одной рукой и бесстрашно рассмеялся.
«Всего лишь несколько сотен Талисманов пяти молний».
«Ну как?»
«Моя молния, очень красивая, не так ли?»
«Похоже на огромный фейерверк, взорвавшийся в твоем сердце, заставивший тебя быть в радости».
В плане оскорбления людей он всегда обладал талантом.
В отличие от Цзян Куя и Даньтай Цзымо из горы Динъян, которые были прямолинейны, ему нравилось говорить саркастически.
Гу Чэн незаметно сжал тот пурпурный талисман, который был открыт, указал на человека подбородком и старомодно сказал: «Брат, ты не видел четко? Я покажу тебе еще раз. В будущем, когда твои родители умрут и будут похоронены, просто найди меня. Я проведу похоронную службу, полную цепочку услуг, гарантирую, что все будет сделано красиво, и все будут хвалить тебя за сыновнюю почтительность!»
«Плюх!»
Раздался негармоничный звук.
Призрак-генерал на звере-тигре и леопарде не мог удержаться от смеха.
Хотя он находился под контролем, он ничуть не ущемлял себя.
Он басом сказал: «Мальчик, его родители умерли десятки лет назад, ты не можешь заработать эти деньги».
Гу Чэн запрокинул голову, поднял брови и рассмеялся.
«Судя по вашему виду, вы — старый призрак с годами, величественный и благородный, лучший человек, неужели вы, сэр, его предок?»
«Хаха!»
«Именно так, ты, мальчик, обладаешь хорошим зрением и умеешь говорить». Призрак-генерал склонил голову и рассмеялся: «Дедушка я и есть предок клана Лю, эти не filial sons и внуки действительно позорят меня!»
Лю Суцзя поднял руку и сложил пальцы, мгновенно заставив улыбку призрака-генерала застыть, как его тело, так и зверь, содрогнулись.
Гнев в его сердце извергался, как вулкан.
Холодно зарычал.
«Убейте их!»
Призрак-генерал встряхнул головой, бурлящая боевая аура выплеснулась наружу, старые доспехи издали «сосущий» звук, и свирепо рассмеялся.
«Мальчик, раз уж твой рот сладкий, после смерти ты будешь носить мне лошадь и оседлать ее, исполнив твою удачу!»
Зверь-тигр и леопард взревел и бросился вперед.
Иньский ветер завывал.
В мгновение ока они оказались перед Гу Чэном и двумя другими. Длинное копье сгустило ледяной острый свет, перемешивая десять сторон иньского и шаткого воздуха, и с силой пронзило его, когда призрак-генерал изо всех сил ударил.
Холодный свет достиг первым, резко понизив температуру вокруг.
Вся земля покрылась инеем.
Пурпурный талисман в руке Гу Чэна застыл в воздухе, слабый пурпурный свет загорелся на сложных узорах талисмана, переплетаясь в пространстве, и вычертил из безграничной иньской энергии чистое и несравненное пространство.
Защищая Гу Чэна и Ань Чужань.
Наконечник копья, несущий бесконечную иньскую энергию, ударился о пурпурный свет. Вместо ожидаемого интенсивного столкновения, наступила тишина.
«Хм?»
Призрак-генерал удивленно воскликнул, обнаружив, что вся иньская энергия, вырвавшаяся из его копья, исчезла, как будто ее никогда и не было, даже близлежащая горная местность не пострадала.
«Что это за талисман? Он может выдержать мой полный удар!»
«Это действительно…»
«Отлично!»
Призрак-генерал становился все более взволнованным. Его доспехи, а также ездовое животное под ним, окрасились в кроваво-красный цвет по мере того, как его убийственное намерение расширялось.
Плотная иньская энергия покрывала территорию в радиусе десяти ли.
═══════════════════════
КОНЕЦ ИСХОДНОГО ТЕКСТА.
ПЕРЕВЕДИ ВЕСЬ ТЕКСТ ВЫШЕ НА РУССКИЙ ЯЗЫК. ОТВЕТ — ТОЛЬКО НА РУССКОМ. НИ ОДНОГО ИЕРОГЛИФА В ОТВЕТЕ.
═══════════════════════
Даже Даньтай Цзымо, только что ступившая в эту местность, почувствовала это.
Словно она попала в вязкую, болотную преисподнюю, вызывающую душевное смятение.
«Убивай! Убивай, убивай!»
Длинное копье с яростью металось, поднимая бесконечные потоки ветра.
Песок и камни летели по всему небу и земле, пронизывающий холод раз за разом ударял по сиянию, испускаемому фиолетовым талисманом.
Дикие звери, похожие на тигров и леопардов, прыгали и кувыркались, впиваясь клыками из зияющих пастей в Гу Чэна и Ань Чужань, но их попытки были легко отбиты.
Бесчисленные камни и земля были превращены в пыль.
Только участок земли под ногами Гу Чэна и Ань Чужань остался невредим; вокруг на сто чжан не было и клочка земли, где можно было бы удержаться.
Фиолетовый свет был все так же силен.
Но Лю Суцзя, сузив глаза, чутко уловила, что светящиеся узоры на висящем в воздухе фиолетовом талисмане медленно рассеиваются.
Он тихо усмехнулся.
«Это ваша единственная надежда? Безрассудные!»
Главный недостаток талисманов – их ограниченное время действия. Большинство можно использовать лишь раз, после чего они становятся бесполезными.
«Если здесь только вы двое, дети, да еще эта курица, и никого больше.»
«Ждите, пока я не разорву ваши тела на мельчайшие части, не приготовлю из них трупный жир, а затем не буду сжигать ваши души на этом трупном жире!»
«Сто лет! Я буду мучить вас сто лет!»
Фигура Лю Суцзя внезапно рванулась вперед. Он распахнул рукава, и из его лба вырвался маслянисто-зеленый блеск, устремившийся в небо.
В этот момент.
В пределах всего Тусяня, все одинокие призраки, злобные духи, неистовые призраки, словно акулы, почуявшие кровь, подсознательно приблизились сюда.
Сотни призраков гуляли ночью, бесчинствуя без всяких ограничений.
Это почти перевернуло инь и ян Тусяня. Кто-то случайно мельком увидел эту сцену, и его душа улетела от страха, он взвыл и закричал, как сумасшедший.
Две ветви призрачных культиваторов: одна – для взращивания и управления призраками, другая – для превращения своего тела в призрака, в конечном итоге должны слиться в одно Дао.
Лю Цзя, получив наследие от своего предка, занимался именно взращиванием и управлением призраками.
Призрачные культиваторы шестого уровня и призрачные существа, действуя в тандеме.
До призыва всех призраков Лю Суцзя развернул тридцать шесть знамен кровавой души, изменив небо и землю, подавляя нормальное функционирование всех других магических методов.
Затем он вынул похоронную палку. Деревянная палка была круглой сверху и квадратной снизу, обмотана белой бумагой, которая развевалась на ветру. Едва она появилась, как послышались бесчисленные жалобные стоны и плач, сбивающие с толку.
Удар издалека.
Казалось, все страдания и печали мира проявились в этом ударе.
Один человек и один призрак атаковали одновременно, и скорость угасания фиолетового талисмана ускорялась.
Гу Чэн спросил у петуха, которого держал на руках.
«Ты справишься с тем призраком позже, верно?»
Петух пренебрежительно рассмеялся.
«Всего лишь шестой уровень, я выиграю без проблем.»
Гу Чэн все еще не мог поверить.
«Ты действительно так силен? Может, все оставь мне!»
Улыбка петуха застыла на мгновение, и он сказал с опаской.
«На самом деле, нет необходимости, я еще не оправился от ран, справиться с призраком – это одно, но с человеком – это уже тебе самому.»
Проведя несколько лет в лечении, а затем получив всю эссенцию того демонического культиватора, он лишь восстановил свой пятый уровень.
Смело говорить, что он может разгромить шестой уровень.
Это потому, что он был естественным врагом сколопендровых демонов и призрачных существ!
«Хорошо, тогда эту мою талисман я применю к этому типу по фамилии Лю позже.»
Гу Чэн, глядя на него, почувствовал себя еще более уверенно.
Укрепив дух.
Он сжал талисман, который под натиском яростной атаки ветра и дождя был на грани полного угасания.
Он молча похвалил.
«На самом деле, если сравнивать со стариком, я не такой уж и старый пройдоха.»
Даньтай Цзымо приблизилась к месту происшествия и срочно докладывала своему учителю.
Ночной обзор.
Обнаружила Гу Чэна и Ань Чужань, увидела Лю Суцзя и Генерала-призрака.
Когда она была поражена и обеспокоена.
Она своими глазами увидела ужасающее проявление того фиолетового талисмана, о котором говорил ее учитель.
«… Учитель, Гу Чэн, возможно, действительно ученик твоей старой возлюбленной…»
Ужасающий фейерверк, более интенсивный, чем столб молнии, пронзивший небо и землю, глава 72 «Плывущая жизнь как сон, затухающие мирские связи».
«Сломается!»
Лю Юйсянь взволнованно закричал, видя, как фиолетовый талисман, защищавший Гу Чэна и Ань Чужань, тускнеет, казалось, он вот-вот увидит, как Гу Чэн падет перед ним, а его дедушка будет вырывать кости и вытягивать жилы.
Но Гу Чэн тоже ждал именно этого момента.
«Плывущая жизнь как сон, затухающие мирские связи.»
Он легко рассмеялся.
Он никогда не понимал, почему старик дал талисману такое изящное название.
До сегодняшнего дня.
Фиолетовый свет рассеялся, а безграничный ледяной ветер все еще свистел.
Копье Генерала-призрака было подобно вихрю, дикие звери топтали ветер, двигаясь молниеносно.
Похоронная палка Лю Суцзя издавала более скорбный стон и плач, чем раньше.
Слышащий плакал кровью.
В этой совершенно однородной ночной тьме появилась тысячефутовая фантомная фигура Белого Стража, его лицо было бледным, как пудра, тело высокое и худое, с улыбающимся лицом, красный длинный язык высунут, одет в простую белую шелковую мантию, а на высокой белой шляпе ярко написаны четыре иероглифа «Увидев, обретешь богатство».
Огромная фантомная фигура Белого Стража также держала похоронную палку и с силой ударила ею над головами Гу Чэна и двоих.
Уничтожая как плоть, так и душу.
«Дзинь-»
Под ночным небом внезапно раздался звук, похожий на небесную музыку.
Время, пространство, все законы этого мира, казалось, замерли в этот момент.
Точка фиолетового света снова родилась из пустоты.
Концентрируясь, вращаясь, расцветая!
Расцвела в прекрасный фиолетовый ирис, очаровательный цветок, словно бабочка, порхающая в танце.
Его красота могла заставить каждую женщину в мире восхищаться им.
Аромат цветов распространялся, окутывая эту мрачную ночь, наполненную призрачной энергией.
В центре фиолетового ириса пустота медленно вибрировала, призрачная энергия рассеивалась, злобная аура исчезала, фантомная фигура Белого Стража больше не существовала.
Этот ирис был прекрасен, как сон.
Какие бы звуки – крик, плач, ветер – ни звучали, все они были перекрыты отчетливым звуком, когда раскрывались его лепестки.
Легкая грусть расцвела вместе с фиолетовым ирисом, распространяясь во все стороны.
Даже Ци Шунь и старый мечник клана Лю, сражавшиеся вдалеке, одновременно остановили свои бои.
«Бах-»
Тихий звук раздался из сердцевины цветка.
Все вернулось в движение.
Бесчисленные фиолетовые бабочки вылетели из ириса.
Бабочки коснулись Генерала-призрака, его доспехи рассеялись, они упали на диких зверей, и тела зверей были изъедены пустыми отверстиями.
И это была лишь малая часть бабочек.
Лю Суцзя, полностью окутанный фиолетовыми бабочками, даже не успел издать ни единого стона, как его плоть была полностью уничтожена, вместе с похоронной палкой в его руке –
Затухание!
Вы думали, это первоклассный талисман защиты?
Нет.
Он просто поглощал атаки, накапливал силу, ожидая мгновения, когда цветок расцветет.
«Действуй!»
Гу Чэн бросил петуха, а из рукава Ань Чужань выкатилась маленькая сферическая меч.
Петух расправил крылья, радостно квохча «ко-ко-ко», и полетел перед Генералом-призраком. Его тело излучало золотой свет, подобный яркому солнцу. Крепким петушиным клювом он пробил тело Генерала-призрака.
Задрав голову, он втянул его.
Душа Генерала-призрака, рожденная из янской энергии, истощалась.
«Что за монстры вы такие!»
В голосе Генерала-призрака отчетливо слышался страх.
Он и его скакун, дикий зверь, похожий на тигра и леопарда, уменьшились в размерах более чем наполовину, став хуже обычных кавалеристов на поле боя.
Не говоря ни слова, они направили зверя в бегство.
«Куда бежишь? Продолжай бой до рассвета!»
Петух, полный боевого духа, расправил крылья и преследовал.
Во время бегства Генерал-призрак оглянулся и ударил копьем прямо в голову петуха. Клюв петуха внезапно увеличился, проглотив наконечник копья. Он с силой втянул его, издавая блаженно-радостные звуки.
Ты сам пришел сюда!
Тело Генерала-призрака обмякло, и даже дикий зверь, похожий на тигра и леопарда, который был с ним заодно и неотделим, не смог сдержаться.
Вся его призрачная сущность стремительно истощалась.
Раньше он был только ранен, а теперь, всего за несколько мгновений, он упал с шестого уровня до пятого, и его культивация продолжала убывать.
«Не, не всасывай больше!»
Петух, держа наконечник копья, пролил слезы, как настоящий мужчина.
Как только древняя магическая меч-сфера скатилась из рукава Ань Чужань, она расправила свое тело, превратившись в изящный маленький древний меч Цинмин, его звон пронзил небо.
В мгновение ока, преодолев пространственное расстояние.
Он пронзил лоб Лю Юйсяня, забрав его жизнь.
«Плюх-»
Лю Юйсянь все еще был погружен в красоту и смертоносность ириса и бабочек, совершенно не осознавая смерти, и тихо упал.
Там, где находился Лю Суцзя, бабочки одна за другой рассеивались, оставляя после себя сгусток божественного духовного света размером с человеческую голову.
Духовная сущность призрачного культиватора шестого уровня не так-то легко уничтожить.
В конце концов, это был всего лишь талисман, а не живой старик, действующий лично.
Способность ранить призрачное существо шестого уровня, или призрачного культиватора шестого уровня, тяжело раненного, находящегося на грани смерти и обладающего сокровищами, была максимальным результатом, который Гу Чэн мог предвидеть, и это уже было очень хорошо.
А то, что Ань Чужань убила Лю Юйсяня в первую очередь, было сделано для того, чтобы предотвратить недостойное поведение Лю Суцзя, который мог бы попытаться завладеть телом Лю Юйсяня и сбежать.
Оставшаяся душа без поддержки, как она могла бы перевернуть ситуацию?
Гу Чэн указал пальцем на небо, затем на землю, его лицо было чрезвычайно серьезным.
Его даосская ряса развевалась на ветру.
За его спиной меч из персикового дерева висел в воздухе.
«Выходи!»
Меч призывал небесную молнию, голос вызывал земной огонь!
Небесная молния и земной огонь столкнулись.
Последний остаток души Лю Суцзя издал ужасающий крик: «Нет–»
Он отчаянно выставил последний сохранившийся пятиуровневый земной дух. Этому призрачному существу повезло, что оно не рассеялось под бабочками фиолетового ириса, которые уничтожали все.
Проглоти его!
Сжигая душу!
В момент столкновения молнии и огня Лю Суцзя изо всех сил поддерживал защитный барьер из призрачной энергии, защищая свою духовную сущность.
Гу Чэн вздохнул: «В конце концов, это старик, его так трудно убить!»
«Звенящий-»
Древний меч издал фениксовый крик, усиленный мыслью и убивающий, прорвал защитный барьер Лю Суцзя.
В мгновение ока.
Маленький меч пронзил десятки раз, проделав сотни дыр в остатке души Лю Суцзя размером с человеческую голову.
«Я не только умею пищать!»
Ань Чужань расстегнула красную веревку, которой собирала волосы, ее густые черные волосы развевались на ветру, прекрасные до невозможности.
Бубенчик на веревке тихо звенел.
Красная веревка излучала буддийский свет, и вместе с бубенчиком стремительно полетела к Лю Суцзя.
Это был колокольчик, что похищает душу, Гу Чэна. Хотя это был всего лишь низкоуровневый магический артефакт, с усилением буддийского света, издаваемый им звук причинял душе еще большую боль.
Она управляла сферической меч, постоянно ослабляя остаток души Лю Суцзя.
Буддийский свет и звук колокольчика не давали ему времени отвлечься.
Гу Чэн подошел к трупу Лю Юйсяня и, пока он был еще теплым, положил Зеркало Истинных Слов ему на лоб.
Используя зеркало как посредника.
«Захват души!»
Зеркало, как внутри, так и снаружи, вспыхнуло красным светом. Можно было услышать испуганные и гневные крики Лю Юйсяня, но после того, как Гу Чэн активировал заклинание «Похищение души» в зеркале, они быстро утихли.
Далее.
Гу Чэн и Ань Чужань вместе противостояли последнему Лю Суцзя.
«Не волнуйся, я не буду жестоко мучить тебя сто лет.»
«Нам нужно только обыскать твою душу.»
Ань Чужань прикрывала его.
Гу Чэн сделал большой шаг вперед к остатку души Лю Суцзя, который был предельно слаб, положил руку, излучающую молнию, и окутал его.
……
В темноте.
Даньтай Цзымо молчала, тысячемильный талисман передачи звука в ее руке тоже молчал.
Но потрясение в сердцах учителя и ученика было неописуемо.
«Гу Чэн, в одиночку мне, кажется, не справиться!»
Даньтай Цзымо запаниковала.
Что делать?
Она уже бросила слова, если не сможет победить, ей придется стать его младшей.
Использовать хитрый ход?
Нет! В хитрости она не сможет победить, и, наоборот, может быть сильно подавлена.
«Учитель идет.»
«А? Учитель, ты придешь мне помочь?»
«……»
Гу Ушуан, находящаяся за тысячи миль, не стала обращать внимания на свою глупую ученицу.
Ее сердце, замерзшее на десятки лет, внезапно загорелось в этот момент, и заболело, до боли, до невозможности дышать.
Она когда-то очень ждала встречи с одним человеком.
Но когда наконец получила крупицы информации об этом человеке, то из-за уже известных новостей почувствовала отчаяние.
В свитках Даосского храма Тайпин было всего два человека, их учитель… умер……
http://tl.rulate.ru/book/190515/19088049
Сказали спасибо 0 читателей
Обсуждение главы:
