Готовый перевод The Sword’s Chosen: When a Loser Gets an Ancient Artifact / Меч выбрал неудачника — мир не готов к такому герою: Глава 10

Император Даомин отвел взгляд и посмотрел на ошеломленного наследного принца, с некоторым разочарованием произнеся: «Эх, если бы ты обладал хотя бы половиной способностей своего старшего брата, мне бы не пришлось сидеть в тронном зале до сих пор».

Услышав, как отец-император упоминает старшего брата, наследный принц мгновенно поник, словно завядший баклажан.

Даомин не стал больше его задевать и спросил евнуха у входа во дворец: «Кто еще не прибыл?»

Чжу Цинъянь только сейчас заметил, что все места напротив его отца были пусты, и некоторые из сыновей императора тоже отсутствовали.

Евнух ответил: «Ваше Величество, кроме старшей и второй принцесс, выданных замуж для родственных связей, и младшей принцессы, которая нездорова, прибыли только Государственный Учитель и Генерал Хо».

Император Даомин кивнул и распорядился: «Старина Хо пьет с Верховным Императором, сомневаюсь, что он придет. Как только прибудет Государственный Учитель, мы начнем банкет».

Евнух почтительно ответил: «Будет исполнено».

Как нарочно, придворный, отвечавший за регистрацию, как раз объявил: «Государственный Учитель прибыл!»

Прибывший был одет в белые одежды, держал веер из перьев, имел красивое лицо, а его длинные волосы до пояса ниспадали на спину, придавая ему неземной вид.

За ним следовала молодая девушка в розовом платье, с лотосовым шпилькой в волосах, ее ясные, как озерная вода, глаза сияли чистотой.

— Чжан Няньчжи, с моей младшей дочерью Чжан Вэньвэнь, прибыл на банкет, — сказал он, сложив руки в поклоне перед императором.

— Ваше Величество, — проговорила Чжан Линъэр, — эта скромная служанка приветствует вас.

Даомин кивнул и ответил: «Это и есть Чжан Вэньвэнь, первая таланка столицы? Увидев тебя сегодня, ты действительно так же прекрасна, как говорят».

Чжан Вэньвэнь улыбнулась и сказала: «Это лишь пустые почести».

— Прошу вас, садитесь.

Даомин удовлетворенно кивнул, но тут же его лицо изменилось, и он повернулся, чтобы что-то сказать наследнику.

Наследный принц тут же прервал его: «Отец-император, раз Государственный Учитель прибыл, почему мы до сих пор не начали банкет?»

Даомин недовольно фыркнул и, больше не обращая внимания на сына, громко объявил: «Начинайте банкет!»

Девушки-служанки одна за другой приносили блюда и ставили их на низкие столики перед гостями, попутно наполняя винные чарки.

— Давайте, сегодня все должны выпить и повеселиться! — Император Даомин поднял свою винную чарку и сказал: — Я собрал вас сегодня здесь не для чего иного, как для прокладывания пути будущим поколениям. Мы, старики, рано или поздно умрем, и тогда власть перейдет к молодым людям, сидящим здесь. Поэтому я собрал вас всех вместе, чтобы вы познакомились, ведь в будущем вы будете коллегами.

Сказав это, он залпом осушил свою чарку. Затем он продолжил: «Больше всего меня беспокоит наследный принц. В прошлом я слишком хорошо воспитал твоего старшего брата, что породило в нем желание свергнуть меня. Поэтому с момента твоего рождения я мало тобой руководил, и ты до сих пор ничего не достиг».

Наследный принц в некотором страхе произнес: «Отец-император, что вы такое говорите? Вы сейчас на полшага от статуса Императора Человека, ваша продолжительность жизни намного больше, чем у обычных людей».

Не успел наследный принц договорить, как Даомин прервал его: «Именно потому, что я на полшага от Императора Человека! Всего полшага до него! Поэтому я надеюсь, что кто-то сможет как можно скорее унаследовать мой трон, чтобы я мог прорваться через эту последнюю полуступень. Государство Юй, которым управляет Император Человека, будет по-настоящему сильным! Ты понимаешь, мой наследный принц!»

Слушая гневные слова отца, наследный принц опустил голову. Он знал, что отец прав, но ему не нравилась эта придворная жизнь.

Он поднял взгляд на Четвертого принца, сидевшего рядом, и невольно почувствовал зависть.

Место наследного принца передается по старшинству, а не по заслугам, это он знал, но сам он не испытывал особого желания занимать этот пост.

Даомин покачал головой и продолжил: «Ладно, сегодня будем просто знакомиться. Линъэр, я помню, когда пили в народе, вы играли в какую-то... «игру с летающими цветами»? Давайте, вы, молодая кровь, покажите мне это».

Услышав слова отца, наследный принц мгновенно оживился. Хотя он ничего не понимал в государственных делах, он прочитал немало стихов. Он посмотрел на Чжу Цинъяня, сидевшего внизу, и подумал, что теперь сможет вернуть утраченное лицо.

Чжан Линъэр неожиданно услышала, как Его Величество назвал ее по имени, и смущенно сказала: «Да, Ваше Величество, пожалуйста, укажите тему».

Даомин рассмеялся и сказал: «Тогда я не буду скромничать. Я выберу... «Цветок». Игра с летающими цветами, начнем с «цветка». Кто остановится, тот выпьет три чашки штрафной».

— «Игра с летающими цветами»? Не ожидал, что в этом мире есть такая забава, — появилась Мин Фэн.

— О? Ты умеешь? — спросил Чжу Цинъянь.

— Умею, давно не играла. Я скажу, ты повторишь, обещаю, ты будешь играть до тех пор, пока не захочешь пить, — уверенно сказала Мин Фэн.

— С кого начнем? — спросил Даомин. Не дожидаясь ответа, он указал на Ци Юй: — Ци Юй, ты начнешь. Ты можешь использовать стихи с известными предысториями или написать свои собственные».

Ци Юй указала на себя, недоверчиво глядя на отца.

— Начинай, иначе три чашки штрафной, — в глазах Даомина мелькнул лукавый блеск.

Ци Юй склонила голову, усердно размышляя, и наконец прочитала: «Цветы расцветают, люди вдвоем, цветы опадают, но не покидает она».

Даомин кивнул: «Хорошо, это стихи поэтического святого Чэнь Яо. Следующий, кому ты хочешь передать?»

Ци Юй облегченно вздохнула и сказала: «Четвертому брату, он ведь ведущий ученик из Павильона Бамбуковых Зелени, эти стихи должны быть ему по силам».

Четвертый принц, внешне ничем не примечательный, услышав, что Ци Юй передала ему задание, улыбнулся и произнес: «За три месяца до снегопада, цветы и плоды опадают россыпью».

В зале раздался возглас восхищения.

Даомин с удивлением посмотрел на Четвертого принца и спросил: «Эти стихи ты написал сам?»

Четвертый принц гордо поднял голову и сказал: «Верно, это произведение моего сына».

Император Даомин захлопал в ладоши и похвалил: «Хорошо, хорошо, очень похоже на стиль Чэнь Яо того времени».

Четвертый принц улыбнулся, не ответил, и передал игру с летающими цветами Чжан Вэньвэнь.

Чжу Чжэньфэн сказал своему сыну: «Хотя я и разбираюсь в государственных делах, но в поэзии я действительно не силен».

Чжу Цинъянь был озадачен: «Не тебе отвечать, если не знаешь».

Чжу Чжэньфэн спросил: «Ты уверен?»

Чжу Цинъянь ничего не ответил, его сознание погрузилось, и он спросил Мин Фэн: «Ты уверена?»

Мин Фэн усмехнулась, на ее лице было презрение: «Не только уверена, разве это можно назвать стихами? И еще поэтический святой? Сегодня я покажу тебе, что такое настоящее произведение поэтического святого!»

Чжан Линъэр, закончив читать стихи, увидела перешептывающихся отца и сына Чжу, и сказала: «Передайте Господину Чжу, как потомок премьер-министра, его знания в области литературы наверняка не просты».

Чжу Цинъянь кивнул, Мин Фэн начала повторять, и Чжу Цинъянь начал декламировать: «Цветок персика расцветает без хозяина, любишь ли глубокий красный или светлый красный».

Как только эти строки были произнесены, весь зал затих, лишь тихо играла дворцовая музыка.

Даже Чжу Цинъянь был шокирован – как складно!

Наследный принц, который раньше хотел посмеяться, теперь выглядел в недоумении.

Даомин спросил: «Чье это произведение?»

Чжу Цинъянь задал Мин Фэн тот же вопрос.

Мин Фэн ответила: «Произведение поэтического святого из нашего мира. Могу тебе точно сказать, что этот поэтический святой не достиг пика своего мастерства в области поэзии, так что скажи, что написал сам».

— Это мысль, которая пришла мне в голову, когда я увидел персиковый сад в Чуньчэне, — произнес Чжу Цинъянь, и это вызвало шум в зале.

Это было сочинение стихов на пределе возможностей.

Даомин был несколько удивлен, а наследный принц — полон сомнений.

Он сказал: «Раз уж у тебя такой талант, почему бы мне не посоревноваться с тобой?»

— Давайте посмотрим, кто сможет произнести больше стихов. Я не буду тебя обманывать, ты начинай первым.

В этот момент презрение в глазах Мин Фэн усилилось: «Пфф! Позволь мне показать тебе пять тысяч лет накопленной мудрости!»

И тогда Чжу Цинъянь начал свою «выходку»: «Не печалься, что на пути нет друзей, кто в мире тебя не знает?»

Одна строка заставила всех присутствующих остолбенеть.

— Бессмертная строка… — пробормотал Чжан Няньчжи, и именно эти слова вызвали у его дочери мурашки.

Получив такую похвалу от отца, старший сын из Резиденции Чжу был не так прост. Подумала Чжан Линъэр, даже ее взгляд начал меняться. Говорили, что старший сын семьи Чжу – редкий гений, которого не встретишь сто лет, но…

Наследный принц первым отреагировал и ответил стихом, но по сравнению с «Кто в мире тебя не знает» Чжу Цинъяня, он выглядел бледно, и к тому же это было стихотворение Чэнь Яо.

Едва он закончил, как Чжу Цинъянь получил ответ: «Год за годом цветы похожи, год за годом люди разные».

Еще одна строка… Зрачки Чжан Няньчжи сузились, винная чарка, которую он поднес к губам, выпала из его рук и с грохотом упала на столик.

«Год за годом цветы похожи, год за годом люди разные».

Эти строки глубоко тронули Чжан Няньчжи. Цветы расцветают каждый год, каждый год они одинаковы, но всегда люди меняются.

Гений!

Далее последовал бесконечный поток строк от Чжу Цинъяня, и каждая была оценена Чжан Няньчжи как бессмертная строка.

До тех пор, пока…

http://tl.rulate.ru/book/190020/20066936