Пресс-конференция проходила в специально оборудованном зале. Это было масштабное общенациональное собрание, призванное ответить на вопросы граждан Хуася и развеять их сомнения, став своего рода щитом против нарастающего хаоса.
Чэнь Фань стоял перед огромной толпой, и вспышки камер репортеров безжалостно слепили его, высвечивая каждую черту лица. В этот момент он обращался ко всей стране, понимая, какой груз ответственности лежит на его словах.
В прошлой жизни, когда катастрофа уже стала реальностью, подобных конференций проводилось немало. Эксперты и ученые с экранов разъясняли основы выживания и пытались стабилизировать умы населения, но по мере того как разрушения принимали глобальный масштаб, эти попытки теряли смысл. В конечном счете весь мир погрузился в бездонный океан, приборы вышли из строя, глобальная связь была навсегда парализована, и больше никто не пытался собрать людей для подобного диалога.
Чэнь Фань глубоко вдохнул, собираясь с духом, взял микрофон и негромко, но отчетливо заговорил:
— Я знаю, что в последние дни климатические изменения окутали ваши сердца ужасом и беспокойством.
Трансляция шла в прямом эфире, достигая самых отдаленных уголков Хуася. Люди у телевизоров, компьютеров и смартфонов замерли, напряженно вслушиваясь в каждое слово. Голос Чэнь Фаня, казалось, проникал в каждый дом.
— Что касается этой глобальной климатической аномалии, я могу с полной ответственностью заявить: конец света ближе, чем вы думаете.
Эти слова, словно ледяной клинок, пронзили тишину зала и заставили замереть миллионы людей по ту сторону экранов. Выступление оказалось пугающе прямолинейным. Обычно официальные лица выбирают обтекаемые формулировки, но здесь, с самого начала, была брошена настоящая информационная бомба.
— Да, это совпадает с тем, о чем шептались в сети: катастрофа уже стоит на пороге.
Слова Чэнь Фаня обрушивались на аудиторию, подобно потокам ледяной воды, повергая большинство слушателей в состояние оцепенения.
— Это бедствие охватит весь земной шар. Ни одна страна не уцелеет, биологические виды обречены на вымирание. По нашим прогнозам, в течение месяца Луна будет приближаться к Голубой Звезде, из-за чего уровень моря поднимется минимум на двадцать метров. Еще через два месяца Луна практически соприкоснется с планетой, и уцелевших стран останется критически мало. А что будет через три месяца...
Чэнь Фань методично перечислял аргументы, которые уже озвучивал ранее за закрытыми дверями. Репортеры в зале, ошеломленные столь пугающими данными, хранили молчание. Если текущая климатическая аномалия еще хоть как-то укладывалась в рамки привычного, то подъем уровня моря на двадцать метров означал бы полное исчезновение целых континентов. Уцелеть могли лишь горные хребты, но никто не брался предсказать, что ждало выживших в будущем.
Под трибуной стоял Цинь Цзянхэ, внимательно слушая речь Чэнь Фаня. Его зрачки расширились от невольного шока.
«Как он посмел выложить чистую правду?» — пронеслось у него в голове.
Именно Цинь Цзянхэ дал санкцию на это выступление, но он не ожидал, что Чэнь Фань обнародует столь радикальные исследования. Это напоминало попытку потушить пожар, подливая в него масло — и без того смятенные умы могли взорваться неконтролируемой паникой. Цинь Цзянхэ в отчаянии начал подавать знаки, пытаясь привлечь внимание оратора.
Однако Чэнь Фань даже не взглянул в его сторону. Он смотрел прямо в объектив камеры, словно в глаза каждому жителю страны:
— Думаю, услышав это, вы стали еще более напуганными и растерянными. Однако...
Чэнь Фань внезапно выпрямился, и его голос обрел стальную твердость:
— Как глава Группы по борьбе с катастрофами Хуася, я заявляю здесь и сейчас: мы — Хуася. Наша пятитысячелетняя история — не пустые слова. Мы отличаемся от других стран мира, наша культура полна блистательных достижений. Здесь рождались бессмертные строфы, сменялись великие династии, вставали плечом к плечу отважные воины, литераторы и ученые, поднимающие чаши за торжество духа. Мы пережили бесчисленные беды, унижения, даже становились пешками в чужих руках. Древние цивилизации, соседствовавшие с нами, теперь погребены под желтыми песками, но мы — нет!
Говоря это, Чэнь Фань воодушевился, на его шее вздулись вены от напряжения.
— Наводнение — и Великий Юй трижды проходит мимо дома, не заходя, чтобы укротить бушующие воды; чума — и мы не молим богов, а спасаемся собственной силой; гора на пути — мы сдвигаем ее; великий пожар — мы тушим его. Мы никогда не смиряемся с судьбой! Сколько бы страданий ни обрушивалось на наш народ, он всегда возвышался над хаосом. Поэтому прошу вас: поверьте мне, поверьте нашей Группе по борьбе с катастрофами. Даже эта невиданная напасть не уничтожит нас. Действуя сообща, мы способны противостоять любому гневу небес.
Речь Чэнь Фаня, разнесшаяся по эфиру, начала действовать на слушателей подобно целительному бальзаму. Она возвращала рассудок перепуганным людям, напоминая, что как одна из четырех великих цивилизаций, Хуася прошла сквозь горнило пяти тысяч лет, оставаясь неистребимой.
— Возможно, вы заметили: за эти дни ваши друзья, родные и близкие внезапно исчезли, и от них нет вестей.
Чэнь Фань поднес микрофон ближе и замолчал на несколько томительных секунд, после чего медленно продолжил:
— Я хочу сказать одно: они не бросили вас. Они не подлецы.
Он снова выдержал паузу, тяжело вздохнул и добавил:
— Перед выбором между малой семьей и большой, между индивидом и всем народом, они выбрали ответственность, пожертвовав собой. Они не бегут — они любят эту землю глубже всех. В их глазах нет страха перед бедой, в них горит лишь желание защитить вас.
В заключение Чэнь Фань бросил взгляд на знамя, развевающееся за его спиной. Повернувшись к репортерам и камерам, он низко, с глубоким почтением, поклонился:
— Поэтому прошу каждого из вас дать им три месяца. Они прилагают все силы, чтобы спасти Хуася в этот страшный час. Они несут на себе нашу общую надежду, продвигаясь под невыносимой ношей.
Эти слова вместе с кадрами прямой трансляции мгновенно разлетелись по всем уголкам великой страны.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/186708/18538442
Сказали спасибо 0 читателей