Готовый перевод The Chronicles of Wan Mingzao: Path to Prosperity / Записки о Вань Минцзао: Путь к процветанию: Глава 59: Вы пришли дать мне денег

Весть о том, что в доме Ван Мёнджи возводят стену, быстро долетела до её родни.

Госпожа Чо как раз прикладывала к глазам Ван Ан-гви листья гинкго — народное средство. Услышав новость от разъярённой госпожи Мо, она крайне удивилась.

— Откуда у этой негодницы такие деньги?

Ван Ан-гви лежал на кане и ворчал с закрытыми глазами:

— Я же говорил вам раньше, насколько эта подлая девчонка хитра. Она ведь осмелилась поспорить с Пхун Кусэном на двадцать нянов серебра. Очевидно, у неё полно денег, раз она так себя ведёт! А глупец Ё ничего не разузнал, только вернулся с двумя дырками в теле!

При мысли о том, что у никчёмной Ван Мёнджи припрятано много серебра, госпожу Чо охватила мучительная зависть.

Госпожа Мо, делая вид, что беспокоится о свекрови, произнесла:

— Матушка, что было, то прошло. В конце концов, отделение семьи состоялось, да и нашему Сонджану небеса помогли — он поступил в частную школу сюцая Ко. Давайте не будем обращать внимания на дела Ван Мёнджи. Хоть она и ушла из дома, она всё ещё потомок семьи Ван. Прослышав, что у неё есть серебро, люди налетят как стервятники. Я боюсь, как бы девочка по неопытности всё не растеряла. Думаю, было бы лучше, если бы за ней присматривал надёжный старший родственник.

Госпожа Чо глубоко задумалась над словами госпожи Мо и горячо согласилась:

— Да, и правда!

Чем больше она думала, тем меньше могла усидеть на месте. Она небрежно высыпала остатки листьев гинкго из чашки прямо на глаза Ван Ан-гви и сказала:

— Так не пойдёт, надо скорее пойти и проверить.

«Все те деньги, что эта проклятая девчонка тратит на стену, должны быть нашими!»

Госпожа Чо в спешке выбежала на улицу.

Довольная госпожа Мо последовала за госпожой Чо.

У Ван Ан-гви тоже зачесались руки. Ужасный вид его собутыльника Ё Чока по-настоящему шокировал его.

На самом деле, пока они общались, они вечно промышляли кражей кур и собак, пьянством и азартными играми, но до крови дело никогда не доходило.

Ван Ан-гви планировал хладнокровно отомстить. В любом случае, то, что его мать взялась за дело, было неплохо.

Выудить деньги у матери, госпожи Чо, было проще, чем у воровки Ван Мёнджи.

На лице Ван Ан-гви появилась зловещая ухмылка.

Госпожа Чо прибыла к дому Ван Мёнджи, полная решимости.

Увидев, что жёлтая глина, из которой строили стену, была высшего сорта, она пришла в ярость.

«Это всего лишь стена, зачем использовать такие дорогие материалы?! Все эти деньги, потраченные впустую, — мои! Ох, как жаль!»

Обида госпожи Чо достигла предела, и она ворвалась внутрь, устраивая скандал, чтобы остановить работы.

Мастера в замешательстве посмотрели на Сокту.

Сокту, растерявшись, подошёл к госпоже Чо:

— Двоюродная бабушка, что вы творите?

Жители деревни Ювон-ондок были связаны сложными родственными узами. Согласно иерархии поколений, госпожа Чо приходилась Сокту кем-то вроде двоюродной бабушки.

Госпожа Чо с усмешкой спросила:

— Где эта негодная девчонка, Ван Мёнджа?! Живо позови её!

Сокту занервничал от напора госпожи Чо.

— Мёнджи здесь нет. Она взяла Мёнён и пошла на реку ловить рыбу.

Госпожа Чо фыркнула:

— Тогда позови главного, я поговорю с ним!

Сокту сглотнул:

— Я здесь главный.

Госпожа Чо придирчиво оглядела Сокту с ног до головы, ища, на ком сорвать злость.

— Ты? Это ты взял такую хорошую глину, чтобы строить для этой хитрой девчонки? Так ты разбазариваешь деньги нашего семейства Ван?! Небось и комиссионные себе отхватил? И зачем притащил столько людей? Совсем совести нет, не свои деньги — не жалко?

Сокту молча сносил оскорбления, и его смуглое лицо невольно залилось краской. Подавив гнев, он попытался объяснить:

— Двоюродная бабушка! Как вы можете так грубо ругаться? Мёнджа и Мёнён отделились и живут вдвоём. Разве не логично, что чем крепче стена, тем лучше? А для хорошей стены нужна хорошая глина! Столько людей пришло, чтобы закончить работу быстрее! Нужно сократить сроки строительства, чтобы Мёнджа и Мёнён могли поскорее успокоиться! И денег на это ушло совсем немного!

Слова Сокту были разумными, но госпожа Чо и слушать ничего не желала.

Она подскочила, тыча в него пальцем и выкрикивая ругательства:

— Теперь я вижу, какой ты бессовестный и злой! Всё, сворачивайтесь и уходите! Никакой стены не будет! Есть задаток? Если остались деньги от задатка, живо верни их все!

Сокту слышал от матери о конфликтах между Ван Мёнджей и её бабушкой, поэтому, разумеется, не собирался отдавать деньги. Он отступил на шаг и, покраснев, сказал:

— Пожалуйста, не ставьте меня в неловкое положение. Если вы обсудите это с Мёнджей и она сама скажет мне, то я не буду строить стену. Если Мёнджа придёт и скажет это, я, конечно, всё прекращу и уйду.

Госпожа Чо прищурилась, собираясь снова разразиться бранью, но госпожа Мо поспешно её остановила.

Госпожа Мо заговорила с видом рассудительного человека:

— Матушка, Мёнджа ещё неразумна, раз затеяла такое масштабное дело. Лучше дождаться её возвращения и всё обсудить.

Её свекровь была слишком недальновидна.

Сколько денег останется от задатка после вычета расходов на материалы и рабочих? Гроши.

Настоящие большие деньги наверняка были в руках у Ван Мёнджи.

Если бы у неё не было лишних средств, она бы ни за что не посмела так бездумно тратиться на стену.

Слова госпожи Мо убедили госпожу Чо. Она хмыкнула и бесцеремонно направилась во двор дома Мёнджи.

Сокту с серьёзным видом преградил ей путь. Госпожа Чо в ярости вытаращила глаза:

— Да как ты смеешь! Что ты себе позволяешь?!

Смуглое лицо Сокту снова покраснело. У него было мало опыта в общении с такими несносными взрослыми. Тот факт, что госпожа Чо совершенно не слушала доводов и перла напролом, доводил его до отчаяния.

— Мёнджа просила меня не пускать никого во двор, пока её нет.

Сокту выдержал взгляд госпожи Чо, которая, казалось, была готова его съесть.

— Двоюродная бабушка! Было бы лучше, если бы вы подождали снаружи...

Не успел он договорить, как госпожа Чо сильно толкнула его.

Однако Сокту был крепким молодым человеком, привыкшим к физическому труду. Госпожа Чо не только не смогла его сдвинуть, но и сама отлетела назад на несколько шагов.

Воспользовавшись моментом, она плюхнулась на землю и заголосила во всю глотку:

— Убивают! Непочтительная внучка подослала человека, чтобы он избил старуху! Ой-ой-ой! Деньги есть, а о сыновней почтительности и не думает, хочет только сама сладко есть и жить! Стоило мне слово сказать, как она велела меня побить! Мне и так недолго осталось, ну же! Убейте меня лучше!

Сокту растерялся. Он пытался оправдаться, но госпожа Чо так громко рыдала и ругалась, что от растерянности у него пропал дар речи.

Госпожа Чо годами оттачивала мастерство в перебранках. Она поняла, что неважно, умеешь ты ругаться или нет, главное — орать громче всех. Её логика была проста: неважно, прав ты или нет, если ты кричишь громче, ты победил.

На плач госпожи Чо сбежалось множество людей. Самые догадливые тут же бросились к реке искать Ван Мёнджу.

Госпожа Че тоже вышла посмотреть, что за шум, даже не подозревая, что в скандале замешан её сын. Сокту стоял в окружении толпы, выслушивая проклятия госпожи Чо, низко опустив голову и не в силах вымолвить ни слова.

Госпожа Че, разозлившись, засучила рукава, ворвалась в толпу, оттащила Сокту в сторону и закричала:

— Ох, сынок, что происходит? Из-за чего тебе приходится терпеть такое?

Громкий голос госпожи Че перекрыл причитания госпожи Чо.

Сокту, почувствовав себя так, словно встретил спасителя, вытер пот со лба и неловко произнес:

— Мама, двоюродная бабушка говорит, что не хочет, чтобы Мёнджа строила стену, и требует вернуть деньги.

Госпожа Че мгновенно поняла ситуацию. Она гневно уставилась на госпожу Чо.

«Какое бесстыдство! И ещё смеет называть себя старшей!»

Госпожа Че с усмешкой обратилась к ней:

— Тётушка, для начала встаньте. Неужели земля не холодная? А то потом, если живот прихватит, ещё нас обвините, что мы вас отравить пытались!

Зрители весело расхохотались.

Госпоже Мо стало стыдно, и она протянула руки, чтобы помочь свекрови подняться.

— Ой, матушка, скорее вставайте. Я знаю, что вам обидно, но ноги всё ещё болят?

Госпожа Чо заделась за живое, но больше не вопила. Она обхватила ноги и начала причитать: «Ой-ой-ой».

Госпожа Мо с деланным беспокойством сказала госпоже Че:

— Послушайте, Сокту только что толкнул нашу матушку, посмотрите... Она уже в годах, кажется, у неё нога сломана?

Госпожа Че ни на секунду не поверила. Она с подозрением посмотрела на причитающую госпожу Чо. Сокту был не из тех, кто поднимет руку на пожилого человека. Как бы сильно он ни недолюбливал госпожу Чо, он бы никогда её не толкнул.

Очевидцы не выдержали и вмешались:

— Да ладно вам!

— Женщина, не слушайте их бредни. Эта старуха сама пыталась толкнуть Сокту, да не удержалась и шлепнулась.

Госпожа Чо резко возразила:

— У этой старухи и сил-то в руках нет, это он нарочно в меня врезался! Разве это не то же самое, что толкнуть?! Да я хоть перед самим Старостой это подтвержу!

Против такой наглости было трудно что-то возразить. Госпожа Че только рассмеялась от абсурдности ситуации.

В этот момент вернулась Ван Мёнджа. В одной hand она несла ветку с двумя крупными рыбинами, а другой держала за руку Ван Мёнён.

Люди, бегавшие за ней, уже всё объяснили, поэтому вид беснующейся на земле госпожи Чо и царящий вокруг беспорядок не стали для неё сюрпризом.

Ван Мёнджа обменялась взглядом с госпожой Че и подтолкнула Мёнён к ней. Госпожа Че ласково взяла девочку за руку и отступила на несколько шагов от центра событий.

Ван Мёнджа всё ещё держала ветку с рыбой. Она выглядела совершенно спокойной.

— Бабушка, какими судьбами?

Увидев хозяйку дома, госпожа Чо перестала выть, только глазами вращала от злости.

— Что? Я видела, как этот дом строился ещё до того, как твой отец отделился. Мне что, и прийти нельзя?

Госпожа Мо добавила:

— Ой, смотрите, кто пришёл. Мёнджа, может, перестанешь злить бабушку? Знаешь, какую несправедливость ей пришлось здесь вытерпеть? Мы пришли, потому что волновались, что ты ещё мала и тебя могут обмануть в таком важном деле. А тут кто-то толкнул её, и она упала.

Ван Мёнджа не поверила ни единому слову госпожи Мо. Она одарила её невинной улыбкой.

— Хоть вы с бабушкой и выгнали меня с сестрой, я знаю, что зов крови заставил вас проявить заботу. Вы ведь и стройкой заинтересовались потому, что боялись, хватит ли мне средств? Наверное, пришли дать мне денег?

http://tl.rulate.ru/book/185201/18150708