Готовый перевод Naruto: Sacrifice the Byakugan at the Beginning, and Reach the Maximum Level of Observation Haki / Наруто: Пожертвовать Бьякуганом в начале и достичь максимального уровня Хаки наблюдения: Глава 9

Глава 9

В глазах большинства ниндзя Глава клана Хьюга часто представал как суровый, неулыбчивый старый зануда. Более того, среди многих Глав Кланов человечества его можно было считать чудаком. Даже когда он узнал о смерти своего младшего брата на поле боя, на его лице не дрогнул ни один мускул.

Поэтому, увидев Главу клана Хьюга с таким мрачным выражением лица, многие ниндзя сгорали от любопытства, обсуждая это с друзьями в часы досуга.

Обычные ниндзя не знали всей подоплеки, но недавно ниндзя Анбу с удивлением обнаружили, что среди их коллег появилось много членов клана Хьюга, и каждый из них обладал по меньшей мере силой Специального Джонина.

Помимо Анбу, Корень, подчиняющийся непосредственно Данзо, также принял в свои ряды немало ниндзя Хьюга.

Однако, по сравнению с элитой Хьюга, попавшей в Анбу, те, кто достался Данзо, были лишь середнячками, обладая в среднем лишь силой чунина.

Хотя этот результат оставил Данзо несколько недовольным, главным предназначением Бьякугана была разведка, поэтому он скрепя сердце смирился с этим.

О том, что клан Хьюга отправил ниндзя в Анбу и Корень, знали лишь немногие, кроме ниндзя из этих двух подразделений, и это не вызвало во внешнем мире даже малейшего резонанса.

Однако другое событие уже стало известно всем в Конохе. Даже Каваки Аоба, который в последнее время тихо восстанавливался и тренировался, уже знал об этом.

В ресторане барбекю, принадлежащем клану Акимичи, Каваки Аоба и Юхи Куренай неспешно ели мясо.

Не поймите превратно; это было не уютное свидание, а скорее отдых после интенсивной тренировки.

Ранее они вдвоем только что закончили утреннюю тренировку на полигоне. Из-за слишком больших физических нагрузок они пришли сюда, чтобы своевременно восполнить запасы энергии.

Хотя барбекю в заведении Семьи Акимичи стоило недешево, Каваки Аоба, будучи сиротой, каждый год до выпуска получал от Деревни пенсию сироты героя. В сочетании с прежними сбережениями родителей он мог позволить себе время от времени баловать себя подобными трапезами.

Что касается Юхи Куренай, у которой отец был джонином и души не чаял в дочери, нужны ли тут еще какие-то объяснения?

И стоит отметить, что за это барбекю платила именно Юхи Куренай.

— Аоба, не ожидала, что ты так подходишь для тренировок Сенсорного Ниндзюцу. Ты так быстро восстановил свое восприятие внешнего мира. Отец говорит, что даже полагаясь исключительно на свои сенсорные способности, ты имеешь все шансы получить звание чунина. В будущем ты как минимум станешь Специальным Джонином, искусным в сенсорике.

Казалось бы, Юхи Куренай просто вела непринужденную беседу, но на самом деле она хотела подбодрить Каваки Аобу, сказав, что у него впереди еще большое будущее.

Как мог Каваки Аоба не понять намерений Юхи Куренай? Однако он не был настолько хрупок, чтобы нуждаться в утешении маленькой девочки.

Просто, чтобы не показаться резким, ему все равно приходилось подыгрывать. В последние дни он ясно чувствовал, что за ним наблюдают.

Ну, если быть точным, за ним наблюдали члены клана Хьюга. Стоило ему встретить на улице кого-то из Хьюга, как количество брошенных на него взглядов увеличивалось. Более того, различные эмоции, направленные в его сторону, заставляли Каваки Аобу чувствовать себя крайне некомфортно.

Завернув кусочек жареного мяса в соус и положив его в рот, Каваки Аоба тщательно прожевал, проглотил и покачал головой:

— У меня действительно есть некоторый талант к Сенсорному Ниндзюцу. Однако оно используется для определения колебаний чакры ниндзя; в повседневной жизни от него мало толку. А пока я просто приспособился к темноте, привык использовать другие органы чувств для восприятия окружающего мира.

Хотя в его словах сквозила легкая меланхолия, Юхи Куренай не покидало чувство, что что-то не так. Это было похоже на то время, когда они только собирались выпускаться, и Цинъюй создал ниндзюцу без печатей, используя тот же самый преуменьшающий свои заслуги тон.

В этот момент с соседнего столика донесся тихий разговор.

— Ты, должно быть, тоже слышала, да? Кажется, Рёко собирается получить печать Птицы в Клетке от клана Хьюга.

— Птица в Клетке? Что это такое?

— Я уже спрашивала об этом у Рейко. Она сказала, что это Запечатывающая Техника, которую Главная Семья Хьюга использует для контроля побочных ветвей. В любом случае, это дела ниндзя-сама.

— Какое отношение это дело клана Хьюга имеет к Рёко? У Рёко нет фамилии, и она не ниндзя.

— Хоть у Рёко и нет фамилии, ее мать родом из клана Хьюга. Поэтому Рёко тоже должна получить метку Птицы в Клетке. И, по слухам, Рёко также должна научиться быть ниндзя. Если она сможет стать ниндзя, то даже получит фамилию Хьюга.

— Что? У Рёко есть шанс стать членом престижного клана Хьюга? Какая зависть!

— И не говори! Это же престижный клан Хьюга. Если Рёко действительно сможет стать ниндзя-сама, то как нам следует называть ее при следующей встрече: Юная Госпожа Рёко или Госпожа Рёко?

Две молодые девушки за соседним столиком шептались, но благодаря слуху ниндзя Каваки Аоба и Юхи Куренай отчетливо их слышали.

Однако чем больше они слушали, тем больше им казалось, что что-то не так. Как разговор зашел в такое русло, что те две барышни по соседству начали испытывать зависть?

Особенно это касалось Каваки Аобы. Его «Воля Наблюдения» уловила от этой пары подруг не только чувство зависти, но и ясно зафиксировала ревность.

Возможно, это было связано с информационной асимметрией, но в большей степени это была печальная участь простолюдинов.

Откуда им, простолюдинам Конохи, было знать о темной стороне жизни ниндзя и о различных грязных делишках клана Хьюга? В их глазах возможность стать ниндзя или членом престижного клана Хьюга уже сама по себе была невероятным событием.

Для них стать членом Хьюга и получить клеймо Птицы в Клетке казалось скорее благословением. Однако для обычных людей такое понимание, пожалуй, не было ошибочным.

В этот момент Каваки Аоба вдруг неожиданно вспомнил одну поговорку: «Что плохого в том, чтобы быть собакой? Многие хотят стать собаками, да вот только связей у них нет».

Помимо этих двух девушек, Каваки Аобе впоследствии встречалось немало людей, обсуждавших этот вопрос. Однако большинство из них демонстрировали эмоции, похожие на зависть и ревность.

Оставалось лишь восхищаться тем, насколько эффективными были методы клана Хьюга, раз им удалось добиться такого результата. В этом плане клану Учиха было за ними не угнаться, как бы они ни старались.

Конечно, здесь не обошлось без направляющей руки некоторых высокопоставленных чиновников Конохи. Иначе общественное мнение не было бы так подавляюще благосклонно к клану Хьюга.

Тц, кто знает, какие блага предложил клан Хьюга. Неужели они вложили в это серьезный капитал?

Вечером, завершив дневную тренировку гендзюцу и благополучно проводив Каваки Аобу до дома, Юхи Куренай радостно поспешила домой.

Что касается Асумы Сарутоби из той же команды, то он, будучи сыном Третьего Хокаге, имел собственного частного репетитора, который также был элитным джонином из клана Сарутоби и обладал большими способностями к обучению. Обычно, по разным причинам, он очень не любил тренироваться со своим репетитором.

Но после того случая, когда Каваки Аоба вырвал себе глаза, Асума Сарутоби несколько изменился. Во время тренировок с репетитором он стал гораздо серьезнее и усерднее, чем обычно.

На самом деле, Юхи Шинку обычно тоже лично руководил тренировками своей дочери. Но в последнее время Шинку Юхи целыми днями не было дома — он был занят неизвестно чем.

Среди этих троих обычно только Каваки Аоба, отличавшийся самостоятельностью, тренировался в одиночку.

Конечно, тренировки в одиночку не означали, что Шинку Юхи недолюбливал его. Напротив, Шинку Юхи ценил этого ученика Каваки Аобу больше всего. Если бы Каваки Аоба с самого начала не проявил столь уникальных талантов ниндзя, Шинку Юхи уже обучил бы его своему гендзюцу.

Более того, несколько дней назад Шинку Юхи через какой-то неизвестный канал добыл немало материалов по изучению Сенсорного Ниндзюцу и передал их Каваки Аобе.

Было ясно, что хотя Каваки Аоба и вырвал свои глаза, став в глазах других ниндзя калекой, Шинку Юхи по-прежнему не хотел отказываться от своего самого талантливого ученика.

Конечно, было бы еще лучше, если бы Каваки Аоба держался подальше от его дочери Юхи Куренай. Таково было недовольство старого отца.

— Отец, я дома.

Войдя в дом, Юхи Куренай первым делом увидела Шинку Юхи, который сидел скрестив ноги за низким столиком и что-то рассматривал.

Заметив, что старый отец занят, благоразумная Юхи Куренай тихонько проскользнула на кухню.

Она и не подозревала, что то, на что смотрел Шинку Юхи, было связано с Каваки Аобой, о котором она думала все эти последние дни.

Генин Миямура Аяно за свои недавние выдающиеся заслуги и выполнение нормы по количеству миссий была специальным указом Хокаге повышена до чунина, получив право самостоятельно брать задания и формировать собственную команду.

Кроме того, Хокаге разрешил ей бесплатно изучить одно ниндзюцу ранга A и три ниндзюцу ранга B.

Миямура Аяно была именно тем гражданским ниндзя, который сообщил клану Хьюга о наличии у Каваки Аобы Бьякугана.

Можно сказать, что Каваки Аоба, вырвавший свой Бьякуган, клан Хьюга, потерявший лицо и пошедший на компромисс с Хокаге, отправив большое количество ниндзя в Корень и Анбу — катализатором всех этих событий стала всего лишь эта маленькая генин.

Хотя эта генин и была повышена до чунина, получив в награду ниндзюцу, Шинку Юхи, уже понимавший правила Деревни, знал, что жизнь этой женщины-ниндзя, Миямуры Аяно, вступила в обратный отсчет.

Но проблема заключалась в том, что помимо этой проклятой Миямуры Аяно, жизнь его собственного маленького ученика также была на исходе, как и ее.

В эти последние несколько дней Шинку Юхи не только носился в поисках решения, но и к нему обращались ниндзя Хьюга.

Согласно намерениям клана Хьюга, он, конечно же, должен был отказаться от этого ученика, Каваки Аобы. Метод, предложенный кланом Хьюга, также был прост: либо он, как джонин, должен выйти вперед и подать прошение Хокаге о завершении карьеры ниндзя Каваки Аобы, либо, как в случае с Миямурой Аяно, помочь Каваки Аобе подать заявку на специальное повышение до чунина.

Шинку Юхи не был выходцем из знатной Семьи и уж точно не хотел ссориться с таким тысячелетним престижным кланом, как Хьюга. Он прекрасно понимал, что выдать Каваки Аобу — это лучший выбор. Таким образом, он не только заработал бы благосклонность клана Хьюга, но и мог бы извлечь из этого немалую выгоду.

Но кто же виноват, что у него была такая дочь, как Юхи Куренай?

Эти двое юнцов целый год состояли в одной команде, проводя вместе дни и ночи напролет. Каким бы непонятливым ни был Шинку Юхи, он видел чувства своей дочери к этому мальчику.

Поэтому, хоть клан Хьюга и был могущественен, ради дочери он, как отец... кхм!

В любом случае, в конечном итоге это пошло на пользу тому самому мальчику, Каваки Аобе.

Более того, Шинку Юхи видел в сложившейся ситуации и проблеск надежды.

Асума Сарутоби!

Да, именно в нем Шинку Юхи видел надежду.

Роль, которую Асума Сарутоби мог сыграть в этом деле, была минимальной, но кто же виноват, что у него такой особый статус?

Учитывая статус сына Хокаге, пока Асума Сарутоби оставался в команде хотя бы на день, клан Хьюга в течение этого дня не стал бы ничего предпринимать. Это означало, что Хокаге еще не окончательно махнул рукой на Каваки Аобу.

Конечно, то, что он еще не сдался окончательно, можно было понять и как то, что он уже готов это сделать.

Сейчас Хирузен Сарутоби только что получил немало выгод от клана Хьюга. Чтобы Хокаге теперь выступил в защиту Каваки Аобы — это было просто невозможно.

Поэтому все, что сейчас оставалось Шинку Юхи — это искать возможность самому. А вот где ее искать, к сожалению, он и сам не знал.

Но отсутствие решения не означало, что нужно просто сидеть и ждать смерти. Поэтому метод, до которого додумался Шинку Юхи, заключался в том, чтобы тянуть время — тянуть до тех пор, пока он не придумает выход, или пока Каваки Аоба не обретет силу, достаточную для самозащиты.

Этот метод был весьма неуклюжим, но это было единственное, что пришло Шинку Юхи в голову.

Что касается того, как тянуть время — подумайте о долгосрочных миссиях.

Шинку Юхи уже подал Хокаге заявку на долгосрочную миссию вдали от Деревни. Что касается результата, то Хокаге пока не дал согласия, но и не отказал.

Поэтому сейчас Шинку Юхи просто ждал.

— О, вот как? Похоже, на этот раз Асума и впрямь повзрослел.

В резиденции Третьего Хокаге, выслушивая доклад своего соклановца, Хирузен Сарутоби испытывал чувство удовлетворения. Он и не ожидал, что этот мальчик по имени Каваки Аоба сможет так повлиять на Асуму. Это было неожиданной радостью.

— Да, Хокаге-сама. Последние несколько дней Асума-сама тренировался исключительно усердно. Если судить только по силе ниндзюцу, он уже ничем не уступает среднестатистическому чунину. В будущем он наверняка станет выдающимся ниндзя.

Почтительно ответил частный репетитор, нанятый Хирузеном Сарутоби для обучения Асумы.

Какой отец не обрадуется, услышав похвалу в адрес своего ребенка? Хирузен Сарутоби не был исключением, даже если в этой похвале и была доля лести.

— Возвращайся и хорошенько отдохни. Ты славно потрудился в эти дни.

Взмахом руки отпустив репетитора Асумы, Хирузен Сарутоби затем спросил у пустой комнаты:

— А тот мальчик, Каваки Аоба? Чем он занимался все это время?

После вопроса Хирузена Сарутоби из тени появился Анбу в маске:

— Докладываю Хокаге-саме: этот генин обладает огромным талантом к Сенсорному Ниндзюцу, и его восприятие окружающего мира намного острее, чем у других людей, потерявших зрение. Судя по наблюдениям последних нескольких дней, он, кажется, привык к темноте, и она не мешает его повседневной жизни.

— Мало того, он даже вернулся к обычным тренировкам. Если просто наблюдать за его спаррингами с товарищами по команде, то он вовсе не похож на ниндзя, лишившегося обоих глаз.

— Вот как? Похоже, даже потеря глаз не может скрыть свет Гения на этом маленьком пареньке. Такая адаптивность, такой талант... если он вот так просто исчезнет, это будет поистине печально.

Третий Хокаге посмотрел в окно, словно приняв какое-то решение.

— Иди, сообщи Шинку Юхи, чтобы завтра рано утром он зашел в зал миссий и осмотрелся. Возможно, он найдет какое-нибудь подходящее задание.

— Есть.

Почтительно ответив, Анбу в маске использовал Технику Телесного Мерцания и исчез.

После ухода Анбу Хирузен Сарутоби также принялся за выбор миссии, просматривая различные разведданные.

Хотя он и решил попытаться защитить этого паренька, Хирузен Сарутоби не мог позволить Команде Юхи Шинку покинуть Деревню и действовать бесконтрольно. Это было бы слишком расточительно по отношению к ресурсам ниндзя, да и Асуме также требовались надлежащие тренировки.

Для ниндзя, помимо огромной силы, также был необходим богатый опыт выполнения миссий.

Задание по сопровождению крупного транснационального Торгового Каравана, направляющегося в Страну Молнии? Нет, нет, эти дикари совершенно неразумны. Узнай они о личности Асумы, кто знает, что они могут натворить.

Зачистка шпионов на территории Страны Огня? За этими парнями уже некоторое время ведется наблюдение, и схемы их передвижений в основном известны. Но это задание Хирузен Сарутоби специально приберег для Шинносуке, да и время на его выполнение слишком мало. Тоже не подходит.

Расследование деятельности таинственной организации на территории Страны Дождя? А вот это задание неплохое. Но это территория Ханзо. И хотя этот старик получил хороший урок во время последней Мировой Войны Ниндзя, неизвестно, не вспыхнут ли его высокомерные амбиции с новой силой. Лучше пока отложить это дело.

О, а вот здесь есть еще кое-что. Проникнуть в Страну Ветра и встретиться со шпионом, возвращающимся из Деревни Скрытого Песка.

Хирузен Сарутоби вспомнил; эту миссию он назначал лично. В последнее время в Деревне Скрытого Песка действительно происходили очень странные вещи, поэтому он распорядился, чтобы внедренные туда шпионы собрали информацию.

http://tl.rulate.ru/book/184859/18238607