Готовый перевод Journey to the West: Inheritor of Pangu’s Legacy / На дне первобытного океана — наследие создателя мира: Глава 11

Бум!

Грохот.

...

Раздался глухой звук, и фигура, отлетев назад, в беспорядке рухнула вниз, врезавшись в землю подобно пушечному ядру. Там образовалась глубокая воронка размером в тысячу чжанов.

— Кха.

В центре кратера тяжело кашляла израненная фигура. Сознание его было затуманено болью, а некогда ослепительное золотое сияние заметно потускнело.

Этим человеком, разумеется, был Цинь Хуа, бросивший вызов Первопредку Дракону. Однако перед лицом столь великой и пугающей фигуры его вызов казался лишь тщетной попыткой насекомого пошатнуть древо.

Последовавшие дни тянулись медленно. Пруд Превращения в Дракона оставался безмятежным, время беззвучно утекало, и вот пролетело еще сто лет.

За эти сто лет Цинь Хуа наконец сокрушил волю Первопредка Дракону.

...

— Ха-ха! Я повержен тобой. Надеюсь, в будущем ты будешь милостив к моей расе драконов.

Неистовый смех Первопредка Дракона постепенно затих.

Цинь Хуа, восстановив дыхание, начал процесс слияния с Драконьими костями Первопредка. Поскольку сопротивления воли больше не было, на этот раз слияние прошло очень быстро.

Прошел год.

Небеса затянуло всё более густыми черными тучами. В них концентрировались ужасающие разряды молний; казалось, весь мир содрогается под их грохот.

В глубинах моря.

Грохот.

Пруд Превращения в Дракона, долгое время остававшийся спокойным, внезапно вздыбился волнами. В мире Хаоса бесчисленные взоры мгновенно устремились к нему: в морской пучине медленно закручивался гигантский водоворот.

Свист!

В тот миг, когда воронка сформировалась, из её центра вырвался столб света, пронзивший небеса. Вместе с этим светом начала медленно распространяться странная, подавляющая аура.

Гром и молнии!

Облака в небе резко сгустились. Тысячи разрядов величиной в сотни чжанов, подобно бегущим драконам, с ревом обрушились вниз, застилая небо и обрушиваясь на фигуру внутри светового столба.

Однако перед лицом этого бушующего шторма человек в свете стоял незыблемо. Он позволял яростным молниям с силой бить по своему телу; электрические дуги плясали в небе, но в итоге все они бесследно впитывались в его плоть.

Неистовая буря молний бушевала почти полчаса, прежде чем постепенно утихнуть. С рассеиванием туч по миру разлились мощные колебания ментальной энергии.

Облака разошлись, и солнечные лучи осветили морскую гладь. Тело Цинь Хуа отливало нефритовым блеском; его худощавый силуэт излучал такую мощь, что она, подобно волне, накрывала всё вокруг.

Под этим давлением морские демоны побледнели. Они чувствовали, как внутри них рождается первобытный трепет.

Но аура исчезла так же быстро, как и появилась.

В этот момент Цинь Хуа внезапно уловил, что какая-то аура стремительно приближается к морскому дну.

Цель — прямо на него!

Он тут же затаил дыхание.

Из темноты донесся негромкий шепот:

— Странно. Почему колебания энергии исчезли, едва достигнув этого места? И эта аура Первопредка Дракона... она кажется такой знакомой. Неужели он всё ещё жив?

Достигнув уровня Золотого Бессмертного, Цинь Хуа благодаря Жемчужине Хунмэн мог понимать речь собеседника.

Голос звучал устало и надтреснуто — должно быть, некий великий мастер Хаоса.

После недолгого колебания Цинь Хуа спросил:

— Как величать почтенного?

Пока Хунцзюнь не слился с Дао, в этой Обители он был в абсолютной безопасности.

Обитель Глубоководного Дао не только не поддавалась ментальному зондированию, но и могла выдержать разрушительную мощь Святого. Это было одно из мест, где тренировался еще Паньгу; чтобы войти сюда, нужно было стать Святым Небесного Дао!

— Я — Хунцзюнь. Позволь спросить имя твоего друга и где ты пребываешь?

Снова раздался этот старческий, но доброжелательный голос.

Цинь Хуа замер от изумления.

Это же Хунцзюнь!

Черт!

Это же будущий Святой Небесного Дао.

Когда он сливается с Дао, Хунцзюнь подставляет даже собственных учеников.

Слишком опасно!

Цинь Хуа ответил уклончиво:

— Я лишь безвестный странник, слившийся с морской водой. Я нахожусь в процессе медитации. Если я помешал вам, прошу не гневаться.

Он не собирался раскрывать существование Обители Глубоководного Дао. Если Хунцзюнь узнает об этом месте, он непременно найдет способ проникнуть внутрь, и тогда Сад Бессмертных Плодов будет потерян. А ведь там хранятся Плоды Великого Дао, которые необходимы ему для прорыва к уровню Великого Бессмертного Хунмэн.

— Я не могу почувствовать твоего присутствия. Похоже, твой уровень самосовершенствования выше моего, — вздохнул Хунцзюнь.

После Первого Бедствия Дракона и Феникса он считал себя сильнейшим в Хаосе.

Не ожидал, что за пределами небес есть иные небеса.

Цинь Хуа почувствовал неловкость.

«Великий мастер...»

«Никто не сильнее тебя. Я всего лишь жалкий Золотой Бессмертный».

В груди у Цинь Хуа похолодело.

Хунцзюнь был древним существом, ровесником Первопредка Дракона. И хотя Цинь Хуа слился с Драконьими костями и прорвался на уровень Золотого Бессмертного, путь к Великому Золотому Бессмертному, а затем к стадии Полусвятого будет невероятно трудным!

А нынешний Хунцзюнь уже был на пике Полусвятого, в шаге от статуса Святого. Даже сто Цинь Хуа не выстояли бы и одного удара Хунцзюня. Впрочем, под защитой Области Дао он был в безопасности.

— Я очень слаб, поэтому и прячусь здесь для медитации. Прошу, не распространяйтесь об этом. Я лишь хочу спокойно совершенствоваться и не желаю ввязываться в причинно-следственные связи Хаоса, — тихо произнес Цинь Хуа.

— Твои слова — истина?

— Да. Я видел распри трех рас — драконов, фениксов и цилиней — и понял, что мир Хаоса слишком опасен.

— Вот оно что. Я понимаю твои чувства.

Первое Бедствие почти уничтожило большинство живых существ, и Хаосу потребовались эпохи, чтобы вновь ожить.

— Раз так, я уйду и не стану мешать твоим занятиям.

Сказав это, Хунцзюнь удалился.

Прошло немало времени, прежде чем Цинь Хуа осторожно спросил:

— Друг Хунцзюнь, вы еще здесь?

Ответа не последовало.

Только тогда Цинь Хуа немного расслабился и вернулся к практике.

На самом деле он мог и не подавать голоса, но за десятки тысяч лет он не произнес ни слова. Ему просто хотелось с кем-нибудь поговорить; одиночество длиной в тысячелетия угнетало.

С долгими годами тренировок закалка его духа росла.

Слияние с Драконьими костями Первопредка принесло огромную пользу: его сила достигла пика уровня Великого Золотого Бессмертного.

Достигнув этого предела, он подавил в себе искушение совершить прорыв и удержал порывы духа.

Сжатая энергия бессмертия замедлила прогресс, но он был готов терпеть.

Цинь Хуа решил потратить несколько сотен лет на стабилизацию. Сила должна быть надежной; если прорываться слишком быстро, фундамент будет шатким, что помешает достижению стадии Полусвятого и Святого в будущем!

...

Тысячу лет спустя.

Его сила только-только достигла начальной стадии Великого Золотого Бессмертного.

В этот день Цинь Хуа внезапно услышал голос:

— Я — Хунцзюнь. Видя, как существа в этом мире пребывают в неведении и смятении, я открываю Обитель, дабы проповедовать и распространить методы совершенствования. Всякий, кто услышит мой голос, может следовать за ним.

Он опешил.

Хунцзюнь проповедует?

Постойте, это не похоже на проповеди во Дворце Цзысяо. Похоже, Хунцзюнь еще не стал Святым.

Но как его голос достиг дна океана?

Цинь Хуа мгновенно сообразил.

«Старый лис хочет выманить меня на поверхность!»

«Не выйдет!»

Впрочем, пришло время начать его собственный план: создать Разделение Божественного Зародыша и передать его Нюйве.

Уголок губ Цинь Хуа приподнялся. Он немедленно направился к Пруду Демонов. Для создания этого Разделения ему понадобятся кости демонов и кровь духов. Эти вещи он успел собрать с помощью Жемчужины Хунмэн во время Первого Бедствия.

http://tl.rulate.ru/book/184635/18427704