Готовый перевод Journey to the West: Inheritor of Pangu’s Legacy / На дне первобытного океана — наследие создателя мира: Глава 10

Прошло десять лет, и в мире Хунхуан воцарилось краткое затишье.

Находясь в глубоких морях Хунхуана, Цинь Хуа за эти десять лет собрал кости десятков тысяч монстров уровня Высшего Золотого Бессмертного и выше. Он хранил их в Пространстве Тьмы, а всё свободное время тратил на закалку плоти кровью монстров. Сейчас он был на пике стадии Сюаньсянь, и для прорыва ему требовался незыблемый фундамент.

Благодаря Жемчужине Хунмэн, Цинь Хуа знал многое о происходящем в Хунхуане.

Тайные игры Лохоу и Хунцзюня только начинались. Хунцзюнь должен был убить Лохоу, прежде чем сможет совершить прорыв и стать Святым.

Лао-цзы же достиг Дао, истребив три своих воплощения. Пока же все лишь плели интриги друг против друга, а нынешний уровень культивации Хунцзюня соответствовал стадии Полусвятого.

......

Хунхуан, глубокое море.

Цинь Хуа находился в Пруду Превращения в Дракона. Он готовился принять в себя Драконьи кости Первопредка.

— Хм.

Когда ледяные, подобные лезвиям, потоки черной воды ворвались в тело Цинь Хуа, его мышцы свело судорогой. В этот миг казалось, будто плоть сдирают с костей кусками. Из его горла вырвался глухой стон.

Могучая черная энергия Драконьих костей Первопредка хлынула в его тело, грубо прорываясь сквозь меридианы и мышцы, чтобы сосредоточиться на черных костях. От этого стальные на вид кости становились всё темнее.

Невыносимая боль ударила в сознание. Даже с той выдержкой, которую Цинь Хуа нарабатывал десять лет закалки тела, в голове помутилось. Он лишь крепче стиснул зубы, заставляя себя оставаться в сознании. Он знал: стоит ему потерять контроль, и эта энергия разорвет его изнутри, превратив в чистую энергию, блуждающую в водах Пруда.

Время в этой темной пучине тянулось мучительно медленно. Не прошло и столетия, как дни слились в один...

У Расы Драконов было две гордости: кровь и кости. Если не брать кровь, то основой служил именно скелет. Теперь Цинь Хуа обрел тело, не уступающее драконьему, и оставалось лишь последнее — Драконьи кости. Стоило им слиться с ним, и он прорвется на стадию Золотого Бессмертного!

Тьма колыхалась. На дне этого лишенного света пруда само понятие времени словно растворялось.

В одном из темных уголков, скрытая под толщей вязкой черной воды, покоилась фигура. Вода, подобно густой тине, обволакивала её так плотно, что лишь по смутным очертаниям можно было догадаться о человеческом облике.

Вокруг непрерывно бурлила безбрежная черная энергия, но, несмотря на этот поток, в тине не было ни малейшего движения.

— А-а... а-а...

— Проклятье.

В самом начале слияния воля Первопредка оказалась слишком сильна. В конце концов, Первопредок обладал силой Полусвятого. Даже после смерти мощь его воли была неподвластна стадии пика Сюаньсянь. В сердце Цинь Хуа вспыхнула ярость, но когда сознание начало угасать, он почувствовал, как теряет власть над собственным телом.

«Неужели я проиграю вот так...»

Этот шепот затерялся в глубинах его угасающего разума.

Сознание окончательно погрузилось во тьму.

В этой пустоте ему чудилось, будто его разум, подобно костям, дрейфующим в мутной воде, бесконечно тонет, идет ко дну, всё глубже и глубже...

Здесь не было времени. Потеряв связь с реальностью, он не знал, сколько уже пребывает в этой бездне. Единственное, что он мог — это отчаянно цепляться за последнюю искру ясности.

Однако в этом бесконечном падении удержать рассудок было почти невозможно. Каким бы стойким ни был Цинь Хуа, годы шли за годами, и искра ясности медленно угасала...

— Неужели... всё действительно закончится здесь...

Этот стон, полный горечи, доносился из самых глубин его нежелавшего сдаваться разума. Последний огонек сознания мерцал, точно догорающая свеча, прежде чем окончательно погаснуть.

— Я не могу умереть...

— Терпи... я должен вернуться...

— Я должен вернуться...

......

В моменты, когда сознание почти исчезало, Цинь Хуа мгновенно вспоминал о цели своих долгих тренировок.

В этом странном озере костей неподвижно сидели тысячи черных скелетов.

От них не исходило признаков жизни, но всё еще ощущалась пульсирующая, пугающая мощь.

Прошли столетия, но эти останки всё еще внушали трепет.

«Не зря это уровень выше Золотого Бессмертного. Даже спустя столько времени в костях теплится воля. Попытка их поглотить — задача почти невыполнимая, не говоря уже о том, чтобы сокрушить волю Первопредка и полностью слиться с его костями».

Глядя на кости длиной в тысячи чжанов, Цинь Хуа горько усмехнулся. Его собственные кости и плоть наконец трансформировались, и если он не сможет принять эти Драконьи кости, его фундамент Дао окажется крайне нестабильным.

«Воля Драконьих костей Первопредка не подвластна даже бегу веков. Неописуемое величие незримо разливается повсюду, окутывая всё Пространство Тьмы».

Цинь Хуа пробовал бесчисленное множество раз, но каждый раз терпел крах.

«В костях заключена не только колоссальная мощь, но и воля самого Первопредка. Ошибись лишь раз — и вместо укрепления костей ты потеряешь рассудок под натиском этой силы».

За сотни лет Цинь Хуа изучил эти кости. Каждый раз его разум вступал в схватку с волей Первопредка, и каждый раз та отвечала ему лишь презрением.

— Я знаю, как это опасно... Возможно, мне придется заплатить ужасную цену... Но мне нужно слиться с тобой, даже если я проиграю и навеки останусь здесь.

Немного скорректировав подход, Цинь Хуа приготовился к новому вызову. Чтобы принять Драконьи кости, нужно было сокрушить волю Первопредка и достичь полного единства.

……

Время неумолимо бежало. Прошли еще несколько сотен лет.

— Забавно. Не думал, что даже человек осмелится бросить мне вызов. Ты сражаешься со мной тысячи лет, твоя воля поистине крепка. Жаль только, что ты не гений из моей Расы Драконов...

Спустя столетия Первопредок наконец заговорил. Его бесстрастный голос внезапно разнесся по миру. В этом звуке крылось такое неописуемое величие, что, казалось, даже небо и земля померкли.

От этой тяжелой ауры Цинь Хуа невольно вскинул голову. В сиянии света образ Первопредка принял человеческий облик. Это был довольно красивый мужчина, но от его бровей исходило такое величие, что сердце замирало от страха!

— Значит, воля Первопредка, сражавшаяся со мной сотни лет, наконец не выдержала и явилась лично.

......

http://tl.rulate.ru/book/184635/18358788