Готовый перевод Cannon Fodder No More: Rewriting Fates Across Movie Worlds / Из пушечного мяса в героя: переписываю сценарии миров: Глава 61

— Наш информационный отдел отследил адрес того блога. Автор этой статьи — журналистка из СС. Она недавно получила штатную должность, но ещё во время стажировки специализировалась на защите интересов уязвимых групп, поэтому у её аккаунта много подписчиков.

Плюс недоброжелатели раздули огонь снизу — вот и довели дело до такого… — Сяо У из информационного отдела держала в руках собранные данные. Честно говоря, кроме той фотографии, которая могла вызвать неверное толкование, в остальном вопросы журналистки не содержали предвзятости. Просто слишком много людей повели за собой общественное мнение, из-за чего направление всей статьи полностью исказилось.

— М-да… Как зовут эту журналистку? Связались ли с ней? Можем ли попросить её помочь полиции успокоить общественность? — Ли Сян пока не хотел зацикливаться на том, как всё началось. Он хотел как можно быстрее подавить волну, чтобы избежать ещё большего негативного влияния на участок.

Сяо У при этих словах незаметно взглянула на Ань Синя. Увидев, что он тоже пристально ждёт её ответа… она глубоко вздохнула, перестала смотреть на кого-либо и уставилась в свои записи:

— Это Мэн Цзюэ, дочь секретаря Мэна из района Цинхуа. Я только что получила её контакты, но телефон всё время занят, так что возможности поговорить пока не было.

— Ц-ц…

— Как она? Я слышал, у неё с Ань Синем не очень хорошие отношения?

— Почему она не спросила у Ань Синя правду, а сразу выложила в сеть статью, ведущую общественное мнение?

За столом зашумели — заговорили вполголоса, перебивая друг друга. Кроме пары новичков, все остальные были старыми коллегами. Когда секретарь Мэн ещё был их начальником, Мэн Цзюэ часто заходила в участок, так что все хорошо знали об их с Ань Синем отношениях. Раньше они были не разлей вода.

Неужели Мэн Цзюэ вдруг написала статью, вредящую Ань Синю и участку, просто потому, что поссорилась с ним… и теперь выплёскивает эмоции?

Ли Сян несколько раз хлопнул ладонью по столу, останавливая пересуды, и нахмурился:

— Служебное — служебным, личное — личным. Мэн Цзюэ — журналистка, освещающая жизнь народа. Писать репортажи — её работа. Не стройте лишних догадок. И ещё: запомните правила сохранения тайны следствия. Чтобы я больше не слышал разговоров вроде «почему Ань Синь не рассказал всё Мэн Цзюэ». Мы — полицейские, а не прозрачные звёзды. Понятно?

— Понятно, командир Ли. — Чжан Бяо первым отозвался на слова Ли Сяна. Хотя обычно он недолюбливал Ань Синя, но тут был согласен: даже при хороших отношениях нельзя разглашать информацию о расследовании. Это базовая профессиональная этика народной полиции.

Сейчас общественное мнение в сети было против участка, но факты сильнее слов. Чего бояться, если они ничего не делали? Нужно только как можно быстрее поймать убийцу Ли Хэ и его отца, обнародовать правду — и он верил, что народ встанет на сторону полиции.

— Дзынь-дзынь-дзынь, дзынь-дзынь-дзынь.

— Алло, здравствуйте, это полицейский участок города Цзинхай… Хорошо, хорошо, мы немедленно выезжаем. — Сяо У с мрачным лицом повесила трубку и вбежала в конференц-зал:

— Командир Ли, поступило заявление из начальной школы Шиянь. Сына Гао Цицяна, Гао Сяочэня, похитили.

— Что? Есть пострадавшие? — Ли Сян встал и быстрым шагом направился к выходу, спрашивая на ходу… Ему даже проверять не нужно было — он знал, что это как-то связано с Деревней Ман. Эти люди одну за другой устраивали всё более серьёзные выходки.

Надеюсь, на этот раз никто не пострадает, иначе придётся действовать жёстко.

— В начальной школе Шиянь никто не пострадал. Цель была чёткой: схватил Гао Сяочэня и убежал, не теряя ни секунды. — Сяо У шла следом за Ли Сяном и Ань Синем. В таких делах, где нужно собирать информацию, она тоже выезжала на место — только профессионал мог разобраться с записями камер у школы.

Начальная школа Шиянь,

комната видеонаблюдения.

— Увеличьте вот этот участок. — Ли Сян, глядя на знакомую фигуру на мониторе, убедился в своих догадках. Если бы это не было чьей-то подлой выходкой, он бы ни за что не поверил, что старик под семьдесят лет, пока его невестка устраивала скандал в участке, сам дежурил у школы, планируя похитить ребёнка.

— Этот старик ещё крепок! Схватил Гао Сяочэня и бежал быстро, ни разу не запнувшись… Ай. — Чжан Бяо, подключившийся к делу позже, не узнал в старике отца жертвы Ли Хэ.

Он просто удивлялся картинке на мониторе, не делая тех же выводов, что Ли Сян и Ань Синь.

— Вы двое поезжайте в Деревню Ман. Пусть жена Ли Хэ уговорит своего свёкра. Гао Цицян виноват — это его проблема. Не стоит заставлять десятилетнего ребёнка расплачиваться за чужие грехи. — Ли Сян вздохнул. По-человечески он сочувствовал этому старику: если бы Гао Цицян не перешёл все границы, не довёл бы старика до того, что тот хоронил собственного сына, тот и не задумал бы похитить Гао Сяочэня.

Но сочувствие — одно, а долг полицейского — другое. Сейчас правовое общество, обычай «сын отвечает за долги отца» не работает. Любое преступление должно наказываться по закону, нельзя игнорировать закон и полицию, действуя самосудом.

Когда они уже собирались расходиться, за дверью комнаты наблюдения поднялся шум. Приехали Чэнь Шутин и Гао Цицян.

— Офицер Лу, пустите меня посмотреть! Я просто хочу знать, кто похитил моего сына. Я не буду мешать вашей работе. — Чэнь Шутин, с красными глазами, тянула Лу Ханя за рукав, умоляя. Как мать, даже будучи обычно уверенной и сильной, сейчас она была так же беспомощна, как любой обычный человек.

Лу Хань немного смягчился, видя её слёзы. Он привык видеть Чэнь Шутин всегда полной уверенности, и эта внезапная слабость вызывала слишком сильный контраст.

Но, вспомнив, как его наставника из-за того, что тот поел лапши с её мужем Гао Цицяном, обвинил весь интернет и отстранили от должности, он снова взял себя в руки:

— Госпожа Чэнь, успокойтесь сначала. Наш командир уже внутри, просматривает записи. Думаю, он скоро выйдет. Подождите здесь спокойно.

http://tl.rulate.ru/book/184549/19732483