Готовый перевод Astrologer Rewrites Fate: From Cannon Fodder to Goddess / Последняя звездная провидица переписывает сюжет романа: Глава 6

Огонь в костре почти погас, остались лишь угольки тускло-красного света, слабо мерцающие, словно умирающие светлячки.

Ло Чжаолинь сидела на месте, не двигаясь, кончиком пальца едва коснувшись ладони. Компас Звездных Путей в ее море сознания внезапно вздрогнул, словно учуяв аромат, и шумно вздохнул. Ее недавняя фраза «у шрама появился новый хозяин» упала в воду, как камень. Се Уянь не ответил, его силуэт застыл в дверном проеме, меч в руке так, что плечо заметно просело.

«Отлично. Сейчас у него в голове только «Кто я такой?», ему совершенно не до меня», — подумала она.

Она закрыла глаза, медленно опуская дыхание. В море сознания бушевала буря. Компас Звездных Путей вращался все быстрее, узоры судеб, сложенные из осколков звезд, издавали треск. Три строки светящихся иероглифов спокойно появились:

[Событие с погоней успешно обращено вспять, получено x30 Очков Судьбы]

«Получилось».

Она не расслабилась, тут же открыв интерфейс распределения. Сначала она взяла 15 очков — на восстановление души. Теплый поток хлынул сверху, ослабив привкус крови во рту, и виски перестали пульсировать. Продление жизни действовало, она чувствовала, что сможет продержаться еще какое-то время, не кашляя кровью посреди ночи.

Остальные 15 очков она полностью вложила в «предсказание по звездам».

Перед глазами потемнело.

Серая дымка поднималась, ничего не было видно. Она стиснула зубы, стоя и позволяя рвущей силе разрывать ее сознание. «Через три дня… через три дня…»

Туман расступился в одном месте.

Час Ю, тренировочное поле княжеского дворца. Недавно прошел дождь, и мокрые каменные плиты блестели. Се Уянь стоял перед строем лучников, произнося наставление. Его черный плащ, промокший от влаги, тяжело свисал. Внезапно с восточной лучной башни сверкнула стрела с черным оперением, пущенная с безжалостной точностью прямо в левую лопатку.

Ее зрачки сузились.

Наконечник стрелы отливал зеленоватым блеском — яд.

Что еще страшнее, на хвосте стрелы были мелкие узоры — точно такие же, как у тех преследователей сегодня ночью. Люди Пэй Чжунъюаня еще не отступили, а уже готовили очередную ловушку.

Картинка распалась.

Она резко открыла глаза, холодный пот стекал по щекам. Тусклый красный свет костра отражался в ее глазах, словно два почти погасших уголька.

«Через три дня, отравленная стрела в плечо. Я запомнила траекторию, эту дугу, эту силу — все это слабости. Достаточно заранее поменять человека, охраняющего башню, или разобрать механизм, чтобы остановить ее. Но самая большая проблема сейчас — как заставить Се Уяня поверить мне? Женщине, у которой нет даже духовной силы, откуда знать о покушении через три дня?»

Она невозмутимо, незаметно нарисовала пальцами рунический путь на колене. Не по-настоящему, просто запомнила. Когда появятся бумага и чернила, она дополнит его.

Се Уянь все еще стоял там, неподвижно. Большим пальцем левой руки он снова и снова проводил по Ледяному Нефритовому Напёрстку, костяшки пальцев побелели. Он не спал и не мог уснуть. Кто знает, что будет, если на его лице появится шрам, а потом — другая душа?

Она внезапно заговорила: — Если не верите мне, считайте, что я несу чушь.

Он не обернулся.

— Но вам не стоит не верить самому себе. — Ее голос был негромким, но цеплял, как гвоздь. — Три года назад вы смогли вытащить его из груды мертвых тел, сейчас вы тоже сможете узнать, кто выдает себя за ваших людей. Вопрос в том — осмелитесь ли вы проверить?

Се Уянь наконец шевельнулся. Плечо его едва заметно дрогнуло, словно задели старую рану.

Он посмотрел на свою руку, сжимающую меч. Звёздоразящий Меч лежал поперек колен, на лезвии еще виднелась засохшая, почерневшая кровь телохранителя. Он долго смотрел, прежде чем хрипло сказать: — Я проверял.

Ло Чжаолинь замерла.

— После битвы при Бэйжуне, вернувшись в столицу, я первым делом нашел имперского врача, чтобы осмотреть этот шрам. — Его голос был охрипшим. — Пульс был нормальным, меридианы проходимы, даже иглоукалывание не вызывало боли. Но я знал, что что-то не так — в тот день меня ведь ударили по правой щеке, как я мог очнуться с раной у левого глаза?

У нее сжалось сердце.

«Он помнит».

— Я пытался исследовать с помощью духовной силы, но вся система меридианов взорвалась, и я три дня плевался кровью. — Он усмехнулся. — Позже моя мать оставила мне этот напёрсток, сказав, что я носил его при рождении и он защищает душу. Только надев его, я смог подавить эту злую энергию. Но он мог только сдерживать, не изгонять.

Ло Чжаолинь помолчала, затем тихо спросила: — Значит, вы все это время терпели?

— Я не мог рискнуть. — Наконец он повернулся, взгляд его был холодным, как ледяное озеро. — Если в конце выяснится, что «Се Уянь» давно мертв, а сейчас жив кто-то, занявший его место? Тогда что значат все эти годы, что я защищал страну, вел войска, которым доверяли люди… что они значат?

Она не могла ничего сказать.

Никто не вынес бы такой правды. Лучше жить в неведении, чем сорвать покровы и увидеть, насколько гнило все внизу.

Она тихо сказала: — Теперь вам не нужно проверять. Кто-то хочет вас убить, и — используя ту же технику, что и для контроля телохранителей.

Се Уянь прищурился: — Что вы имеете в виду?

— Техника Контроля Души и Техника Перемещения Души имеют общее происхождение. — Она подняла палец и указала на левый уголок его глаза. — Привязка на вашем лице и проклятие внутри телохранителей — одно и то же. Прием тот же, колебания духовной силы тоже. Это не совпадение.

Его зрачки резко сузились.

— Так что напавшие на вас, скорее всего, те, кто подстроил все в Бэйжуне три года назад. — Она сделала паузу. — Им не нужно, чтобы вы умерли, им нужно, чтобы вы стали их орудием.

Се Уянь резко встал, кончик меча царапнул по земле с пронзительным звуком. Он уставился на бесчувственного телохранителя на земле, взгляд его изменился. Больше не было гнева, только леденящий душу холод.

Он понял, о чем она говорит.

Если трехлетняя осада была игрой, то с того момента, как он выбрался из снега, в нем уже была заложена привязка. Эти годы он отчаянно боролся за военную власть, думая, что перехватывает инициативу, но на самом деле, возможно, был всего лишь пешкой на чужой доске, шаг за шагом идущей по чужому плану.

Он медленно поднял руку, кончиками пальцев провел по шраму у левого глаза.

Золотая нить снова шевельнулась.

Едва заметно, словно червяк, проползший под кожей.

Он не уклонился и не испугался, лишь холодно смотрел.

— Вы сказали, что я могу вам верить. — Внезапно он заговорил. — Тогда скажите мне, что произойдет дальше?

Ло Чжаолинь замерла.

«Началось».

Она не могла упоминать систему, не могла говорить о предсказании по звездам, иначе сразу раскроется.

Но ей нужно было дать ему причину, чтобы он ей поверил.

Она подняла голову, глядя ему прямо в глаза: — Через три дня, в час Ю, вас атакуют на тренировочном поле. Отравленная стрела полетит с восточной башни, цель — ваша левая лопатка. Если вы наденете мягкую броню, стрела пройдет сквозь кость, не задев сердце; если наденете твердый доспех, наконечник при столкновении мгновенно взорвется, и ядовитый туман ударит вам в лицо.

Се Уянь смотрел на нее, взгляд его был острым, словно он хотел вскрыть ее душу.

— Откуда вы знаете?

— Я не знаю. — Спокойно сказала она. — Но я видела, как тот черный воздух внутри телохранителя тянется к вам, как магнит притягивает железо. Это значит, что между вами есть связь. А тот, кто использует контролирующую технику, не остановится на одном приеме. Раз он смог подстроить что-то на вашем лице, он сможет внедрить людей в княжеский дворец. Тренировочное поле — ваше ежедневное место, восточная башня имеет лучший обзор и является слепой зоной патрулирования — будь я на его месте, я бы выбрала именно это место.

Се Уянь молчал, но рука, сжимающая меч, ослабла.

Он размышлял.

Она не торопила, лишь тихо сидела, пальцами медленно обводя на колене траекторию той стрелы. Обратное разложение, семь точек прорыва, тройное изменение направления. Стоит одному человеку перехватить на второй точке поворота, и можно будет прервать импульс.

Внешний ветер и дождь стихли сами собой.

Утренний небосклон пробивался серовато-белым светом, словно зажившая рана.

Телохранитель лежал в каменном круге, защитный талисман треснул еще сильнее, из уголка лба просачивалась кровь. Черный воздух, подавленный напёрстком, сжимался в глубине семи отверстий, иногда подергиваясь, словно не желая сдаваться.

Ло Чжаолинь медленно выдохнула.

«Я выжила. Очки потрачены, кризис предсказан, Се Уянь начал сомневаться в правде. Эта ночь не прошла зря».

Она подняла руку, кончиками пальцев легко провела в воздухе.

Невидимая звездная траектория упала, именно обратная руническая линия траектории отравленной стрелы, которую она вывела. Она не закончила, последний штрих повис в воздухе, словно не опущенный нож.

Се Уянь внезапно заговорил: — Вы сказали про отравленную стрелу… Если это действительно произойдет, что вы будете делать?

Она убрала руку, глядя на него.

— Я помогу вам уклониться от нее. — Сказала она. — Не для того, чтобы спасти вас, а чтобы те, кто прячется в тени, не торжествовали.

Он долго смотрел на нее, наконец кивнул.

Затем он повернулся и снова обратил лицо к дверному проему.

Левой рукой он по-прежнему держал Ледяной Нефритовый Напёрсток, кончиками пальцев снова и снова проводя по едва заметным трещинам на нем.

Золотая линия у левого уголка глаза, в утреннем свете, снова едва заметно дрогнула.

http://tl.rulate.ru/book/183244/17567787