Костёр почти погас, угольки подпрыгивали, словно задыхающиеся зверьки.
Ло Чжаолинь прислонилась к скале, полуприкрыв глаза. Казалось, она отдыхает, но на самом деле один глаз оставался приоткрытым. В море её сознания тихо гудел Компас Звездных Путей, будто что-то задело его. Она не подала виду, лишь незаметно провела пальцем в рукаве, очерчивая по меридианам Скрытый Символ — не для атаки, а чтобы сдержать собственное, готовое взорваться, божественное сознание.
Глава Теневой Стражи всё ещё лежал в каменном круге, его руки и ноги скованы Запретом. Узор Проникновения в Душу на лбу почти потускнел, но чёрная Ци под кожей всё ещё копошилась, будто черви под шкурой. Ещё более странным было то, что этот ледяной, зловещий воздух расползался кольцами, а Се Уянь, сидевший ближе всех, был как ни в чём не бывало. Он сидел спиной к костру, меч лежал на коленях, взгляд его был прикован к бушующему за пещерой ветру и дождю.
Но Ло Чжаолинь чувствовала — что-то не так.
С того самого удара всё пошло не так.
Она помнила отчётливо: когда Глава Теневой Стражи внезапно бросился вперёд, Се Уянь поднял меч, чтобы отразить удар. В тот миг, когда Звёздоразящий Меч рассек клинок противника, остаточная волна от меча прошла по левой щеке того, — прямо по старой отметине на его лице. Крови было немного, но в этот самый миг картинка в её глазах изменилась: бледно-золотой шрам у левого уголка глаза Се Уяня слегка дёрнулся, будто какая-то нервная нить натянулась.
Это была не обычная мышечная реакция.
Золотая нить раскололась.
Она задержала дыхание, прислушиваясь к слабому свету приказа из черного железа на груди, и украдкой взглянула на профиль Се Уяня. Обычно шрам был незаметен, скрываясь в тени надбровной дуги, но теперь, в переливающемся свете костра и камня сердцевины звезды, она видела его совершенно ясно — из глубины шрама торчала тончайшая золотая нить, которая медленно извивалась с его дыханием, словно живая, перемещаясь под кожей.
Море сознания резко содрогнулось.
Компас Звездных Путей автоматически сфокусировался на этом месте, а по краям появилось полупрозрачное окно таймера: «7 дней». Под ним появилась строка текста: **В ночь кровавой луны Техника Перемещения Души проявится**.
Кончики её пальцев застыли.
Техника Перемещения Души? Это же приём Пэй Чжунъюаня! Как он мог... появиться у Се Уяня?
Она заставила себя успокоиться, но сердце всё равно забилось быстрее. Система никогда не предупреждала об опасности сама по себе, а здесь прямо указала время, место, название техники — это означало, что это не скрытая угроза, а бомба замедленного действия!
И к тому же... через семь дней будет кровавая луна.
Она медленно выдохнула, подавляя сладковатую кровь, подступавшую к горлу. Отголоски принудительного исследования продвинутой Контролирующей Техники были сильны, виски пульсировали, но она не могла остановиться. Сейчас самым опасным был не Глава Теневой Стражи, а сам Се Уянь — если даже у него был заложен такой «триггер», то битва в Северном Лесу Жунов три года назад была не просто засадой, а тщательно спланированной ловушкой.
Это была подмена.
Она подняла голову, понизив голос: — Его рана... не от Северного Леса.
Се Уянь резко обернулся.
Его взгляд пронзил её, словно нож.
Она не уклонилась, не стала объясняться, лишь спокойно смотрела на него. Огонь костра мелькнул в его зрачках, рука, сжимавшая меч, внезапно напряглась, костяшки пальцев побелели, остатки крови на рукояти меча снова впились в ладонь.
— Что ты сказала? — его голос был низким, будто под давлением тысячи килограммов.
— Я сказала, — она сделала паузу, кончики пальцев незаметно начертили в рукаве пустой символ, стабилизируя бурное море сознания, — что в этом шраме не должно быть золотой нити.
Се Уянь не шелохнулся, но плечи его напряглись. Он не спросил «что за золотая нить» и не фыркнул с насмешкой, а три секунды молча смотрел на неё, прежде чем медленно отвернуться, вновь устремив взгляд на бушующий за пещерой ветер и дождь.
Но он так и не опустил меч.
Сердце Ло Чжаолинь упало.
Он знает.
По крайней мере... что-то почувствовал.
Она незаметно подошла ближе к костру, притворяясь, что ворошит угли, но на самом деле, прикрываясь этим движением, снова сфокусировала взгляд на области возле его левого глаза. Золотая нить снова шевельнулась, быстрее, чем прежде, будто почувствовав её взгляд.
Компас Звездных Путей слабо вздрогнул, напоминая, что нельзя продолжать наблюдение.
Она отвела взгляд, сжала пальцы в ладони, прилагая заклинание успокоения, подавляя беспокойство в море сознания. Осталось всего 5 очков Судьбы, и второго глубокого исследования она не выдержит. Единственный выход — заставить Се Уяня насторожиться самому. Но как сказать? Сказать ему, что у него на лице ползает золотая нить, а через семь дней его захватит чужой разум?
Она только собралась заговорить, как Глава Теневой Стражи на земле вдруг дёрнулся.
Не сопротивление, а судорога по всему телу. Его конечности резко дёрнулись, вены на шее вздулись, губы посинели, Запрет на лбу с треском раскололся. Чёрная Ци просачивалась из семи отверстий, обволакивая верёвки, что его сковывали, словно туман.
Се Уянь мгновенно вскочил, острие меча упиралось ему в горло.
— Не трогай его, — его голос был ледяным, — ещё одно движение, и я отрублю ему руку.
Ло Чжаолинь не стала его останавливать. Она смотрела на клубы чёрной Ци и внезапно поняла — она больше не металась хаотично, а слегка смещалась в сторону Се Уяня, будто что-то притягивало её.
Её зрачки сузились.
Это не совпадение.
Это притяжение.
Она резко взглянула на левый глаз Се Уяня — золотая нить раскалилась, испуская слабый свет.
Система беззвучно завибрировала, по краям Компаса Звездных Путей появилось новое уведомление: **Между целями существует резонанс духовной силы, Контролирующая Техника имеет общий источник**.
Её дыхание перехватило.
Общий источник?
То есть, Техника Контроля Души в теле Главы Теневой Стражи и «триггер» Техники Перемещения Души на лице Се Уяня — дело рук одного человека? Одна и та же техника? Может быть, даже установлены одновременно?
Тогда три года назад...
Она не успела додумать, как Се Уянь внезапно поднял руку, сорвал Ледяной Нефритовый Напёрсток с пояса и прижал его к лбу Главы Теневой Стражи.
В момент соприкосновения нефрита с кожей чёрная Ци резко сжалась, отступив, будто обожглась.
Ло Чжаолинь застыла.
Этот напёрсток... разве не фамильная реликвия, оставленная его матерью? Откуда у него такая сила подавления духа?
Се Уянь не стал ничего объяснять, лишь холодно смотрел на человека внизу, его голос был едва слышен: — Ты помнишь снежную ночь в Северном Лесу, когда кто вытащил тебя из кучи мертвецов?
Человек на земле сглотнул, с трудом выдавив два слова: «...Девятый Господин...»
— И теперь ты хочешь убить меня? — Се Уянь приблизился на шаг, острие меча упиралось ему в кадык. — Ты предпочитаешь, чтобы тобой управляли, и не признаёшь меня?
Глаза человека яростно задергались, губы задрожали и приоткрылись, словно он боролся. Внезапно его правая рука дёрнулась и ударилась о землю, подняв облачко каменной пыли.
Се Уянь замер на месте.
Острие меча слегка дрогнуло.
Ло Чжаолинь смотрела на его спину и вдруг поняла — он всегда знал, что со шрамом что-то не так, но боялся выяснять. Не от боли, а от страха, что после выяснения он и сам не сможет сказать: кто же из них настоящий.
Она медленно встала, подошла к костру, подобрала полусгоревшую ветку и осторожно воткнула её в золу.
Огонь вспыхнул.
Осветив лицо Се Уяня, золотая нить снова шевельнулась.
Она тихо сказала: — Если ты мне веришь, дай мне взглянуть на этот шрам.
Се Уянь не обернулся.
— Ты мне не нужен, — его голос был хриплым, — я просто хочу, чтобы он сам рассказал правду.
— Но что, если говорящий — не он? — она смотрела на его спину. — Что, если то, что он скажет, будет произнесено твоими устами, но на самом деле не то, что ты хочешь сказать?
Се Уянь наконец повернулся.
Его взгляд был глубоким, как бездонная пропасть.
— Что именно ты хочешь сказать?
Она встретила его взгляд и по слогам произнесла: — Я хочу сказать: твой шрам на лице, возможно, уже давно сменил хозяина.
http://tl.rulate.ru/book/183244/17567786
Сказали спасибо 0 читателей