Готовый перевод The Ultimate Agent: Soul Possession / Сильнейший агент: Одержимость героями: Глава 55: Сегодня я не стану мешать

Я вел машину, когда со стороны пассажирского сиденья донесся звук прерывистого дыхания. — Кха-а-а-ап! — Ой, напугал! Он на мгновение уставился перед собой, а затем, посерьезнев, принялся лихорадочно ощупывать свое тело. — Что... Я жив? — Я же говорил. Ты не умрешь у меня на глазах. — Меня точно задели нейротоксином VX... Как... — VX? Ты об этом нейротоксине? Ух, жуткие ребята. В Балласе вот так запросто убивают людей подобными вещами? — У каждого, кого растят как убийцу для покушений, есть при себе нечто подобное. Честно говоря, я был впечатлен. — Я и представить себе не мог. Ого, так та женщина была киллером Балласа? Син Джонхван спросил, словно ища подтверждения: — Значит, теперь со мной всё в порядке? Я правда не умру? — А что? Кажется, умирать тебе всё-таки страшно? Хотя когда настал момент, ты выглядел довольно спокойным. — Да кому не страшно умирать. Просто когда это случается, ничего не остается, кроме как принять неизбежное. — Не умрешь, так что не волнуйся. И даже если надумаешь, я не позволю этому случиться на моих глазах. — Фу-ух... Пока я вел машину, я наконец спросил его о том, что меня интересовало. — Кстати. Те дети. — Дети? — Те, что вкололи мне анестетик. — А, те дети. — Кто они вообще такие, что так беспрекословно и хладнокровно выполняют приказы? — Это дети из «Муравейника». Их используют для производства или транспортировки наркотиков. — «Муравейник»? Ты о том самом Муравейнике, про который в кино показывают? Он существует на самом деле? — Стал бы я выдумывать то, чего нет. Если их хорошенько обработать, они никогда не заговорят, даже если их поймают. К тому же они несовершеннолетние и не несут уголовной ответственности. А когда они становятся бесполезными, из них вынимают все органы и продают. Для подонков из Муравейника нет инструмента ценнее. — Так поэтому они со мной так... без тени вины, словно играя... Кера пришел в ярость. «Эти куски мусора!..» Визг! Машина резко затормозила, отчего и меня, и Син Джонхвана бросило вперед. — Что за? Что происходит? Я и сам хотел бы знать. Почему он так себя ведет. — Да что опять такое... «Ты узнал, что дети находятся в плену, и собираешься просто проехать мимо? Ты в своем уме? Чхве Ган, неужели ты всего лишь такой ничтожный человечишка!» — Мы же можем поехать в НИС и отправить туда целую группу людей. «Если за время этой задержки погибнет хотя бы один ребенок! Если ты можешь это остановить, но не делаешь этого, ты становишься соучастником убийства! Ты становишься таким же мусором!» — Да вы с ума меня сведете, честное слово. Син Джонхван спросил: — Ты чего? Почему сам с собой разговариваешь? На бойне тоже так было. У тебя что, раздвоение личности? — Раздвоение? А... ну да. Ха-ха. Со стороны, наверное, так и кажется. Уж лучше пусть думает, что у меня расстройство личности, чем объяснять ему про одержимость и наслоение душ. — Ты посиди пока в машине. Мне нужно переговорить со своими «личностями». Выйдя из машины, я заговорил с ними обоими. «Кера прав. Кто знает, сколько детей приносят в жертву в это самое мгновение?» «Пошли, Чхве Ган! Подобных тварей нужно немедленно разорвать в клочья!» У этих двоих что, в прошлой жизни был пунктик на спасении детей? Ну, допустим, с Керой всё понятно — его дочь использовали и причинили ей вред. Естественно, он жаждет смерти тем, кто творит зло руками детей. Но Джерароба-то чего туда же? В общем, нужно было успокоить их логическими доводами. — Вы меня не слышали? Я же сказал, что мы сейчас едем в НИС. Там я всё объясню, мы соберем команду и накроем Муравейник масштабно. Нет, ну что я один там сделаю... А кто будет присматривать за спасенными детьми? Нужно много людей, чтобы обо всех позаботиться. Понимаете? «Об этом можно сообщить и по телефону! Сообщи НИС адрес и немедленно отправляйся туда сам!» — У них есть пушки, брат Кера! Это опасно, серьезно! И у меня пуль нет. Тот ублюдок все выпустил. Что я один сделаю? Моя левая рука внезапно схватилась за нож за пазухой. Хвать! Я быстро перехватил её правой рукой. — Убери руку, немедленно. Что ты творишь? «Не разочаровывай меня, Чхве Ган». Становится тревожно. Кера что, решил угрожать мне моей же жизнью? Нужно его успокоить. Мне и самому становится не по себе. — Послушайте. Я же не говорю, что не пойду. Я сказал, что заеду в НИС и сразу туда... Почему вы так..! «Если ты не отправишься туда прямо сейчас, ты увидишь меня в состоянии полной потери контроля». — Ха-а, серьезно, ты так ставишь вопрос? «Решай! Немедленно!» У-ух! Что за негибкий человек! Грубый и упрямый! Если я не соглашусь, он самовольно захватит контроль над телом? Уж лучше я сам буду всё видеть и пытаться его сдерживать, чем не знать, что вытворяет моё тело. Судя по молчанию Джераробы, он был заодно с Керой. — Серьезно, я снова ввязываюсь в это безумие. И какой смысл был во всех моих размышлениях после пережитого? В итоге я всё равно иду на поводу у этих двоих... Когда ноги сами собой потянули меня вперед, я прикрикнул: — Ладно! Иду я, иду! Но взамен — не смейте управлять моим телом без разрешения. Это предупреждение. Я сел в машину и спросил Син Джонхвана: — Где это место? — Что? — Я спрашиваю, где это находится! В тот момент, когда я уже собирался тронуться, Кера тихо произнес: «...Прости, что настоял. И спасибо, что выслушал меня». И чего это он вдруг. Не вяжется с его образом. Значит, он не просто грубиян, любящий подраться. Судя по всему, его чувства к детям были искренними. — Ну... всё равно дело благое, так что я поучаствую. К тому же вы мне постоянно помогаете. Поздно ночью Директор службы Син У Бом, который уже собирался ложиться спать, получил звонок. — Что? Чхве Ган просит поддержки? Почему? Выслушав объяснения, он кивнул. — Муравейник... Ясно. Сделайте так, как он просит. Положив трубку, он озадаченно пробормотал: — Я поручил ему поймать тех, кто распространяет Бустер, а он полез разворошить какой-то левый гадюшник. Впрочем, Чхве Гану полезно будет узнать. Узнать, какой силой он обладает и как может ею распоряжаться. Из Национальной разведывательной службы всем агентам поступил приказ. — Всем агентам, находящимся в полевых условиях и имеющим возможность переместиться, просим оказать поддержку по указанному адресу. Повторяю. Всем свободным агентам немедленно выдвинуться для поддержки в указанное место. Чхве Сохён, получившая звонок от Чхве Гана, будучи дома, была удивлена не меньше. — Что? О чем вы говорите? Нет, вы только что просто исчезли, а теперь что творите? Выслушав объяснения о детях и Муравейнике, она пришла в ужас. — Правда? Те дети? Ладно, я поняла. Я запрошу подкрепление, так что скажите адрес. Да, хорошо. Я тоже сейчас же выезжаю. Остановив машину в самом центре Сеула, я увидел старую вывеску букинистического магазина, ведущего в подвал. — Это здесь? — Я сам только слышал об этом от Чхунсока, точного адреса не знал. Не мог же я, будучи Начальником отдела НИС, иметь прямые связи с такими подонками. — Человек, который пытался поймать меня с помощью этих детей, говорит о приличиях... — И что ты собираешься делать теперь, когда мы здесь? Надеюсь, ты не думаешь соваться туда один? Может, всё-таки подождешь подкрепления? — Я бы с радостью, но мои «личности» внутри места себе не находят от нетерпения. Я улыбнулся ему. — Так что для быстрого прохода мне нужно воспользоваться чьими-то связями. — Что? * Мы шли по коридору под присмотром крупного верзилы, и в комнатах по обе стороны виднелись разные люди. Мельком я заметил и множество детей в масках. — Эй, не глазей, иди вперед. Босс ждет. Меня подтолкнули в спину, поэтому разглядеть детали не удалось, но, кажется, они рассыпали наркотики по маленьким пакетикам. «Ублюдки! Таких надо убивать, Чхве Ган!» Внутри бушевал такой гнев. Мне стоило огромных усилий, обливаясь холодным потом, заставлять тело идти ровно. Вскоре меня завели в кабинет, где я встретил мужчину средних лет. — Садитесь сюда. Так, значит, вы от Чхунсока? — Вы и есть Господин Пак? — Ну, все меня так зовут. И фамилия у меня действительно Пак. Так по какому делу пожаловали? Кем вы приходитесь Чхунсоку? Син Джонхван ответил: — Этот малый работает на меня. Господин Пак на мгновение задумался, а затем широко раскрыл глаза. — О-о-о! Ах, точно! Я слышал о вас. Чхунсок постоянно твердил: «Тот человек... Тот человек...». Мол, даже такой успешный делец, как он, всего лишь прислужник. Мы-то не верили. Этот парень ведь живет так, будто для него завтра не существует. Жестокий, безбашенный. Так значит, «тот человек», о котором говорил Чхунсик, это вы? — Дети, которых использовали сегодня днем. Они ведь ваши? — Именно. Чхунсок попросил обучить двоих и прислать. Сказал, нужно поймать одного парня. Ну что, поймали? Дети сказали, что всё прошло успешно. Этот «парень» — это я, ублюдок. Скрывая свои истинные мысли, я спросил его: — Где сейчас эти дети? Господин Пак мельком взглянул на меня и спросил Син Джонхвана: — А это еще кто? Хоть в нашем деле на вежливость всем плевать, но не рановато ли сосунку встревать в разговор взрослых? Син Джонхван тоже предостерег меня: — Помолчи. Ты чего? Видимо, боялся, что я всё испорчу, хотя он сам собирался со всем разобраться. — Я-то хочу помолчать. Да вот мои «личности» устроили настоящий бунт. Я поднялся со стула и спросил Господина Пака: — Где эти дети? Я могу их увидеть прямо сейчас? Господин Пак коснулся пальцами губ. Затем на его лице расплылась издевательская ухмылка. Словно он нашел забавное развлечение. — Увидеть-то можно... Но как у тебя с крепостью желудка? — Что? — Хе-хе-хе! Ребята, проводите гостей. Из кабинета меня повели еще на этаж ниже. Но в этом здании, что странно, не было ни одной комнатной двери. Видимо, их все сняли для удобства передвижения. Пока мы шли, я заметил множество пистолетов и дробовиков, а также людей, переносящих ящики с оружием. К тому же за проломленной стеной перетаскивали грузы — похоже, два здания были соединены между собой через подвал. — Как же их много... Только тех, кого я увидел, войдя сюда, было не меньше тридцати. Вот почему я хотел дождаться подкрепления. Что, если из-за случайной стычки пострадают дети, чья безопасность еще не обеспечена? — Сюда, пожалуйста. Но что эти люди творят? Зачем они ведут нас к морозильной камере? Когда я остановился перед ней с недоуменным видом, сзади раздался голос Господина Пака: — Видите ли, у нас такое правило: дети, выполнившие работу снаружи, подлежат быстрой утилизации. Щелк. С-с-с-с... В тот момент, когда дверь открылась, я не мог поверить своим глазам. — Что это... Это определенно были те дети, которых я видел днем. Но теперь внутри них была пустота. Словно туши на бойне, они висели там, лишенные всего, что можно было продать. — Кха! От сильнейшего шока мои руки и ноги задрожали. Я едва удержался на ногах, опершись о стену и опустив голову, когда услышал тошнотворный голос Господина Пака: — Ой-ой, неужели так испугался? Да брось ты. В нашем деле это обычная практика. Посмотри, как красиво. Всё вырезано под чистую, ничего не пропало зря. Разве в голове не начинает крутиться счетчик прибыли? Хе-хе-хе! Син Джонхвана тоже вывернуло, и он разразился ругательствами: — Безумные ублюдки. Я слышал об этом, но чтобы вот так на самом деле? Как бы то ни было, как можно с детьми..! Я тяжело дышал, стараясь унять ярость, и крепко сжал кулаки. В голове творилось нечто невообразимое. «Убивать таких надо! Неужели вы думаете, что вам позволят жить после такого?! А-а-а-а-а!» «Чхве Ган! Это не люди! Это демоны, не достойные жизни! Даже на войне так не поступали! Пленных сжигать заживо было жестоко, но как можно творить такое с детьми! Убей их! Убей немедленно!» Глоть. Я с трудом сглотнул вязкую слюну и медленно выпрямился. Да, я был на сто процентов согласен с ними обоими. Человек не должен поступать так с себе подобными. Как бы ни были важны деньги и легкая нажива, нельзя вот так отбрасывать человечность. Им было всего по девять, по десять лет. С этими маленькими созданиями, которые еще даже не начали жить, как они могли... Наверное, это первый раз в моей жизни. Когда я почувствовал такое непреодолимое желание убить кого-то. Как взрослый человек, мне было бесконечно стыдно перед этими бедными детьми за то, что мы создали для них такой мир. От лица всех взрослых я прошу у вас прощения. Простите. За то, что не смогли вас защитить... Ощущая всем своим дрожащим телом кипящую ярость, я тихо произнес: — Брат... Дедушка... Сегодня этот корпус в свободном доступе. Делайте что хотите, сегодня я не стану мешать. Это был смертный приговор, вынесенный этому жестокому мусору. Сегодня я не стану мешать

http://tl.rulate.ru/book/180821/16888595