Готовый перевод The Fantastic Cross-dressed Bride / Фантастическая невеста в мужском наряде: Глава 33: Как хорошо целоваться

Рюн почувствовал себя на седьмом небе от слов Марин о том, что поцелуй ей понравился и заставил её сердце трепетать. Однако следующая фраза заставила его ощутить, будто он рухнул в самую преисподнюю.

На всём свете только Марин — обычный человек — была способна так играть чувствами великого Соль Рюна, вампира, которого называли Белым ужасом. Он-то считал её наивной, но она оказалась той ещё искусительницей.

— Выбери что-то одно. Если трепещешь, то трепещешь, но что это за «трепещу, когда целуюсь с красавчиком»? Хочешь сказать, ты будешь дрожать от поцелуя с кем угодно, лишь бы он был хорош собой?

— Да.

Ответ последовал незамедлительно, без тени сомнения.

В ту же секунду в груди Рюна что-то вспыхнуло. Словно внутри всё запылало от гнева.

Он плотно сжал губы, и лицо его приняло угрожающее выражение.

Наверное, такие чувства испытываешь, когда у тебя сначала забирают конфету, которую только что дали.

Его охватило раздражение, смешанное с удушающей тревогой. Уж лучше бы она вообще ничего не говорила. Было до безумия обидно.

— Ты и дальше собираешься меня путать?

Он понимал, что задавать подобные вопросы — верх ребячества, но не мог сдержаться. Ему нужно было прояснить этот момент прямо сейчас.

— Я говорю совершенно искренне.

Похоже, путался в своих чувствах только сам Рюн. Марин с самым невозмутимым видом сидела напротив и ела салат.

Он и не ожидал, что после признания она сразу воспылает к нему любовью, но не думал, что она так жестоко очертит границы.

Неужели она позволила поцеловать себя только из-за Секретного документа?

Он сверлил её взглядом. Но Марин, как ни в чём не бывало, продолжала отправлять в рот кусочки зелени.

Когда капля заправки коснулась её губ, она слизнула её кончиком языка.

Язык Марин прошёлся по губам, убирая капельку соуса цвета слоновой кости, и то место влажно заблестело.

При виде этого дыхание Рюна снова участилось.

Он хотел поцеловать её. Хотел обнимать её и целовать напролёт всю ночь.

Рюн попытался отвести взгляд, но его глаза снова и снова возвращались к губам Марин.

Ничего не поделаешь. Сейчас он был в слабой позиции, поэтому должен был уважать её чувства и подстраиваться.

Впереди оставалось ещё пять поцелуев, и ему нужно было придумать, как за это время привязать Марин к себе.

«Может, я плохо целуюсь?»

Марин сказала, что её сердце трепещет, когда она целуется с красавчиком. Это означало, что у неё уже был опыт поцелуев с кем-то симпатичным.

Однако для Рюна этот поцелуй был первым.

Он просто следовал инстинктам тела, но, может, Марин осталась недовольна? Ничего в этой жизни не давалось легко.

Когда он поднялся, Марин потянула его за край одежды.

— Доешьте салат, прежде чем уходить.

— Кое-кто испортил мне аппетит.

— У меня тоже не было аппетита, но вы сами попросили еды, и я специально приготовила.

Взгляд Марин так и говорил: «Это всё из-за вас».

Ему ничего не оставалось, кроме как сесть обратно и через силу жевать траву на тарелке.

Если сравнивать их сейчас с животными, то Марин определённо была хищником. А он — травоядным, которому оставалось лишь затаить дыхание перед ней.

• Поднявшись к себе в комнату, Рюн до самого вечера просидел неподвижно. Наконец с серьёзным лицом он взял планшет и ввёл в строке поиска:

  [Как хорошо целоваться]

  Стоило нажать кнопку поиска, как вывалился длинный список статей. Там было всё что угодно.

  Описывалось душевное состояние до и после поцелуя, давались инструкции о том, где должны находиться руки во время процесса.

  «Нужно ли следить за положением рук?» Он попытался вспомнить, что делал сам, но в памяти ничего конкретного не всплыло.

  В советах также говорилось, что важно выбрать правильный момент.

  А ещё кто-то задавал вопрос о том, как научиться мастерству поцелуя.

  [Моя девушка сказала, что я ужасно целуюсь, и велела научиться, прежде чем приходить снова.]

  Под этим постом были разные ответы, но все они казались нелепыми, а одна из ссылок и вовсе вела на какой-то странный сайт.

  — Гхм... — Рюн покачал головой и прижал пальцы к вискам. Пытаться узнать такое через поиск было бессмысленно. И спросить не у кого.

  Хотя был один человек. Тот, кто мог бы рассказать всё в подробностях. Ловелас Мин Тхэ Гён. Но именно его спрашивать хотелось меньше всего.

  Тхэ Гён наверняка станет выпытывать подробности и будет подтрунивать над ним до конца жизни.

  «Придётся заниматься самообразованием?» Он и в кошмарном сне не мог представить, что будет сидеть и мучиться над такой проблемой.

  После долгих раздумий он всё же взял телефон и набрал номер. После нескольких гудков Тхэ Гён ответил.

  — О-о-о, Рюн!

  Из трубки донёсся бодрый голос друга на фоне оглушительной музыки. Похоже, на каникулах тот вовсю пропадал в клубах.

  — Шумно у тебя. Созвонимся позже.

  — Нет-нет! Я сейчас выйду на улицу. Погоди секунду!

  Музыка постепенно стихала. Вскоре послышался хлопок закрываемой двери.

  — Что стряслось? Чтобы ты сам позвонил мне во время каникул...

  — Хотел кое-что спросить.

  — Что именно? Говори.

  — Поце... — слово застряло в горле. Он позвонил, чтобы спросить именно это, но теперь засомневался, стоит ли.

  — Поце? Что «поце»?

  Тхэ Гён продолжал донимать его, пока Рюн мерил комнату шагами, мучаясь сомнениями. Наконец он решился.

  В конце концов, он твёрдо решил сделать Марин своей.

  Ради того, чтобы отвратить её сердце от Юн Джэ, можно было и у Тхэ Гёна совета спросить. О потере гордости он подумает позже.

  Раз уж решил — нужно бить в лоб.

  — Научи меня, как хорошо целоваться.

  — А-а? Целоваться?

  В следующую секунду из трубки донёсся громкий хохот Тхэ Гёна.

  Рюн ожидал такой реакции, но когда столкнулся с ней в реальности, его захлестнула ярость.

  Он скривил губы и тихо выругался. «Я с ума сошёл, что позвонил этому придурку».

  — Зачем тебе это? Неужели с нашей Марин уже до этого дошло? Она упрекает тебя в неумении? А если она знает, как надо, значит, уже целовалась с другими? О-о, наша Марин уже познала первую любовь.

  — Заткнись и просто скажи, как это делать.

  — Эх, дружище. Ты так втюрился в неё, а ещё прикидывался. Ну ладно, я тебя понимаю. Кто, если не я, поймёт тебя.

  Было слышно, как Тхэ Гён изо всех сил сдерживает смех.

  — Я отключаюсь.

  — Рюн! Стой, подожди!

  — ...

  — Нет никаких особых способов. Просто делай то, что хочется, с мыслью о том, что хочешь передать свои чувства.

  Рюн нажал на кнопку отбоя. Такой банальный ответ мог дать и сам Рюн, у которого вообще не было опыта.

  Звонок завершился, но одна фраза Тхэ Гёна продолжала крутиться в голове, задевая за живое.

  «Наша Марин уже познала первую любовь».

  Первая любовь. Надо же.

  Рюн подумал, что это вполне естественно — ведь Марин наверняка осознала свои предпочтения именно через влюблённость в человека своего пола.

  Как выглядел тот парень? Какой у него был характер? Что в нём было такого, что Марин влюбилась?

  А поцелуй с ним... неужели он был чем-то большим, чем просто «приятно» и «трепетно»?

  Рюн стоял у окна, глядя на падающий снег, а затем вышел из комнаты.

  На первом этаже в гостиной Марин не было. В столовой стол был чисто убран, посуда вымыта. Вряд ли она ушла из дома.

  В кабинете её тоже не оказалось, поэтому он направился в библиотеку. Открыв дверь, он увидел, как Марин изо всех сил пытается дотянуться до книги на верхней полке.

  Специально для неё он поставил там стремянку, но она, видимо, её не заметила. В прошлый раз было то же самое, и вот опять.

  При каждом прыжке Марин её длинные волосы рассыпались по плечам, словно волны.

  Он подошёл и перехватил книгу, до которой касались лишь кончики её пальцев.

  — Эту?

  — Ой, мама! Напугали. Предупреждать же надо.

  — Я спрашиваю, эту книгу?

  — ...Да.

  Он взялся за верхнюю часть корешка, вытянул книгу, но тут же задвинул её обратно. Марин закинула голову, вопросительно глядя на него.

  Рюн склонился к ней. Их лица оказались совсем рядом, взгляды встретились, и Марин поспешно отвернулась.

  — Книгу... достаньте, пожалуйста, — пробормотала она.

  Марин чувствовала, как щёки заливает жар. Она быстро опустила голову, чтобы скрыть смущение, но его рука упёрлась в полку прямо рядом с её головой. Атмосфера снова стала такой же напряжённой, как утром.

  Позади — книжный шкаф, впереди — Рюн.

  Её зажали его руки с обеих сторон, а одна его нога оказалась прямо между её ног.

  Она сглотнула и лихорадочно соображала, как выбраться из этой ловушки.

  Если бы не его нога, она бы просто проскользнула под рукой, но теперь она была заперта. Любое неловкое движение могло привести к слишком двусмысленной ситуации.

  Марин решила переключить его внимание на книгу. Хоть и сомневалась, что сработает.

  — Достаньте книгу, — повторила она.

  — Достану. Если ответишь на мой вопрос.

  — На вопрос?

  — Кто был твоей первой любовью?

  Неужели его так интересовала её первая любовь?

  Утром признание Рюна застало её врасплох. Она не успела спросить, всерьёз ли это, с каких пор она ему нравится и за что. Но видя, как его заботит её прошлое, она почувствовала — он не шутит.

  «Что он во мне нашёл? Неужели всё дело в сценарии?»

  — С каких пор я вам нравлюсь?

  — Я первый спросил.

  — Я спрашиваю, с каких пор вы ко мне это чувствуете?

  — Ты хоть знаешь, что ты просто ведьма?

  — ...Скорее уж колдун.

  Он прижался лбом к полке и закрыл глаза. Теперь Марин была заперта даже сверху.

  Слегка приоткрыв глаза, он посмотрел на неё сверху вниз.

  — Я и сам не знаю, когда это началось. Просто в какой-то день понял, что ты мне нравишься.

  — Почему я вам нравлюсь?

  — Откуда мне знать? Нравишься — и всё. Если спрашиваешь о причине... мне нечего сказать.

  — Что именно во мне вам нравится?

  Давным-давно рана от первой любви превратилась в травму, её самооценка упала, и она начала избегать мужчин. У неё не было отношений.

  Кое-кто пытался к ней подступиться, но все они сбегали, натыкаясь на стену, которую она возвела.

  Возможно, и Рюн сбежит. К тому же он считает её мужчиной.

  Что бы ни чувствовала к нему Марин, у них не было надежды, ведь она строила их общение на лжи. Впрочем, когда придёт время покинуть Зеркальный мир, она сделает это в облике мужчины, так что сбежит скорее она сама.

  И всё же ей отчаянно хотелось услышать его ответ. «Да что со мной такое?»

  «Причина, по которой я тебе нравлюсь... Пусть это будет не из-за того, что я — мужчина». В глубине души затеплилась странная надежда.

  — Мне нравятся твои длинные волосы, твой маленький рост, твои маленькие ладони и ступни, твои глаза... Мне нравится, как ты ешь, как усердно трудишься, как заботишься обо мне и то, что ты рядом... Чёрт!

  От его внезапного возгласа Марин вздрогнула и широко раскрыла глаза, а он ласково погладил её по голове.

  — Твоим достоинствам нет конца.

  — ...

  — Чтобы перечислить всё, понадобится несколько дней.

  — Но я же... мужчина.

  — Может, поэтому ты мне нравишься ещё больше.

  Он сказал, что она нравится ему именно как мужчина. Если бы он знал, что она девушка, возможно, он бы и не посмотрел в её сторону.

  Плечи Марин сначала напряглись, а затем бессильно опустились.

  Рука Рюна, гладившая её по голове, скользнула вниз по волосам.

  Взгляд Марин на мгновение дрогнул. Рюн совершенно не понимал, о чём она сейчас думает.

  — Теперь твоя очередь отвечать.

  — Моя первая любовь... Он был похож на главного героя из манги. Высокий, красивый, с такой яркой, свежей улыбкой. Его любили все, и парни, и девушки.

  — Ты с ним целовалась?

  — Пфф! — Марин невольно рассмеялась.

  — Нет.

  Она решительно покачала головой.

  — Правда?

  — Это было просто восхищение, безответная любовь. К тому же я ему не нравилась.

  — Что? Не нравилась? Тебе? Он что, был геем?

  Рюн не мог поверить. Не просто «не интересовался» или «считал другом», а именно «не нравилась»? Той, кто в него влюблена?

  — Нет. Просто он говорил, что ему нравятся только красивые. А таких некрасивых, как я, он терпеть не может.

  — Где у этого ублюдка были глаза? — вспылил Рюн.

  Назвать обычным того, кто обладал сводящей с ума красотой...

  У того парня определённо были серьёзные проблемы со зрением.

  — Ты красивая. Это у того придурка не всё в порядке с глазами. Ты прекрасна с головы до пят. Даже если я захочу найти в тебе изъян, я не смогу. И кто-то посмел сказать тебе, что ты некрасивая?

  У Марин были красивые глаза, нос, губы, уши и даже ногти. Она была настолько хороша, что к ней было страшно прикоснуться, а кто-то назвал её уродливой.

  Марин лучезарно улыбнулась.

  — Ах, как же приятно.

  — ...?

  — Мне приятно, сонбэ, что вы на моей стороне.

  Глаза Марин сощурились в форме полумесяцев, а губы приоткрылись в нежной улыбке.

  И Рюну снова нестерпимо захотелось её поцеловать.

  — Не улыбайся.

  Потому что это было выше его сил.

  Ему не хотелось тратить вторую попытку из шести в тот же день.

  — Почему? — спросила Марин, задорно высунув кончик языка.

  — Мне хочется тебя поцеловать.

  Марин закусила губу и отвела взгляд. Затем она коснулась раскрасневшейся щеки рукой и слегка склонила голову.

  Обнажилась изящная линия её шеи. Ресницы затрепетали.

  Всё. Он больше не мог сдерживаться. Он взял Марин за подбородок и заставил её посмотреть на себя.

http://tl.rulate.ru/book/180121/16736341