Готовый перевод The Buddha System and The Monk That Wanted To Renounce Asceticism / Система Будды и монах который хотел отказаться от аскетизма.: Глава 334: «Самая ненадежная группа поддержки»

Белка, услышав это, с некоторым недовольством проговорил:

— Младший брат, ну ты можешь хоть раз не подливать масла в огонь? Мастер, ну скажите же ему, что всё это по-настоящему, а не выдумка.

Фанчжэн погладил Белку по голове и промолвил:

— Эх вы, ну к чему этот спор? Это же просто народный обычай. Зачастую традиции не несут в себе буквальной истины, но в них заложен благой смысл. Как говорится: если в сердце живет надежда, то она обязательно сбудется. Полынная вода, попав на тело, вовсе не обязательно смоет все невзгоды, но она дает людям своего рода психологический настрой на то, что будущее станет краше. Так в душах рождается надежда, появляется светлая цель, уходят былые тревоги и тяготы, на сердце становится легче, и сил прибавляется, а значит, и жизнь сама собой налаживается.

— Ой… Мастер, выходит, эта вода всё-таки не смывает неудачи? — Белка выглядел слегка разочарованным.

Фанчжэн легонько коснулся ладонью груди Белки, там, где билось его крохотное сердечко:

— Если веришь – поможет, не веришь – чуда не случится. Всё сокрыто в твоем сердце. Если ты готов встречать радость, то она пребудет с тобой вечно. А если постоянно цепляться за прошлые горести, то в них и проживешь всю жизнь. Это омовение лишь дает тебе повод забыть о печалях и начать всё с чистого листа. Ну что, тебе нужен такой повод?

Глаза Белки заблестели, и он тут же закричал:

— Нужен! Очень нужен! Я хочу всегда-всегда радоваться, хочу много-много орехов, побольше кристального риса и всяких вкусностей!

Фанчжэн, выслушав грандиозные чаяния Белки, осознал, что все его многомесячные наставления пошли псу под хвост.

Следом завыл Одинокий Волк:

— Я тоже хочу много всякой вкуснятины! — Он на практике доказал, что Фанчжэн не смог растолковать истину даже псу…

В этот миг откуда-то издалека донесся грохот барабанов и гонгов, а затем и восторженные крики толпы. Фанчжэн поднял голову. Несколько деревенских команд уже добрались до берега реки и взошли на борт драконьих лодок. Крепкие, поджарые молодцы поигрывали мышцами, вызывая восторженные вопли зрителей, что явно тешило их мужское самолюбие.

Фанчжэн поспешил к воде, а следом за ним устремились Обезьяна, Одинокий Волк, Белка и Красный Младенец.

Фанчжэн был личностью известной в округе, и вряд ли во всех близлежащих деревнях нашелся бы хоть один человек, который не знал бы в лицо настоятеля Монастыря Одного Пальца. Пока он шел к реке, с ним то и дело почтительно здоровались, и Фанчжэн каждому отвечал легким поклоном. Люди вежливо расступились, уступая ему удобное место для обзора, за что он снова их поблагодарил.

В это время Красный Младенец, уткнувшись в мобильный телефон, вдруг воскликнул:

— Мастер, а вы раньше не то говорили! Вы же сказали, что гонки на лодках-драконах зародились у такого-то народа? А тут в интернете пишут, что в уезде Юаньлин это делают ради призыва души Паньху, или в память о Цао Э, или У Цзысюе… А кто-то пишет, что это в честь Цюй Юаня. Так что из этого правда-то?

Фанчжэн тут же отобрал мобильный телефон и легонько хлопнул Красного Младенца по макушке:

— Ах ты сорванец, если еще раз без спросу возьмешь телефон учителя – заставлю сутры читать.

Личико Красного Младенца покраснело. Он втайне корил себя за длинный язык: кабы промолчал, мог бы еще хоть недолго тайком поиграть. Но натура сорванца брала свое: если уж в голове засело сомнение, он не мог не спросить. К тому же ему нравилось смотреть, как Фанчжэн пытается найти ответ на каверзный вопрос. — Мастер, ну вы всё же объясните, — не унимался он.

Фанчжэн закатил глаза:

— В этом даже историки до конца не разобрались, а ты у меня спрашиваешь. Откуда мне знать? Ясно одно: это традиционный праздник нашей страны Хуася, наше культурное наследие, и этого вполне достаточно. Всё, стой послушно и смотри гонки. Интересно, какая команда сегодня возьмет верх?

— Мастер, я думаю, победят «красные»! Посмотрите, какая у них величественная лодка, — провыл Одинокий Волк.

Белка же возразил:

— А мне кажется, выиграют «синие». Глядите, какие они здоровенные, все в буграх мясистых мышц!

Всего в состязании участвовало пять команд. Чтобы их было проще различать, гребцы повязали пояса разных цветов: красного, оранжевого, желтого, зеленого и синего. Комментатор на берегу тоже называл их по цветам. Так было удобнее, ведь гонки проходили в глуши и лодки были не слишком велики: восемнадцать метров в длину, а на борту – всего тридцать два человека. Этих людей называли гребцами.

Сами по себе гонки на драконьих лодках не были исконным обычаем Северо-Востока, их завезли сюда с юга. Поэтому местные суда не отличались какими-то изысками: самые обычные драконьи лодки с головой дракона на носу и хвостом дракона на корме. Впереди сидел барабанщик, задавая бой барабана, под который все остальные в едином ритме взмахивали веслами. А на самой корме стоял рулевой…

Глядя на это, Фанчжэн невольно вспомнил те необычайные гонки национальных меньшинств, которые видел в сети – вот там действительно был особый колорит. Но возможности поехать туда у него не было, так что приходилось довольствоваться тем, что перед глазами.

Фанчжэн наблюдал за силачами-гребцами, пропуская мимо ушей бесконечные вопросы своих подопечных, и просто наслаждался зрелищем.

Грянул стартовый выстрел, и участники всех пяти команд разом налягли на весла. Лодки словно окрылились, стремительно ускоряясь и взрезая водную гладь, оставляя за собой дорожки белой пены… Зрители на обоих берегах надрывали глотки, выкрикивая слова поддержки. В основном каждый болел за своих, за команду родной деревни.

Впрочем, были и те, кто кричал невпопад – к примеру, кое-кто из спутников Фанчжэна.

— Красные, вперед! Ой-я, желтые нагоняют! Желтые, давайте!

— Красные отстали! Ха-ха, желтые, поднажмите! Ой, их снова обошли! Красные, вперед!

У Фанчжэна от их воплей голова пошла кругом. Он отвесил Одинокому Волку и Белке по увесистому щелбану и строго сказал:

— Вы двое можете хоть минуту постоять спокойно? То вы за красных, то за желтых – что за нелепица?

Белка обиженно пролепетал:

— Ну я же просто хочу, чтобы победили… А кто именно – неважно, главное, чтобы тот, за кого я кричу!

Одинокий Волк поддакнул:

— А я всегда за сильных. Кто выигрывает, того я и поддерживаю.

Фанчжэну на это и возразить было нечего…

Вернемся к тому моменту, когда Фанчжэн раздавал цзунцзы. Едва он покинул один из сельских домов, как оттуда донесся вопросительный возглас.

— Старый Се, а кто это сейчас был?

Единственный в деревне Одного Пальца человек с больной ногой, которого все звали хромым Се, а по паспорту – Се Дуншэн, посмотрел на цзунцзы в своей руке и с улыбкой ответил:

— Это же монах-наставник Фанчжэн, настоятель нашего монастыря. Сегодня ведь праздник, вот он и разносит всем угощение.

— Что? Монах сам раздает подарки жителям? Чудеса… Сколько я видел храмов, они обычно только забирают, а чтобы давали – это впервые, — с этими словами из глубины дома вышел мужчина в цветастой рубашке, зачерпнул миску риса и снова скрылся в комнате.

Се Дуншэн, припадая на немощную ногу, похромал следом. Внутри, прямо на краю кана, стоял большой стол, а на полу примостился еще один, поменьше – круглый. За ними сидело множество гостей.

Се Дуншэн лишился здоровья ноги еще в молодости, но духом не пал. Раз уж тяжелый труд стал ему не под силу, он решил зарабатывать умом. Соседи поначалу посмеивались над ним: мол, не знал и азов грамоты, а туда же – умом работать, курам на смех. Но в итоге он нашел свое призвание: открыл интернет-магазин. Дела шли не то чтобы блестяще, но содержать семью удавалось.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/17996/16509607