Готовый перевод The Buddha System and The Monk That Wanted To Renounce Asceticism / Система Будды и монах который хотел отказаться от аскетизма.: Глава 37: «Покорение. Часть первая»

Одинокий Волк, недолго думая, бесцеремонно шлепнул Толстяка по заднице еще разок. Тот окончательно уверился, что зверь на него глаз положил, и теперь, поднимаясь в гору, вовсю прикрывал тыл руками и старался держаться от волка подальше. Остальные, глядя на эти маневры, едва сдерживали смех.

Фанчжэн тоже времени зря не терял. Пока гости спускались, первая порция риса уже поспела, и он тут же поставил вариться новую. Зерна в этот раз взял немного – так, чтобы пятерым хватило лишь червячка заморить. И дело было не в скупости, а в суровой необходимости: впереди зима, а запасов почти нет, тут уж не до широких жестов.

Так и бегали они туда-сюда до самого вечера. И вот, наконец, в буддийский чан вылили последнее ведро воды – он наполнился до самых краев!

Толстяк и Обезьяна, воодушевленные победой, подпрыгнули, хлопнули друг друга по ладоням и трижды зычно расхохотались, после чего оба разом плюхнулись на землю. Все, теперь их и подъемным краном было не сдвинуть.

— Толстяк, Обезьяна, вы как там, живы? — Участливо спросила одна из девушек. Подруги ее чувствовали себя не лучше: хоть они и не таскали тяжести, но десяток подъемов и спусков вымотали изнеженных городских девиц до предела.

Толстяк, тяжело дыша, даже веко приподнять не удосужился. — Порядок, — прохрипел он. — Просто чертовщина какая-то: пока работал, усталости не чуял. А стоило закончить да присесть – и всё, чую, рассыпаюсь на части. Шевельнуться не могу.

Обезьяна, растянувшись на земле рядом, поддакнул:

— И я тоже. Хочу просто лежать здесь до скончания веков.

— И не то чтобы я лентяй, — добавил Толстяк, — просто гравитация у Земли сегодня какая-то слишком мощная!

В этот момент подошел Фанчжэн. В руках он нес небольшое ведро. Раз за разом он зачерпывал воду из чана и расставлял перед гостями по ковшу. Совершив буддийский призыв, он произнес:

— Амитабха. Благодетели, испейте воды. Она поможет вам восполнить силы и быстрее прийти в себя.

— Мастер, у меня даже на глоток сил нет, — чуть не плача, отозвался Толстяк.

К счастью, у Лу Сяоя и Жуань Ин запал еще остался. Они поднялись и принялись поить парней из ковшей.

Толстяк, впрочем, даже в таком состоянии нашел повод для ворчания:

— Мастер, мы же договаривались! Вы обещали ту самую воду. Зачем вы нам из чана даете? Этой-то мы еще внизу напились. Вкус у нее, конечно, неплохой, но с той, первой, и рядом не стоял.

Фанчжэн лишь негромко рассмеялся:

— Та была Бездонная Чистая Вода, буддийская вода, прошедшая обряд освящения, оттого и вкус иной. Но на деле – это одна и та же вода.

— Да ну? — Толстяк опешил. Он сделал глоток из рук Жуань Ин и замер. В ту же секунду его немощь как рукой сняло: он выхватил ковш и принялся жадно пить, издавая громкое «Бульк!». Все было именно так, как говорил Фанчжэн: живительная влага проникала в каждую клетку тела, наполняя его энергией и мгновенно смывая усталость.

Опорожнив ковш, Толстяк заметно приободрился. Помощь Жуань Ин ему больше не требовалась – он уселся у ведра и стал черпать воду сам, одну порцию за другой, то и дело выкрикивая:

— Благодать! Красота-то какая!

Обезьяна неподалеку пребывал в похожем восторге. Глядя на них, девушки тоже принялись пить. Для изнуренных жаждой путников эта вода стала истинным спасением, а блаженство, которое дарила Бездонная Чистая Вода, и вовсе было невозможно описать словами.

Но стоило им войти во вкус, как Фанчжэн внезапно подхватил ведро и унес его.

— Эй-эй-эй! — Взвыл Толстяк. — Мастер, мы же договорились – вдоволь!

— Благодетель, — с улыбкой ответил монах, — если выпьете еще, места внутри не останется.

— Так это же отлично! Я голоден как волк, — Толстяк с грустью погладил свой живот.

— Вот именно, Мастер, мы еще не напились, — поддержала его Цзян Тин.

— Вы уверены, что хотите насытиться именно водой? — Переспросил Фанчжэн.

— Однозначно!

— Твердо и бесповоротно!

Все пятеро закивали с такой решимостью, будто готовы были вступить в бой за лишний глоток.

Фанчжэн понимающе кивнул, поставил ведро на место и направился к выходу, бросив на ходу:

— Что ж, тем лучше. Сберегу свой рис. Моя обитель мала, и рис здесь – большая редкость. Раз вы не голодны, мне же меньше забот.

— Мастер! Стой! Что вы сказали?! — Толстяк, чье ухо чутко уловило заветное слово, мгновенно подскочил.

— Что ты услышал, то я и сказал, — отозвался Фанчжэн.

— Благодарю, Мастер! — Возопил Толстяк. Вода – вещь хорошая, но голод ею не обманешь. Услышав про еду, он вмиг ожил и зашелся в радостном смехе.

Обезьяна и остальные тоже не были глухими – они радостно загалдели, рассыпаясь в благодарностях.

Фанчжэн лишь покачал головой и откинул крышку котла. В то же мгновение вверх поднялось облако белого пара, а по кухне разлился божественный аромат! Запах, присущий лишь кристальному рису, заполнил всё пространство. Пятеро друзей замерли, втягивая воздух носами с выражением глубочайшего экстаза. Никогда прежде им не казалось, что обычный рис может пахнуть так пленительно.

— Мастер, что это за сорт такой? Откуда такой аромат? — С любопытством спросила Цзян Тин.

— Будда говорит: несказуемо, — усмехнулся Фанчжэн. — Так что, благодетели, будете есть?

— Будем! — В один голос выдохнули они. В этот момент их разум полностью захватили обжоры, поселившиеся в мыслях. От подозрений и настороженности, с которыми они поднимались на гору, не осталось и следа – лишь полное доверие к монаху.

Фанчжэн кивнул и наполнил каждому по чаше.

— Мастер, а как же закуски? — Спросил Толстяк, баюкая в руках горячую чашу.

— Где же мне взять их в этих суровых краях? — Сокрушенно вздохнул Фанчжэн. — Зима на носу, свежих овощей не сыскать. Если уж совсем невмоготу – вот, есть немного диких трав, можете закусывать ими.

— А? — Толстяк опешил, Цзян Тин тоже пребывала в ступоре. Аромат ароматом, но есть пустой белый рис…

Не успела Цзян Тин и слова вставить, как до ее ушей донеслось громкое чавканье, не смолкавшее ни на миг. Она обернулась и, ткнув пальцем за спину Толстяка, вскрикнула:

— Толстяк, гляди!

Обернувшись, тот увидел, как Обезьяна, Лу Сяоя и Жуань Ин с неистовой силой поглощают рис. На их лицах застыло такое свирепое выражение, будто этот рис был их заклятым врагом! Чаши пустели с невероятной скоростью.

Картина была до боли знакомой – так же они пили воду. Вспомнив, что этот рис сварен на Бездонной Чистой Воде, друзья смекнули: вкус должен быть исключительным. Они принялись за еду. Первая же ложка мягкого риса, едва коснувшись языка, взорвалась калейдоскопом вкусов. Аромат заполнил всё нутро.

Зерна были полными, будто покрытыми тончайшим слоем прозрачного масла. Стоило слегка прикусить, и наружу брызгала нежная, сладковатая мякоть, благоухающая еще сильнее.

Вкусно!

Невероятно вкусно!

Лишь эта мысль билась в их головах, пока они самозабвенно опустошали свои чаши. Однако Толстяк, не забыв про дикие травы, решил проявить хитрость. Он подумал, что и они могут оказаться деликатесом, а потому, улучив момент, пока никто не видит, отправил пучок в рот. Если будет вкусно, он планировал прибрать всё к рукам в одиночку.

Но едва он прожевал, как чуть не выплюнул всё обратно. «Что за гадость!» – взвыл он про себя.

Благо рис был чудо как хорош, и это помогло ему сдержаться.

Фанчжэн, убедившись, что Толстяк к травам больше не притронется, спокойно убрал их. Пусть они и не были верхом кулинарного искусства, но всё же это чистый продукт. Ему еще зиму зимовать, и витамины из этих диких трав будут ой как нужны. Копейка, как говорится, юань бережет.

http://tl.rulate.ru/book/17996/16509302