Готовый перевод Бесконечный кризис банкротства / Бесконечный кризис банкротства: Глава 2.2

Чжао Цяньцянь побелела как полотно, губы ее задрожали:

— Врач сказал, что опухоль давит на зрительный нерв и может привести к проблемам со зрением — и ты после этого хочешь пойти на работу?!

— А если переутомишься и снова потеряешь сознание?

— Ты же говорила, что у тебя спина и поясница болят и ты больше не можешь работать физически! Почему нарушаешь свои слова и снова идешь работать на пенсии?!

Ван Янь оправдывалась:

— Работа уборщицей не тяжелая, она легкая… Это не повлияет на здоровье.

— Я все равно целыми днями сижу дома без дела, почему бы немного не подвигаться?

— Ты, как и раньше, ешь вкусное, покупай красивые вещи и живи в свое удовольствие. Обо всем остальном мать позаботится, не переживай.

Чжао Цяньцянь чуть не расплакалась, она в отчаянии закричала:

— Врач сказал, что доброкачественная опухоль может перерасти в злокачественную! Как я могу не переживать?!

Ван Янь тихо ответила:

— Вот подожди, мама будет получать две зарплаты, накопить много времени не надо… Если отложить всего на год — ничего страшного.

Чжао Цяньцянь не сдержалась, слезы со звуком «па-та» покатились по щекам.

Разве не трудно работать после выхода на пенсию?

Разве не тяжело для организма — при плохом зрении работать пять дней в неделю?

Разве она, ее мать, не понимает, что год отсрочки — это год риска?

Все дело было только в деньгах.

Им нужны были деньги на лечение, а на карте было всего двадцать тысяч, поэтому нужно было любыми способами их раздобыть.

По сравнению с жизнью, трудности ничего не значили.

Виновата была только она сама, что после окончания университета так бездумно тратила деньги и ничего не откладывала. Если бы она могла разом выложить пятьдесят или даже сто тысяч, ее матери не пришлось бы себя так мучить!

— Что ж ты, доченька, плачешь? — Ван Янь суетливо принялась вытирать дочери слезы.

— Мама, прости меня, пожалуйста, прости! — Чжао Цяньцянь рыдала, не в силах вымолвить ни слова.

— За что ты передо мной извиняешься? — Ван Янь отмахнулась. — Когда человек стареет, его органы начинают барахлить — это нормально. Разве мы могли заранее предугадать, что случится?

— Раз болезнь обнаружили, надо просто вылечить. Что тут такого?

Хотя Ван Янь все время говорила легкомысленным тоном, Чжао Цяньцянь терзалась чувством вины.

Она не могла стать для матери опорой, поэтому матери приходилось рассчитывать только на себя — это осознание прожгло ее сердце каленым железом.

Грудь сдавило, дышать стало трудно, тело ныло, но сделать она ничего не могла. Нет денег — значит, нет. Когда они нужны, из ниоткуда их не взять.

Чжао Цяньцянь обняла мать и, всхлипывая, сказала:

— Я больше не буду так бездумно сорить деньгами и каждый месяц все проедать. Я обещаю!

Ван Янь с материнской нежностью обняла дочь:

— Цяньцянь выросла и научилась экономить. Мама очень рада.

Чжао Цяньцянь продолжала:

— Когда получу зарплату, я все буду откладывать! И как можно скорее накоплю денег, чтобы ты сделала операцию.

— Хорошо, хорошо, — Ван Янь счастливо улыбнулась.

***

Мать и дочь долго беседовали, после чего Чжао Цяньцянь вытерла слезы и пошла готовить завтрак.

Поев, Ван Янь почувствовала усталость и снова легла отдохнуть.

Чжао Цяньцянь посмотрела в зеркало на свои опухшие от слез глаза, отжала полотенце и приложила холодный компресс.

В этот момент на телефон пришло SMS-уведомление:

«На ваш счет переведено 3100 юаней».

Чжао Цяньцянь мельком глянула и нахмурилась:

— Базовый оклад — 3500, а тут 3100. Может, ошиблись перечислением?

— Это 3100, все верно. — На ее плече внезапно появилась маленькая куколка в деловом костюме.

Чжао Цяньцянь вздрогнула и чуть не вскрикнула от неожиданности. Но разглядев, что это Юнь Ло, успокоилась.

— Почему? — спросила она мысленно.

Юнь Ло ответила:

— Ты забыла? Ты брала отгул за свой счет, поэтому зарплату урежут. В месяце 26 рабочих дней, ты отгуляла 3 дня, фактически отработала 23 дня. Значит, базовый оклад за этот месяц: 3500 / 26 × 23 ≈ 3096. Перевели все правильно, еще и до ровной суммы округлили.

Чжао Цяньцянь:

«…»

Когда деньги так нужны, ее месячный доход урезали аж на четыреста юаней — у нее сердце заныло.

Чжао Цяньцянь не хотела больше видеть эту удручающую цифру, отвела взгляд и вздохнула:

— Ладно, будем считать это уроком на будущее.

Юнь Ло болтала ножками:

— А что, четыреста юаней жалко? А три дня, потраченные на еду, развлечения и покупку сувениров, обошлись тебе в четыре тысячи. Если добавить дорогу туда и обратно — все пять тысяч.

Чжао Цяньцянь мысленно взмолилась: только не напоминай.

Она боялась, что не сдержится и придушит ту глупую себя прежнюю.

— Если бы я тебя послушалась и вернулась пораньше, было бы лучше, — сказала Чжао Цяньцянь с большим сожалением. — Тогда у меня осталось бы чуть больше денег.

Только она отжала полотенце, как у нее блеснула мысль, и она с надеждой посмотрела на Юнь Ло:

— Операция стоит шестьдесят тысяч, на счету всего двадцать. Есть способ быстро накопить остальное?

Юнь Ло сказала ей:

— Раз твоя мама получает пенсию, значит, в молодости она платила страховые взносы. В социальном страховании кроме пенсионного есть еще медицинское. Операция по удалению опухоли входит в страховые выплаты, можно получить компенсацию. Хотя в зависимости от региона, больницы и лекарств суммы возмещения немного отличаются, но 70% возместить — не проблема. Другими словами, из шестидесяти тысяч на операцию вам нужно будет заплатить всего восемнадцать тысяч.

Услышав это, Чжао Цяньцянь остолбенела.

Ей вдруг показалось, что она, только что так искренне рыдавшая, выглядела как живой идиот…

http://tl.rulate.ru/book/177421/21278844