Готовый перевод The All-Powerful Chuunibyou Prodigy / Всемогущий гений с синдромом восьмиклассника в мире аниме: Глава 83

«Я уже победила, я уже превзошла его во всём…» – если это правда, неужели Хасэгава и впрямь овладел способностью «предвидеть судьбу»? Синка Нибутани тряхнула головой, отчаянно отгоняя нелепые мысли. Хе-хе, быть того не может! Только законченные чуни способны в такое поверить. Ей ни в коем случае нельзя падать так низко. Это бездна… истинная бездна!

В этом мире не существует сил, выходящих за рамки реальности. Должно быть, Хасэгава просто собрал информацию по своим каналам. Но в этот момент Идзуми Хасэгава перевёл на них взгляд, словно услышав её внутренний крик.

— Хотите попробовать? — Спросил он. — Раз уж это не считается разглашением «небесных тайн», я не сильно потрачусь. Могу погадать вам бесплатно.

— Нет-нет-нет! — три девушки замахали головами и синхронно попятились.

Урок был усвоен: будь то Рикка или Дэкори, все они дорожили своими секретами. Если какая-нибудь «неловкая тайна» всплывёт наружу, это станет для них полным социальным крахом. Синка смотрела на Хасэгаву, и в её глазах читалась едва уловимая опаска. Почувствовав этот недобрый взгляд, Идзуми мысленно почесал затылок. Почему она вдруг прониклась к нему такой неприязнью? Поразмыслив, он пришёл к выводу: она решила, что он способен вычислить даже параметры её фигуры, и смутилась. Это было излишним беспокойством – ему достаточно было просто взглянуть, чтобы знать её точные данные…

— По сравнению с этим, мне, Дэкори, гораздо важнее то, что Мудрец не договорил ранее, дэс! — Спустя несколько секунд Санаэ Дэкори внезапно подняла руку.

— Об этом я больше ничего не скажу, — Идзуми Хасэгава развёл руками. — Ранее Нацукава сама изъявила желание, поэтому я озвучил информацию. Но теперь, когда она отступила, я не имею права разглашать личные сведения. Это вопрос взаимного уважения между членами клуба.

— Жаль, дэс, — Санаэ Дэкори разочарованно вздохнула. «Если бы только удалось получить компромат на ту женщину, хм-хм-хм…»

Клуб изучения сверхъестественного бросил вызов Дальневосточному магическому обществу. Если бы это событие раздули, оно стало бы главной темой для обсуждения в академии Сюйтиин, но на деле о дуэли знали лишь участники. Магическое общество, уже достигшее своих целей, не нуждалось в лишнем внимании, а Клуб изучения сверхъестественного стремился сохранить ореол таинственности. Раз уж это «мистика», она не должна быть достоянием толпы. Такие скрытые течения и определяют разницу между «миром изнанки» и «лицевой стороной» реальности.

Владелица Дурного Глаза сидела на стуле, закинув ногу на ногу. Чёрные гольфы плотно облегали изящные ноги, одна рука покоилась у левого глаза, другая – на поясе. В этой безупречно пафосной позе она холодно взирала на мир. Голубое небо, облака за окном, смех одноклассников – обыденность ничем не выдавала угрозы. Но это была лишь видимость. Внешнее благополучие хрупко, и в день, когда силы тьмы выйдут на свет, привычный мир перестанет существовать. Лишь истинно сильный способен взять судьбу в свои руки.

— О, жалкие люди, продолжайте утопать в своих текущих грёзах! — Промолвила Рикка с глубокой меланхолией.

— Рикка, почему ты вечно витаешь в облаках во время перемены? — Раздался голос прямо над ухом. — Могла бы пообщаться с остальными, завести друзей.

Рикка вздрогнула от испуга:

— Ты… использовала технику невидимости? Почему ты появилась здесь!

— Я просто прогулялась и вошла через заднюю дверь, — небрежно ответила Тика Фудзивара. — Рикка, ты так и не ответила на вопрос.

— Помимо тебя, Фудзивара, я общаюсь с Мудрецом, Дэкори, Синкой и Нацукавой, — нахмурилась Рикка Таканаси.

— Но ведь это всё члены одного клуба! — Тика улыбнулась, сложив руки за спиной. — Это совсем не то же самое, что общаться с одноклассниками. Даже Идзуми-тян находит общий язык с остальными.

— В этом пространстве есть лишь те, чьё существование я способна признать, — тон Рикки стал холодным, от неё повеяло почти осязаемой дистанцией.

— Это прозвучало слишком глубоко, — Тика Фудзивара не заметила смены атмосферы. Поскольку слова Рикки всегда были странными, ей пришлось всерьёз задуматься над их смыслом. Однако к тому времени, как она уловила суть, прозвенел звонок.

— Найти кого-то с таким же стилем, как у Идзуми-тян и остальных, будет слишком сложно, — пробормотала Тика, подперев лицо ладонями. На её миловидном личике пролегла тень озабоченности.

Время незаметно подошло к полудню четверга. Глядя в зеркало, улыбающаяся мико аккуратно нанесла помаду на губы. Каждое её движение было пропитано элегантностью.

— Бутё, все в сборе, — в комнату вошла девушка в похожем наряде.

— Хм, Хасэгава-кун и его свита тоже должны скоро подойти. Давайте приготовимся.

Юмэ Атэнбо слегка кивнула, сжимая в руке хрустальный шар. Члены Дальневосточного магического общества собрались в своей комнате, а затем вместе отправились к месту дуэли. Их шествие по коридору привлекло взгляды, но никто не решился следовать за ними. Через несколько минут они остановились перед дверью Клуба изучения сверхъестественного. Над входом красовался странный символ, красно-синие занавески скрывали интерьер, а на стене была начертана магическая гексаграмма.

— Этот клуб… они что, тоже из «электрических»? — Пробормотала Синка Нибутани, надеясь, что это не так, иначе их репутация была бы под угрозой.

— Наверное, просто очередные фокусы для одурачивания простаков, — сделала вывод Масудзу Нацукава. «Всё как у нашего бутё: сначала собираешь информацию, потом выдаёшь за озарение».

— Хасэгава-кун, пожалуйста, проходите внутрь, — из комнаты вышла девушка в одеянии мико и жестом пригласила их войти.

— Похоже, это жрица, — Рикка Таканаси мгновенно насторожилась.

— Согласно записям в копии «Тёмного манускрипта», они используют искусство гадания на хрустальном шаре, дэс, — Санаэ Дэкори извлекла откуда-то круглые очки и принялась зачитывать текст.

— Что это за странная книга? — Подозрительно спросила Масудзу.

— Это фолиант, написанный великим магом Мори Саммер. В нём запечатлено всё сущее, дэс! Но так как оригинал был сожжён самозванкой, это всего лишь копия.

— Э? — Масудзу Нацукава перевела насмешливый взгляд на Синку. Та стояла скрестив руки, внешне сохраняя абсолютное спокойствие.

— На что ты смотришь? Какое отношение Мори Саммер имеет ко мне? — Синка Нибутани держала маску, зная: стоит дать слабину, и эта злая женщина её уничтожит. В душе же она кипела от ярости. Одно упоминание «Тёмного манускрипта» пробуждало в ней тёмную сторону души. Обиднее всего было то, что она никак не могла окончательно истребить эту проклятую книгу.

— Пошли, — стоило Идзуми Хасэгаве заговорить, как ссоры прекратились. Даже бунтарка Масудзу признавала: как лидер, их бутё обладал харизмой, заставляющей доверять ему безоговорочно. Это осознание рождало в ней сложное, не совсем приятное чувство.

Они отдёрнули занавеску. В клубной комнате царил полумрак, стены были завешены плотными шторами, создавая ощущение изоляции от внешнего мира. В следующее мгновение вспыхнули свечи, осветив алтарный столик с Граалем, хрустальным шаром и павлиньим пером. Прямо перед ними стоял стол с синей бархатной скатертью и золотой каймой.

— Как давно мы не виделись… Хасэгава-кун, члены Магического общества, добрый день, — мико с прищуренной улыбкой поприветствовала их.

— Атэнбо-сэмпай, добрый день, — ответил Идзуми. Девушки вежливо поздоровались вслед за ним. Он внимательно присмотрелся к ней: по законам жанра, персонажи с вечно прищуренными глазами всегда скрывали второе дно.

Юмэ Атэнбо тоже изучала его. У неё была слабость – она обожала задавать парам вопросы на грани харассмента. Но, судя по дистанции, между этим мужчиной и девушками не было интимной близости, что её разочаровало.

— Хасэгава-кун, суть вызова изложена в письме. Если вопросов нет, перейдём к делу.

— У меня нет вопросов, сэмпай. Начинайте.

— Прежде чем начать состязание в гадании, давай установим рамки.

— Сэмпай, вы вызывающая сторона. Вам и решать, — ответил Идзуми с долей высокомерия.

Юмэ Атэнбо улыбнулась шире. Про себя она уже праздновала победу. «Я уже победила, я превзошла его во всём». Проведя неделю в наблюдениях, она считала, что знает Хасэгаву на девяносто процентов. А он, ослеплённый силой, наверняка даже не потрудился собрать сведения о ней. В условиях такой информационной асимметрии исход очевиден. Это не кэндо и не го.

«Хасэгава-кун, ты проиграл из-за своего высокомерия!»

— Тогда договорились: тема нашего гадания – любовь!

— Любовь? Слишком обширно. И болтать об этом на каждом шагу – крайне поверхностно, — с сарказмом вставила Масудзу Нацукава. Никто не удивился её реакции.

— Нацукава-сан, я знаю, что твоё восприятие любви искажено из-за нехватки отцовского тепла в детстве, — Юмэ Атэнбо продолжала улыбаться, и её прищуренные глаза, казалось, видели Масудзу насквозь. — Но мир не вращается вокруг твоей воли. Любовь – вещь, которая никогда не исчезнет. Она важнее любого другого чувства.

— Ха, эти пустые слова для меня ничего не значат. Лучше сосредоточься на состязании с бутё, — Масудзу развела руками. Её семейная драма не была секретом для тех, кто умел искать, так что она была готова к подобным «разоблачениям».

— Мудрец, как нам с этим справиться? — Напряглась Рикка.

— Столь точное гадание… она может сравниться с самим Мудрецом, дэс! — Прошептала Дэкори.

— Любовь делится на великую и малую, — начала лекцию Юмэ Атэнбо. — Можно любить страну, планету, вещи или конкретного человека. Итак, Хасэгава-кун, давай расскажем, что каждый из нас любит. Кто нагадает точнее и подробнее, тот и победил. Решение оставим на совесть каждого, договорились?

— Договорились, — Идзуми отодвинул стул и сел напротив.

— Отлично. А теперь… — уголок губ мико приподнялся, её губы влажно блеснули в свете свечей. — Позволь мне, сэмпай, научить тебя… что такое любовь!

— А?

http://tl.rulate.ru/book/175204/14904591