Готовый перевод Naruto: Hanabi-san's Gaze Towards Me Is So Strange. / «Перерождение в мире Наруто: Я — Ханаби-сан»: Глава 20. Квартал клана Учиха

Глава 20. Квартал клана Учиха

Около полудня Итачи, ведя Сору за руку, вошел на территорию самого древнего и влиятельного семейства Конохи — клана Учиха.

Глаза Соры так и бегали по сторонам, с любопытством изучая лавки, выстроившиеся вдоль улицы. На первый взгляд это мало чем отличалось от обычной торговой аллеи, разве что людей здесь было заметно меньше. Вид Итачи, идущего рядом с ребенком, привлекал внимание прохожих.

— Разве это не Итачи, старший сын главы? — шептались одни. — Раньше он часто бывал в квартале, но в последние годы мы его почти не видели.

Однако больше, чем сам Итачи, их интриговал красноволосый мальчик рядом с ним. Его огненная шевелюра в сочетании с чистыми янтарными глазами была настолько ярким пятном в толпе, что не заметить его было невозможно.

Сора не обращал внимания на пристальные взгляды. Он чувствовал, что большинство соклановцев Итачи просто проявляют любопытство и не желают ему зла. Эта способность внезапно проснулась в нем около года назад. Теперь он мог смутно улавливать эмоции живых существ и даже отличать правду от лжи.

Он отчетливо помнил момент своего «пробуждения»: они с Наруто гуляли по торговому району, когда в его сознание хлынул поток ледяной, острой злобы, от которой голова едва не раскололась. Позже он понял, что почти вся эта ненависть была направлена на Наруто; к нему самому люди относились безразлично.

Сора смутно припоминал из легенд своего мира, что клан Узумаки обладал особыми дарами. Его сила напоминала «Глаз разума Кагуры». К сожалению, он знал слишком мало о своем наследии, лишь обрывки сведений о сенсорике и «Запечатывающих цепях». Эти способности нельзя было выучить — они пробуждались сами при определенных условиях, как улучшенный геном. Но что это за условия, оставалось для него загадкой.

— Кун, мы пришли. Это та самая лавочка с блинчиками, о которой говорил Саске.

Голос Итачи вернул Сору к реальности. На деревянной вывеске значилось: «Блинчики ручной работы». У входа в бамбуковом кресле старик читал газету, а пожилая женщина старательно протирала стеклянную витрину, за которой ровными рядами лежали аппетитные лепешки.

— О! Неужели это Итачи! — старушка подняла голову. Её глаза радостно сузились, а на лице расцвела добрая улыбка. — Пришел за блинчиками? Давненько тебя не было. Бери, они только из печи, еще теплые!

Затем она перевела взгляд на Сору, и её голос стал еще мягче: — Ой, а что это за очаровательный ребенок?

Старушку звали Учиха Дзин, а её мужа — Тессё. Это были очень добрые пожилые люди. Несмотря на кровь Учиха, они были обычными гражданскими.

Итачи вежливо поклонился: — Простите, бабушка Дзин, в последнее время я был очень занят на миссиях. Мы зашли купить немного блинчиков. — Он указал на Сору. — Этого мальчика зовут Узумаки Сора. Он друг Саске. Я решил привести его к нам в квартал поиграть.

Говоря это, Итачи не удержался и нежно погладил Сору по голове — волосы были мягкими и пушистыми, точь-в-точь как он себе представлял. Сора тут же вскинул руку, смахивая ладонь Итачи со своей макушки, и бросил на него предупреждающий взгляд. Сначала дедушка Хокаге, теперь Итачи... Почему всем так нравится его трогать?

— О! Так ты из семьи Узумаки? Никогда бы не подумала! — Дзин улыбнулась и легонько хлопнула мужа по плечу, давая понять, что пришел гость. — Маленький Сора, иди скорее сюда, бабушка даст тебе свежеиспеченную лепешку с кунжутом.

Сердце старушки переполнилось нежностью при виде такого милого ребенка. Сора послушно подошел, не отрывая глаз от румяного блинчика, который Дзин достала из витрины. Круглая лепешка, посыпанная белым кунжутом, еще дымилась и пахла просто божественно.

— Ребенок из клана Узумаки... — Тессё отложил газету и придвинулся ближе, улыбаясь Соре. — Старик не слышал этой фамилии уже много лет. Ты очень красивый мальчик.

Сора откусил кусочек; нежное тесто идеально сочеталось со сладкой начинкой. Но именно в этот миг в его чувства прокралась странная эмоция — глубокая печаль, скрытая под улыбками Дзин и Тессё. Это было похоже на горький привкус в сладком супе.

Мальчик замер. Он украдкой взглянул в глаза стариков, но те всё так же добродушно щурились, не выдавая никакого беспокойства. Эти пожилые люди обладали удивительным самообладанием, делая его методы наблюдения почти бесполезными.

Проглотив последний кусочек, Сора прижал руку к груди и искренне поклонился: — Лепешка была очень вкусной, мне очень понравилось. Спасибо вам, бабушка и дедушка.

После этого он вернулся к Итачи и встал рядом, внезапно притихнув. По сравнению с холодной злобой толпы, эта печаль, спрятанная за добротой, заставила его чувствовать себя еще неуютнее. Ему даже захотелось убежать.

— Сора, что случилось? — Итачи заметил перемену. Ребенок, который только что сиял, вдруг замкнулся.

— Всё хорошо, — тихо ответил Сора. — Лепешка правда была вкусной, а дедушка и бабушка очень добрые.

Итачи был в замешательстве: на лице Соры не было ни привычной живости, ни радости от угощения — только странное спокойствие. Попрощавшись со стариками, он взял Сору за руку и повел его к своему дому. Видя, что мальчик всё еще не в духе, Итачи предложил: — Сора, моя мама и я очень хорошо готовим. Может, пообедаешь сегодня у нас?

Он надеялся, что домашняя еда Микото вернет Соре настроение.

— Хорошо, — кивнул Сора. При упоминании обеда его глаза чуть блеснули, но тут же снова погасли. Таинственная печаль стариков оставила в его сердце более глубокий след, чем он ожидал. К тому же... ему показалось, что его «Глаз разума Кагуры» сбоит. Грусть была отчетливой, но её источник словно скрывался за плотной вуалью тумана.

Вскоре перед ними выросла величественная усадьба. Массивные ворота были украшены гербом клана Учиха. Когда Итачи толкнул створки, просторный двор и высокие карнизы заставили Сору на миг лишиться дара речи. Как и полагается резиденции главы сильнейшего клана, масштаб поместья превосходил всё, что он видел до этого в Конохе.

— Итачи, ты вернулся? — раздался нежный женский голос. Микото выглянула из комнаты, с любопытством оглядываясь. Увидев Сору, она буквально просияла и поспешила навстречу.

— Какой прелестный ребенок! — воскликнула Микото, и её голос был полон восторга. — Какие чудесные красные волосы! Наверняка они очень мягкие!

Не успел Сора опомниться, как она уже оказалась рядом, нежно обхватила его лицо ладонями и принялась легонько тискать его за щеки, не забыв при этом погладить по голове.

— Т-тетя? — щеки Соры мгновенно вспыхнули. Он поспешно поднял руки, пытаясь высвободиться.

Это было уже четвертое поглаживание по голове за день. Его макушка уже начала гореть. Если его потрогает кто-нибудь еще, он чувствовал, что просто взорвется от смущения.

http://tl.rulate.ru/book/175019/14832362