Готовый перевод Black Robe: Godokin, the Hard-steel Androgynous Superhero / The Boys: Годокин, супергерой-андрогин из твёрдой стали: Глава 220: Красивые слова

Университет Годокина, актовый зал. Утренние лучи пробивались сквозь окна, ложась полосами на кафельный пол.

В самом последнем ряду Уэйд с праздным видом наблюдал за колышущимся морем из двух тысяч студентов и внимательно слушал.

На трибуне Виктория Ньюман, облаченная в строгий темно-черный костюм, произносила страстную речь:

— Друзья, суперспособности – это не проклятие и уж тем более не повод для привилегий. Это лишь особенный дар, который должен быть понят обществом и интегрирован во все его сферы!

Основную массу слушателей составляли студенты младших курсов и преподаватели. Джилл и Кейт сидели в третьем ряду.

Рядом с Уэйдом расположился Джордан Ли. Скрестив руки на груди, он сохранял равнодушный вид. В отдалении Люк о чем-то вполголоса беседовал с несколькими студентами, тоже подавшими заявки в группу связных, и время от времени что-то помечал в блокноте.

Все шло строго по сценарию.

Слух Уэйда улавливал множество звуков. У боковой двери двое мужчин в форме техперсонала, чья выправка была слишком идеальной, перешептывались по рации:

— Сектор А чист, без аномалий.

— Сканирование под трибуной завершено. Взрывчатки нет, подозрительных лиц не обнаружено. Сигнал телесуфлера в норме.

Люди Воут. Разумеется, они не могли не явиться.

Уэйд перевел взгляд на операторскую на втором этаже. Он чувствовал там как минимум четверых: один на звуке, один на свете, двое у мониторов наблюдения. У одного из них сердце билось на двадцать процентов медленнее обычного, а дыхание было ритмичным, как у машины – суперчеловек, скорее всего, с усиленным слухом или зрением, следит за всем залом.

Хотя речь Ньюман была открытым вызовом авторитету Воут, они не могли помешать ей в открытую – это лишь подтвердило бы обвинения в монополизме и тирании. Поэтому они выбрали тактику наблюдения, фиксации и, при необходимости, мягкого вмешательства.

Выступление Ньюман достигло апогея. Она чеканила слова:

— Я пришла сюда сегодня не просто с речью, а чтобы услышать голоса молодежи и будущих супергероев! Мы запускаем пилотный проект в кампусе Годокина – систему «медицинских карт способностей». Разумеется, участие исключительно добровольное, данные строго конфиденциальны и будут использоваться только для законных исследований…

— Прошу прощения, госпожа Ньюман! — Резкий голос Андре донесся из зала.

Он поднял микрофон и продолжил:

— Можно узнать, кому будут принадлежать результаты исследований? Если выяснится, что какая-то способность имеет смертельные побочные эффекты, сообщат ли об этом самому владельцу или сначала в Управление по делам суперлюдей? И что будет, если человек в будущем откажется от медицинского вмешательства?

Улыбка Ньюман на мгновение застыла, но тут же вернулась на место:

— Отличный вопрос. Право собственности на данные принадлежит самому участнику, это базовое правило этики. Результаты исследований, после удаления личной информации, будут открыты. Что же касается вмешательства…

Ее голос стал мягче: — …мы лишь предлагаем поддержку здоровья, а не принуждение. Человеческое тело – как автомобиль: если у машины откажут тормоза, разве вы откажетесь от бесплатного ремонта? Способности – часть вас, и забота о них – это ответственность перед собой, окружающими и всем обществом.

После этого ответа зал взорвался громом одобрительных аплодисментов.

Андре не сел и продолжил:

— А если забота о здоровье потребует от меня ежемесячных отчетов о перемещениях, регулярных психологических экспертиз и запрета на использование сил в определенных зонах? Это тоже будет называться ответственностью перед собой?

Воздух в зале внезапно наэлектризовался.

В этот момент поднялся Люк. Он ободряюще похлопал Андре по плечу и взял микрофон:

— Конгрессвумен, прошу простить моего однокурсника за излишнюю эмоциональность. Мы просто опасаемся, что от нас что-то скроют. Мы привыкли с недоверием относиться к любым обещаниям, сделанным «для нашего же блага».

Ньюман умело воспользовалась моментом, чтобы разрядить обстановку:

— Я понимаю вас. Поэтому каждый этап пилотного проекта будет контролироваться студенческими представителями. Например, той самой группой связных, которую мы скоро выберем. Открытость и прозрачность – единственное обещание, которое я могу вам дать.

Аплодисменты вспыхнули с новой силой, еще жарче.

Уэйд заметил, что, когда Ньюман с улыбкой смотрела на Андре, концентрация голубоватых частиц в ее крови слегка сместилась к глазным яблокам. — Неужели разозлилась? — Подумал он. — Какая мелочная…

Выступление закончилось после получаса непрерывных вопросов. Студенты потянулись к выходу, многие хлынули к трибуне, чтобы лично поговорить с Ньюман. Джилл тоже была среди них, увлеченная восторженной толпой.

Уэйд покинул зал против течения. Ему нужно было убедиться, что все фигуры на этой сцене по-прежнему под контролем.

…

Вечер. Мидтаун Манхэттена, неприметное офисное здание.

Внутри компании по аренде серверов под названием «Крепость данных», чьим официальным профилем было безопасное хранение информации, на деле располагалось одно из убежищ, созданных Мэллори для отряда «Пацанов».

Лифт спустился на третий подземный этаж. Уэйд толкнул дверь и спросил с порога:

— Ну как успехи?

Хьюи яростно стучал по клавишам перед шестью мониторами, по которым со скоростью, от которой рябило в глазах, бежали строки кода:

— Кто-то создал три подставных аккаунта «независимых расследовательских СМИ». Они вовсю постят статьи в духе «инсайдер разоблачает Воут и восхваляет Ньюман».

— Технически исполнено очень тонко. Если бы я заранее не пометил их IP-кластеры, ни за что бы не нашел связь.

— Можешь отследить источник?

— Пытаюсь. — Хьюи вывел карту с десятком мигающих красных точек. — Использовано минимум двенадцать уровней прокси, в итоге все ведет в Восточную Европу… У этой Ньюман серьезная поддержка, она не так проста.

Уэйд перевел взгляд на другой экран, где были систематизированы данные о биологическом оружии из клиники:

— Это материалы для слушаний? Все готово?

— Видео с показаниями доктора Джоны записали вчера. — Хьюи наконец оторвался от работы и потер покрасневшие глаза. — Старик отлично держится в кадре, говорит складно, цепочка доказательств железная… Но Бутчер боится, что если Воут уберет Джону до слушаний, а потом заявит, что видео снято под давлением, подлинность улик поставят под сомнение. Тогда вся эта затея с Джоной пойдет прахом.

Уэйд нахмурился:

— Есть новости из ФБР?

— Мэллори говорит, что в спецгруппе раскол. — Хьюи почесал немытую голову. — Одни хотят на основании этих улик прижать Воут к ногтю, другие боятся, что рухнет национальная система обороны. Воут ведь контролирует больше семидесяти процентов суперлюдей высшего ранга. Они хотят… договариваться.

— Они хотят… использовать улики, чтобы выторговать у Воут уступки?

— Не только. Они хотят контроль над контрольным пакетом акций и главенство в Управлении по делам суперлюдей. — Хьюи горько усмехнулся. — Это политика, Уэйд. Нет абсолютной справедливости, есть только компромиссы и сделки.

Уэйд смотрел на кипы компромата, который они добывали, рискуя жизнями. То, что эти материалы станут разменной монетой на переговорах в Конгрессе, было предсказуемо.

— Торговаться – это их выбор, не наш, — глухо произнес он. — Я на компромиссы не пойду.

— Золотые слова. Как все закончится, возьму отпуск, — Хьюи зевнул и тут же заснул, уронив голову.

Когда Уэйд вышел из убежища, совсем стемнело. Огни города напоминали перевернутое звездное небо, и за каждым огоньком пряталась тень.

Ему оставалось посетить последнее место.

…

Лесное убежище. Камин горел ярче прежнего, в комнате было натоплено.

Солдатика внутри не было. Бутчер сказал, что тот ушел «размяться», – проверить информацию об одном из предполагаемых убежищ Близнецов-подрывников. Французик и Кимико в подсобке возились со снаряжением для подавления сил.

Доктор Джона сидел в кресле, работая на ноутбуке над правками в «Белой книге».

Уэйд присел у огня и принял бутылку пива от Французика:

— Все идет по плану.

— Планы имеют свойство лететь к чертям, — буркнул Бутчер, подбрасывая полено. — Мне тут донесли, что три дня назад Воут перевезли двенадцать «высокорисковых объектов» со своей базы в Чикаго. Пункт назначения неизвестен, но в транспортных накладных значатся установки криогенного жизнеобеспечения.

— Новые подопытные?

— Или новые носители. — Джона поднял взгляд, и его глаза за линзами очков блеснули в свете пламени. — Препарату «Превосходство» нужен мощный биологический фундамент, чтобы раскрыться на полную. Воут всегда искала… идеальный шаблон.

На несколько секунд воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском дров.

— Хоумлендер? — Спросила Кимико на языке жестов.

— Любой из погибших сильных суперлюдей подойдет. — Джона закрыл ноутбук. — Когда я участвовал в ранних проектах, слышал о проекте под кодом «Алая-виджняна». Идея была в том, чтобы собрать генетический пазл из способностей разных суперов и синтезировать «теоретически оптимального и сильнейшего» суперчеловека. Тогда комиссия по этике восстала, и проект заморозили.

— Но если Воут прижмут к стенке и они реанимируют проект, создав тысячи таких тварей… последствия будут катастрофическими.

— Нам нужно знать, куда делись эти объекты, — сказал Уэйд.

— Уже ищем. — Бутчер достал телефон и показал размытый спутниковый снимок. — Автоколонна исчезла в горах Кентукки. Там у Воут огромная территория, оформленная как геологический заповедник. Триста квадратных миль, пятый уровень допуска.

Французик посмотрел на Уэйда:

— Ты же умеешь менять облик. Не сможешь проскользнуть?

— Мало зайти, нужно найти кого-то с доступом и выудить информацию. На подготовку нужно время, — ответил Уэйд. — А пока нам нужно довести до ума Белую книгу и слушания в Конгрессе.

— Воут сейчас воюет на всех фронтах: отбивается от политических атак Ньюман, заминает скандал с клиникой и прячет секретные лаборатории… Мы должны ударить их в самое подбрюшье, пока они мечутся в панике.

http://tl.rulate.ru/book/174853/14837024