Готовый перевод Black Robe: Godokin, the Hard-steel Androgynous Superhero / The Boys: Годокин, супергерой-андрогин из твёрдой стали: Глава 77: Взрыв за взрывом

Банкетный зал, главная сцена.

На огромных экранах по кругу крутились кадры: Прозрачный в своем геройском костюме, гордо расправивший плечи; групповые фото Семерки; трогательные моменты его участия в благотворительных акциях.

Хоумлендер встал за трибуну. Медленно обведя зал взглядом, он произнес низким, гулким голосом:

— Дамы и господа… братья и сестры… Сегодня мы собрались здесь, чтобы проводить в последний путь истинного героя.

Он вскинул голову, словно с трудом сдерживая слезы:

— Всего две недели назад банда безумных террористов самым жестоким образом оборвала жизнь нашего дорогого товарища – Прозрачного.

Лицо Хоумлендера исказилось от ярости, он вскинул кулак, и его голос окреп:

— Эти трусы даже не осмелились встретиться со мной лицом к лицу! Они способны лишь на подлые удары в спину герою, который защищал этот город!

— Мой брат до последнего вздоха оставался верен своей клятве оберегать каждого из нас… Уходя на свое последнее задание, он еще говорил мне: «Вот закончим дело, и обязательно сходим поесть тако».

Хоумлендер смахнул слезу, и в зале послышались приглушенные рыдания.

«Ну и разошелся, артист!», – Уэйд приобнял Джилл, скорбно шмыгнув носом. Он искоса поглядывал на камеры: «Где там Хьюи? Почему не выкладывает видео? Неужели заминка?»

Он заметил спикера палаты представителей Дэймона, который в первом ряду о чем-то шептался с Мэделин. Было ясно, что этот старик полностью под ее каблуком – не зря же он продвигал в Конгрессе «Закон о супергеройской безопасности».

«Друг моего врага – мой враг. Сдохни», – Уэйд сосредоточился, почувствовав мерный ток крови в теле Дэймона. Он подумывал прямо сейчас взорвать его неестественно раздутое сердце, чтобы посеять хаос и потянуть время.

Хоумлендер продолжал, яростно размахивая руками:

— Но эти палачи… им мало было забрать жизнь моего друга! Теперь они пытаются очернить его имя и репутацию нашей корпорации своими гнусными методами!

Он с силой ударил по трибуне:

— Они думают, что это пошатнет нашу веру? Что мы отступим? Нет! Это лишь сплотит нас! Теперь каждый герой видит, с какими беспринципными чудовищами мы имеем дело!

Хоумлендер вошел в раж, вскидывая руки для очередного пассажа…

Треснуло!

Все экраны, включая огромную трансляционную панель, мгновенно погасли.

Пламенная речь Хоумлендера оборвалась, сменившись резким скрежетом статических помех.

По залу прокатилась волна вибраций и звонков. Гости хватались за телефоны, раздавались возгласы удивления, начался тревожный шепот.

Вж-ж-ж…

Внезапно на экранах вспыхнуло изображение. Это был Прозрачный!

На видео он, совершенно нагой, стоял на коленях на бетонном полу, дрожа всем телом.

Обливаясь слезами и соплями, он бессвязно выл в камеру:

— Я признаюсь! Я, Алекс Хуссер, кодовое имя Прозрачный… я выполнял для Корпорации Воут много грязной работы…

— Те нелегалы, бездомные… они не были добровольцами. Это подопытные крысы. Разные версии Препарата Ви отрабатывались на их жизнях.

— Пришел приказ сверху… сказали, что этот мусор идеально подходит для тестов на долгосрочные побочные эффекты.

— Мы на Ближнем Востоке, в Северной Африке, в Южной Америке… сами создавали супертеррористов! Снабжали их Препаратом Ви, помогали антиправительственным группировкам, а потом, под видом миротворцев, сдирали с местных властей баснословные деньги за зачистку! Снова и снова, как сбор урожая… — его голос сорвался на плач, в котором сквозила обреченность. — Все эти спасенные из зон конфликтов семьи… это была наша постановка!

Прозрачный забился лбом о пол:

— Я виновен, мы все виновны… Воут – лицемерная контора, они обманули всех, а я был просто инструментом для выкачивания денег!

Это «видеопризнание» обрушилось на зал подобно кувалде. Послышались возгласы ужаса и лихорадочный шепот.

Мэделин побледнела. Она бросилась к техническому персоналу, отвечавшему за трансляцию, и сорвалась на крик:

— Чем вы заняты?! Нас взломали, а вы хлопаете ушами! Немедленно обрубите эфир!

Ошарашенные сотрудники начали лихорадочно выдергивать кабели питания из панелей.

— М-мисс, — пролепетал ответственный за трансляцию, дрожащей рукой протягивая телефон. — Наши мобильники тоже взломаны, видео крутится прямо на них… И эти хакеры запустили ролик по всей сети. Мы не можем его заблокировать.

Мэделин едва не раздавила смартфон в руке. Сквозь зубы она процедила:

— Делайте свою работу. Я свяжусь с пиарщиками и технарями. — С этими словами она вылетела из зала.

На сцене Хоумлендер, наблюдая за нарастающим хаосом, быстро сменил выражение лица.

Хлоп, хлоп, хлоп…

— Друзья, прошу внимания! — Он громко захлопал в ладоши, изображая праведный гнев. — Это наглая фальшивка и клевета! Корпорация Воут всегда стояла на страже нации, неся безопасность и надежду!

— Это заговор террористов! Они не просто зверски убили моего брата, они пытками заставили его записать эту ложь перед смертью! Их цель – очернить нас и разрушить стабильность, которую мы создавали вместе! Мы не позволим им победить!

Его экспрессия подействовала. Многие гости, поддавшись эмоциям, начали аплодировать. Ситуация, казалось, начала выправляться.

Видя, что порядок восстанавливается, Хоумлендер сжал кулак:

— О чем это говорит? О том, что террористы уже среди нас! Они используют эти грязные методы только потому, что… боятся! Боятся, что мы будем сражаться за народ и правительство!

Гром аплодисментов сотряс зал, но длился он недолго.

Политики и знаменитости внизу снова уставились в свои телефоны. Их лица стремительно менялись.

На каждом экране теперь крутился другой ролик – местами зернистый, но пугающе четкий: Хоумлендер в салоне летящего самолета. Из его глаз бьют алые лучи, разрезая пассажиров на куски под нечеловеческие крики.

Кадры кровавой бани обнажали саму суть бойни.

Шок. Ропот. Паника.

Руки аплодирующих застыли в воздухе. Политики в ужасе разинули рты. Люди инстинктивно начали пятиться от сцены, опрокидывая бокалы и фуршетные столики.

Хоумлендер, заложив руки за спину, в недоумении смотрел на внезапно затихшую толпу, в глазах которой читался неприкрытый страх.

Эшли выбежала на сцену и, дрожа, протянула ему смартфон:

— Сэр, взгляните… Нам лучше уйти. Пусть этим займется отдел по связям с общественностью.

Хоумлендер уставился в экран. Его зрачки сузились, он не мог вымолвить ни слова.

Мэделин, перехватив микрофон, попыталась вернуть контроль над ситуацией:

— Прошу всех сохранять спокойствие! Это хакерская атака на нашу сеть! Все эти видео – фейк!

Хоумлендер взял телефон. Глядя на «шедевр собственного авторства», он чувствовал, как ярость борется в нем с паникой.

Пытаясь подавить эмоции, он взревел:

— Это тотальная дезинформация! Посмотрите на качество, на эти размытые тени! Это не я!

— В то время я был с Мэйв! Мы не успели добраться до самолета до того, как он упал! Как я мог там оказаться? Это подлый заговор против меня и против Воут!

Внизу Мэйв смотрела в свой телефон. Глядя на саму себя – безучастную и холодную на видео, – она чувствовала, как на сердце наваливается свинцовая тяжесть.

Она помнила, как пассажиры снимали их на телефоны. Она думала, что всё сгорело при падении, не оставив улик.

Мольбы о помощи и искаженные ужасом лица снова всплыли в памяти. Ощущение двух маленьких девочек, буквально раздавленных реальностью в ее руках, казалось, преследовало ее до сих пор.

Боль, словно от тысячи стрел, пронзила грудь Мэйв. По ее щекам покатились слезы.

Тем временем Хоумлендер на сцене осознал: что бы он ни говорил, реакция зала не менялась. Взгляды, полные подозрения и страха, жалили его. Он уже видел, как его репутация и величие рассыпаются в прах.

Эшли тихонько потянула его за локоть:

— Сэр, пиарщики разберутся, идемте…

Хоумлендер открыл было рот, но на его лице отразилось лишь бешеное раздражение. Он сошел со сцены и направился к выходу.

Мэделин и Саймон о чем-то яростно спорили у дверей. Хоумлендер, чеканя шаг и чернея лицом, шел прямо на них.

Бум! Плюх-плюх – Бах – Дзынь!

Тело Саймона без малейшего предупреждения взорвалось. Брызги крови и осколки костей веером разлетелись в стороны, окатив Хоумлендера и Мэделин с ног до головы.

Нападение прямо в Башне Воут было настолько за гранью реальности, что оба на мгновение впали в ступор.

Мэделин издала сдавленный вскрик, задыхаясь:

— Х-ха… С-спикер Саймон… Как же так…

— Кто?! Кто это сделал?! — Хоумлендер застыл, придерживая Мэделин. Теплая кровь стекала по его щекам и костюму. Он заговорил как в бреду:

— Я понял. Теперь я всё понял! Террористы прямо здесь, среди гостей!

Он помог Мэделин обрести равновесие, его глаза налились багровым светом:

— Стой здесь. Я сейчас выпотрошу эту мразь!

Мэделин вцепилась в его руку, шепча:

— Послушай меня! Не смей!

— Те ролики уже в сети! Нам нужно спасать положение, мы не можем восстановить против себя всех этих людей!

— И что, просто стоять?! Этот старик сдох прямо у меня под носом! Это моя репутация! Мои рейтинги! Ты хоть понимаешь?!

— Иди! Давай, примени силу, и тогда все окончательно поверят видео! Пусть увидят, кто ты такой на самом деле!

Хоумлендер разжал кулаки. Скрежеща зубами, он спросил:

— И что ты предлагаешь?

Мэделин подхватила край его плаща и стерла кровь со своего лица. В ее глазах вспыхнула лютая злоба:

— Не забывай… Здесь… Наша территория!

В зале воцарился хаос. Гости метались в поисках укрытия, крики и ругань не смолкали.

Эшли среагировала мгновенно. Она принялась четко раздавать команды охране:

— Быстро! Уводите их в безопасную зону!

Уэйд подхватил Джилл и последовал за Кулой к одному из дополнительных выходов: «Ну, посмотрим, как они будут выкручиваться на этот раз».

http://tl.rulate.ru/book/174853/14836856