Готовый перевод Marvel: Cosmic Forger of Infinity / Марвел: Кузнец Бесконечности: Глава 4: Цена Творения

Пятьсот пятьдесят долларов.

Цифра выжгла себя на чеке у меня в голове — как тавро. Я стоял посреди своей жалкой студии, окружённый несколькими тяжёлыми пластиковыми пакетами, из которых тянуло смешанным запахом свежей древесины, химического клея и выделанной кожи. Этот запах — запах потенциала — был единственным, что отделяло меня от полноценной паники.

Пятьсот пятьдесят долларов, спущенных на будущие эксперименты. Для Джона Томпсона — огромная, неподъёмная сумма. Для меня в нынешнем положении — тоже. Я совершенно искренне, почти по-детски надеялся, что эта ставка окупится сторицей. Потому что, глядя на всё купленное, я ясно понимал: если ничего не выгорит, если «технология» из первого броска окажется мусором, а не золотой жилой, — придётся отрабатывать этот долг. Долго. Мучительно. Продавая хот-доги на углу или отдраивая тарелки в какой-нибудь прокуренной забегаловке.

Но если честно взвесить риски — что я терял на самом деле? Долг по кредитке, который можно реструктурировать или попросту игнорировать, переехав в другой штат? Репутацию и студенческий диплом, на которые мне было глубоко плевать? Всё это — пыль по сравнению с тем, что я уже потерял, и с тем, что мог приобрести.

В крайнем случае у меня всегда был козырь в рукаве: инвентарь. Соблазн был реальный. Я отчётливо представлял, как легко он решил бы все финансовые проблемы. Выскользнуть ночью, убрать в инвентарь бронированную дверь, войти в ювелирный, смахнуть пару лотков с бриллиантами в хранилище — и спокойно уйти. Но я гнал эти мысли прочь. Мне искренне не хотелось ступать на эту наклонную плоскость. Не из какого-то абстрактного морального кодекса — из чисто практических соображений.

Этот мир кишел телепатами, колдунами, детективами-гениями, уличными мстителями со сверхчеловеческим слухом и всевидящими правительственными структурами. Привлечь к себе ненужное внимание здесь было пугающе легко, а люди, которых это внимание приведёт, — даже в лучшем сценарии — твои враги по умолчанию. Так что пока я попробую оставаться честным человеком. Обычным работягой с волшебным карманом и кредиткой.

Настоящий вопрос был в другом: с чего начать. Вариантов хватало. Я аккуратно разложил всё купленное на единственном столе — и этот натюрморт мастерового немного унял нервы.

Первое и наиболее очевидное — почти родная стихия: работа с деревом. Я с любовью провёл пальцами по рукояткам нового набора стамесок и резцов. Рядом лежали листы наждачной бумаги разной зернистости, маленькая острая ножовка, банка лака и несколько брусков липы и сосны. План простой: проверить разные варианты. Начать с базовой декоративной фигурки, потом перейти к чему-то функциональному — шкатулке или на крайний случай ложке. Нужно понять, делает ли система разницу между вещами для красоты и вещами для дела. Что она ценит больше — эстетику или практичность?

Второе — механика и инженерия. Раз уж я упомянул картофельную пушку, придётся доводить дело до конца. Я мужик или нет? Спаггет-ган состоится — и тут без вариантов. В сети были буквально сотни схем, от самых примитивных до почти профессиональных. Я остановился на классической, проверенной конструкции.

Для неё я купил несколько труб ПВХ разного диаметра, клей для пластика, пьезоэлемент от старой зажигалки, фитинги и баллон пропан-бутановой смеси. Мне было искренне интересно, как система классифицирует эту сборку. Признает ли её «оружием»? И сколько ОР выдаст? Я был почти уверен, что счёт пойдёт на десятки. Всё-таки картофельная пушка — она и в мире Мстителей картофельная пушка.

Третье — кожевенное дело. Изначально я хотел глину, но быстро сообразил: нормальная керамика требует печи обжига, а у меня — двухконфорочная плитка. Идею с глиной пришлось отложить. Вместо этого я взял стартовый набор для работы с кожей: несколько кусков растительного дубления, острое шило, набор пробойников, катушку вощёной нити и правильные иглы. Нож для бумаги и металлическая линейка закрывали всё остальное. По нескольким гайдам из сети план был такой: сделать простой картхолдер. Что-то практичное и надёжное.

Прежде чем начать, я провёл маленький ритуал, привезённый из прошлой жизни. Сварил крепкий чёрный кофе в старой медной джезве Джона — начищенной до блеска. Запах заполнил крошечную студию и на мгновение перебил вонь дешёвых обоев и бедности. Сидя за столом, заваленным инструментами и материалами, я смотрел на всё это — и почувствовал нечто почти забытое: предвкушение. Это было не просто начало работы. Это было объявление о намерениях.

В прошлой жизни каждый новый проект начинался именно так: чашка кофе и тихое планирование. Время, когда я мысленно проходил через все этапы — от первого реза до финальной полировки. Теперь, в чужом теле в чужой квартире, этот простой ритуал стал мостом между тем, кем я был, и тем, кем являюсь сейчас.

Он напоминал мне: под всем этим марвеловским хаосом я в глубине душ оставался прежним. Тем, кто берёт беспорядок сырого материала — и превращает его в порядок готовой вещи. Неважно, делаю я табурет, картофельную пушку или — может, когда-нибудь — нечто способное спасать жизни. Процесс был священен.

Ещё раз окинув взглядом импровизированный верстак и мысленно прокрутив следующие шаги, я решил не усложнять и начать по порядку. С дерева. С того, что знакомо. Если это принесёт мне оставшиеся пятьдесят ОР — буду счастлив. Всё остальное пойдёт на фарм к следующему броску.

— Итак, что нужно вырезать, чтобы система однозначно засчитала это как деревянную фигурку? И в какой именно момент она фиксирует работу завершённой? — спросил я вслух, поднимая небольшой брусок липы размером примерно с кулак.

В ту же секунду, как пальцы сомкнулись на нём, я ощутил нечто похожее на облегчение. Глубокое, почти физическое. Мягкий сладковатый запах липы, её податливая, ровная текстура — всё это было до боли знакомым. Кусочек прошлого мира. Осязаемый якорь в этом океане безумия. Не бумажные журавлики, не студенческие лекции. Настоящая работа.

Я взял резец — и рукоятка легла в ладонь как влитая. На мгновение я закрыл глаза, и воспоминание всплыло с пронзительной чёткостью: струганое крыльцо родного дома, тёплое летнее солнце на спине, и Лёшка — соседский шестилетка, — сидящий на корточках рядом и широко раскрытыми глазами следящий за тем, как из такого же вот бруска рождается деревянная лошадка. Я помнил, как вложил её в его руки — и как всё его лицо вспыхнуло простой, незамутнённой радостью. Маленький момент из жизни, которой у меня больше не было.

Боль была острой — как лезвие в руке. Я замер на секунду, глядя на брусок. Это будет не просто фигурка. Это — призрак из прошлого, воспоминание, отлитое в твёрдую форму. А потом в голове мелькнула мысль: а вдруг система считывает больше, чем сложность и материалы? Вдруг она регистрирует эмоциональную вложенность? Намерение? Ведь та лошадка для Лёшки была не просто ремесленным упражнением. В ней было тепло, искреннее желание порадовать ребёнка, крупица души.

А что я вкладываю сейчас? Холодный расчёт. Жажду ОР. Ремесленник, заключивший сделку с дьяволом, чья продукция — просто валюта. Интересно, заметит ли система разницу. Если я вырежу эту фигурку с той же теплотой, что и ту лошадку, — наградит ли она щедрее? Или бездушный механизм всегда лишь перебирает переменные в формуле?

Я усмехнулся. Пытаться очаровать или разжалобить универсальный артефакт — глупость. Но я всё равно попробую вложить в эти плавные изгибы не только мастерство — но и то тихое удовольствие от создания вещи. Хотя бы ради себя самого.

Ладно. Хватит сентиментальности. Была задача. Деревянные фигурки. Несмотря на то что скульптором я себя никогда не считал, годы работы с деревом давали о себе знать — кролики почему-то всегда выходили особенно хорошо. Простая, узнаваемая форма. Незачем изобретать велосипед. Я устроился поудобнее, включил на ноутбуке фоном новостной канал и приступил. Стружка завивалась на стол ровными душистыми спиралями, резец тихо пел свою размеренную песню, и я почти забыл, где нахожусь и зачем вообще всё это делаю. Я просто работал. И это было прекрасно.

— …тем временем представители Контроля Ущерба сообщают, что уборка после недавнего инцидента в Бронксе, по предварительным оценкам, завершится к пятнице. Мэрия вновь призывает жителей не приближаться к оцепленным кварталам…

Я хмыкнул, не отрывая взгляда от работы. «Инцидент». Какое чистое, стерильное слово для того, что почти наверняка было очередной дракой между каким-нибудь тяжеловесом класса Халк и классом Мерзость, попутно снёсшей пару городских кварталов.

— …в главных новостях науки: объявлено, что блестящий учёный доктор Отто Октавиус через месяц, четырнадцатого октября, проведёт закрытую презентацию для инвесторов. Ожидается, что он впервые представит прототип своих нейроинтерфейсных манипуляторов — по имеющимся данным, потенциальный прорыв в областях от хирургии до строительства.

Рука дрогнула, и резец выхватил слишком большую щепку из будущего кроличьего уха. Чёрт. Октавиус. Ещё один гений, готовый свернуть очень не туда. Мысленный календарь щёлкнул и встал на место. События только начинали раскручиваться. Я осторожно подправил форму, чуть наклонив голову зайца, чтобы скрыть изъян. Работая под грузом этих мыслей о мире, неспешно, но верно катящемся под откос, я довёл фигурку до конца. Последний проход наждачной бумагой — и вот оно: гладкое, приятное существо, идеально ложащееся в ладонь. На всё ушло около получаса. Я поставил его на стол и замер в ожидании системного уведомления, задержав дыхание.

[Создана простая деревянная фигурка. Сложность: минимальная. Получено +5 ОР!]

Да. За тридцать минут расслабленной, почти медитативной работы — в пять раз больше ОР, чем за одного бумажного журавлика. Система ценила настоящее мастерство даже в простейшем его проявлении. Это было не просто обнадёживающе. Это был фундамент. Я начинал понимать правила этой игры.

Взяв следующий брусок, я принялся вырезать второго кролика — точную копию первого. Но на этот раз намеренно транслировал системе мысленную пометку: «Работа не завершена, пока я не покрою её лаком». Система промолчала. Даже когда вторая фигурка была полностью вырезана и отшлифована — никакого уведомления. Но стоило мне нанести кисточкой тонкий слой лака и выставить её сохнуть на листе бумаги — результат пришёл немедленно.

[Создана простая лакированная деревянная фигурка. Сложность: минимальная. Получено +6 ОР!]

Одно бесплатное ОР — за лишнюю минуту финишной обработки. Теория подтверждена. Чем многоэтапнее и завершённее работа, даже если дополнительные стадии незначительны, — тем выше итоговая награда. По этой логике картофельная пушка, требующая резки, склейки, монтажа фитингов и установки поджигающего механизма, должна была отсыпать щедро. Очень щедро. Я едва сдерживался, чтобы не броситься к ней прямо сейчас, — но дисциплина прежде всего. Нужно закрыть оставшиеся тридцать девять ОР и наконец покончить с первым броском.

Следующие три часа превратились в небольшой конвейер лакированных деревянных кроликов. Я мог бы остановиться, выполнив норму, но что-то внутри продолжало гнать вперёд — нащупать потолок.

Десятый кролик. Одиннадцатый.

[Создана простая лакированная деревянная фигурка. Сложность: минимальная. Получено +3 ОР!]

[Внимание! Лимит получения ОР в области создания деревянных фигурок минимальной сложности частично исчерпан. За следующие 9 фигурок будет начисляться +3 ОР.]

Даже лаковый бонус перестал работать. Обидно. Но счётчик теперь показывал сто двенадцать ОР. Более чем достаточно. Не затягивая, я открыл системный интерфейс, нашёл вкладку «Ковать Реальность», медленно выдохнул — и нажал иконку молота.

Никакой помпы. Никакого светового шоу. Никакой эпилептической гача-анимации. Моя система была агрессивно практичной. Просто текстовое уведомление:

[Получен Чертёж (простой). Проект: Арканум паровых механизмов и тёмной магии. (Разблокировка технологии стоит 50 ОР.)]

Эта небольшая папка содержит одну схему на ваш выбор из доступных в Арканум. Можно выбрать как стандартные технологии — например, «Лёгкий Топор» или «Слоновье Ружьё», — так и прототипы изобретений, не входящие в стандартные технологические дисциплины: «Чудо-Препарат», «Электро-Броня» или «Транквилизирующее Ружьё».

Итак. Что теперь? Я перешёл на вкладку «Технологии» и обнаружил новую, серую, неактивную строку с названием проекта. Заблокировано. Какого чёрта? Я уже заплатил сто очков за бросок! Честно перемолол эти ОР, вырезая идиотских кроликов — всё ради права заплатить снова?

— Вы серьёзно сейчас? — слова вырвались раньше, чем я успел прикусить язык.

Вернувшись на вкладку «Ковать Реальность», я с тяжёлым чувством заметил, что стоимость следующей активации выросла. «Ковать Реальность. Стоимость: 150 ОР».

Полторы сотни за следующий. Потом двести. Потом двести пятьдесят — и так далее. Неприятно. Очень неприятно. Горячая, бесполезная ярость поднялась откуда-то из глубины. Захотелось швырнуть что-нибудь в стену, расколотить этих дурацких кроликов вдребезги. Я взял себя в руки. Глубокий вдох. Медленный выдох. Злость — скверный советчик.

Нужно было думать. Система — не игровой автомат. Она не выдала мне случайный мусор. С первой же попытки она дала не один конкретный чертёж, а целый каталог — папку с проектами — и предоставила выбор. Но выбор шёл с ценником. Это было по-своему логично. Глубоко раздражающе — но логично.

Настоящая загвоздка, как всегда, крылась в деталях. «Арканум паровых механизмов и тёмной магии». Слово «магии» немедленно насторожило мой практичный ум. А вдруг выбранный чертёж потребует ингредиентов, которые мне физически не достать? Вдруг в «Чудо-Препарат» входит молотый рог грифона или слёзы феникса? Вдруг «Электро-Броня» требует вибраниум, который нигде не купить за пределами Ваканды? Вдруг сплав для «Лёгкого Топора» нуждается в уру-металле из кузниц Нидавеллира? И что тогда?

Единственный выход — продолжать фармить. Этот «Арканум» был либо долгосрочной инвестицией в туманное будущее, либо собирался приятно удивить меня в момент разблокировки. Я посмотрел на оставшиеся деревянные бруски. Хватит кроликов. Пора делать что-то функциональное. Заодно проверю, как система оценивает утилитарные предметы. В любом случае пятьдесят ОР, нужные для разблокировки, я наберу до конца дня.

Взяв новый брусок и отпилив ножовкой нужный кусок, я снова устроился поудобнее — и принялся вырезать простую деревянную ложку. Двадцать минут работы, и вот результат.

[Создан простой деревянный предмет утвари. Сложность: минимальная. Получено +5 ОР!]

Столько же, сколько за кролика. Лакировать ложку я не рискнул, но был доволен. Ложки проще и быстрее. Следующие несколько часов прошли в неспешной, тихой резьбе — счётчик ОР методично полз к цели.

Комната наполнилась стружкой. На столе осел налёт лака и древесной пыли. В углу выстроилась небольшая армия деревянных кроликов, рядом росла стопка ложек. Запах дерева стоял густой и хороший. Я посмотрел на свои руки. Руки Джона. За день они покрылись мелкими царапинами и занозами, на пальцах начинали проступать первые грубоватые мозоли. Они становились чуть менее чужими. Превращались в рабочие руки. В инструмент мастера.

В мышцах стояла приятная усталость — та, что приходит после долгого продуктивного дня. Сегодня я сделал больше, чем Джон Томпсон, судя по всему, успевал за целый год своей жизни. Я не просто выживал. Я двигался. Ставил цели и достигал их. Пока маленькие — набрать очков, разблокировать чертёж, — но они существовали. Они давали мне направление в этом безумном мире. Я ещё не знал, что ждёт меня внутри этого «Арканума», но впервые за долгое время, глядя вперёд, я чувствовал не страх. А острое, голодное любопытство.

[Создан простой деревянный предмет утвари. Сложность: минимальная. Получено +3 ОР!]

[Внимание! Лимит получения ОР в области создания деревянных предметов утвари минимальной сложности частично исчерпан. За следующие 9 изделий будет начисляться +3 ОР.]

Счётчик наконец застыл на шестидесяти пяти ОР. Пятьдесят из них вот-вот уйдут на первую разблокировку. Наконец-то я выжму из системы что-то по-настоящему полезное. Или точнее — чертёж чего-то полезного.

[Вы действительно хотите разблокировать Чертёж (простой). Проект: Арканум паровых механизмов и тёмной магии — за 50 ОР?]

Я ответил твёрдым мысленным «да» и задержал дыхание, не зная толком, чего ожидать. Чего-то примечательного, может быть. Хотя называть свою нынешнюю жизнь примечательной — это было бы слишком щедро.

http://tl.rulate.ru/book/172829/13984121