Готовый перевод Harry Potter: MageX / ГПxМарвел: Х Маг: Глава 18

Лицо Дамблдора дрогнуло, но старик не собирался отступать.

— Это был единственный путь, Гарри. Единственный известный мне способ обезопасить тебя. — Он выглядел так, словно хотел добавить что-то еще, но Гарри не позволил ему.

— Нет, — парировал Гарри. — Вы не обезопасили меня. Вы посадили меня в клетку и назвали это «защитой». — Он взмахнул рукой в сторону потолка, словно готов был сорваться. — Я был просто шахматной фигурой, не так ли? Великий Гарри Поттер, Избранный, низведенный до пешки в каком-то грандиозном замысле.

— Гарри, я... — начал Дамблдор, но Гарри уже зашел слишком далеко.

— Мне был один год! — крикнул он, внезапно почувствовав, как из него вырываются годы разочарования. — И я должен быть благодарен за то, что вы посчитали, будто мне будет лучше расти с кучей людей, которые относились ко мне как к мусору? Вы использовали меня, старик.

Прежде чем Дамблдор успел ответить, голос разрезал напряжение, как нож масло. Он был спокойным, собранным и совершенно невозмутимым перед бушующей в комнате бурей.

— Гарри туда не вернется. — Чарльз Ксавьер, который все это время тихо наблюдал, сидя в своем инвалидном кресле, подался вперед. Его голос был твердым, но не агрессивным — из тех, к которым прислушиваешься, потому что они дают почувствовать, что ты в надежных руках. — Это не обсуждается.

И в тот же миг напряжение в комнате словно сдулось. Гарри моргнул, глядя на Ксавьера, и от внезапной ясности мыслей у него почти закружилась голова. Кто-то... хоть кто-то наконец заступился за него. По-настоящему заступился. А не какой-то великий волшебник, пытающийся оправдать свои дерьмовые решения.

Взгляд Ксавьера смягчился, но слова — нет.

— Я предлагаю передать опекунство над Гарри мне. У меня есть ресурсы, опыт, а главное — уважение к самостоятельности Гарри. — Он сделал паузу и бросил быстрый взгляд на Дамблдора. — Я обеспечу его безопасность и дам ему среду, которую он заслуживает.

У Гарри отвисла челюсть, и на секунду он подумал, что ослышался.

— Вы... хотите забрать меня к себе? — его голос слегка дрогнул, но вопрос повис в воздухе, бросая вызов любому, кто осмелился бы сказать, что это не так.

— Да, — ответил Ксавьер со своей легкой, утешающей улыбкой. — Ты заслуживаешь лучшего, чем то, что у тебя было, Гарри. Пора тебе зажить своей собственной жизнью, а не той, что продиктована древними пророчествами и стариками с великими идеями.

Логан, до этого прислонявшийся к стене, словно какая-то ворчливая статуя, внезапно оттолкнулся от нее с кряхтением.

— Пацан, теперь ты один из нас. Больше никаких Дурслей. Понял, приятель? — Последнее слово прозвучало как удар в плечо, но в хорошем смысле. Гарри не смог сдержать легкую улыбку, тронувшую уголки его губ.

Ороро, молчавшая до этого момента, заговорила, и ее голос прозвучал как легкий ветерок в летний день.

— Ты не один, Гарри. Мы об этом позаботимся.

Впервые Гарри не чувствовал, будто несет на своих плечах тяжесть всего мира. Вместо этого ему показалось, что, может быть — только может быть — у него появилась команда, на которую он может рассчитывать. Словно у него появился шанс на что-то лучшее.

— Спасибо, — тихо сказал Гарри дрогнувшим от эмоций голосом.

Дамблдор, выглядевший более человечным, чем Гарри когда-либо его видел, медленно кивнул; в его выражении лица читалось тяжелое сожаление.

— Ты не один, Гарри, — мягко произнес он, и в его голосе сквозила вина. — Мы поможем тебе.

Гарри ответил не сразу. Вместо этого он просто кивнул — признавая это, но понимая, что простой кивок не сотрет годы боли. Но на данный момент этого было достаточно. Он справится с этим.

Гарри стоял, все еще пытаясь переварить вихрь событий, только что произошедших с ним. В его голове скакали миллионы мыслей, словно снитч под сахарным кайфом, но одно было ясно: все менялось. И не чуть-чуть. По-крупному.

Дамблдор — постоянно присутствующая в его жизни фигура, человек, который заставлял все казаться таким величественным и полным смысла, словно он был мудрым старым волшебником, стоящим за каждым занавесом, — теперь выглядел... немного менее впечатляюще. Гарри почти видел, как аура мудрости мерцает и гаснет, словно старая лампочка. То, как Дамблдор откашлялся? Да, это звучало так, словно он собирался выдать порцию невероятно сентиментальных слов, и Гарри не был уверен, сколько из этого он сможет вынести.

— Гарри, — начал Дамблдор, его голос был мягким и серьезным, будто он проходил прослушивание на роль «Дедушки года» — если бы такая существовала. — Я хочу, чтобы ты понял: это решение, моя поддержка этого шага... исходит из любви и глубокой заботы. — Его очки блеснули в типичной дамблдоровской манере, словно он был в паре слов от какого-то великого жеста — достанет кролика из шляпы и сделает так, что все сразу станет хорошо.

— Конечно, ты заслуживаешь безопасного места. Места, где ты сможешь быть самим собой, где ты будешь не просто Мальчиком-Который-Выжил, а Гарри. Я верю, что профессор Ксавьер может предложить это, и если это лучший путь, то я... что ж, я его поддержу.

Дамблдор выглядел таким... Дамблдором. Гарри хотелось растрогаться, почувствовать, что все будет хорошо. Но он был слишком занят борьбой со своими чувствами, как человек, который только что осознал, что его лучший друг был мошенником. Не то чтобы он не ценил эти чувства. Просто... вся эта история с пророчеством как-то выбила ветер из парусов «мудрого старого наставника».

У него больше не было сил на слезливые речи или грандиозные жесты. Вместо этого он лишь слегка кивнул Дамблдору, чувствуя, как слова, которые ему нужно было сказать, застряли в горле из-за подступившего кома.

— Спасибо, профессор, — сказал он, стараясь говорить ровно. — За все.

Глаза Дамблдора смягчились, как будто в нем томился миллион глубоких, эмоциональных слов, готовых вот-вот сорваться с губ, но Гарри не было интересно их слушать. Он закончил играть в игру «Гарри — Особенный». Вместо этого он нацепил на лицо выражение «я проявляю уважение, но больше не покупаюсь на эту мифологию». Сделать это было непросто, особенно когда у Дамблдора был этот взгляд — тот самый, который заставлял людей думать, что он мудрец, знающий все о жизни, смерти, вселенной... и, возможно, даже о цвете твоих носков.

— В моем сердце всегда будет место для тебя, Гарри, — тихо сказал Дамблдор, одарив его этим душераздирающим дедушкиным взглядом. — Куда бы ни забросила тебя жизнь, помни, что я здесь, ради тебя. Всегда.

http://tl.rulate.ru/book/172572/13509915