Готовый перевод Bleach: Born a Stats Monster, Playing the Mastermind? / Блич: Имба с рождения в роли серого кардинала?: Глава 38 «Йоруичи Шихоин, которую не проведёшь»

Гэндзи Мирай покинул казармы Второго отряда и, идя обратно, чувствовал себя заметно легче.

Он машинально похлопал себя по плоскому животу – словно само это движение прибавило уверенности.

С «Духовной дымовой гранатой» и «Деревянным амулетом замещения», выданными ему Урахарой, безопасность предстоящей поездки в Мир живых, казалось, существенно возросла.

А вся эта история про «массовое скопление душ, которое может привлечь Меноса Гранде»…

То была чистая его выдумка – страшилка, сочинённая на ходу, лишь бы выманить у Урахары что-нибудь полезное.

Прежде чем отправиться к нему, Мирай специально расспросил собственного капитана Кэнсэя об истинной сути задания.

Капитан, хоть внешне и суров, к своим офицерам относился по-человечески – рассказал всё, что знал.

Путь этого поручения до Одиннадцатого отряда вышел довольно витиеватым.

Изначально команду хотели поручить Тринадцатому отряду, но капитан Укитаке Джуширо снова слёг со своей старой болезнью – вести крупномасштабную операцию в Мире живых он не мог.

Третий офицер Шиба Кайэн, хоть и силён, но опыта у него было маловато; с межотрядной координацией подобного уровня он бы не справился.

Тогда решили обратиться к Пятому отряду.

Но стоило капитану Пятого, Хирако Шинджи, услышать слова «возглавить», «координировать» и «ответственность за кучу народа», как тот скривился:

— Сложно и скучно!

Отказался моментально, сославшись на «загруженность внутренними делами».

Мол, у Пятого и без того заданий хватает, а в подмогу бегать, да ещё без намёка на драку – увольте.

Так задание, пройдя круг, перекочевало в Одиннадцатый отряд.

Когда капитан Куруяшики Кенпачи услышал только: «поход в Мир живых» и «возможно, придётся сражаться», он рявкнул:

— Отлично! Берём!

Бойцы Одиннадцатого, услышав это, аж загудели от восторга – им любое «размять кости» уже праздник, а что там по формулировке – поддержка или зачистка – неважно.

По сути, миссия была всего лишь усиленной версией обычного консо в Мире живых. Может, и вправду встретится чуть больше пустых, но ничего сверхъестественного. Уж точно не то, чем он пугал Урахару, и тем более не Менос Гранде.

Теперь, когда всё стало ясно, да ещё и «черные технологии» Урахары при нём, шаг у Гэндзи стал лёгким и уверенным.

Он прикидывал, не получится ли где-нибудь «урвать по знакомству» ещё что-нибудь полезное – для подстраховки.

Стоило ему свернуть за угол, выйдя из ворот Второго отряда, как взгляд наткнулся на знакомую фигуру.

Фиолетовые волосы, собранные в аккуратный хвост, лёгкий загар, и непринуждённая поза – спиной к стене, одна нога согнута, пятка упирается в кирпич. Вся она выглядела так, будто просто грелась на солнце во дворе собственного дома.

Шихоин Йоруичи.

Глаза Гэндзи блеснули, в голове тут же затрещали колёсики его внутреннего калькулятора.

Он поправил выражение лица, и на губах возникла внимательная, чуть печальная улыбка прощания.

Подойдя ближе, он остановился и сказал чуть глуше обычного:

— Йоруичи, какое совпадение. Я как раз собирался зайти проститься.

Она слегка повернула голову. Янтарные глаза скользнули по нему, не говоря ни слова; уголки губ изогнулись в почти насмешливую дугу.

Мирай продолжил тем же, нарочно приглушённым, «с оттенком трагедии» голосом:

— Завтра с утра отправляемся с Одиннадцатым отрядом в Мир живых. Кто знает – война есть война, мир непостоянен… может, уже и не вернусь.

Он сделал паузу, уловил в её взгляде спокойствие и, поддав драматизма, произнёс искренне, будто завещая:

— Всё же знакомы мы немало лет. Если, скажем, в праздники вспомнишь обо мне – подбрось горсть бумажных денег, плесни немного сакэ. Пусть и там, где окажусь, не буду в бедственном положении.

Йоруичи всё так же опиралась на стену. В солнечном свете её зрачки сверкнули, улыбка стала чуть шире, но молчание она не нарушила.

«Что-то не так, – подумал Мирай. – …Обычно она или язвит, или подтрунивает. А тут… тишина?»

Он решился идти глубже, раскручивая «старые связи».

— Конечно, я не привык обременять людей, и сам не люблю быть должным. Мы ведь знакомы… сколько там? Лет тридцать выходит?

— Вот и посчитай: если на каждый год по одной поминальной подаче, – сказал он с едва заметной усмешкой. — Тридцать лет, тридцать порций – честно же, без перегибов.

Йоруичи наконец заговорила. Голос прозвучал мягко, с ленивой усмешкой:

— Не перегибаешь.

Сердце Мирая ухнуло вниз от надежды – попалось!

Но она, сделав крошечную паузу, добавила всё тем же тоном:

— Я сожгу тебе на сто лет вперёд.

Он едва не сбился с выражения лица: бровь дёрнулась, и сердце перескочило в настороженность.

«Минуточку… Это что за подвох? С чего такая щедрость? Непорядок!»

Он откашлялся, скрывая растерянность, и пересобрал тактику:

— Хм… В таком случае я даже чуть спокойнее. Но есть ещё одна просьба.

Он осторожно улыбнулся, глядя вдаль, будто вспоминая:

— В последнее время, знаешь, к нам в казармы Девятого отряда часто забегает одна зверушка – чёрная кошечка, глаза у неё прямо как золото. Озорная, но славная. Если я не вернусь… котейка, наверное, загрустит. — Он поднял на Йоруичи честный, почти трогательный взгляд. — Присмотришь за ней? Поиграй хоть изредка, чтоб не чувствовала себя брошенной.

Йоруичи прищурилась, изучающе глядя на него пару секунд, потом кивнула спокойно:

— Хорошо. Обещаю.

— Э? — внутри у Мирая всё перекувыркнулось. Уж слишком просто! Без намёка, без реакции! Что за броня?

Он сцепил руки за спиной, мрачно думая: «Нет, так дело не пойдёт. Надо добить ход!»

Он поднял глаза и выдохнул уже более серьёзно:

— Есть ещё кое-что, самое важное. Черновики второй части «Мясника из Метеоритной улицы» я наполовину дописал. Если со мной что-то случится… всё это пропадёт даром. — Он вздохнул. — Может, ты поможешь достать рукопись и довести её до ума? Опубликовать, чтобы читатели не остались без финала. Это будет лучшим памятником.

«Вот теперь‑то наверняка её тронет!» – мелькнуло у него.

Йоруичи кивнула почти без выражения:

— Хорошо. Сделаю.

Мирай внутренне сдулся. Все козыри разыграны – а партнёр и ухом не ведёт.

Он тяжело выдохнул, отбросив надежду на «урвать каплю выгоды», и сказал уже ровно:

— Значит, так и быть. Завтра с рассветом сбор; надо вернуться, собрать вещи, подготовиться. До встречи, Йоруичи.

— Угу, — ответила она всё тем же ровным голосом, не меняя позы.

Мирай повернулся и медленно пошёл в сторону казарм Девятого отряда. Спина его будто чуть осела – потерялось что-то в походке, лёгкость сменилась задумчивостью.

Не добыл «Священного Оружия» рода Шихоин – и будто лишился важного оберега. Пусть Урахара и снабдил его неплохими штуками, но до тайных реликвий благородных не дотянуться – обидно.

«Ну и пусть, – подумал он, – что предназначено, то сбудется; а чего нет – не выпросишь.»

Он ускорил шаг, успокаивая себя этим.

Йоруичи, оставшись у стены, наблюдала, как его фигура постепенно теряется вдали. Уголки её губ тронула тёплая, игривая улыбка.

«Не меняется совсем, – подумала она. – …Всё тот же забавный малый.»

Сильный, ловкий, с чутким контролем реацу, но – стоит оказаться рядом с ней – обязательно прикидывается беспомощным.

«Хм… Мир живых?»

Она слегка склонила голову, в золотых глазах блеснула задумчивая искорка.

И правда – давно ведь не наведывалась. Сколько прошло? Десятки лет, может, больше.

Капитану уровня Йоруичи нельзя без регистрации покидать Сообщество душ – их реацу слишком мощна, может нарушить равновесие рейши в Мире живых и вызвать лишние осложнения.

Но…

Улыбка на её лице стала ярче, теплее, почти хищной.

Она не обычный капитан.

Она – Шихоин Йоруичи, Глава клана Шихоин.

А значит, у неё есть собственные пути – вне Сенкаймона, вне надзора Готэй 13.

«Может, прогуляться?»

…

http://tl.rulate.ru/book/172146/13175435