Готовый перевод I Escaped Don't Starve and Got Accepted into Hogwarts / Гарри Поттер: Сбежав из мира «Don't Starve», я поступил в Хогвартс: Глава 27 «Оставшиеся девяносто баллов – всё классовая ненависть»

Кейн небрежно бросил в котёл две крупные порции мяса, а затем навалил туда добрую горсть овощей, даже не глядя, что именно летит в кипящую смесь.

Настал миг чуда: груда сырых ингредиентов вдруг, без малейшего предупреждения, начала меняться – странно, тихо, будто сама по себе. Твёрдое превращалось в жидкое, а затем вновь сгущалось, застывая прозрачными округлыми комками.

Они следили, как эти комки понемногу окрашиваются изнутри наружу, становясь теми самыми тефтелями, что только что были у них во рту.

— Вау… — Гарри глянул на Хагрида. — Вы думаете, домашние эльфы на кухне тоже так нам еду готовят? Ведь Кейн только что сотворил волшебные и, прямо скажем, бодрые тефтели, используя самодельный каменный котёл и твой, Хагрид, котёл из дома.

Это было и волшебно, и… чертовски бодро.

— Не думаю, — после коротких раздумий сказал Рон. — У мамы на все случаи есть заклинания по дому, но даже она не может превратить ингредиенты прямо в такие тефтели. Домашним эльфам это, пожалуй, тоже не под силу.

Он сказал так и, не брезгуя жаром, схватил ещё одну тефтельку, надул щеки и принялся жевать.

Остальные бросились следом – руки вверх-вниз, только вилки мелькали. И не успели моргнуть, как от тефтелей не осталось и следа.

Они сидели во дворе у Хагрида, глядели, как тот, помахав своей замаскированной под цветастый зонтик волшебной палочкой, очистил котёл и утащил его обратно в дом. На миг мир стал удивительно тих: как будто на дворе царило вечное затишье.

— Вот бы и мне твои способности, Кейн, — мечтательно протянул Рон. — В доме меня бы зауважали. Даже Джинни рядом не стояла бы.

Хагрид фыркнул, посмеялся, а потом как всегда окатил ледяной правдой:

— Тогда профессор Снейп тебе этого не простит. Представь: ты на Зельеварении превратил зелье в кастрюлю тефтелей. Снейп бы сам из тебя тефтели сделал.

Кейн, спокойно наслаждавшийся моментом, резко поднял голову:

— Какое ещё Зельеварение? При чём тут я?

— Ты что… — Рон и Хагрид уставились на него. — Ну как же, варят зелья в котле! Неужели не знал?

Кейн сел на валун. Говорят, когда человек не знает, что сказать, ему остаётся только смеяться. Вот и он – выдохнул короткое «ха-ха». Очень в тему.

А ведь когда он только что лепил свои тефтели, никаких Теней не призывал. Всё вышло чисто на удаче, словно с Феликс Фелицисом.

И теперь выясняется, что на уроках зельеварения тоже нужен котёл?

— А чем ещё? — Гарри почесал голову, явно удивляясь. — Что, по-твоему, на Зельеварении пользуются кофемолкой, чтобы из зелий делать конфеты? Или ты письмо о зачислении не читал?

— Не может быть, Кейн же Дамб…

— Кхе-кхе! — Раздался гулкий кашель Кейна, перебивший Хагрида.

Перебить! Срочно перебить! Ведь Гарри до сих пор верит, что Кейн жил под мостами и питался из мусорок – лучше пусть так и думает, иначе вспышки гнева не миновать, а у Кейна, признаться, психика не железная.

— Ты в порядке? — Спросил Хагрид.

— Э… Вспомнил, мне нужно в библиотеку, к профессору Флитвику, за книгой, — торопливо заявил Кейн. — Гарри, Рон, идём! Хагрид, пока!

Он схватил друзей за рукава, и троица выскользнула прочь.

Что до Зельеварения… дойдём до моста – там и посмотрим. Вдруг профессор Снейп и правда добрый человек, просто холоден снаружи?

Скоро они уже были в библиотеке. Кейн показал мадам Пинс записку от Флитвика и, оставив Гарри и Рона снаружи, направился в Запретную секцию.

Тем временем туда вошла Гермиона. После еды, парочки партий в волшебные шахматы и пары выполненных заданий, самое время было посвятить себя книгам.

Она бродила вдоль полок, теряясь в море переплётов, и именно когда протянула руку к полке у самой границы Запретной секции, мадам Пинс мягко, но решительно преградила ей путь.

— Дальше проход воспрещён, — тихо сказала мадам. — Туда могут только преподаватели и особо допущенные волшебники.

В этот момент Кейн вышел из-за стеллажей, неся громоздкий «Полный определитель манящих чар». На выходе он махнул рукой:

— Привет, мадам Пинс. Привет, Гермиона.

Поздоровался – и тут же исчез вместе с Гарри и Роном.

Гермиона проводила их взглядом, чувствуя, как весь магический мир давит на грудь невидимым грузом социальных стен. Что с этим делать?

Она не знала. Но ведь убивать нельзя, правда?

Вернувшись в гостиную Гриффиндора, троица уселась в угол. Гарри с Роном заиграли в волшебные шахматы, а Кейн углубился в чтение громоздкого тома о манящих чарах.

Прошёл весь полдень. Кейн понял: судьба подписана. Как человек без алфавита не выучит английский, а без таблицы Менделеева – химию, так и он, не посетив ни единого урока Трансфигурации, не осилит волшебную науку. Несколько дней самоподготовки в Косом переулке ничего не решали.

Если он когда-нибудь этому научится – это будет настоящее чудо.

Зато первая пара после обеда – Трансфигурация. Можно будет впитать хоть что-то и потом задать вопросы профессору Макгонагалл. Почему бы не попробовать?

Он уже представлял: выучит заклинание Призыва – и вот, гигантские пчёлы-убийцы, рой тьмы проносится над полем, за ними – орда жаб, сметающая всё живое. Никто не уйдёт без укуса.

Если же вдруг попадётся противник с числами над головой, он сам, без формул и зелий, вылепит парочку боссов. Или пустит в ход свой Тёмный меч, если тот будет готов.

Эм-м-м… Тёмный меч. Хорошо бы достать немного золота, усовершенствовать верстак и исследовать формулу – без этого чары не откроются.

Как и любая магия: нельзя ведь, сразу после рождения, зажечь пламя уровня газовой горелки Грин-де-Вальда. Нужно расти, копить деньги, золото, собирать синие и красные самоцветы – всё стоит своих галеонов.

Вдруг он почувствовал, как что-то пошевелилось в кармане. Ах да, он ведь так и не вернул Невиллу его Тревора!

Невилл, должно быть, сейчас в соседней спальне. Кейн мигом подскочил, побежал туда и вернул жабу хозяину.

А по пути обратно – столкнулся в коридоре с Гермионой.

И в тот миг он ясно увидел: в её взгляде смешались доброжелательность друга, уважение к способному ученику, благодарность за помощь перед Церемонией распределения – и девяносто баллов чистой классовой ненависти.

Гермиона, заметив его, инстинктивно обошла по широкой дуге: будто само его присутствие раздражало, будто внутри вспыхнуло желание врезать ножом, но статус друга удержал – пока. Дистанция, минимально безопасная, чтобы сохранить ему жизнь.

— Хм… — Кейн почесал подбородок, с любопытством глядя ей вслед.

— Кейн, давай, Трансфигурация вот-вот начнётся. Чего застыл на лестнице? — Удивился Гарри.

— Ничего, — отозвался Кейн. — Просто не понимаю, с чего это Гермиону так переклинило. Да ладно, пойдём на урок.

http://tl.rulate.ru/book/172145/13113986