Готовый перевод Перезапуск / Временная петля: Глава 3

Сквозь прорезь налобного протектора Арик увидел, как к нему летит чёрная точка.

Он перехватил кунай в левую руку и подставил его под удар.

Лязг.

По руке прошла тяжёлая отдача.

Он пытался парировать удар, уведя его в сторону, но это удалось лишь наполовину, и теперь предплечье пронзила тупая боль.

Арик обрушил свой меч на голову того, кто нанёс удар кунаем.

Бах.

Противник рефлекторно вжал голову в плечи, и клинок соскользнул ему на плечо.

Раздался глухой стук, и рукоять завибрировала в руке.

— Кх, убью… тебя.

Пробормотал враг и, перехватив кунай покороче, замахнулся.

Движения были отточенными.

Арик, не раздумывая, ударил его ногой в живот.

— Кха!

Противник потерял равновесие и рухнул на землю.

Это была рукопашная схватка, почти свалка.

Когда передовые отряды сцепляются и смешиваются, свои и чужие неизбежно перемешиваются.

А значит, упасть — означало умереть.

Оторвав взгляд от поверженного врага, Арик крепче сжал рукоять клинка и стал искать своих.

Потеряешь голову и будешь носиться сломя голову — умрёшь. Если в такой свалке изображать из себя берсерка, то станешь не берсерком, а трупом.

Причина, по которой он так долго выживал со своим ничтожным талантом.

Арик знал своё место.

«Не высовывайся».

Он отразил клинком кунай, прилетевший невесть откуда.

Лезвие ударило в лезвие, высекая сноп искр.

«Атакуй коротко и просто».

Парировав удар, Арик сжал рукоять меча и взмахнул им.

Тук.

Тяжёлая отдача ударила в руку.

Какой-то невезучий вражеский шиноби получил по голове и повалился набок.

В грудь упавшего вонзился кунай одного из своих.

Стёганый бронежилет из слоёв хлопка и льна не выдержал удара и глубоко продавился внутрь.

Раненый забился в агонии, пытаясь выжить.

Хрясь! Хрясь! Хрясь!

Союзный шиноби без остановки повторял одно и то же движение.

Неважно, блокирует противник или нет, он держал дистанцию и с силой метал сюрикены.

Хруст.

Наконец, сюрикен вонзился в бронежилет и пробил тело несчастного врага.

— Кх-х…

Извергнув сгусток крови, тот задрожал и схватился за рану.

— Сука, пусти! Пусти, говорю! Ублюдок.

Враг до последнего цеплялся за жизнь, и союзный шиноби, бросив своё оружие, подобрал с земли кунай.

Увидев это, Арик отступил назад, прерывисто глотая воздух.

Он тяжело дышал.

Он окинул взглядом поле боя, отмечая своё положение, расположение своих и чужих, и запечатлел картину в уме.

«Высунешься — умрёшь».

Если он со своим уровнем мастерства сунется в гущу врагов, то станет лишь удобрением для поля боя.

Как тот враг, что только что умер с дырой в животе в несколько раз больше пупка.

Тот парень в возбуждении вырвался вперёд, но его навыки были так себе.

Возможно, он возомнил о себе слишком много, одолев на поле боя нескольких противников, которым повезло ещё меньше, чем ему, и которые были слабее него.

А может, ему просто не повезло.

Ведь он попался под клинок Арика, который тот взмахнул не целясь.

Дождей не было уже несколько дней, и земля затвердела, став похожей на камень.

На неё брызгала кровь, но это не спасало от сухости. Слишком уж давно не было дождей.

В горле пересохло, и изнутри подступил запах крови.

Арик сглотнул сухую слюну и глазами поискал бойцов своего отделения.

Конечно, он никого не нашёл.

Но зато.

— Уа-а-а-а!

Кто-то закричал.

В двух шагах от него один из бойцов его взвода сложил печати и выдохнул струю огня.

— Катон! — крикнул он, но пламя ушло в сторону, а сам он запутался в собственных ногах и упал.

С грохотом рухнув на землю, он выронил кунай.

«Молится, чтобы его убили, что ли?»

Упавший чунин лишь приподнял голову, и со стороны это выглядело так, будто он молится, лёжа ниц.

Арик отбросил мысли и ринулся вперёд.

Он шагнул, затаил дыхание и напряг мышцы, на ходу формируя печати.

— Футтон: Ренкудан! — выдохнул он, выпуская несколько снарядов из сжатого воздуха.

Вражеский шиноби попытался уклониться, но один из снарядов задел его плечо, заставив пошатнуться.

Арик не стал ждать. Он рванул вперёд, сокращая дистанцию, и яростно взмахнул мечом из стороны в сторону.

Один раз справа налево, затем ещё один размашистый удар слева направо.

Вжух, вжух.

Дзынь!

В момент взмаха слева направо его меч столкнулся с кунаем противника.

Посыпались искры, и Арик увидел, как оружие врага вылетает у него из рук.

На это и был расчёт.

Арик больше доверял своей силе, которую он развивал годами, чем своему неуклюжему фехтованию.

Тренировался он не меньше, чем любой чунин из элитных подразделений.

Эта сила и создала ему возможность. Но он не бросился в атаку. Как в любой опасности таится возможность, так и в любой возможности таится опасность.

— Уа-а-а!

Враг, потеряв оружие, на мгновение замешкался, а затем, раскинув руки, бросился на него, пытаясь сковать движения.

Кажется, он решил, что в ближнем бою у него есть преимущество.

Арик сделал вид, что замахивается мечом, а затем, словно роняя, бросил его на землю, пригнулся, подхватил набегавшего противника и, влив чакру в руки, перебросил через себя.

Вес бронежилета, разгрузки с кунаями, метательных ножей и взрослого мужчины обрушился на его спину.

Тяжело.

В тот момент, когда он подхватил противника на спину, его поясница и бёдра взвыли от боли.

Не обращая внимания на этот вопль, Арик с силой выпрямился, поднимая тело.

— Кха!

Тело врага перелетело через него.

Не было нужды оборачиваться на рухнувшего с глухим стуком противника.

Он находился в шаге за линией фронта, выстроенной своими.

Здесь обычно можно было встретить три типа врагов.

Первый — несчастные, которых вытолкали вперёд, и они оказались в авангарде.

Второй — идиоты, полные самонадеянности после нескольких дней боёв.

Третий — настоящие шиноби, уверенные в своих силах и ведущие бой.

Тот, кого он только что перебросил, был из первого типа.

Бросившись в отчаянную атаку, он оказался среди врагов, так что был уже мертвецом.

Арик подобрал с земли свой клинок.

Он увидел, как споткнувшийся и упавший союзник неуклюже поднимается на ноги.

Также он заметил, что его налобный протектор аккуратно расколот, словно от удара.

Из головы текла кровь.

«Вот же везунчик».

К тому же, он только что спас его от верной смерти.

Во многих отношениях это был удачливый парень. И к тому же знакомый.

— Белл, у тебя что, вместе с протектором и мозги вышибло?

Сказал Арик.

Чунин с расколотым протектором, Белл, вытер кровь, текущую на глаза, и ответил:

— Кха, чёрт, чтоб его, еле выжил. Этот ублюдок применил Дотон, я не успел увернуться.

— Раз еле выжил, прикрой-ка мне спину.

Простому чунину в гуще сражения трудно оценить общую обстановку. Командир отделения в основном передаёт приказы своим подчинённым, а не командует.

Но Арик читал обстановку.

Точнее, чувствовал.

«Плохо дело».

Он прожил бесчисленные годы, впитывая кровь и клинки полей сражений.

Эти дни не даровали ему таланта в фехтовании, но научили кое-как улавливать течение боя.

Честно говоря, это было чистое чутьё.

Но это чутьё не раз спасало ему жизнь.

«Кажется, дело дрянь».

— Кх-х, ладно, сделаем.

Белл, вытирая кровь с головы, ответил, подобрал своё оружие и двинулся — не быстро и не медленно.

С кунаем в руках, он, озираясь по сторонам, сделал два шага.

Хрясь.

Сверкнула вспышка и пробила ему голову.

Прямо сквозь трещину в протекторе.

Прилетевший сюрикен вонзился ему в голову. От удара глаз вылетел и ударился о бронежилет Арика.

«Ах».

Белл умер, не издав и короткого стона. Лишь его рот остался приоткрыт.

Арик перевёл взгляд.

Там, на скальном выступе, он увидел фигуру вражеского шиноби, который только что метнул сюрикен с чакрой.

http://tl.rulate.ru/book/170362/14820252