Чёрные скальные стены сжимали проход, оставляя коридор шириной в пять–шесть человек.
Когда-то гора раскололась — теперь этот разлом стал их дорогой.
Факелы освещали трещину почти как дневной свет.
И всё же… опасности не было.
Ни шороха.
Ни движения.
Ни дыхания.
Только кости.
Толстый, хрустящий ковёр костей под ногами.
Каждый шаг сопровождался сухим треском, будто дорога сама скрежетала зубами.
Наёмники постепенно начали дышать ровнее.
Но Эйгон не расслабился.
Его пальцы сжимали рукоять меча так, что побелели костяшки.
— Брат Хайн… — Генри подошёл ближе. — Почему ты меня удержал? Этот синегубый почти задел твоё лицо.
Кости под ногами хрустнули.
— Если мы это проглотим, он только обнаглеет.
Генри сжал кулак.
— В моей деревне была шайка ублюдков. Грабили мою мать. Когда я вырос — я избил их главаря. Как бы они ни били меня, я бил его. После этого они исчезли.
Он поднял кулак.
— Всегда работает.
Эйгон бросил на него косой взгляд.
Если бы всё было так просто.
— Генри… если бы у этих людей были мозги деревенских хулиганов, я бы уже сделал именно это.
Он обернулся. Фиолетовые глаза стали холоднее.
— Но мы имеем дело с пиратами. Волками.
Они продолжили идти.
— Их игрушки — боевые топоры. Их стая — обучена. Если я начну драку, даже убив их вожака… нас разорвут в клочья.
Пауза.
— Ты, я… все позади нас станем новым слоем под этой дорогой.
Генри помолчал.
Сзади раздался голос:
— Босс прав.
К ним приблизился наёмник-повар.
Лицо в морщинах, но возраст — обманчив. Глаза цепкие.
Он откусил кусок зелёного сморщенного фрукта и скривился.
— Десять лет в Спорных землях и на Ступенчатых островах. Те, кто кидается грудью вперёд, зарастают травой быстрее остальных.
Он похлопал по сабле.
— Герои умирают первыми. Умные — пригибаются.
Генри покраснел, но спорить не стал.
Повар ухмыльнулся.
— Вам повезло, толстяк. Вы выбрали человека, который думает.
Он ткнул ногой череп.
— Если бы босс не взял всё на себя, ты бы сейчас лежал рядом.
Эйгон слышал их. Не вмешивался.
Он продолжал идти.
Факел погас. Он зажёг новый.
Сколько времени прошло — сказать было невозможно.
Усталость стала видна на лицах людей.
— Генри.
Тот обернулся.
— Останови колонну. Дадим людям передышку.
— Если Железнорождённые спросят?
— Скажи: измотанные люди хуже мёртвых. И напомни им о той оболочке снаружи. Мы не знаем, что ещё здесь бродит.
Он похлопал Генри по плечу.
— И не показывай страха.
Генри расправил плечи.
— Понял!
Он удалился, звеня плохо сидящей кольчугой.
Эйгон усмехнулся.
Он нашёл ровную плиту из чёрного камня, сел и вытащил меч.
Лезвие было из обычной стали. Уже со сколами.
Он медленно вытирал его тканью.
Шаги остановились рядом.
Повар.
— Занят, начальник?
Голос — тихий, только для него.
— Меня зовут Карл.
Он перестал улыбаться.
— Десять лет под разными капитанами. Видел, как люди гибли из-за глупости, жадности или чужого тщеславия.
Он наблюдал за движением ткани по лезвию.
— Ты другой.
Пауза.
— У тебя есть навыки. И… — он коснулся груди. — сердце.
Он поднял взгляд.
— Ты не разбрасываешься людьми.
В голосе не было шутки.
— Я хочу быть с тобой. Не из-за славы. Не из-за великих слов. Просто… чтобы знать, что нас не бросят ради каприза.
Он вдохнул.
— Я умею смотреть. Я замечаю детали. Стрелы в темноте. Засады. Плохие решения.
Он кивнул в сторону Генри.
— Честные умирают быстро. Я помогу им не умереть.
Тишина.
— Моя жизнь — в твоих руках. Пока я полезен.
Он замолчал.
Ждал.
Эйгон продолжал вытирать лезвие.
Думал.
Потом медленно поднялся.
http://tl.rulate.ru/book/169907/12220545
Сказал спасибо 1 читатель