Эйгон постукивал костяшками пальцев по ржавым перилам, отсчитывая годы.
Пятнадцать лет.
Пятнадцать лет с тех пор, как его мать в этой жизни — Элия — истекла кровью в Королевской Гавани.
Сейчас в Вестеросе должна быть осень 297 года от Завоевания.
Рука, стучавшая по металлу, медленно сжалась в кулак. Кожа побелела, на ладони остались глубокие следы.
Он вдохнул — медленно, до боли в груди.
Выдохнул.
Будто пытался вытравить из лёгких ядовитый туман — и вместе с ним воспоминания.
Он случайно узнал об одном железнорожденном, действовавшем в этих водах в это самое время.
Эурон Грейджой.
Вороний Глаз.
Младший брат Балона Грейджоя, изгнанный с Железных островов за связь с женой брата. В изгнании он странствовал десять лет — и позже вернулся, заявив, что доплыл до Дымного моря, добыл валирийские сокровища, рог дракона и доспехи из валирийской стали.
Время сходилось слишком точно.
Чтобы достичь этих вод, нужно богатство, корабли и опыт. А чтобы вернуться — ещё больше времени.
Значит, если Эурон действительно побывал здесь… он должен быть где-то рядом.
Мысль холодком скользнула по позвоночнику.
— Эурон… — едва слышно произнёс Эйгон.
— Эй!
Он вздрогнул.
Перед ним стоял тот самый толстый наёмник, которого он вытащил из-под пасти чудовища.
Доспехи на нём болезненно расходились на животе, словно раковина, не способная скрыть слишком крупную устрицу. Под ними мокрая от пота рубаха. На плече — массивный железный молот.
Он глуповато, но искренне улыбался.
— Генри. Спасибо, что спас меня.
Он протянул руку, собираясь хлопнуть Эйгона по плечу, но, заметив грязь и кровь на ладони, смущённо отдёрнул её.
— Я твой должник. Если будут проблемы — найди меня.
Он осёкся, понял, что звучит глупо, и неловко рассмеялся.
— Я не слишком умный… но сильный. С детства. Если что — зови.
Затем он замялся:
— А тебя как зовут?
Эйгон смотрел на него несколько секунд. Простота. Прямота. Никакой задней мысли.
— Лотте Хайн, — спокойно ответил он.
Имя из другого мира. Безопаснее, чем правда.
— Хайн! — обрадовался Генри. — Значит, теперь ты мой лучший друг. Мама говорила — делись лучшим с друзьями!
Он схватил Эйгона за руку и потащил к своей каюте.
В этот момент с нижней палубы поднялись матросы.
Они двигались странно. Молча. Без разговоров. Без эмоций.
Словно тени.
Опустив головы, они начали убирать палубу: смывать кровь, стаскивать обломки, очищать останки чудовища.
Наёмник со шрамом на лице подошёл к одному из них и что-то сказал. Матрос никак не отреагировал.
Шрам выругался и пнул его. Тот упал — и так же безучастно поднялся, продолжив работу.
Ни злости. Ни страха. Ни обиды.
Эйгон нахмурился.
Что-то здесь было неправильно.
— Генри, позже, — тихо сказал он. — Мне нужно кое-что проверить.
Генри лишь рассмеялся и ушёл, пообещав показать «сокровища».
Эйгон покачал головой, отгоняя странные ассоциации, и направился за мечом.
Он воткнул его в палубу перед боем — чтобы не мешал.
Меч был на месте.
Он вытащил клинок — и замер.
Сталь, недавно холодная и блестящая, теперь выглядела так, будто пролежала в морской воде десятилетия. Лезвие покрылось зазубринами, металл — ядовито-зелёным налётом.
Будто его окунули в кислоту.
Эйгон резко втянул воздух.
Кровь чудовища. Едкая.
К счастью, ни капли не попало на него.
Он вздохнул, вложил клинок в ножны. Жалко. Но выбрасывать не стал.
Солнце уже клонилось к закату. Усталость навалилась тяжёлым грузом.
Он вернулся к своей каюте.
Открыл дверь — и замер.
На его кровати лежал человек.
Весь в поту. Одежда мокрая. Волосы спутаны. Борода растрёпана. Он выглядел так, будто не спал неделями.
Запаха не было — но Эйгон почему-то ясно ощущал зловоние.
Человек резко сел, будто проснулся от кошмара.
— Кто ты? — холодно спросил Эйгон, сжимая рукоять меча.
Но тот его не слышал.
Он смотрел сквозь него. В пустоту.
Губы шевелились — беззвучно.
Затем мужчина упал на колени, сложил руки в мольбе. Отшатнулся. Начал уклоняться, будто от ударов.
Эйгон шагнул ближе.
— Эй.
Он протянул руку и коснулся плеча.
Рука прошла сквозь тело.
Мир дрогнул.
И вдруг…
Он больше не смотрел на мужчину.
Он смотрел его глазами.
Он сидел на кровати.
Он смотрел на дверь.
Дверь распахнулась с грохотом.
В комнату вошли двое мужчин в доспехах с символом кракена.
Железнорождённые.
Мечи обнажены.
Голос — теперь он слышал голос:
— Чего вы хотите?!
— Мы договорились! Мы доставили груз, получили комиссию — и разошлись! Мы никому ничего не скажем!
Ответ был холодным.
— Только мёртвые умеют молчать.
— Железнорожденные знают лишь цену железа.
Под светом масляной лампы узоры кракена казались кровавыми.
Меч взметнулся.
И мир залило холодным блеском стали.
http://tl.rulate.ru/book/169907/11993598
Сказали спасибо 3 читателя