Готовый перевод I Became a Maid in a TL Novel / Я стала служанкой в новелле: Глава 19: Не смей умирать самовольно

Рыжеволосый наложил повязку мне на лоб. Сказал, что скоро всё заживёт, но при этом строго наказал не мочить рану. Я послушно крутила здоровой лодыжкой, помогая Моноклю проводить осмотр.

— Удивительно послушная, — заметил он.

А был ли повод не слушаться? Я склонила голову набок и спросила:

— Разве пациенты не должны слушаться врачей?

Разве не лучше прислушиваться к советам профессионалов?

От моих слов рыжеволосый приложил руку ко лбу. Обычно он был скуп на эмоции, но сейчас его лицо так и светилось раздражением.

— Хотелось бы, чтобы солдаты тоже это понимали.

А, вот оно что. Ну да, солдаты вечно попадали в переделки из-за избытка сил. Молодость толкала на безрассудство, а безрассудство приводило к травмам.

Вчера вечером в лазарет тоже приходили солдаты, пострадавших из-за собственной глупости. Зачем вообще пытаться выделываться с мечом, если в итоге всё заканчивается глубоким порезом?

— Сил вам, — с улыбкой ответила я.

Рыжеволосый посмотрел на меня с явным неодобрением.

— Главное — сама не калечься.

О, он проявил заботу.

Надо же. Этот человек добрее, чем кажется. Слегка почесав щёку, я поблагодарила его. Рыжеволосый жестом велел мне уходить, и я, покинув палату, неспешно направилась к себе.

В голове прояснилось, в теле не осталось и следа боли. Время, проведённое в лазарете после бесконечного стресса, оказалось весьма приятным.

«Вот почему человеку нужен отдых».

Надо будет обязательно спросить госпожу Мэри о выходных. Кивнув самой себе, я направилась на рабочее место. Для начала нужно было заняться дегустацией ядов в комнате ожидания.

＊＊＊

Госпожа Мэри лишь спросила, сильно ли я пострадала, и протянула еду для дегустации. Как только я поспешно всё съела и проглотила, Веснушка привычным жестом укатила поднос.

На мой ответ о том, что со мной всё в порядке, пожилая служанка лишь покачала головой. Я на мгновение задумалась, что бы это могло значить.

— Это я тебя одевала, — сказала она.

В этот момент мне захотелось пасть перед госпожой Мэри на колени. О боже, вот он, мой спаситель.

— Огромное вам спасибо. Я немного переживала.

Проснувшись, я обнаружила, что на мне надето всё, вплоть до нижнего белья, и это принесло мне облегчение. Значит, это она меня одела.

Однако, несмотря на мою благодарность, госпожа Мэри снова покачала головой.

— Ты хоть знаешь, как я испугалась в лазарете? У тебя по лбу текла кровь, а лодыжка была вывернута.

— Мне потом говорили, что всё было серьёзно.

— Это всё вина Великого герцога. Врываться в запретную для женщин зону без предупреждения…

Госпожа Мэри цокнула языком и внимательно осмотрела мой лоб, перебинтованный повязкой.

— Лишь бы шрама не осталось…

— Всё будет хорошо. Думаю, его не будет.

— Это господин Дио так сказал?

— Нет.

Если кровоизлияние в мозг прошло за пять дней, то неужели на лбу останется шрам? Рыжеволосый, накладывая повязку, тоже велел лишь следить за тем, чтобы не было отёка и синяков.

— Тогда как ты можешь быть так уверена? Впрочем, даже если шрам останется, главное, что ты цела. Можешь идти.

Потому что я верю в свою особенную конституцию. Я неловко улыбнулась и сделала легкий реверанс.

— Я пойду. Ах да, и спасибо, что похлопывали меня в палате.

Когда я указала на область груди, госпожа Мэри покачала головой.

— Это была не я.

— Что?

— Из-за твоего отсутствия здесь был настоящий переполох. У меня совсем не было времени заходить в лазарет.

Тогда кто это был?

Я посмотрела на свою грудь. Это определённо были нежные похлопывания, словно кто-то пытался меня успокоить. Я была уверена, что это госпожа Мэри — так бабушки ласкают своих внуков, но, видимо, я ошиблась.

«Здесь крайне мало людей, которые относятся ко мне с симпатией».

Похоже, это был кто-то очень добрый. Но кто?

«Вряд ли это были врач или медсестра».

Рыжеволосый был не из таких, а медсестра выглядела слишком занятой.

Выйдя из комнаты ожидания, я в недоумении склонила голову. Сколько бы я ни перебирала в уме варианты, подходящего человека так и не нашлось.

＊＊＊

— Нина, я слышала, ты сильно заболела? Я так переживала.

Голос Святой напоминал щебетание птиц. Должно быть, именно так звучит звон жемчужин, рассыпающихся по серебряному подносу. Закончив завтрак, она лучезарно мне улыбнулась. Глядя на её платиновые волосы, сияющие в солнечных лучах, я вновь осознала, насколько прекрасна Серафи.

«Неудивительно, что Великий герцог влюбился».

Я присела в реверансе. Я и сама не ожидала, что увижу её спустя пять дней.

— Что это за повязка на лбу?

— Ударилась. Сейчас всё уже в порядке.

— Я так волновалась! Теперь с животом всё хорошо?

А? С каким ещё животом? Когда это у меня болел живот?

— Говорили, у тебя были сильные боли. Наверное, тяжело было лечиться в изоляции?

Что за дела? Разве я повредила не мозг и лодыжку? Почему Серафи думает, что у меня болел живот? И при чём тут изоляция?

— Я хотела пойти и исцелить тебя, но меня все отговаривали, так что я не смогла. Говорили, что ничего серьёзного, но я так переживала, что ты не приходишь. Теперь ты точно в порядке?

Серафи спрашивала с теплотой весеннего солнца, но я не знала, что ответить.

Что всё это значит? Почему Серафи уверена, что я лечилась от болей в животе? К тому же, если это боли, требующие изоляции, то это что-то вроде кишечной инфекции?

В этот момент послышался смешок. Я молча посмотрела на виновницу. Веснушка, поправляя подол платья Серафи, подло ухмылялась, глядя на меня.

«Значит, это твоих рук дело».

Похоже, именно благодаря Веснушке кровоизлияние в мозг превратилось в кишечную инфекцию.

Вздох вырвался сам собой. Однако отрицать это и объяснять всё Серафи с самого начала было бы слишком хлопотно. Если говорить правду, пришлось бы объяснять и причину, по которой я принимала ванну.

«Слишком муторно и тяжело».

Я встала из ванны, начала вытираться, и тут вошёл Великий герцог, я упала, расшибла лоб, вывихнула лодыжку, но — о чудо! — благодаря своей особенности выжила.

«Проще притвориться, что у меня была кишечная инфекция».

Так будет лучше. Слишком сложно объяснять.

Я ответила с широкой улыбкой:

— Всё прошло. Я полна сил.

В ответ Серафи радостно улыбнулась и обняла меня. От внезапного аромата её тела я лишь часто захлопала ресницами.

Серафи прошептала голосом, от которого можно было растаять:

— Больше не болей, хорошо? А?

Она была по-настоящему очаровательна. Красавица с таким прекрасным лицом и добрым сердцем — истинное сокровище человечества.

«Хотя она и так сокровище».

Святая и была таким существом. Кем-то более ценным и важным, чем кто-либо другой в мире.

«Но можно ли быть настолько доброй?»

Как ни странно, иногда Серафи казалась мне слишком наивной старшей сестрой, которую легко могли бы обмануть мошенники.

«Тебе ли сейчас о других беспокоиться».

Подумав о Серафи, покупающей нефритовые коврики или кучу подозрительной косметики, я вздохнула. Как бы то ни было, защитников у этого человека хватало. Если всё пойдёт по оригинальному сюжету, она будет жить долго и счастливо вместе с Королем, который будет оберегать её всю жизнь.

«Мне бы о своей шкуре подумать».

Я решила, что вместо того, чтобы беспокоиться о Серафи, мне стоит позаботиться о жизни Нины.

В этот момент раздался низкий голос:

— Все вон.

Голос доносился из глубины покоев. Теперь-то я знала, кому он принадлежит.

«Кстати, похоже, Король и Серафи неплохо продвинулись в отношениях».

Раз выгоняет всех, значит, хочет остаться наедине? Ох, ну и скорости у этой парочки из оригинального сюжета. Я высвободилась из объятий Серафи и прошептала, что увидимся позже. Серафи капризно просила не уходить, но я, указав пальцем в сторону кровати, последовала за Веснушкой.

Когда я уже собиралась выйти, за моей спиной раздался голос Короля:

— Почему Кролик уходит?

Я замерла и обернулась. Король, скрестив руки на груди, смотрел на меня с недовольством.

«Ну, я думала, что само собой разумеется, что я должна уйти».

Я, словно ребёнок, спрятавший шпаргалку, нерешительно подошла к нему.

— Подойди ближе.

В самой глубокой комнате Цитадели остались лишь я, Святая и Король. Конечно, за занавесками были стражники, но их долгом было молчание.

«Какое-то странное чувство».

Веснушка ушла, а мне почему-то нельзя.

Видимо, то, что я шла медленно, ему не понравилось — Король сам стремительно сократил расстояние между нами. Я послушно присела в реверансе.

— Давно не виделись, Кролик.

Я слегка почесала щёку и улыбнулась. И то верно, господин Первый Красавец. Пять дней прошло.

Король подошел вплотную и приложил ладонь к моей щеке. Я почувствовала жар его тела.

— Скажи что-нибудь.

Он так резко обрывал фразы, что было совершенно непонятно, что он имеет в виду.

— Прошу прощения?

— Что угодно, просто скажи что-нибудь.

Да что же ему нужно? Просто говорить? Если бы он велел мне спеть, я бы, хоть и удивилась, запела, но просто говорить… Мне что, стихи из Библии цитировать?

Я ответила честно:

— Я не совсем понимаю ваш приказ.

Похоже, ответ ему понравился — Король усмехнулся и принялся медленно поглаживать мою щёку. В этот момент он напоминал сытого хищника.

Он выглядел довольным. Неужели та свежесть, что исходит от Нины, действует на него как наркотик? Пока я раздумывала об этом, моё тело внезапно взлетело вверх.

— Ой, что вы делаете!

Король внезапно подхватил меня на руки. От неожиданности я забила ногами, но он, как ни в чём не бывало, продолжал поглаживать моё лицо.

— Легче, чем я думал. Нина Кейдж.

— А? Да…

— Ты должна дать мне одно обещание.

С чего вдруг обещание?

Послушайте, господин Король. Я не знаю, что это за обещание, но если я откажусь, вы меня послушаете? Я, между прочим, за других не ручаюсь и к страховкам отношусь осторожно. Вы не кто-то там, от вашего слова не отвяжешься, так неужели я обязана давать это обещание Вашему Величеству?

«Да что с вами такое?»

В голове была полная неразбериха. Я в недоумении хлопала глазами, но Король оставался невозмутим. Я посмотрела на него. Красавец с рассыпанными по плечам черными волосами улыбнулся мне.

— Не смей умирать, когда тебе вздумается.

О чём это он? Ах, он говорит это из-за того случая, когда я чуть не умерла от кровоизлияния в мозг?

В тот же миг я спохватилась. Я быстро повернула голову в сторону Серафи. Она с растерянным видом смотрела на нас с Королем.

«Ох, я ведь только что всё замяла, потому что было лень объяснять…»

Знай я, что так будет, рассказала бы всё честно. Вот почему нельзя лгать, если тебя могут поймать на слове!

— Нина Кейдж, смотри на меня.

Король легонько постучал по моей щеке. Я неловко улыбнулась и сделала то, что он хотел.

Его алые глаза по-прежнему были прекрасны. Он был пугающе красив.

— Отвечай.

— А, то есть… не умирать?

Да я и не собиралась вообще-то? Кровоизлияние в мозг было несчастным случаем. Нет, ну правда, я тут из кожи вон лезу, чтобы продлить жизнь Нины, потому что даже в канаве лучше, чем на том свете, так зачем вы такое говорите? К тому же, это выглядит очень иронично, ведь в оригинальном сюжете именно вы убили Нину.

Что же мне сказать? Я лихорадочно соображала. Для начала нужно было что-то сказать об инциденте.

— Ваше Величество, это была случайность.

— Видимо, оставаться в живых для тебя — большой труд.

А это ещё что значит?

Мой мозг отказывался это понимать. Я тяжело вздохнула. Да что же вы творите, Ваше Величество. Вы в загадки со мной играете? Я не слишком сообразительная, так что дайте хоть подсказку.

«Не умирать».

Я коснулась пальцами повязки на лбу. Если бы не конституция Нины, я бы после того случая уже переправилась через реку Иордан.

«Разве можно не умереть только потому, что тебе так велели?»

За всю свою жизнь я ни разу не хотела умирать. Но смерть неуклонно приближалась шаг за шагом.

Внезапно я вспомнила те времена, когда была Ли Хва Юн. Она никогда не думала о смерти. Поэтому и не знала, что та совсем рядом. Когда ей сказали, что у неё больное сердце и нужна операция, она лишь строила планы на возвращение к работе после выписки.

Я опустила голову. Платиновые волосы Нины выбились из-под повязки на лбу.

«Люди умирают, даже если не хотят».

Знал бы ты, как сильно я хотела жить.

http://tl.rulate.ru/book/169390/11870237