Готовый перевод Тень Дракона: Глава 5 Философия Камня

Глава 5. Философия Камня (78-80 гг. П.К.)

I. Двойная жизнь

Два года пролетели как один затяжной, серый день. Для внешнего мира принц Кайзен умер как воин и родился как «Принц-ученый», это было жалкое прозвище, которое шепотом передавали придворные дамы прикрывая рты веерами.

Пока его младший брат Лу Тен, золотой ребенок династии поджигал тренировочные манекены под восторженные аплодисменты деда Азулона, Кайзен исчезал в недрах Королевской библиотеки. Это было огромное, пыльное здание. Пахнущее старым пергаментом и сургучом, здесь было тихо и было прохладно.

Кайзен сидел за огромным столом из черного дерева, обложенный свитками. Официально он изучал историю династии и классическую поэзию. Учителя умилялись его усидчивости: «Мальчик компенсирует отсутствие искры умом как это трогательно».

На самом деле Кайзен изучал анатомию. Свитки, привезенные из оккупированных колоний Царства Земли содержали детальные схемы человеческого тела, Кайзен жадно впитывал знания, где проходят вены? Где расположены нервные узлы, какой процент воды содержится в теле.

По ночам в своих покоях, он практиковался. Не имея возможности тренироваться открыто, он превратил обыденность в искусство. Умывание становилось тренировкой: он заставлял воду в тазу вращаться, не касаясь её руками. Чаепитие становилось медитацией: он чувствовал пар, поднимающийся от чашки и мог усилием воли заставить его сгуститься в капли или рассеяться. Ванна становилась лабораторией: погружаясь в воду, он учился слушать её, становиться с ней единым целым, чувствовать вибрации от шагов стражи в коридоре через колебания жидкости.

Он открыл страшную вещь: он мог чувствовать не только воду в кувшине. Он мог чувствовать жидкость внутри живых существ. Однажды, когда слуга случайно ошпарил руку и закричал, Кайзен сидевший рядом почувствовал как кровь приливает к месту ожога. Он почувствовал пульсацию в венах слуги, это ощущение — горячее, ритмичное и живое, напугало его до дрожи. Он понял, что теоретически может остановить этот поток. Это знание он спрятал глубже всего. Даже от отца.

II. Визит хищника

Осенью 78 года П.К. поместье Айро посетил Озай.

Младший брат Айро был в зените своей амбициозной молодости. Он двигался как тигр — плавно, бесшумно, излучая скрытую угрозу. Озай привез вести из дворца, но все понимали: он приехал насладиться унижением старшего брата чей первенец оказался «пустышкой».

Ужин был накрыт в главном зале, стол ломился от пряных блюд: огненные хлопья, жареная утка-черепаха, острый суп с морскими водорослями. Воздух был натянут, как струна.

Лу Тен, которому было уже шесть, без умолку болтал, размахивая вилкой. Дядя Озай! Смотри! — кричал он, пуская с пальца крошечную вспышку огня. Озай улыбался — холодной, снисходительной улыбкой.

— Великолепно, Лу Тен. В тебе видна кровь Созина, ты станешь великим воином как твой отец. Затем Озай медленно повернул голову, его взгляд желтый и тяжелый уперся в Кайзена. Восьмилетний мальчик сидел тихо, аккуратно пережевывая рис. Его осанка была безупречной, лицо безразличным. Озая это раздражало, он ожидал увидеть забитого, стыдящегося калеку, а видел непоколебимое спокойствие.

Я слышал ты стал большим ученым, племянник, — голос Озая был сладким, как отравленный мед. Читаешь книги, пока твой брат учится мечу, жаль что твой дух Огня так и не проснулся.

Айро, сидевший во главе стола сжал кубок так, что металл жалобно скрипнул. У каждого свой путь, брат, — процедил он.

Озай не унимался, он хотел крови, но возможно наш юный стратег сможет развлечь нас? — Озай подался вперед, впиваясь взглядом в глаза Кайзена. Скажи племянник, как великая нация должна поступить с «бесполезными элементами» в своих рядах? С теми кто ест наш рис, но не может зажечь даже свечу? Разве не милосерднее было бы... отсечь сухие ветви, чтобы дерево росло сильнее?

За столом повисла тишина. Слуги замерли, Лу Тен перестал жевать чувствуя напряжение взрослых. Это была прямая провокация, Озай публично называл Кайзена паразитом предлагая обсудить его собственное уничтожение.

III. Речь Камня

Кайзен медленно отложил палочки на подставку, звон фарфора о дерево прозвучал в тишине как выстрел. Он поднял глаза на дядю, в них не было страха, ни обиды, только бездонная кроткая задумчивость. Он надел свою лучшую маску — мудрого, но смиренного калеки.

Бесполезных элементов не бывает дядя Озай, — голос Кайзена звучал мягко, ровно без единой дрожи. Он говорил так, словно читал лекцию о природе вещей. Взяв со стола простой, серый камень который использовался как пресс для салфеток.

Посмотрите на это — даже самый невзрачный, тупой и холодный камень может стать важной частью фундамента великого храма. Кайзен покрутил камень в тонких пальцах.

Золотые колонны сверкают на солнце, Драконы на крышах изрыгают пламя, все смотрят на них, но если убрать этот серый камень из фундамента... храм рухнет, колонны упадут, огонь погаснет.

Он посмотрел прямо в глаза Озаю.

— Я понимаю, что мне не суждено стать ярким пламенем, как вы дядя или как мой отец и Лу Тен, ведь я не золото и не огонь.

Он склонил голову в поклоне, полном фальшивого смирения. Поэтому я просто стараюсь быть крепким камнем. Я буду лежать в грязи, в темноте, в самом низу. Чтобы фундамент нашей семьи никогда не пошатнулся, пока вы сияете на вершине.

Айро едва заметно выдохнул. Это было гениально, Кайзен не просто защитился — он перевернул атаку Озая признал свою «ничтожность», но придал ей смысл служения. Он назвал себя рабом, опорой для величия семьи, тем самым обезоружив его.

Озай моргнул, он ожидал слез, оправданий или глупой дерзости. Но он получил философию, спесь сошла с его лица, сменившись брезгливым равнодушием.

Камень, который знает свое место... — хмыкнул Озай теряя интерес. Ну что ж, это мудро для того у кого нет выбора, по крайней мере ты не питаешь иллюзий, в отличие от многих слабых людей. Он отвернулся от Кайзена к Лу Тену. Покажи мне еще раз ту вспышку, малыш.

Кайзен снова взял палочки и продолжил есть рис, внутри он ликовал.

«Ты купился дядя. Ты думаешь, что я камень под твоими ногами, но ты забыл что камень может не только держать храм. Камень может проломить череп, если ударить им в нужный момент».

http://tl.rulate.ru/book/169330/11861547