Готовый перевод My Husband Became a Child / Мой муж стал ребёнком: Глава 13: Беспокойство

Чтобы обмануть герцога Клауда и остальных, Кальверн и Элиза продолжали делить общую спальню даже после первой брачной ночи. С тех пор они ни разу не спали в одной постели. Разумеется, между ними не было никакой интимной близости. Кровать по-прежнему оставалась за Элизой, а Кальверн спал на диване. Элизе было неловко постоянно занимать кровать, и она несколько раз предлагала Кальверну поменяться местами, но тот всякий раз решительно отказывался. В первую ночь Элиза уснула как убитая из-за сильной усталости, на второй день её всё ещё не покинуло переутомление, и она снова провалилась в сон, едва коснувшись подушки, но с третьей ночи всё изменилось.

Присутствие Кальверна не давало ей покоя, и она не могла уснуть. Элиза проводила ночи напролёт с открытыми глазами и засыпала в полном изнеможении только к самому рассвету. Из-за этого ей катастрофически не хватало сна. Ей хотелось вздремнуть днём, но как у хозяйки герцогской резиденции у неё было слишком много дел, чтобы позволить себе такую роскошь. Обязанностей было столько, что стоило радоваться уже тому, что не приходится работать по ночам.

— Кажется, я сейчас умру, — прошептала Элиза, глядя в зеркало. Отражение выглядело изнемождённым. Лицо осунулось, а под глазами залегли такие тёмные тени, что глаза казались ввалившимися.

— И это лицо живого человека?..

Можно было легко поверить, что перед тобой привидение. Элиза тяжело вздохнула и уронила голову на стол. Дел накопилась целая гора, но из-за сонливости она даже не могла сосредоточиться на бумагах. Поскольку работа была связана с финансами, она не могла позволить себе выполнять её спустя рукава, и это заставляло её мучиться ещё сильнее.

— Нужно как-то взбодриться...

Ни умывание холодной водой, ни похлопывания по щекам не помогали.

— Может, чай поможет?

При мысли о чае она вспомнила обещание, данное Кальверну: он просил её готовить ему чай после того, как они переедут в герцогскую резиденцию Клауд. Из-за своей занятости Элиза совершенно об этом забыла и только сейчас восстановила этот факт в памяти. Судя по тому, что Кальверн до сих пор ничего не сказал, он тоже об этом напрочь забыл.

— Хм, что же делать?

Приготовить ему сейчас? Или продолжать делать вид, что ничего не помню? Элиза немного посомневалась и решила всё же сдержать обещание. Будет утомительно, если Кальверн позже вспомнит об этом и начнёт придираться, обвиняя её в невыполнении обязательств. Отложив на время дела, Элиза вернулась в свою комнату. Среди четырёх чемоданов, которые она привезла с собой в резиденцию, один был с одеждой, другой с книгами, третий с алхимическими ингредиентами, а четвёртый — с чайными листьями. У неё была внушительная коллекция чая: как покупные сорта, так и её собственные уникальные смеси.

— Вот он.

Среди множества баночек Элиза выбрала ту, в которой хранился её авторский сбор. Этот чай помогал проснуться и улучшал концентрацию.

— Я собираюсь заварить чай, подготовь всё необходимое, — распорядилась она, обращаясь к горничной.

— Дайте мне чайные листья, я всё приготовлю и принесу сама, — ответила служанка, протягивая руку.

Элиза покачала головой.

— Нет. Это лечебный чай, и обычный способ заваривания здесь не подходит, так что я сделаю всё сама. Принеси горячую воду, чайник и...

Дав горничной указания, Элиза взяла чайницу и направилась к кабинету Кальверна. Она впервые шла к нему в кабинет, поэтому немного нервничала, хотя и меньше, чем когда шла в их общую спальню. Тук-тук.

— Входи.

Получив разрешение Кальверна, Элиза осторожно открыла дверь и вошла. Кальверн был не один — там находился Эдвин. Она слышала, что у него были какие-то срочные дела, из-за которых он уехал сразу после свадьбы, но, видимо, он уже вернулся. Кальверн удивлённо приподнял бровь, увидев Элизу.

— Что-то случилось?

Сколько бы она ни слышала эту вежливую форму обращения от мужа, никак не могла к ней привыкнуть. Элиза неловко улыбнулась и потрясла баночкой с чаем.

— Я вспомнила, что вы просили меня готовить чай, и принесла его. Если вы заняты, я могу зайти позже.

Кальверн на мгновение задумался, а затем обратился к стоявшему перед ним Эдвину:

— Выйди на время.

На этот раз Эдвин выглядел слегка озадаченным. По его лицу казалось, что он хотел бы ещё много чего сказать.

— Да. Я вернусь через полчаса, — послушно ответил Эдвин и вышел. Проходя мимо Элизы, он бросил на неё многозначительный взгляд. Кальверн поднялся со своего места и спросил:

— Это всё, что ты принесла?

— Да. Остальное я попросила подготовить горничную.

Как раз вовремя служанка принесла всё необходимое. Журнальный столик для гостей быстро заполнился принесёнными предметами. Элиза насыпала листья в чайник и залила их горячей водой. Кальверну, видимо, было любопытно наблюдать за процессом, он подошёл и встал за её спиной.

— Ты кладешь листья не в чашку, а сразу в чайник?

— Да. У этого чая очень сильный горький вкус, поэтому первую заварку пить нельзя. Поэтому я делаю вот так...!

Элиза увлечённо объясняла и, не задумываясь, повернула голову, но тут же вздрогнула и отшатнулась, осознав, что лицо Кальверна находится намного ближе, чем она ожидала. Стук!

— Ой!

— Осторожнее.

Когда Элиза, задев стол, сильно пошатнулась, Кальверн поспешно обхватил её за талию и притянул к себе. Благодаря этому ей удалось избежать некрасивого падения, но вместо этого она оказалась прямо в его объятиях. Ощущение мягкой ткани рубашки на щеке и твёрдость его тела заставили лицо Элизы вспыхнуть.

— С-спасибо.

Элиза испугалась ещё сильнее, чем раньше, и отстранилась от него. Несмотря на то, что контакт длился всего мгновение, сердце её бешено заколотилось, словно готово было выпрыгнуть из груди. Кальверн же, как ни в чём не бывало, поправил одежду и заметил:

— Кажется, ты бываешь на удивление неосторожной, несмотря на свою дотошность.

— Я? Вовсе нет.

— С моей точки зрения — да.

— Но это не так...

— Пусть будет так, раз ты настаиваешь.

Этот его тон — «я так не считаю, но раз ты упорствуешь, я сделаю вид, что согласен» — действительно раздражал её.

— Итак, когда чай будет готов?

— Подождите минуту.

Элиза постаралась унять бешеное сердцебиение и сосредоточилась на заваривании. К счастью, в процессе работы она успокоилась. Наполнив чашку, Элиза поставила её перед Кальверном, который сел напротив.

— Цвет и аромат отличаются от того чая, что я пил у тебя дома.

— Потому что это другой сорт. Этот чай помогает прогнать сонливость и повышает внимательность.

— Значит, он полезен для работы?

— Можно сказать и так.

Кальверн сделал глоток и кивнул.

— Неплохо. С таким эффектом его стоит пить почаще.

— А, у него довольно сильное действие, поэтому при частом употреблении может возникнуть бессонница, что не очень хорошо. Одного-двух раз в неделю вполне достаточно, а в остальные дни лучше пить что-нибудь другое.

— И об этом ты тоже позаботишься?

А? Разве об этом шла речь? Элиза замялась от неожиданности, и Кальверн добавил:

— Ты должна исполнять роль хозяйки дома.

После таких слов ей нечего было возразить. Элиза разомкнула губы и спросила:

— Мне присылать чай через горничную?

— Было бы лучше, если бы ты приносила его лично. Это покажет окружающим, что у нас крепкие отношения.

Это было правдой. Элиза согласно кивнула. В конце концов, именно по этой причине она и пришла сама.

— Так что приноси чай каждый день.

— Каждый день?

Вместо одного-двух раз в неделю он требовал чай ежедневно. Это было и странно, и утомительно. У неё и так хватало забот, и ей не хотелось обременять себя ещё и этим. Однако, собираясь уже отказаться, Элиза увидела пустую чашку Кальверна и передумала.

— Хорошо. Тогда я буду смотреть на ваше состояние по утрам и готовить подходящий чай.

Поскольку Кальверн не всегда находился в резиденции в одно и то же время, Элизе не приходилось готовить чай абсолютно каждый день. Тем не менее, включая выходные, ей нужно было приходить к нему раза четыре в неделю. Когда Элиза приносила чай, Кальверн предлагал выпить его вместе. Он мотивировал это тем, что так их игра в любящих супругов будет выглядеть убедительнее. В его словах был смысл, поэтому Элиза проводила за чаепитием с Кальверном от тридцати минут до часа. Поначалу ей было неловко и неприятно. Она не знала, о чём говорить. Она надеялась, что со временем, как и любое существо, привыкнет к этому, но ничего не менялось. Стало лишь чуточку легче, но Элизе всё равно было странно сидеть напротив Кальверна и пить чай. Хотя бы обсуждение дел герцогства помогало быстрее скоротать это неловкое время.

— Дел совсем не становится меньше, это настоящая проблема, — пожаловалась Элиза в очередной раз во время чаепития.

— Мне даже интересно, как леди Тереза справлялась со всем этим в одиночку.

— В одиночку? Это невозможно. У тётушки был свой адъютант.

— О? Правда? Разве мне можно нанимать адъютанта?

— Видимо, тётушка тебе об этом не сказала?

Когда Элиза усиленно закивала, Кальверн усмехнулся.

— Похоже, она тебя невзлюбила.

— Она невзлюбила меня с первой же встречи.

Леди Тереза была крайне недовольна тем, что Элиза, дочь простого барона, выходит замуж за Кальверна, и её чувства нисколько не изменились.

— Если тебе нужен адъютант, я займусь его поиском.

— А найдётся ли аристократ, который захочет стать моим адъютантом?

По обычаю адъютантов для дворян выбирали из числа представителей того же пола, чей статус был ниже. Значит, Элиза должна была выбрать на эту роль дочь благородного семейства или даму, но она боялась, что никто не захочет подавать заявку.

— Почему ты думаешь, что никто не захочет? Ты ведь супруга молодого герцога Клауда.

— Но я из семьи барона.

— Прошлое не имеет значения. Важны настоящее и будущее. Так что не волнуйся. Место адъютанта при супруге молодого герцога Клауда — это очень почётная должность, так что многие аристократы захотят её занять.

Элиза совершенно так не считала, но не стала спорить. Она поймёт всё на собственном опыте.

— Тогда, пожалуйста, объявите набор адъютантов.

— Набор и отбор займут как минимум неделю. А пока пользуйся помощью старшей горничной.

— Я и так принимаю её помощь.

Элиза задумалась: старшая горничная наверняка знала, что она может нанять адъютанта, но ни словом об этом не обмолвилась.

«Неужели я не нравлюсь и старшей горничной?»

Вроде бы та не подавала виду. Элиза нахмурилась. Старшая горничная была довольно неразговорчивой, но выполняла все просьбы Элизы. Она разительно отличалась от леди Терезы, которая постоянно придиралась или игнорировала её. Элиза думала, что заслужила хоть какое-то признание с её стороны, но теперь начала сомневаться.

«Как только выйду, сразу спрошу её».

С этой мыслью Элиза сверилась с часами. Чаепитие длилось уже полчаса. Чайник был пуст.

— Мне пора.

На сегодня чаепитие было окончено. Выйдя из кабинета, Элиза, как и планировала, нашла старшую горничную, Аннеке.

— Аннеке.

Аннеке, которая в этот момент раздавала указания служанкам, почтительно поклонилась Элизе.

— Вы звали меня, миледи?

— Я хотела кое-что спросить, у тебя найдётся минутка?

Хотя Аннеке была простолюдинкой, она проработала в этой должности сорок лет и была старше её отца, барона Зерны, поэтому Элиза придерживалась вежливого тона.

— Говорите, миледи.

Вместо того чтобы спросить прямо, Элиза посмотрела на горничных, стоявших за спиной Аннеке. Проницательная Аннеке велела им:

— Я позову вас позже, а пока можете идти.

Служанки бесшумно исчезли. Убедившись, что рядом никого нет, Элиза спросила:

— Аннеке, ты знала, что я могу нанять адъютанта?

— Да, я знала.

«Так и знала». Впрочем, проработав в доме сорок лет, она не могла этого не знать.

— Тогда почему ты мне не сказала?

— Потому что вы не спрашивали, — ответила Аннеке так, будто это было само собой разумеющееся. — Поскольку вы не спрашивали об адъютанте, я ничего и не говорила.

— ...

Ей нечего было на это ответить, и Элиза замолчала. Аннеке вежливо склонила голову и спросила:

— У вас есть ещё вопросы?

— Ты меня случайно не ненавидишь?

Поняв, что намёками ничего не добьётся, Элиза спросила напрямую. Любой другой на месте Аннеке мог бы смутиться или удивиться внезапному вопросу, но она ответила спокойно и ровно:

— Как я смею ненавидеть вас, миледи.

Элиза хотела было спросить «А я тебе нравлюсь?», но вовремя прикусила язык. Было бы глупо задавать такие вопросы.

— Прости, что спросила такую глупость, Аннеке. Можешь возвращаться к работе.

— Слушаюсь, миледи.

Расставшись с Аннеке, Элиза вернулась к себе в кабинет, прислонилась к закрытой двери и тяжело вздохнула.

Она и не надеялась, что жизнь в семье Клауд будет гладкой, но у неё появилось дурное предчувствие, что всё окажется гораздо сложнее, чем она думала. **** После ухода Элизы её место занял Эдвин. Посмотрев на чайный столик, который убирала горничная, он спросил Кальверна:

— Вы и сегодня пили с ней чай?

Эдвин называл Элизу «супругой молодого герцога» или «той госпожой». Кальверн, не отрываясь от принесённых Эдвином документов, ответил:

— Да.

— Вы пьёте с ней чай уже несколько дней подряд. Причём выделяете на это время в своём плотном графике.

Только тогда Кальверн посмотрел на Эдвина.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Просто мне любопытно. Ваши отношения с ней кажутся удивительно хорошими.

— Тебя много что удивляет, — усмехнулся Кальверн и снова опустил взгляд в бумаги. Эдвин молча наблюдал за ним, затем проводил взглядом горничную, увозящую тележку, и снова спросил Кальверна:

— Молодой герцог, она вам случайно не нравится?

http://tl.rulate.ru/book/168944/11791701