Готовый перевод My Husband Became a Child / Мой муж стал ребёнком: Глава 10: Почему вы раздеваетесь!

]

Ночная рубашка, которую принесла горничная, была прозрачной, словно крылья стрекозы. Кружев было столько, что от одного взгляда на них рябило в глазах.

— Ты хочешь, чтобы я это надела? — опешив, спросила Элиза.

Горничная вежливо поклонилась и ответила:

— Такие ночные рубашки сейчас в моде для первой брачной ночи, госпожа.

— Первой… брачной ночи?

Точно, они ведь сегодня поженились, а значит, им предстоит первая брачная ночь. Лицо Элизы вспыхнуло, когда она осознала этот факт, о котором на мгновение забыла — или, скорее, старалась не думать. Ей стало ещё более неловко, ведь перед глазами лежала бесстыдная ночная рубашка, в которой она даже боялась себя представить. Горничная, не подозревая о чувствах Элизы, поднесла сорочку ближе и любезно добавила:

— У этой рубашки всего одна пуговица вот здесь, так что её легко снять.

«Легко... снять?»

— А нижняя часть достаточно свободная, чтобы вы могли наслаждаться, даже не снимая...

— Довольно!

Элиза вздрогнула и поспешно зажала рот горничной. Хотя у неё не было опыта, она много чего слышала и прекрасно понимала, к чему клонит служанка, поэтому не желала слушать дальше.

«Так вот почему у папы был такой печальный вид!»

Иными словами, барон Зерна всё знал. Элизе стало ужасно неловко, и она принялась обмахиваться ладонью, пытаясь остудить пылающее лицо.

— Тогда я помогу вам переодеться, госпожа.

— Нет, не нужно!

Элиза яростно замахала руками, отказываясь. Надевать ту ночную рубашку она не собиралась ни под каким видом.

— Но вам нужно переодеться, чтобы пойти в спальню для супругов…

Даже фраза «спальня для супругов» звучала двусмысленно из-за этой злосчастной рубашки. И то, что сегодня была их первая брачная ночь, тоже подливало масла в огонь. Элиза, не в силах смотреть на сорочку, резко отвернулась и сказала:

— Принеси другую.

Раз уж это первая брачная ночь, визита в общую спальню не избежать, так что нужно было хотя бы избежать этого наряда.

— Не такую прозрачную, а что-нибудь скромное и благопристойное!

— Но тогда вы можете отстать от моды, вас это не беспокоит?

— Да кто меня увидит в ночной рубашке! Какая разница!

Конечно, её увидят горничные и Кальверн, но они были исключением.

— К тому же молодому герцогу нравится скромная одежда. А не такие… вызывающие вещи!

Это была ложь. Элиза понятия не имела о вкусах Кальверна, но, чтобы заставить горничную действовать, ей пришлось использовать его имя. Стоило упомянуть Кальверна, как служанка без лишних слов принесла новую сорочку. Она была именно такой скромной, как и хотела Элиза.

«Сразу бы так».

Элиза переоделась и направилась в спальню для супругов. Комната была украшена подобающим для первой брачной ночи образом. Мягкий свет свечей освещал спальню, а кровать и всё вокруг было усыпано лепестками роз.

— Боже, они даже распылили одурманивающий аромат?

Элиза поморщилась и зажала нос. Запах был настолько сильным, что стоило ей войти, как голова пошла кругом. Поняв, что просто зажать нос не поможет, она открыла окно. Глоток свежего воздуха помог ей прийти в себя. В то же время Элиза снова осознала положение, в котором оказалась, и закусила губу.

«Ведь ничего не случится?»

Кальверн ясно дал понять, когда они подписывали контракт: он не планирует заводить детей. Это означало, что и близости он не ищет, так что всё должно быть в порядке, но тревога не покидала её. Мало ли что. Вдруг он возбудится от этого аромата и набросится на неё как зверь?

— С ума сойти можно.

Пообещав себе, что в таком случае она просто хорошенько его пнёт, Элиза стала махать рукой в сторону окна. Нужно было проветрить комнату. Прошло какое-то время. Когда воздух в спальне почти очистился, послышался звук открывающейся двери. Плечи Элизы окаменели. Она медленно, словно заржавевшее колесо телеги, обернулась. У двери стоял Кальверн, всё ещё в парадном костюме. За его спиной стоял дворецкий Хэрриет, чьи глаза почему-то радостно сузились, напоминая полумесяцы.

— Желаю вам обоим доброй ночи.

Встретившись взглядом с Элизой, Хэрриет глубоко поклонился и вышел. Щелчок закрывающейся двери неестественно громко отозвался в тишине комнаты.

— …

— …

Между Элизой и Кальверном повисло неловкое молчание. Точнее, неловко было только Элизе.

«Что мне сказать?»

А нужно ли вообще что-то говорить? Можно просто лечь в кровать и уснуть. Конечно, буквально — просто спать, ничего больше. Единственным изъяном было наличие всего одной кровати, но она была настолько просторной, что на ней могли бы поместиться и трое-четверо взрослых мужчин, так что это не должно было стать проблемой.

— Что ты там делаешь?

— А, в комнате было душновато, вот я и проветривала.

Решив, что про одурманивающий аромат лучше не упоминать, Элиза скрыла истинную причину и закрыла окно.

— Вы ещё не переоделись.

Она заговорила первой, стараясь не допустить новой волны неловкости. Кальверн снял жилет и бросил его на диван.

— Мне сказали, что по обычаю в первую брачную ночь жена должна помогать мужу переодеваться. Поэтому меня просто отпустили.

«Боже, какой сумасшедший выдумал такой обычай?» — ужаснулась про себя Элиза. Помочь Кальверну переодеться означало увидеть его обнажённым — немой крик сам собой застрял у неё в горле. Заметив выражение её лица, Кальверн усмехнулся:

— Можешь так не пугаться. Я не собираюсь просить тебя об этом.

— А, ха-ха-ха…

Элиза неловко рассмеялась и почесала щеку, поняв, что её мысли прочитали. Было немного стыдно, но его прямолинейность принесла облегчение.

— Но в этой комнате нет вашей ночной одежды.

Пока Элиза оглядывалась по сторонам, Кальверн указал пальцем на кровать.

— Вон она.

— Ой, и правда.

Только сейчас Элиза заметила ночную рубашку, наполовину скрытую под лепестками роз, и подошла к ней. Даже если она не могла помочь ему переодеться, она вполне могла принести ему одежду. Приготовленная рубашка составляла пару к той, что была на Элизе. Хотя она сменила наряд в последний момент, слуги подготовили и мужской вариант в том же стиле. Элиза поразилась их тщательной подготовке и взяла одежду в руки.

— Ох.

Обернувшись, Элиза ахнула, увидев, как Кальверн расстёгивает пуговицы на своей рубашке. Сквозь распахнутую ткань показалась его мускулистая грудь. От неожиданного зрелища Элиза крепко зажмурилась и закричала:

— Зачем, зачем вы раздеваетесь!

Кальверн посмотрел на неё как на сумасшедшую и ответил:

— А мне что, надеть пижаму прямо поверх этого?

...А ведь и правда. Осознав, какую глупость она ляпнула, Элиза покраснела.

— П-простите.

— Не за что извиняться.

Кальверн равнодушно протянул руку. Это был жест, требующий отдать одежду. Как только Элиза передала ему пижаму, она тут же отвернулась. Крепко зажмурившись, она ждала, пока он закончит. Звук шуршащей ткани отчетливо доносился до её ушей. Из-за того, что глаза были закрыты, слух, казалось, обострился. В обычное время она бы и внимания не обратила на эти звуки, но сейчас, в этой особенной атмосфере первой брачной ночи, они казались какими-то странными. Всё хорошо, ничего не случится. Этот мужчина ко мне не прикоснётся. Но точно ли всё будет в порядке? А если нет, то тогда...

— А-а-а!

Внезапно представив себя и Кальверна в разгаре страстной ночи, Элиза вскрикнула и присела на корточки. Она закрыла лицо руками, которое пылало, словно извергающаяся лава. Обеспокоенный странным поведением Элизы, Кальверн нахмурился, подошёл и положил руку ей на плечо.

— Ты в поряд...

— А-а-а!

Почувствовав холодную руку на своём разгорячённом теле, Элиза закричала снова, но уже по другой причине, и отпрянула. Она резко вскочила на ноги. Только тогда Кальверн, увидев её пунцовое лицо, тихо рассмеялся.

— Похоже, ты навоображала себе лишнего.

— Н-вовсе нет!

Это было попадание в точку, но признать это — значило выставить себя ненормальной, поэтому Элиза громко всё отрицала.

— Ты лжёшь.

Но Кальверна было не провести.

— Если ты чего-то ждала, можешь честно в этом признаться.

— Ч-что за чушь вы несёте! Я ничего не ждала!

Только что придуманное оправдание было ложью, но её нынешний ответ был чистой правдой. Она ни на что не надеялась.

— Это правда! Я ни капельки, ни капельки этого не ждала!

Боясь, что Кальверн поймёт её превратно, Элиза отчаянно замахала руками, оправдываясь. Кальверн похлопал её по плечу и сказал:

— Ладно, успокойся.

В его тоне явно читалось: «Раз ты так яростно отрицаешь, я сделаю вид, что верю». Но это была правда! Элизе было обидно, но она понимала, что дальнейшие споры только усугубят ситуацию, поэтому замолчала. К тому же рука Кальверна на её плече заставляла её нервничать. Возможно, из-за одурманивающего аромата, который она вдохнула ранее, мысли продолжали сворачивать не туда.

— Ох, я так устала!

Испугавшись, что она сама может наброситься на Кальверна, Элиза поспешно отступила.

— Мне пора спать! Спокойной ночи!

Она быстро залезла в кровать и накрылась одеялом с головой. Под плотным одеялом её дыхание стало прерывистым.

«Теперь и он ляжет рядом, да?»

От этой мысли сердце забилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот проломит ребра и выпрыгнет наружу. Элиза сглотнула и крепко сжала одеяло. Однако прошло немало времени, а Кальверн так и не лег рядом. Что он делает? Колеблется? Элиза осторожно высунула голову из-под одеяла и посмотрела на него. Он лежал на длинном мягком диване.

— Почему вы легли там?

— А что? Ты хочешь, чтобы я лег рядом с тобой?

— Нет, ну, не то чтобы я прямо этого хотела, просто кровать одна, и спать больше негде.

Элиза не осмелилась ответить уверенным «Да!», поэтому забормотала что-то невнятное. Почувствовав себя глупо, она замолчала. Ей никогда не говорили, что она не умеет подбирать слова, но перед этим мужчиной язык её не слушался.

— ...В любом случае, кровать одна и она большая, так что идите и ложитесь здесь.

Помолчав немного, Элиза собралась с мыслями и выпалила всё сразу.

— Нет.

Она едва набралась храбрости, но Кальверн ответил резким отказом. Это немного задело Элизу, и она, откинув одеяло, приподнялась.

— Значит, вы собираетесь спать на диване?

— Да.

— Если это из-за того, что я мешаю, то я лягу на диван, а вы идите на кровать.

Когда Элиза уже собралась встать, Кальверн жестом остановил её.

— Не нужно. Дело не в тебе. Просто я не могу спать, когда рядом кто-то есть. Так что не бери в голову.

— Тогда я всё же лягу на диван...

— Я прекрасно сплю и на диване, так что засыпай и не беспокойся.

Кальверн махнул рукой, призывая её ложиться, и закрыл глаза. Раз он сам так решил, она не могла заставить его силой, поэтому Элиза неловко легла обратно. Кровать была очень мягкой, подушка — удобной, а одеяло — нежным и теплым, но сна не было ни в одном глазу. И всё из-за этого мужчины на диване.

«Я так и не усну, зная, что он там».

«Лучше бы я легла на диван», — ворчала она про себя, закрывая глаза. Она собиралась заставить себя уснуть, но стоило ей сомкнуть веки, как на неё навалилась дикая усталость. Видимо, накопленное утомление оказалось сильнее неловкости. С этой нелепой мыслью Элиза провалилась в глубокий сон.

— Как, как он мог так поступить со мной! После всего, что я для него сделала!

Вернувшись в свои покои, Мария рыдала так сильно, что наволочка на подушке насквозь промокла от слез. Она изливала всю свою обиду на Кальверна.

— Успокойтесь, Ваше Высочество, — просила няня, суетясь рядом. Внезапно она почувствовала чье-то присутствие и обернулась.

— Принц!

Увидев Деарна, второго принца Империи и родного брата Марии, няня вздрогнула и поспешно встала.

— Брат!

Мария, обливаясь слезами, бросилась в объятия Деарна.

— Кальверн... он... этот человек выбрал её, а не меня!

Она вцепилась в его одежду, выплескивая всё своё горе.

— Я готова была отдать ему всё, даже поступиться своей гордостью, а он выбрал эту женщину вместо меня!

— Успокойся, Мария.

— Как я могу успокоиться в такой ситуации! Кальверн бросил меня. Эта женщина отняла его у меня!

В глазах Марии, полных слез, вспыхнула ярость. Она кричала в пустоту, словно Элиза стояла прямо перед ней:

— Я этого так не оставлю. Я не позволю какой-то недостойной девке находиться рядом с ним!

Её ухоженные ногти впились в ткань одежды Деарна.

— Он мой, и я должна быть рядом с ним! Я прогоню её и займу своё место!

— Конечно, так и должно быть.

Золотистые глаза Деарна, такие же как у сестры, весело прищурились. Он слегка улыбнулся и поцеловал Марию в лоб.

— Нужно уметь защищать то, что принадлежит тебе.

http://tl.rulate.ru/book/168944/11791698