Готовый перевод A trip to the 70s: With a magical space to the village for wealth / Попаданка в 70-е: С магическим пространством в деревню за богатством: Глава 15. Вы же не скажете, что я жадина

Мать не просто отправила его, но и велела придумать способ присылать деньги после отъезда в деревню, чтобы облегчить семейное бремя — мол, выучить его стоило немалых средств, пора отдавать долги. Так что его отъезд был сугубо принудительным.

Однако Шэнь Чживэнь натянул улыбку и произнес:

— Конечно, я записался добровольно. Поехать в деревню и внести свой вклад — долг каждого образованного юноши. Я просто неправильно выразился, Цзян Ли, не пойми меня превратно.

Надо отдать должное выдержке Шэнь Чживэня: он не разозлился, а продолжил заискивающе улыбаться Цзян Ли, стараясь сгладить углы.

Рядом с ними сидели такие же отправляемые в деревню переселенцы. Возле Цзян Ли — девушка, возле Шэнь Чживэня — парень. Услышав разговор, они решили поддержать беседу.

— Все мы — товарищи по несчастью, то есть, будущие труженики села, — поправился парень. — Нам стоит держаться вместе и помогать друг другу.

— А давайте познакомимся? — предложила девушка. — Расскажем, кто в какую производственную бригаду едет. Вдруг окажемся в одной?

Не дожидаясь ответа, она представилась первой:

— Меня зовут Хуан Сяомэй, меня распределили в бригаду Шахэ. А вас?

— Я Чжан Вэй, еду в бригаду Шитунь, — отозвался парень.

Шэнь Чживэнь заметил, что Цзян Ли молчит, но ему самому не терпелось узнать, куда её направили. Поэтому он заговорил сам:

— Всем привет, я Шэнь Чживэнь, еду в бригаду Юньси.

Услышав это, Цзян Ли с трудом подавила желание закатить глаза. Вот же незадача! Угораздило попасть в одну производственную бригаду именно с Шэнь Чживэнем. Кто знает, какие козни этот тип будет строить в будущем?

Но раз уж все представились, отмалчиваться было бы невежливо, и она, скрепя сердце, произнесла:

— Я Цзян Ли. Тоже еду в бригаду Юньси.

Шэнь Чживэнь просиял:

— Цзян Ли, кто бы мог подумать! Мы действительно попали в одну бригаду. Будем присматривать друг за другом.

Цзян Ли, однако, радости не испытывала. Кто вообще захочет быть с ним в одной команде? Уж точно не она.

В соседнем ряду, где сидели по трое, услышали их перекличку. Тут же отозвались те, кто ехал в те же места:

— Я тоже из бригады Юньси!

— И я!

— А я в Шитунь.

— И я, я тоже в Шитунь!

— Я в бригаду Шахэ.

Соседи тут же внесли рациональное предложение:

— Может, поменяемся местами? Те, кто из одной бригады, сядут вместе. Так мы сможем познакомиться поближе, нам ведь потом жить в одном общежитии для молодежи.

Идея получила всеобщее одобрение. Двое ребят из бригады Юньси перебрались к Цзян Ли и Шэнь Чживэню, а Хуан Сяомэй и Чжан Вэй ушли на их места.

Новые попутчики — парень и девушка — оказались весьма дружелюбными и сразу представились. Девушку звали Чжэн Лили, парня — Ту Лэй.

Цзян Ли без особого энтузиазма назвала своё имя и отвернулась к окну, всем видом показывая, что не настроена на беседу. Шэнь Чживэнь, напротив, болтал с ними без умолку.

Когда подошло время обеда, Цзян Ли сходила за кипятком, а вернувшись, достала из сумки припасы, заботливо собранные Фань Хунмэй: маньтоу и вареные яйца.

Заметив, как жадно заблестели глаза Шэнь Чживэня при виде яиц, она всерьез обеспокоилась, не попытается ли он выхватить еду из рук. Изначально она не хотела доставать их сейчас, но в такую жару яйца могли быстро протухнуть.

— Шэнь Чживэнь, не пялься, — осадила она его. — У меня самой еды в обрез, лишнего для тебя точно нет.

Парень не ожидал такой прямоты. Он покраснел, поспешно отвёл взгляд и неловко рассмеялся:

— Да я и не собирался у тебя просить. Мама мне тоже еду собрала. Это ведь Ли Фэйфэй тебе дала, да?

Он был наслышан о ситуации в семье Цзян. Знал, что она часто недоедала, что приемные родители её били — даже учителя приходили к ним с проверками. Семья Цзян жила даже беднее, чем его собственная. Он также знал, что Цзян Ли часто ночевала и ела у Ли Фэйфэй, и, честно говоря, завидовал этому, хоть и ничего не мог поделать.

— Это мама Фэйфэй мне собрала, — подтвердила Цзян Ли. — Ты же знаешь, моя семья бедна, откуда у нас такие роскошества, как яйца? Поэтому у меня их всего два, и я ими очень дорожу. Делиться ни с кем не стану. Вы же не скажете, что я жадина из-за этого?

Она обвела взглядом соседей.

— Вы ведь тоже так не подумаете, верно? У меня дома тяжелое положение, и эта еда у меня только благодаря помощи одноклассницы.

Цзян Ли сказала это намеренно. Она применила превентивную тактику: теперь, когда она будет есть яйца на ужин или достанет другие закуски, никто не посмеет упрекнуть её в жадности или потребовать поделиться.

Тетя Фань хотела сварить ей пять яиц, но Цзян Ли убедила её, что в жару они испортятся, и согласилась только на два. Маньтоу же было запасено на два дня, плюс немного снеков, но делиться ими она не собиралась ни с кем. Если бы не забота тети Фань, её поездка в деревню началась бы куда печальнее.

Она не собиралась разыгрывать из себя щедрую душу за чужой счет. Кто сказал, что если у тебя есть еда, ты обязан её раздавать? Она — не обязана!

Шэнь Чживэнь поспешил заверить:

— Я ничего такого не скажу, ешь спокойно.

Зная, что Цзян Ли жилось хуже, чем ему, как бы он мог просить у неё еду? Совесть бы не позволила.

Чжэн Лили тоже замахала руками:

— Нет-нет, мы не подумаем, что ты жадина! Всем сейчас нелегко, мы всё понимаем. Кушай на здоровье, у меня тоже есть с собой еда.

Ту Лэй тут же присоединился к заверениям, пообещав, что не осудит.

— Спасибо за понимание, теперь я могу есть со спокойной душой, — кивнула Цзян Ли. Именно этого она и добивалась: официального разрешения не делиться.

Шэнь Чживэнь достал свой черствый маньтоу и принялся грызть, но яиц у него не было. Чжэн Лили и Ту Лэй, глядя на жующих соседей, тоже достали свои припасы.

Расправившись с маньтоу и яйцом, Цзян Ли запила обед водой. А затем, на глазах у всех, невозмутимо развернула фантик молочной ириски «Белый Кролик» — прощальный подарок Фэйфэй — и отправила конфету в рот.

Троица попутчиков лишь судорожно сглотнула слюну и отвела глаза. Сказать что-то они не смели. Им такие дорогие конфеты были не по карману. Оставалось только не смотреть, чтобы не травить душу. Ведь они уже пообещали не просить.

Так прошло два дня пути. Цзян Ли время от времени доставала то печенье, то снова ириску, то кусочек кекса. Соседи молчали, но страдали всю дорогу, истекая слюной.

Когда поезд наконец прибыл, троица выдохнула с огромным облегчением. Наконец-то! Пытка едой закончилась.

Цзян Ли тоже была рада: за двое суток тело затекло, спать приходилось сидя, и ноги грозили вот-вот опухнуть.

На станции их уже ждали представители бригад. Как только толпа молодежи вывалила из вагонов, встречающие начали выкрикивать названия:

— Бригада Шахэ — сюда!

— Шитунь, подходим сюда!

— Бригада Юньси, ко мне!

— Бригада Хуанчжу, здесь, здесь!

— ...

Услышав знакомые названия, приезжие начали расходиться по группам. Цзян Ли поправила сумку и направилась к людям из бригады Юньси.

http://tl.rulate.ru/book/168841/11940598