Готовый перевод The Attention Seeker Dies Today as Well / Одержимая вниманием умирает и сегодня: Глава 2: Семейное безразличие

Конечно, я вовсе не из тех, кто мечтал стать хайпожором.

Я и сама прекрасно понимала, что мои нынешние выходки далеки от нормального поведения.

Я всего лишь обычный, заурядный, а местами даже чересчур робкий обыватель, который любит тишину и покой.

И все же причина, по которой я творю весь этот абсурд, проста: если я не стану хайпожором, я умру.

Я ненадолго прервалась, чтобы промочить пересохшее горло, и жадно присосалась к бутылке с водой.

Проклятое сообщение Системы отчетливо сияло прямо перед моими глазами.

[В данный момент ваш уровень внимания составляет 65%.]

[Если вы не достигнете 100% за оставшееся время, вы умрете.]

[Оставшееся время: 2 дня 11 часов 25 минут 30 секунд]

[Ваш титул — «Обойденный вниманием хайпожор».]

[Уровень хайпожорства: ★]

— Почему только я?! Почему именно я?! — в сердцах выкрикнула я.

Я с силой отшвырнула бутылку. Но она, лихо прокатившись по земле, обо что-то ударилась и отскочила прямо мне в ногу. Мне оставалось лишь вскрикнуть и схватиться за ноющую лодыжку.

Разумеется, несмотря на мой вопль, никто не обратил на меня ни малейшего внимания.

Пару недель назад я бы, наверное, разрыдалась от обиды. Но сейчас мне было настолько нелепо, что я просто закипала от бешеной ярости.

Да, признаю, со мной случилось вселение.

Как оказалось, я попала в новеллу, в которой вышло всего десять глав.

К счастью, я очнулась в теле благородной леди. Но вот незадача.

Я — хайпожор.

Точнее, если я не смогу им стать, я помру.

Я, человек, который даже соцсети никогда не вел, теперь должна быть хайпожором! Что это за бред сивой кобылы?

«Мир ты мой навозный, ты испражняешься на меня на редкость инновационно! Знай я, что так будет, хоть в ютуберы бы подалась!»

— Ха-а...

В итоге и сегодня меня ждал провал. Тяжело дыша, я проверила сообщение Системы.

[Уровень внимания: 69%]

[Оставшееся время: 2 дня 5 часов 6 минут 22 секунды]

Ох, мое давление... Шесть часов я корчилась, вытворяя черт знает что и устраивая всевозможные шоу, а уровень поднялся всего на жалкие четыре процента?

Я схватилась за затылок и стала искать, на что бы опереться, чтобы не грохнуться в обморок.

Сейчас рядом со мной не было прекрасного принца, который подхватил бы меня при падении.

Не было и Герцога, который в панике стал бы допытываться, что у меня болит.

И уж тем более не было Магистра Магической башни, готового немедленно телепортировать меня домой.

Все, что у меня было — это выдающиеся навыки битбокса и толпа зрителей, которые их в упор не замечали.

А еще — бутылка воды, которую я в приступе ярости смяла в бесформенный кусок пластика... Хм, может, в следующий раз попробовать силовое шоу?

И как раз в тот момент, когда я, вконец упав духом, собиралась уходить!

О чудо! Самый завидный жених королевства, Герцог Эскаротт, подошел ко мне и с обеспокоенным лицом коснулся моей щеки.

Более того, наш Кронпринц, несмотря на свою колоссальную занятость государственными делами, внезапно появился, словно ветер, чтобы поддержать меня.

И это еще не все! Магистр Магической башни, мгновенно заполнив пространство своей магией, тоже ввязался в ожесточенную борьбу за мое внимание.

...Разумеется, это были лишь мои фантазии.

И почему воображение у меня такое до тошноты детальное?

Подавляя подступившее чувство утраты, я кое-как собрала свои вещи и сошла с помоста.

Впрочем, один утешитель у меня все же нашелся. Единственный зритель, который приходил ко мне каждый день в надежде на кусочки хлеба, оставшиеся после моего перекуса.

«Вкусно тебе?.. Ешь побольше...»

Я хмуро посмотрела на голубя, крутившегося под ногами, и отправилась домой. С моих рук сыпались одни лишь хлебные крошки.

— Я дома-а-а!! — мой голос, почти переходящий в крик, громогласно разнесся по холлу, едва я переступила порог особняка.

Я понимала, что для благородной леди вести себя так — верх неприличия. Но если я не буду так бесноваться, домочадцы вообще на меня не взглянут.

Не знаю, была ли девушка, в которую я вселилась, такой изначально, или это влияние дурацкой Системы, но все здесь меня попросту игнорировали.

Поэтому, когда я впервые ужинала с ними, я всерьез решила, что я либо незаконнорожденная, либо какая-нибудь дальняя родственница, которую приютили из жалости на одну ночь.

«Но мы оказались настоящей семьей».

Тело, которому в Доме Штреккер досталась участь хуже остывшей каши, принадлежало Мэйбелин Штреккер.

Она была леди из семьи виконта — не слишком богатой, но и не настолько бедной, чтобы бедствовать.

Мать Мэйбелин, супруга виконта, погибла в результате несчастного случая, когда та была еще ребенком. Узнав об этом, я первым же делом проверила ее прижизненный портрет.

Женщина с темно-синими волосами и янтарно-золотистыми глазами.

Среди всех детей только я унаследовала от матери и цвет волос, и цвет глаз. Но мы были лишь отдаленно похожи, а не копиями друг друга.

Сначала я думала, что отец избегает дочери, потому что она слишком напоминает ему любимую жену, и смотреть на нее для него — сплошная мука.

«Я даже портрет отыскала, надеясь на такой расклад».

Однако, глядя на Виконта Штреккера, который проявлял к покойной супруге обычные человеческие чувства — не убивался от тоски, но и не забыл ее окончательно, — я не могла делать поспешных выводов.

Обычно в историях о перемещении в другие миры или вселении отец главного героя — это либо одно, либо другое.

Либо конченый подонок, который день и ночь тиранит ребенка, издевается или мечтает выгодно продать.

Либо папаша-наседка, готовый умереть от восторга от одного взмаха ручки своего драгоценного чада.

Но Виконт Штреккер не был ни тем, ни другим. Он был пресным, как дистиллированная вода.

Вроде бы и не проявлял интереса, но если попросишь о чем-то нужном — обеспечивал. За столом разговоров не заводил, но звать на трапезу никогда не забывал.

Честно говоря, такое отношение мне даже нравилось. Чрезмерное внимание — это всегда лишнее бремя.

Разумеется, если забыть о том факте, что я — хайпожор.

Ай лав внимание! Ваша дочь — хайпожор!

Мэйбелин была не единственным ребенком. У нее было два старших брата и один младший.

Пожалуй, им уже пора вернуться...

Рывок.

Стоило мне о них подумать, как мои благовоспитанные братья, словно по команде, появились на пороге.

— С возвращением, брат Даниэль.

Даниэль Штреккер. Старший сын и будущий глава Дома Штреккер.

Я приветствовала его сияющей улыбкой.

Все было обставлено так, будто я «совершенно случайно» проходила мимо. И уж точно не ради того, чтобы целый час крутиться здесь в ожидании его ответного приветствия.

Но мой проницательный братец, видимо, все прекрасно понял. Он окинул меня брезгливым взглядом и прошел мимо.

Стоя столбом, я слушала ритмичный стук шагов Даниэля, поднимающегося по лестнице.

Глядя на его статную спину, я с трудом подавила искушение вцепиться в его аккуратно завязанные темно-синие волосы и хорошенько их дернуть.

«Ах ты, наглец. Твоя такая милая и очаровательная сестренка так свежо и ярко тебя приветствует, а ты просто игнорируешь?»

Вскоре вошел и второй брат, Ноа.

В отличие от книжного червя Даниэля, Ноа обладал талантом к боевым искусствам и служил рыцарем в Королевском гвардейском отряде.

День был жарким, и, видимо, тренировка сегодня выдалась тяжелее обычной. На лбу Ноа выступили бисеринки пота.

Не сдаваясь, я снова расплылась в улыбке и протянула ему платок.

— Сегодня было жарковато, да? Может, сделать тебе Лимонад?

Ноа по очереди пристально посмотрел то на мое лицо, то на платок, а затем отвернулся, бросив короткое:

— Не надо.

Он даже слегка оттолкнул мою руку, в которой я держала платок.

«Ах вы, паршивцы! Неужели вы и правда так со мной? У сестры на сердце кровавые слезы».

Теперь оставался только младший. Закусив платок, я стала ждать последнюю цель.

К тому времени, как вышивка на платке превратилась в бесформенное месиво, дверь распахнулась бодрее, чем за весь сегодняшний день.

— !

Едва переступив порог, Михаил вздрогнул. Похоже, он и представить не мог, что я буду его здесь поджидать.

— Се... сестрица. Почему вы здесь стоите?.. — осторожно пробормотал Михаил.

Есть! Наконец-то! Первый раз кто-то заговорил со мной первым! Все-таки только на тебя и можно положиться, младшенький!

Я отступила назад, освобождая Михаилу место.

— Да так, просто мимо шла на ужин. Ты ведь тоже проголодался?

— А... Да... — Михаил замялся, неловко потирая затылок.

Что это за тревожная атмосфера?

Как и полагается, дурные предчувствия всегда сбываются.

Я не успела вставить и слова. Этот нерешительный паренек коротко кивнул. Лицо у него было как у новичка, который изо всех сил пытается пораньше смыться с корпоратива.

— Тогда я пойду сначала умоюсь.

— А? Пря-прямо сейчас?

— Да. Я немного устал.

— Вот как... Раз устал, надо помыться... Ха-ха...

Я надеялась на продолжение продуктивной беседы, но Михаил просто прошел мимо.

Нет, погодите, это правда все? Серьезно? Финиш? Конец? Эндшпиль?

Я до крови закусила дрожащую губу и открыла окно системы.

[Уровень внимания: 71%]

[Оставшееся время: 2 дня 2 часа 55 минут 16 секунд]

[Если вы не достигнете 100% за оставшееся время, вы умрете.]

Как бы мне ни хотелось этого признавать, для меня это действительно был эндшпиль.

Нет, ну что это за правила? Хайпожоры обычно мрут от избытка внимания, как рыбки-переростки, а тут хайпожор, не получающий внимания, должен сдохнуть? Вы серьезно? Просто продолжайте меня убивать, чего уж там.

Я яростно посмотрела в небо.

«Эй, господин Бог, если ты меня слышишь, ну-ка выходи!»

Разве можно так обращаться с персонажами? Разве после такого ты имеешь право называться Богом? Я тут, между прочим, одиночный пикет провожу! У вас там что, даже отдела по работе с жалобами нет?

— Ты... Ты... гад, чтоб ты все состояние на биткоинах спустил! Вор полотенец из фитнес-клуба! Злодей, пускающий беззвучные газы в метро-о-о-о!

Фух, полегчало.

Выплеснув порцию самых мелочных ругательств, я направилась в зал, где проходил торжественный прием по случаю ужина.

Поскольку трое безупречных сыновей, которым было так невтерпеж смыть с себя грязь, сообщили мне о своем уходе в ванную, в зале пока были только я и виконт.

Чтобы привлечь к себе хоть немного внимания, я намеренно с грохотом отодвинула стул и поприветствовала отца.

— Добрый вечер, отец.

Виконт даже бровью не повел на этот раздражающий скрежет стула.

Он лишь молча посмотрел на меня, а затем разомкнул плотно сжатые губы.

— Если ты была так голодна, могла бы просто сказать.

Его взгляд был прикован к платку, который я старательно жевала. Это был первый случай невербального внимания за сегодня.

Боже мой, вот такое внимание мне нравится! Очень нравится! Давайте-ка снимем еще дубль, поглубже.

Я демонстративно принялась грызть платок еще усерднее, будто это была сочная жареная индейка.

— Вовсе нет, отец. Нужно уметь терпеть голод, не так ли? Также необходимо правильно контролировать свой рацион. И вообще...

Я выплюнула изжеванный платок и посмотрела прямо в темно-синие глаза виконта.

— Вы бы все равно не поняли, даже если бы я сказала.

http://tl.rulate.ru/book/168728/11754616