Готовый перевод The Maid and the Vampire / Горничная и вампир: Глава 12: Нелепость и покорность (12)

Арым безучастно сидела и наблюдала за тем, как ест Вампир. Тот с трудом съел один кусок с тарелки и теперь наливал воду из заварочного чайника. Заварочный чайник, явно созданный мастером, вложившим в него всю душу, красовался своим изяществом: округлые формы, гладкая белая поверхность, золотая кайма на крышке — всё было безупречно. Это была вещь, которую можно увидеть разве что в антикварной лавке, и Арым, поддавшись девичьему любопытству, смотрела на него с блеском в глазах. Однако её взору предстало странное зрелище.

Прозрачная, как слеза, обычная вода потекла из носика чайника. Цвет был совсем не похож на чай. Обычно должна течь зеленоватая, красноватая или хотя бы белесая жидкость. Арым, в чьих фантазиях из носика обязательно должен был литься черный чай, впала в панику от несбывшихся ожиданий.

К тому же в комнате совсем не пахло чаем. Никто не доставал заварку из той благородного вида жестяной банки и не насыпал её в заварочный чайник. И вообще, почему в заварочном чайнике сразу оказалась горячая вода? Разве её не должны приносить в отдельном кувшине?

Вампир набрал в рот прозрачную воду, налитую в белую чашку с золотой каймой из того же набора, прополоскал рот и залпом проглотил её.

Арым, отчаянно пытаясь вспомнить уроки этикета из старшей школы, снова посмотрела на заварочный чайник, из которого лилась обычная вода. Вампир неспешным движением снова наполнил чашку. Его лицо выражало полную обыденность происходящего. Никто не сыпал громы и молнии, не летели кинжалы. Хотя Герцог явно не выказывал недовольства, лицо Арым постепенно бледнело. В базе данных её мозга не было ни одного упоминания об аристократе, который ел бы пирог с простой водой. Он непременно должен пить черный чай. Ну или хотя бы чай со странным названием. Сработали её стереотипы.

— Ваша Светлость, простите меня.

В итоге побледневшая Арым взмолилась. Она быстро сменила позу «по-турецки» на коленопреклоненную. Вампир, прихлебывая воду, посмотрел на неё.

— Я совсем забыла заварить чай... Ох... Почему же вы не сказали? Нет, простите. Я должна была сама догадаться, даже если вы молчали. Мне очень жаль. Сходить за свежей водой прямо сейчас?

Арым бормотала что-то бессвязное, едва не плача. Вот ведь дура. Если ей оставили чайный сервиз, она, конечно, должна была сама всё заварить. Стал бы господин аристократ делать это своими руками? Она так увлеклась пирогом, что совсем об этом не подумала. Вряд ли её убьют за такое, но это всё равно была огромная ошибка.

Юн Арым была пассивным перфекционистом. В ночном самопредставлении она назвала себя прилежной, но правильнее было бы сказать — чрезмерно прилежной. Навязчивая идея о том, что любое порученное взрослыми дело должно быть выполнено идеально, доминировала в её сознании. Именно это заставляло её верно исполнять обязанности главы семьи в доме без отца и быть надежной старшей сестрой для двоих младших.

Она даже пообещала Вампиру, что будет хорошо прислуживать ему. И тут такое! И тут такое!

— Ваша Светлость, что мне делать?

Герцог молча посмотрел на настойчивую Арым, затем налил ещё чашку воды и поднес к её губам.

— Не неси чепухи.

Арым приняла чашку. Маленькая, милая чашечка. Пока она растерянно крутила её в руках, Герцог цокнул языком.

— Ты же говорила, что нужно проверить, нет ли там яда.

— Но вы ведь уже выпили её, Ваша Светлость, так что теперь пробовать бесполезно, разве нет?

Вампир лишь молча уставился на Арым. Она попыталась было еще поупрямиться, но сдалась и выпила воду. Для Арым это оказалось кстати. Вода приятно освежила рот, в котором с каждой минутой становилось всё суше. Когда она протянула чашку, чтобы вернуть её, Вампир налил ещё.

— Тут слишком мало, выпей ещё.

Арым без лишних слов выпила вторую чашку. Но на этот раз она не стала глотать воду залпом, а набрала немного в рот, покатала на языке, как бы смакуя, и только потом проглотила. Затем сделала еще один глоток с серьезным видом, даже зажмурившись от усердия.

— Хм. Никакого вкуса. Определенно, яда нет.

«Ха». Прямо над ней послышался смешок. Арым, изображавшая детектива и смотревшая вниз, подняла взгляд и увидела Вампира с насмешливым лицом, который забрал чашку из её рук.

— И какой дурак в наше время использует яд со вкусом?

— А если вкуса нет, то как узнать, что там яд?

— Ну, когда из всех твоих отверстий хлынет кровь, тело сведет судорогой или ты свалишься в обмороке, тогда и поймешь, что там был яд.

«Ох. Какие страшные слова». Арым неловко улыбнулась и ответила:

— Я... я выполняю действительно важную роль. Нельзя допустить, чтобы с моим драгоценным господином случилось подобное.

— Раз ты это понимаешь, сделай что-нибудь со своим отвратительным запахом.

— Отвратительным запахом?

Арым зашмыгала носом, принюхиваясь. К сожалению, её обоняние не улавливало ничего неприятного. Вчера она хоть и просто ополоснулась водой, но запах тела не должен был быть сильным. Пока она обнюхивала свои предплечья и одежду, Вампир, перегнувшись через подлокотник дивана, указал пальцем на её ноги.

— Да. С самого начала этот горький запах, похожий на яд, медленно расползается вокруг, я больше не могу это терпеть.

Арым с понимающим видом сменила позу и сняла туфлю. «Ух». Не успела она стянуть одну, как невольно вырвался стон. Арым прикусила губу и резко потянула обувь на себя. Пятка носка насквозь промокла от сукровицы и крови. Она чувствовала боль, но, видимо, рана оказалась серьезной. Дрожащими руками Арым сняла носок. Обнажившаяся рана выглядела ужасно. И как она умудрилась так сильно пораниться за такое короткое время? Мозоли давно лопнули, и от постоянного трения о носок в итоге пошла кровь. Ей казалось, что обувь как раз в пору, но, видимо, она была тесна. Арым сняла и вторую туфлю. Там оказалась такая же рана.

— Ой... Что же делать?

Арым посмотрела на Вампира. Тот уже успел отойти за стол. Видимо, запах и впрямь был ему неприятен, раз он даже прикрыл нос рукавом. Впрочем, вряд ли это помогало. Арым стало немного неловко перед ним. Она не думала, что он будет так сильно воротить нос.

Вампир дернул за шнурок, свисающий со стены. Хотя звука не последовало, вскоре в рабочий кабинет вошел Логан Рамонт.

— Вы звали?

Логан Рамонт развернул стопку бумаг, похожую на реестр, и приготовил перьевую ручку. Он был готов записывать любое распоряжение.

— Убери раны этой девки. Запах невыносимый.

Логан записал это, а затем перевел взгляд на Арым, сидевшую на полу у дивана. Она сидела на полу, подтянув подол платья к коленям, и её босые ноги выглядели совсем неопрятно. Однако даже на его взгляд окровавленные пятки выглядели довольно болезненно.

— Слушаюсь.

— И подбери ей обувь посвободнее. Чтобы такого больше не повторялось.

— Да. Идите за мной.

Выйдя из кабинета и следуя за Логаном Рамонтом, Арым подумала, что Вампир, на самом деле, довольно доброе существо. Хоть причиной и был неприятный запах, он всё же позвал человека, чтобы вылечить её раны — как это заботливо.

Конечно, заставить её идти босиком было не самым заботливым поступком. Арым хотела было надеть туфли, хотя бы смяв задники, но Вампир её остановил. Под предлогом того, что раны могут стать хуже и запах распространится еще сильнее, Арым пришлось идти за Логаном Рамонтом босиком, неся туфли с засунутыми в них носками в руке. В результате ей пришлось пересекать холодный мраморный пол голыми ногами. Несмотря на чистоту, она иногда чувствовала под стопами мелкие песчинки.

Арым привели в маленькую комнату рядом с кухней. Большой деревянный стол, несколько деревянных стульев, один деревянный шкаф. Интерьер был лаконичным. Видимо, это была комната отдыха для слуг. Логан Рамонт бросил лишь одну фразу: «Жди здесь», и ушел, оставив её одну.

Логан Рамонт вел себя совсем не так, как когда давал советы в экипаже. Пока они шли сюда, он не проронил ни одного ласкового слова. Например, не спросил, сильно ли болят ноги. Решив, что вежливая речь для него — просто привычка, Арым подумала, что такое холодное отношение, возможно, вполне оправданно. Горничная с пожизненным контрактом и помощник-адъютант Герцога — это люди разного круга. Она сидела на деревянном стуле, болтая ногами, и ждала Логана Рамонта. Она предполагала, что он принесет аптечку.

Но вошедший человек не оправдал её ожиданий.

В комнату вошла женщина с красивыми фиолетовыми волосами, собранными в высокий хвост, одетая в чистое Платье горничной из черного шелка, неся корзинку с тканью. В её мягкой улыбке нельзя было найти ни тени мрачности от работы на Вампира. Уверенная осанка и грациозные движения — если бы она сменила одежду, никто бы и не заподозрил в ней горничную.

Это вовсе не означало, что Платье горничной из черного шелка ей не шло. В ней была аура, превосходящая одежду, и благодаря своему особому шарму она смотрелась в униформе очень естественно. Справедливости ради, само платье тоже отличалось. Черная ткань ложилась гладко, отливая блеском, а мелкие складки на рюшах были совсем другого уровня, чем на платье Арым. Дизайн был похожим, но крой и линии подчеркивали фигуру совсем иначе.

— Привет!

— Здравствуйте.

На приветствие женщины, прищурившей глаза в улыбке, Арым тоже неловко ответила. Та улыбнулась ещё шире, стремительно подошла и поставила корзинку на стол.

— Меня зовут Марин Аллей.

— А я...

— Знаю. Юн Арым, верно? Я запомнила, как только услышала от старшей горничной.

Марин наклонилась и осмотрела пятки Арым. «Ох-хо-хо». Она издала сочувственный стон, будто ей самой было больно, и тут же достала из корзинки белый порошок мелкого помола и начала посыпать им раны. В это время она болтала голосом таким же прекрасным, как и её внешность.

— Всем было любопытно, кто же стал личной горничной Его Светлости. Эта должность пустовала несколько лет. Солен хоть и старшая горничная, но она не прикреплена лично к нему. Не думала, что это будет такая юная девушка. Сколько тебе лет?

— Девятнадцать.

— Ой! Да мы же ровесницы!

Марин внезапно подняла голову и принялась внимательно разглядывать лицо Арым. Её пристальный взгляд словно пытался просветить кожу Арым насквозь и найти саму её суть. Арым только сейчас заметила, что фиолетовые глаза Марин, которые она считала просто красивыми, на самом деле имели довольно острый разрез. Если бы не неизменная улыбка, она бы вздрогнула от этой остроты. Как ни посмотри, они не выглядели ровесницами. Марин озвучила ту же мысль.

— Совсем не похоже, что мы одного возраста.

«Это уж точно», — пробормотала Арым про себя. В её глазах Марин Аллей была женщиной со зрелым и соблазнительным очарованием. Она была настолько красива, что возникал вопрос, может ли горничная так за собой следить. У неё была совсем иная атмосфера, нежели у нескладной десятиклассницы Юн Арым. Если поставить их рядом, люди приняли бы Марин за студентку третьего курса университета, а Арым — за ученицу третьего класса средней школы.

Закончив разглядывать лицо Арым, Марин достала из корзинки чистую ткань. Видимо, это был местный аналог марли. Она обернула ткань в два слоя и завязала узелок, завершая процедуру. Арым уже собиралась поблагодарить поднявшуюся Марин, но услышала довольно провокационную фразу:

— И всё же, хм. Я ведь красивее, правда?

http://tl.rulate.ru/book/168587/11746517