Готовый перевод Lucky Man Traveling through Games and Anime / Счастливчик: Путешествую по играм и аниме: Глава 7. «Наследие Героя»

Путь едва ли можно было назвать приятным, особенно под палящими лучами солнца. Впрочем, жара все же была куда милосерднее тьмы, в которой таились опасности, так что жаловаться не приходилось.

К удивлению наемников, девочка по имени Мисака Микото, которую они поначалу приняли за изнеженную аристократку, ни на шаг не отставала от отряда. Она двигалась даже более непринужденно, чем привычные к переходам бойцы, что невольно наводило на определенные мысли. Если раньше казалось, что молодая госпожа просто отбилась от охраны на границе Кровавого Предгорья, то теперь закрадывалось подозрение: а что, если она с самого начала была одна?

Лукака тряхнул головой, стараясь отогнать эти нелепые предположения. Одиночное путешествие по Кровавому Предгорью было авантюрой, на которую не решился бы и наемник Серебряного ранга, особенно здесь, у самых границ Холодных Равнин. Встреча с группой Громил могла стать фатальной даже для опытного ветерана.

Но Холодные Равнины таили в себе угрозу куда страшнее Громил – существ, известных как Падшие.

Сами по себе Падшие не были могущественны. Фактически, один такой монстр едва ли превосходил по силе зомби. Однако они никогда не бродили в одиночку, являясь одним из немногих стадных видов среди демонов. Но по-настоящему пугающим было не количество этих тварей, а тот факт, что в каждом их племени всегда присутствовал один, а то и несколько Шаманов Падших.

Шаманы были опаснее Громил. Мало того что они метали огненные шары, способные нанести колоссальный урон, так еще и пламя это было родом из самой Преисподней: если оно касалось обычного человека, потушить его было невозможно, пока бедняга не превращался в пепел. Мощи такого снаряда страшились даже воины Бронзового ранга, сумевшие возвыситься над толпой. Но самым ужасающим было их умение воскрешать павших сородичей, доводя тактику «пушечного мяса» до абсолюта.

Именно поэтому встреча с лагерем Падших сулила беду даже крупным отрядам наемников под предводительством бойцов Бронзового ранга. А если путникам не везло наткнуться на Бишибоша – особого Шамана, обосновавшегося в одном из уголков Холодных Равнин, – то спасаться бегством приходилось даже героям Серебряного ранга или Золотым мастерам, что уже коснулись «Врат Закона» и по силе сравнялись с Героями.

Лишь те исключительные личности, что обрели сверхчеловеческую мощь выше среднего уровня Золотого ранга и заглянули за порог Правил, могли иметь достаточно уверенности, чтобы в одиночку пересекать эти земли. Для любого другого это было равносильно самоубийству.

Могла ли эта девочка быть наемником Золотого ранга? Лукака сразу отмел эту догадку. Мастерство наемника ковалось в огне и крови годами. Талант важен, но многолетний опыт сражений незаменим, а у десятилетней девочки его быть просто не могло.

Лукака скорее был склонен верить, что выносливость молодой госпожи объясняется ее происхождением. В этом мире такое не редкость: некоторые аристократы обладали особыми родословными, будучи потомками самих Героев, и наследовали их уникальные способности. По сути, нынешняя знать – это дети тех самых легендарных героев, что сотни лет назад запечатали Троих Изначальных Зол в ходе великой битвы, вошедшей в анналы истории. Благородная кровь была их истинной гордостью, хотя сегодня лишь немногие из них могли пробудить её силу – роскошь и праздность неизбежно лишали воли к росту.

Микото не мешала наемникам заблуждаться. Она не хотела, чтобы кто-то узнал о её истинном классе – Волшебнице.

Мир игры «Диабло» поначалу сбил её с толку. Раз в оригинале игрок управлял одним из множества Героев, она решила, что в этом мире они встречаются на каждом шагу – во всяком случае, не являются редкостью.

Но после недолгого общения Микото осознала свою ошибку. Герои действительно не были «редким видом», потому что как класс они в этом мире практически вымерли. По крайней мере, так считало большинство людей.

Что же она чувствовала, осознав это? Тщеславие? Радость от того, что небеса избрали именно её?

Нет. Единственное, что сейчас ощущала Микото, был страх.

Поскольку Трое Изначальных Зол были запечатаны сотни лет назад, а Четыре Меньших Зла под гнетом Небес забились в глубины Преисподней, мир людей казался относительно стабильным, несмотря на обилие демонов. И, возможно, только Микото, пришедшая из иного мира, знала: этот покой не продлится долго. В ближайшем будущем не только Меньшие Зла явятся в мир людей, но и сами владыки ада пробудятся один за другим.

Если бы Герои встречались повсеместно, Микото могла бы утешать себя тем, что найдутся «те, кто повыше», готовые принять удар на себя. Владыки демонов были бы лишь монстрами для прокачки опыта, за которыми стояла бы очередь из желающих.

Но реальность оказалась иной. Она – единственный Герой. Андариэль, Дуриэль, Мефисто, Диабло и даже величайший из них, Баал, Повелитель Разрушения, – противостоять им придется ей одной. Это был долг, пришедший вместе с силой Героя.

В этом мире не было «высоких парней», способных подпереть падающее небо. Она сама была самой высокой – и когда небо рухнет, оно придавит её первой.

Пусть это выглядело как бегство, но Микото не хотела раскрывать свою личность Волшебницы этим людям. Возможно, ей просто не хватало уверенности, чтобы принять всё это. Чужие ожидания, чужие взгляды… сейчас Микото не чувствовала в себе сил нести бремя этой славы.

«Пожалуй, сейчас я даже не достойна имени Мисака Микото», – подумала она. Та, другая девочка, была храброй и брала на себя всё, даже то, в чем не была виновата. Она готова была пожертвовать жизнью ради спасения других, и хоть иногда тайком плакала, она всегда оставалась сильной.

Голос Лукаки вывел её из оцепенения:

— Госпожа Мисака, я подумал… не пора ли нам сделать привал?

Они шли под палящим солнцем уже три часа. Путь лежал через каменистые пустоши, где приходилось постоянно быть начеку из-за угрозы нападения монстров. Просьба Лукаки была вполне разумной, но сам он выглядел смущенным. В конце концов, наемники, выступавшие в роли защитников, выдохлись первыми, в то время как их наниматель – маленькая девочка – всё еще выглядела бодрой. Это било по их самолюбию.

Микото кивнула без тени насмешки, и Лукака с облегчением выдохнул. Его симпатия к этой не заносчивой аристократке только крепла.

Климат в степи был влажным. Прошедший дождь не принес прохлады, лишь сделав воздух душным и тяжелым. Привал в этих краях не означал уютную придорожную таверну – людям пришлось располагаться прямо в грязи, на мокрой траве. Найти хоть клочок сухой земли здесь было непозволительной роскошью.

Такова была жизнь наемника: каждый день – риск, каждый переход – испытание. И всё же они считали себя счастливчиками. По сравнению с бедняками, умирающими от голода и холода, у них была сила и возможность после каждого успешного похода насладиться добычей. В этом и заключался смысл их опасного ремесла.

— Босс, вода!

После короткого выкрика худощавый мужчина достал из тележки, которую они прозвали «труповозкой», бурдюк и бросил его Лукаке. Микото, чьи чувства обострились благодаря способностям Героя, заметила на коже бурдюка грязные, сальные пятна. Вспомнив, рядом с чем лежала эта фляга, она почувствовала подступившую к горлу тошноту.

В этот момент она увидела, как наемник тянется за вторым бурдюком, явно собираясь бросить его ей. Микото испуганно замотала головой. Движение вышло настолько резким, что больше походило на судорогу от удара током.

Дело было не в изнеженности. Помимо того что сальная фляга была негигиеничной, Микото с ужасом осознала: она не может понять, что это за жир. Был ли это жир от жареного мяса или трупный жир, натекший с останков монстров в телеге? Трупный жир – от одного этого сочетания слов становилось дурно. Даже привыкнув в прошлой жизни к сомнительному маслу из уличных забегаловок, сейчас она была на пределе своих нервов. И учитывая, что фляги лежали среди кусков плоти под палящим солнцем, её опасения не были беспочвенными.

Отказ Микото озадачил Лукаку. Вскоре, однако, он догадался о причинах и сокрушенно нахмурился:

— Госпожа Мисака, в таких диких местах приходится мириться с неудобствами. Обезвоживание на такой жаре – штука серьезная.

Лукака был прав, и Микото это понимала. Жажда действительно мучила её – с самого появления в этом мире она не выпила ни капли воды, если не считать двух зелий. Пока она была напряжена и измотана, это не чувствовалось, но теперь, когда пришло время отдыха, сухость во рту стала невыносимой. Однако перспектива пить жидкость, в которой мог плавать трупный жир, пугала её сильнее смерти от жажды.

— Капитан Лукака, раз мы в степи, поблизости ведь должна быть река?

Хотя в её прошлом мире реки порой мало чем отличались от сточных канав, Микото предпочитала верить в экологию этого мира. Речная вода казалась ей куда чище содержимого этих бурдюков.

После недолгого колебания Лукака кивнул:

— Я понял, госпожа Мисака. Я велю ребятам осмотреться.

Он медлил, потому что разведка в этих краях всегда была сопряжена с риском. Но раз он взял плату, его долгом было выполнять просьбы нанимателя, пока те не противоречили здравому смыслу.

Слова Лукаки заставили Микото занервничать. Она знала, насколько опасно Кровавое Предгорье для обычных наемников, и изначально планировала сходить на разведку сама. В конце концов, как Волшебница, пусть даже низкого уровня, она не боялась местных зомби и иглобразов.

Но Лукака, разумеется, не позволил бы ей рисковать. Дело было не только в контракте: гордость не позволяла толпе взрослых мужчин отправить маленькую девочку одну в неизвестность.

Внезапно Микото осенило. Она вспомнила про карту, о которой напрочь забыла, как только встретила этих «проводников». Она вытянула из-за пояса свиток пергамента – не слишком изящный, но прочный. Сама она не могла в ней разобраться, не зная своего местоположения, но для наемников, годами топтавших Кровавое Предгорье, она должна была стать знакомой книгой.

Лукака принял карту с некоторым удивлением, но через секунду его взгляд изменился. Он смотрел на неё так, словно человек, изнывающий от жажды в пустыне, внезапно увидел прекрасный оазис. Хотя сравнение с мужчиной, не видевшим женщин полмесяца, тоже подошло бы… Микото было неловко признавать свой нынешний пол, но взгляд Лукаки был прикован не к ней, а к пергаменту. Его голос даже дрогнул:

— Клянусь Геей! Госпожа, откуда у вас эта карта? Ах…

Прежде чем Микото успела ответить, Лукака сам нашел объяснение: наверняка это семейная реликвия. Впрочем, чтобы владеть такой вещью, её семья должна была быть не просто мелкими аристократами.

Неудивительно, что Лукака пришел в такое волнение. Карта, про которую Микото почти забыла, была невероятно подробной. Она сама не могла оценить масштаб, но Лукака, исходивший эти земли вдоль и поперек, заметил на ней даже заброшенный дом, в котором они вчера случайно нашли приют.

С такой картой отряд «Серебряный Волк» мог планировать свои действия идеально, находя лучшие места для лагеря каждую ночь. Кровавое Предгорье буквально превращалось в их задний двор.

Но поразило Лукаку не только это. Если бы речь шла только о Предгорье, можно было бы нанять картографов и постепенно составить план местности. Но охват этой карты был невообразимым.

«Невообразимый» – слишком слабое слово. Здесь были не только Холодные Равнины, но и Каменистое Поле, Темный Лес… Клянусь Геей, здесь была даже Забытая Башня на Черном Болоте, где обосновалась Графиня, и далекое Нагорье Тамо. Всё в мельчайших деталях.

Проникнуть в логово монстров, измерить и зарисовать каждый угол… на такое не способен даже легендарный герой Золотого ранга. Падшие уже были кошмаром, но в глубине тех земель обитали твари в сто крат сильнее: Темные Лучницы, Темные Копейщицы, Пылающие Маги… Любой из этих демонов мог в одиночку уничтожить весь отряд «Серебряный Волк», а там они бродили тысячами.

Лукака невольно вспомнил древние сказания о героях прошлого, которые теперь превратились в сказки для детей. О тех, кого называли Героями. Говорили, что любой из них мог сражаться с полчищами монстров, обладая силой, которую современный человек не мог даже вообразить.

Поскольку аристократы считались потомками Героев, Лукака пришел к единственному логичному выводу: эта карта – наследие предков Микото. Наследие самих Героев.

Конечно, это было лишь его заблуждением. Обычный человек этого мира не мог знать истины, ведь он никогда не слышал девиза: «Пространство Главного Бога – знак качества». Для системного артефакта такая детализация была делом обыденным.

http://tl.rulate.ru/book/168076/11613762