Готовый перевод Game of Thrones Viserys the Three-Headed Dragon / Игра Престолов: У дракона три головы: 14. Каждый о своем

Иллирио смотрел на Визериса, который замер в ожидании ответа.

— Простите мне мою прямоту, Ваша Милость, — наконец выдавил он. — Ваши взгляды на политику Семи Королевств весьма… необычны. Я никогда не слышал ничего подобного и не могу судить о правдивости ваших слов. Вы утверждаете, что смерть старого Десницы ввергнет страну в хаос. Но насколько я знаю, король Роберт в молодости был великим воином. Да, о нем ходят разные слухи, но его власть над королевствами кажется незыблемой. Он в расцвете лет, и мне трудно поверить, что кончина одного советника вызовет такую бурю.

— Что ж, прискорбно, — Визерис изобразил разочарование, но в его голосе не было ни страха, ни гнева. — Однако я понимаю твои сомнения, Иллирио. Сейчас у меня нет ничего, кроме слов, и я не жду слепой веры. В первый день в твоем поместье мы договорились: ты мой благодетель, а не подданный. Скажи мне, теперь, когда я отверг твой план и высказал свои мысли – готов ли ты и дальше поддерживать мое дело?

Поведение Визериса поразило Иллирио куда больше, чем его речи. Принц выглядел так, будто проявил доверчивость, раскрыл душу и попытался привлечь магистра на свою сторону, но при этом явно оставил за собой решающий козырь. Такая манера выдавала в нем человека, имеющего твердую почву под ногами. Даже если это была актерская игра, она была исполнена мастерски. Король-Попрошайка вел себя как безумец, но в этом безумии проглядывал расчет.

Иллирио несколько раз открывал рот, прежде чем задать вопрос:

— Ваша Милость, вы сказали, что мне ничего не нужно делать… и что вы назначите меня мастером над монетой. Это истинное слово короля?

— Я – Визерис Таргариен, третий этого имени, — торжественно произнес принц. — Короли не бросают слов на ветер.

— Значит, только кров и ожидание смуты? — Магистр все еще сомневался, обдумывая каждое слово.

— Да. Нужно лишь время. Дождись смерти старого Десницы, и увидишь, что я не лгал. А когда Семь Королевств заполыхают, ты поймешь, как выгодно было вложиться в последнего Таргариена.

Лицо Иллирио менялось на глазах: сначала на нем отразилось раздумье, затем на миг промелькнула алчность, и, наконец, сомнение:

— А если Джон Аррен умрет, но хаос не наступит?

— Наступит, — отрезал Визерис без лишних пояснений. — Будь уверен, Иллирио.

— Простите мою наглость, Ваша Милость, — магистр все же решился на проверку. — Вы столь уверены… не потому ли, что сами приложили к этому руку?

Визерис не ожидал такого прямого вопроса от старого лиса. То ли Иллирио был слишком уверен в своих шпионах, знавших, что у Визериса нет никакой сети агентов, то ли он и впрямь разволновался от перспектив. Но принц сохранил маску таинственности:

— Магистр, умеешь ли ты хранить секреты?

— Разумеется, Ваша Милость, — с надеждой кивнул тот.

— Я тоже, — улыбнулся Визерис.

Иллирио осекся. Визерис в душе посмеивался над ним, но сохранял невозмутимый вид. Он обернулся к дороге, где исчезали дотракийцы со своими дарами.

— Ну что же, магистр, на всадников мы посмотрели. Пора возвращаться в город?

— Да, Ваша Милость, — отрешенно ответил тот.

На обратном пути Иллирио молчал, забившись в угол кареты. Визерис ехал верхом рядом, сохраняя бесстрастное лицо. Оба были погружены в свои мысли. Для магистра этот разговор стал настоящим ударом. Его затея сосватать Дейнерис кхалу и использовать Визериса как пешку рухнула. Король-Попрошайка, которого он считал легкоуправляемым, внезапно стал загадкой.

Иллирио терзал себя догадками: не стоит ли за Визерисом какая-то третья сила? Но если так, почему он все еще скитается и ищет приюта? Ждет момента? Но почему тайные покровители позволяют наследнику Таргариенов зависеть от милости магистров Пентоса, а не держат его в своих руках?

К середине пути Иллирио пришел к выводу: ему нужно лично отправиться в Королевскую Гавань. Визерис своими речами, возможно, спас сестру от продажи дотракийцам, но и сам поставил себя под удар. Теперь магистр и те, кто за ним стоял, будут следить за каждым его шагом.

Визерис понимал риски. Если его блеф раскроют, из потенциального партнера он превратится в безмозглую марионетку. Но он ставил на то, что интриганы вроде Иллирио и Вариса не верят в случайности и сами достроят в уме образ «тайной силы». Его сведения черпались из знаний о будущем. Теория «трех наследников» была чушью с точки зрения закона, но она идеально ложилась в канву заговоров. Это была мутная вода, в которой он собирался ловить свою рыбу.

Конечно, интриги – это лишь малый путь. Визерису нужны были реальные силы. Он надеялся, что Иллирио скоро начнет действовать, и тогда можно будет использовать богатства толстяка для поиска драконьих яиц и кости. Дракон в небе – лучший аргумент против любой измены.

Они вернулись в поместье во второй половине дня. Дейнерис уже пообедала в одиночестве, поэтому за стол в обеденном зале сели только Визерис и Иллирио.

— Не скрою, Ваша Милость, — начал магистр, приступая к еде, — всю дорогу я размышлял. И меня гложут сомнения.

— Я понимаю вас, магистр, — спокойно отозвался Визерис.

— Нет, я сомневаюсь не в ваших словах, а в условиях. Как купец, я не привык к такой щедрости. Вы просите лишь кров, а предлагаете пост мастера над монетой. Это слишком несоразмерно.

— Разве ты дал мне только крышу над головой и еду? — Спросил Визерис. — Нет. Ты дал мне безопасность от ищеек Узурпатора. Ты пошел на риск, составляя план моего возвращения. Прятать двух человек – это одно, а готовить вторжение – совсем другое. Я доверяю тебе, потому и предлагаю так много.

«Если бы ты мне доверял, ты бы не повторял это каждые пять минут», – подумал Иллирио, а вслух произнес:

— И все же, Ваша Милость, я не могу понять истоков этой милости.

— Хорошо. Ты ведь слышал о доме Тиреллов? — Спросил Визерис.

— Конечно. Розы Хайгардена.

— А о доме Гарденеров, что правил Простором до Эйгона Завоевателя?

— Слышал немного, — Иллирио начал догадываться, к чему ведет принц.

— Гарденеры были королями, а Тиреллы – лишь их стюардами. Но теперь Хайгарден принадлежит Тиреллам. Почему? Потому что Харлан Тирелл сдал замок Эйгону. У меня сейчас нет ничего, Иллирио. Но я помню каждого, кто первым сделал шаг мне навстречу.

Магистру стало не по себе. Он поразился тому, как ловко этот юноша владеет словом. Будь Иллирио чуть менее искушен, он бы уже уверовал в великую милость будущего короля.

— Ваша Милость, — произнес магистр с неопределенным выражением лица, — я должен сообщить вам: я намерен в ближайшее время отплыть в Семь Королевств.

— Вот как? — Визерис прищурился, изображая легкую тревогу.

— Я хочу своими глазами увидеть, что там происходит, и проверить ваши слова о положении дел при дворе.

— Понимаю, — Визерис расслабился. — Но, магистр, ты так и не осознал главного. Суть моей теории о «трех наследниках» вовсе не в ее правдивости.

— То есть?

— О, — принц самодовольно усмехнулся, — это мое маленькое творение. Надеюсь, в пути у тебя будет время подумать над этим. Уверен, ты поймешь, в чем тут соль.

Иллирио замер. С такой подсказкой ему не нужно было много времени. Он мгновенно понял: эта теория, какой бы шаткой она ни была, может стать идеальным семенем для слухов, способных взорвать Вестерос изнутри.

«Они пустят эти слухи, когда Аррен умрет?», – лихорадочно соображал он. «Неужели они думают, что одних сплетен хватит для смуты? Или есть что-то еще?»

— Будем считать это вашим испытанием для меня, Ваша Милость, — ответил магистр, скрывая дрожь в голосе.

— И раз уж ты беспокоишься о несоразмерности условий, — добавил Визерис, нанося завершающий удар, — мне действительно нужна твоя помощь. Я говорил об этом еще на корабле. Драконья кость и драконьи яйца, Иллирио. Смерть Джона Аррена близка, но времени все же может потребоваться немало.

В глазах принца вспыхнул фанатичный блеск.

— Если я сумею пробудить драконов за это время, мне не понадобятся никакие интриги.

http://tl.rulate.ru/book/167883/11626482