Готовый перевод With the Power of Silver Age Superman, I Became Homelander / Ультиматум Бога: Абсолютная сила Хоумлендера: Глава 6. Почему вся боль достаётся мне?

Глава 6. Почему вся боль достаётся мне?

Ли Цици в испуге отпрянула. Откуда этот незнакомец знает её имя? Поколебавшись мгновение, она бросилась прочь, не оглядываясь.

Мужчина остался стоять в недоумении, вертя в руках визитку: «Неужели обознался? А я-то думал, стоящий товар попался».

«Почему они все так на меня смотрят?»

В этих взглядах смешались брезгливость, любопытство и грязная похоть...

Тревога нарастала. Взгляды прохожих, словно невидимые лезвия, кромсали её и без того израненную душу. И тут на электрическом столбе Ли Цици увидела листовку со своим лицом.

Это были кадры из того самого туалета. На фото Ли Цици со спутанными волосами и в растерзанной одежде смотрела в камеру отсутствующим взглядом. Для случайного прохожего это выглядело как томная, завлекающая поза.

Девочка судорожно сглотнула, пытаясь унять сухость в горле. Под фото горели огнем крупные буквы:

[Красотка-старшеклассница. Секс по вызову.]

[Телефон: XXXXXXXX]

С безумным криком Ли Цици сорвала листовку и припустила к дому. Ведь номер телефона в объявлении был их домашним!

Такие листовки и визитки были расклеены повсюду. Каждое изображение жгло её сердце, словно ядовитый грибок на коже.

«Только бы скорее домой... Увидеть маму...»

Добежав до своего этажа, она столкнулась с людьми, которых здесь быть не должно.

— Дорогу! Поберегись!

Люди в белых халатах оттолкнули Ли Цици, занося в машину скорой помощи носилки с пожилой женщиной. Сирена взвыла, и машина, сверкая огнями, умчалась прочь.

Ли Цици застыла на месте, словно марионетка с обрезанными нитями.

«Нет... Это не она. Просто похожа. Да, так и есть. Мама... она сейчас дома, приготовила вкусный ужин и ждёт меня...»

Словно во сне, она подошла к двери и повернула ключ.

— Мама, я вернулась! — с надеждой крикнула она в пустоту темной квартиры.

Тишина была ей ответом.

Цици стояла на пороге, и выражение надежды на её лице медленно сменялось гримасой ужаса. Темная квартира казалась пастью притаившегося зверя.

Соседка, тетушка Ван, которая часто помогала им, нерешительно подошла сзади:

— Цици... Твоей матери сегодня весь день названивали какие-то ненормальные. А потом кто-то начал совать в дверь эти... похабные листовки. Она разволновалась и упала без чувств.

— Цици, не плачь! Её быстро нашли, всё будет хорошо. Поспи, а завтра она поправится.

Тетушка Ван хотела сказать что-то ещё, но Ли Цици уже неслась к больнице. В пустой квартире лишь жалобно скрипнула дверь, брошенная настежь, сливаясь с вздохом соседки в жуткую симфонию...

Ли Цици бежала так, словно пыталась выплеснуть в этот бег всю свою боль. Она никогда не была такой быстрой. Мир вокруг начал странно замедляться, а потоки ветра стали почти осязаемыми. Но ей было плевать. Только бы успеть. Быстрее. Ещё быстрее.

Редкие прохожие лишь провожали её взглядом — ну, бежит девчонка, и что с того?

Больница. Расспросы на посту. И вот она — реанимация. Тревога, раскаяние и страх разрывали сердце Цици. Она вспоминала, как мама гладила её по щеке, как они гуляли вместе, как она покупала ей красивые платья. Эти воспоминания кружились в голове, словно яркие бабочки.

«Тетушка Ван права. Мама сильная, она справится. Медицина сейчас творит чудеса, а помощь пришла быстро...»

Свет над операционной погас. Ли Цици с надеждой бросилась к вышедшему врачу. Но её сердце пропустило удар — лицо доктора было пугающе серьезным.

«Он просто устал... Врачи всегда такие...» — Ли Цици выдавила из себя подобие улыбки, цепляясь за призрачную надежду, пытаясь спрятаться от пожирающей реальности.

В руки ей вложили холодный лист бумаги. Ярко-красные слова [Свидетельство о смерти] сожгли остатки её рассудка.

Отчаяние затопило разум. «За что?! Почему вся эта боль достаётся только мне?!»

— Простите, мы сделали всё возможное. Идите, попрощайтесь с матерью.

Врач ушел, а Ли Цици на ватных ногах вошла в палату. Мама лежала на каталке, такая же тихая и добрая, как всегда. Только восковая бледность сделала морщины на её лице ещё более глубокими и болезненными.

Внезапно желудок Ли Цици скрутило судорогой, словно там заработала мясорубка.

Динь!

Засветился экран телефона. Сообщение в группе. В той самой группе, где её травили. Эти демоны заставили её вступить туда, чтобы она каждый день видела их «подвиги».

На фото: три девицы в роскошном ресторане, сияют улыбками. И отметка её профиля:

«Эй, дворняжка, ты хоть раз ела в таких местах?»

Ли Цици сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони, и капли крови упали на пол.

«Почему я должна так страдать? Почему из-за этих мразей моя мама лишилась жизни? Почему они могут радоваться жизни, будто ничего не произошло?!»

Она не помнила, как вернулась домой. Помнила только, что большой нож для арбуза исчез вместе с ней в ночной тишине.

*

«Бегемотиха» вальяжно развалилась на стуле в ресторане:

— Ну как вам моя идейка? Лихо я её?

«Жирафа» поддакнула:

— Вообще улет! Как ты додумалась сделать из её фоток рекламу шлюх?

Ноздри «Бегемотихи» довольно раздулись, став шире её глаз.

— Да посмотрите на её рожу смазливую. Таким только на панели и место.

— Ха-ха-ха! Ну ты и затейница!

Девица, похожая на гору плоти, замялась:

— А не слишком ли это... жестко?

— Жестко? — «Бегемотиха» обернулась к ней. — А когда ты на её деньги себе косметику покупала, не было жестко? Когда под дых ей со всей дури била, не было жестко? Когда кнопки ей на стул подкладывала? Что, в святоши записалась?!

Та лишь сглотнула и замолчала, поспешив присоединиться к общему хохоту, чтобы не стать следующей жертвой.

— Интересно, она сейчас дома в подушку воет?

— Может, и вправду на трассу вышла?

— Ха-ха-ха!

Три девицы заливались смехом, их тени на стене напоминали извивающихся бесов. Внезапно смех оборвался. Они увидели Ли Цици. Она стояла у входа в ресторан — хрупкая, одинокая, но от одного её вида по спинам девиц пробежал ледяной холод.

Придя в себя, они разозлились. Как это?! Их испугала какая-то игрушка! Они вскочили, но Ли Цици уже исчезла.

— Смелости набралась? Ну пошли, как раз разомнемся после обеда!

«Бегемотиха» швырнула деньги на стол и повела подруг следом за Цици.

Они оказались в пустом парке. Тени деревьев в ночной тьме напоминали костлявые руки, тянущиеся из ада. Ли Цици остановилась и медленно обернулась. На её лице не было ни одной эмоции.

Глядя на неё, девицы почувствовали, как кожа покрывается мурашками. Этот взгляд... так смотрят не на живых людей, а на трупы.

Самая крупная из них попятилась, желая уйти, но две другие, ослепленные гневом, уже шагнули к Ли Цици.

— Тварь, ты что, страх потеряла?!

— Сегодня ты отсюда живой не уйдешь!

Они орали, пока не увидели, как Ли Цици достает из-под полы длинный, сверкающий нож. Она занесла его над «Бегемотихой» с абсолютным безразличием в глазах, словно собиралась разрубить полено.

На мгновение те оцепенели, но привычка видеть в Цици беззащитную жертву взяла верх. Страх сменился яростью. «Бегемотиха» увернулась и, навалившись всем весом, перехватила руку девочки.

Ли Цици только начала пробуждать свою силу, она была истощена событиями дня и едва держалась на ногах. Масса противницы давала той преимущество. «Жирафа» тут же подскочила на помощь.

Силы покидали Цици.

— Ты, шлюха, решила в убийцу поиграть?! — хрипела «Бегемотиха», заламывая ей руку. — Тебе уже есть восемнадцать, сгниешь в тюрьме! Ты ничтожество! Ты ничего не изменишь!

Взгляд девочки начал тускнеть. «Мама... прости. Я и вправду никчемная...»

Она окончательно потеряла волю к жизни. Зрачки расширились, теряя фокус.

И в этот миг...

Кроваво-красная вспышка, подобно молнии, разрезала ночную тьму!

http://tl.rulate.ru/book/167683/11608140