Готовый перевод A Mortal's Journey to Immortality: Wang Chan's Immortal Cultivation Story / Путешествие к бессмертию: Ван Чан: Глава 104 Наследие отшельника Тяньцзин

Продолжая исследование, он наконец добрался до самого сердца дворцового комплекса – величественного главного зала.

Над входом красовалось название: Зал Наследия.

Внутри царила пустота, и лишь в самом центре возвышалась нефритовая статуя отшельника Тяньцзин, выполненная настолько искусно, что казалась живой. В руках изваяние держало восемь золотых зеркал.

Стоило Вань Ченю подойти ближе, как эти зеркала внезапно извергли потоки света, соткав в воздухе сияющие письмена.

Текст содержал описание основной техники отшельника – «Техники Таинственного Света Небесного Зеркала». Это искусство, состоящее из тринадцати уровней, включало в себя и метод создания личного магического артефакта – Зеркала Золотого Света Восьми Врат. Данный путь вел практика прямиком к стадии Трансформации Божества.

Метод не только позволял развивать Таинственный Свет Небесного Зеркала, но и таил в себе глубочайшие божественные способности иллюзий, непостижимые в своей сложности.

Следом за описанием техники появилась прощальная фраза: «Получив моё наследие, надейся использовать его во благо. Основные ограничения обители связаны с духовной жилой острова и могут черпать энергию для работы самостоятельно; управление же осуществляется Жетон Управления Формацией. Потомок, береги себя».

Свет померк, и восемь зеркал вместе с нефритовой табличкой опустились в руки Вань Ченя.

Зеркала оказались теми самыми легендарными Зеркалами Золотого Света Восьми Врат, а табличка – Жетоном Управления Формацией, дарующим власть над запретами бессмертной обители.

Приняв наследие «Техники Таинственного Света Небесного Зеркала», Вань Чень заглянул в боковую комнату зала, где обнаружил другие свитки и классические труды, оставленные отшельником.

Они не входили в ядро наследия, но, выйдя из-под руки такого мастера, как Тяньцзин, безусловно представляли огромную ценность. Особое внимание Вань Ченя привлекли два нефритовых свитка, лежавших бок о бок.

Первый свиток содержал описание метода под названием «Великое Искусство Пленения Души и Ведения Мысли».

Это была не обычная техника контроля, а нечто крайне властное и зловещее. Она не просто подавляла волю или навязывала контракт, а воздействовала напрямую на исток божественной души существа, коренным образом меняя его восприятие и волю.

Жертва на глубинном уровне начинала считать заклинателя своим Хозяином, храня абсолютную верность, при этом стороннему наблюдателю было крайне трудно обнаружить аномалию или снять это воздействие. По сути, это была запретная техника фальсификации самой души.

В свитке четко указывалось: применение метода требует от практика колоссальной духовной силы, а мощь души цели не должна значительно превосходить силу заклинателя, иначе велик риск получить сокрушительную отдачу.

Второй свиток описывал не менее причудливое искусство – «Великое Искусство Слияния Духа и Закалки Крови».

Эта техника была создана специально для того, чтобы сливаться с каплями могущественной крови и переплавлять те её виды, что многократно превосходили пределы выносливости самого практика.

Согласно предисловию, отшельник Тяньцзин потратил годы жизни на разработку этого метода после того, как волею случая заполучил каплю легендарной крови Истинного Духа. Он пытался, будучи человеком, поглотить родословную Истинного Духа, чтобы пробить бутылочное горлышко культивации и заглянуть в более высокие сферы.

Однако в конце свитка автор оставил горькую запись, полную сожаления. Теория метода была гениальной, но на практике его постигла неудача. Причиной провала стала не сама техника, а недостаточный уровень магической силы самого Тяньцзина.

Он не смог полностью обуздать бушующую мощь, сокрытую в крови Истинного Духа, что привело к потере равновесия при слиянии. Попытка провалилась, а полученные скрытые травмы навсегда закрыли ему путь к дальнейшему возвышению.

«Великое Искусство Пленения Души и Ведения Мысли… Великое Искусство Слияния Духа и Закалки Крови… Кровь Истинного Духа…»

В глазах Вань Ченя вспыхнул опасный блеск, а в сердце поднялась буря. Он невольно вспомнил тот темно-золотой флакон, запечатанный множеством запретов, который он недавно извлек из брюха Цзяо.

В голову пришла дерзкая догадка: не та ли самая кровь Истинного Духа покоится в том сосуде? А этот Зеленый Цзяо, ведомый звериным инстинктом, почуял необычайную ценность предмета. Возможно, после кончины отшельника он украл его и проглотил, надеясь с помощью этой силы совершить прорыв?

Как бы то ни было, эти две техники и загадочный флакон были сокровищами высшего порядка. Отшельник Тяньцзин потерпел неудачу, но это не значило, что у Вань Ченя нет шансов.

А «Великое Искусство Пленения Души и Ведения Мысли», если им овладеть, станет величайшим подспорьем – будь то контроль над мощными монстрами или подавление других культиваторов.

Очистив обитель от всех ценностей и свитков, Вань Чень наложил несколько слоев защитных и изолирующих запретов. Убедившись в полной безопасности, он сел, скрестив ноги, и достал холодную черную Табличку Повеления Духами. В ней была заточена душа того самого Цзяо, достигшего стадии Превращения.

Помедлив мгновение, Вань Чень взмахнул левой рукой: сумка для зверей открылась, и с гулом вылетели тысячи Золотоядных насекомых. Одновременно правой рукой он сложил магический жест, и восемнадцать Игл Золотой Молнии вырвались из его даньтяня, окружив его тело и намертво взяв на мушку жетон.

Двойная угроза была подготовлена.

Вань Чень с силой вонзил свое божественное чувство в жетон:

— Выходи!

Табличка не отреагировала.

Взгляд Вань Ченя похолодел. Повинуясь его мысли, Золотоядные насекомые в воздухе приняли атакующую позу, издав яростный гул. Электрические дуги на Иглах Золотой Молнии затрещали, недвусмысленно обещая скорую расправу.

— Не заставляй меня применять силу, — произнес он ледяным тоном. — Эти Золотоядные насекомые прогрызли твою чешую при жизни, так что с призрачным духом они справятся куда быстрее. Даю тебе три вдоха.

Тишина.

В тот момент, когда глаза Вань Ченя налились холодом и он уже готов был бросить насекомых в атаку, жетон наконец отозвался. Тень зеленого дракона-цзяо, дрожа от страха, боязливо выпорхнула из таблички.

Призрак длиной всего в фут в точности повторял облик монстра, только в миниатюре. Его зрачки, прежде налитые кровью, теперь выражали лишь глубокий ужас; он старательно избегал приближения к серебристым жукам.

— Пощадите, даос! — Выдохнул дух Цзяо, в голосе которого не осталось и следа былой свирепости.

Вань Чень перешел сразу к делу:

— Говори. Что здесь произошло? Где отшельник Тяньцзин? Почему ты был заточен? И еще… — он перевернул ладонь, и на ней появился темно-золотой флакон. — …что на самом деле находится внутри этого сосуда?

Увидев флакон, дух содрогнулся. В его глазах мелькнула сложная смесь чувств: жадность, смешанная с благоговейным трепетом. Понимая, что под угрозой этого беспощадного человека и его жутких насекомых скрытность бессмысленна, он припал к земле и начал рассказ:

— Отвечаю даосу… Маленький дракон некогда был простым Зеленым Цзяо, практиковавшим во Внешнем Звёздном Море. Мне посчастливилось достичь стадии Превращения. Тысячу лет назад я столкнулся с великим культиватором поздней стадии Зарождающейся Души – отшельником Тяньцзином. Его божественные способности были безграничны; я не смог противостоять ему и был пленен.

При этих словах призрачное тело содрогнулось, словно заново переживая тот ужас.

— Он не убил меня. Вместо этого он применил властную технику «Великое Искусство Пленения Души и Ведения Мысли», насильно перекроив мой дух. Он заставил меня на глубинном уровне признать его Хозяином, лишив малейшей возможности к неповиновению. С тех пор я стал его верным зверем, охраняющим обитель.

— Отшельник Тяньцзин практиковал «Технику Таинственного Света Небесного Зеркала», мощь которой не знала границ, однако, достигнув пика поздней стадии Зарождающейся Души, он так и не смог переступить порог Трансформации Божества. Еще в молодости ему выпала великая удача – он обрел каплю крови Истинного Дракона.

При упоминании крови Истинного Дракона в голосе духа прорезалась жажда.

— Чтобы совершить прорыв, он создал «Великое Искусство Слияния Духа и Закалки Крови», намереваясь, будучи человеком, слиться с этой священной кровью и с её помощью сокрушить преграду.

Вань Чень прищурился – это подтверждало сведения из свитков.

— К несчастью, — продолжал дух с налетом меланхолии, — мощь крови Истинного Дракона оказалась слишком велика, она превосходила пределы того, чем может управлять культиватор Зарождающейся Души. Мой Хозяин потерпел неудачу. Слияние сорвалось, вызвав мощнейшую отдачу, которая подорвала его основы. Перед тем как уйти из жизни…

Голос Цзяо внезапно стал резким и полным яда:

— Я наивно полагал, что за сотни лет верной службы и безропотного труда он снимет заклятие и вернет мне свободу. Но кто же знал, что он окажется столь бессердечен! Он насильно отсек мою правую лапу и левую ногу, вырвал часть моего духа и запечатал её в этой Табличке Повеления Духами. Затем он приковал меня, раненого и с неполной душой, особыми цепями к каменному столбу в центре Зала Десяти Тысяч Зверей.

— Он оставил послание, в котором говорилось, что любой счастливчик, пришедший сюда, сможет через жетон распоряжаться моей жизнью и смертью, сделав меня своим слугой. Он превратил меня в инструмент для своих преемников! Какая несправедливость, какая жестокость!

Сильная обида заставила его призрачное тело колебаться, но под пристальным взглядом Золотоядных насекомых он не смел делать лишних движений.

Вань Чень слушал молча. Сердце чужака всегда полно иных помыслов. Действия отшельника Тяньцзина были холодны, но вполне понятны. Его больше интересовало продолжение:

— А дальше? Как ты сбежал? И при чем здесь флакон?

— После смерти Хозяина по неизвестной причине этот остров начал медленно погружаться в океан, — ответил Цзяо. — Возможно, это был его план, а может, стихийное бедствие. Погрузившись в пучину, обитель оказалась отрезана от мира. Сотни лет ни один культиватор не находил это место, и я прозябал в оковах. Но несколько дней назад на морском дне случилось страшное землетрясение. Остров вновь поднялся на поверхность. Те толчки разрушили Зал Десяти Тысяч Зверей и повредили основание столба. Собрав остатки Силы монстра, копившиеся веками, я наконец разорвал цепи.

— Первым делом я хотел найти жетон, чтобы освободить дух, но запреты Хозяина давили на меня слишком сильно, я не мог даже открыть тайник. В ярости я начал крушить всё в Зале Десяти Тысяч Зверей, и именно тогда почуял ауру этой вещи в тайной сокровищнице.

Дух уставился на флакон в руках Вань Ченя.

— Я знал, что Хозяин дорожил этой кровью Истинного Дракона больше жизни. Я подумал: если смогу поглотить её, то не только исцелюсь и восстановлю душу, но и, возможно, сумею трансформировать свою родословную, став Истинным Драконом.

Алчность победила разум.

— Пользуясь знанием формаций, я обошел часть запретов и силой вырвал флакон. Но я и представить не мог… — голос духа наполнился запоздалым ужасом. — …стоило мне лишь попытаться снять одну из печатей, чтобы уловить хоть каплю ауры для закалки, как кровь Истинного Дракона внезапно взбунтовалась!

— Даже малейшая утечка энергии была полна невообразимого безумия. Аура была настолько пугающей, что наверняка распространилась на сотни ли вокруг. Если бы я не приложил все силы и мощные запреты самого флакона не помогли бы мне запечатать его снова, последствия были бы катастрофическими.

Дух продолжил, всё еще дрожа:

— Столь чистая и мощная аура Истинного Дракона в бескрайнем море – словно маяк в ночи. Она неизбежно привлекла бы внимание других могучих зверей стадии Превращения. В моем тогдашнем состоянии я бы не только не удержал кровь, но и расстался бы с жизнью. Я хотел немедленно покинуть это опасное место, но обнаружил, что внешние формации обители активировались сами собой. Я оказался в ловушке.

— Не имея возможности выйти и опасаясь сильных врагов, я мог лишь прятаться и пытаться залечить раны. Пока не почуял ауру вас, человеческих культиваторов, вошедших в обитель.

http://tl.rulate.ru/book/167158/11508450