Готовый перевод Hogwarts: I, Voldemort, Also Want to Be the Savior / ГП: Эффект Тома Реддла: Глава 16: Снегг: «Дамблдор, ты старая пчела!»

К этому странному, «особенному» ученику профессор Макгонагалл не стала относиться как–то по–особому: всё так же спокойно водрузила Распределяющую шляпу на голову Гарри Поттера.

— Хм–м… Да, у тебя достаточно храбрости для Гриффиндора, но вот Слизерин куда лучше сможет выковано придать тебе славу, — задумчиво проворчала у него над ухом Шляпа, переходя на привычное бормотание. — И всё–таки… в какое же отделение тебя определить, дитя моё?

«Слизерин, Слизерин, Слизерин…»

Гарри даже не пытался вслушиваться в её рассуждения — только упрямо повторял про себя одно и то же, как заклинание, всеми силами давая понять, чего он хочет.

«…»

Распределяющая шляпа аж притихла. Впрочем, особенно спорить не стала: раз уж сам определился, что ей, старой тряпке, возражать?

Старик Дамблдор, увидев это, внутренне взвыл. Нет, так дело не пойдёт: твой дом — Гриффиндор, мальчик–который–выжил, а не этот змеиный подвал.

И он тихо, почти незаметно, вмешался. Нечто мягко дёрнуло нити магии, и слово, уже готовое сорваться с полей шляпы — «Слизерин» — на самом выходе исказилось.

— ГРИФФИНДОР!

Как только Шляпа выкрикнула вердикт, не успели ещё студенты толком осознать услышанное, как первым взорвался Снегг.

— Дамблдор, да чтоб тебя! — рванул он с места. — Ты вообще слышал, что Гарри Поттер говорил? Или ты теперь принципиально детей не слушаешь? Я отчётливо слышал, как он просил Слизерин!

Северус выхватил палочку и с яростью ткнул ею в сторону директора:

— Лили в своё время было ровно то же самое, верно? Она тоже должна была попасть в Слизерин!

Сегодня всё решится: или Дамблдор отдаст ему глаза Лили… или Северус второй раз перейдёт на сторону врага — и пусть потом не жалуются.

— Севрус, прошу, успокойся, — попытался урезонить его Дамблдор.

Но Снегг был явно не в настроении слушать разумные доводы. Лицо его потемнело до угольной чёрноты — со стороны и впрямь можно было подумать, что на съёмки ремейка «Гарри Поттера» взяли нового, очень уж буквального «тёмнокожего» Снегга.

— Так, всё, хватит, — раздался вдруг третий голос.

На удивление всем, в роли миротворца выступил человек, от которого этого ожидали меньше всего.

Том лениво постучал пальцами по столешнице, привлекая внимание и Дамблдора, и Снегга:

— Давайте так: каждый сделает шаг назад. Все очки, которые Гарри заработает, будем записывать Слизерину, а все, что снимут, — Гриффиндору. Устраивает?

«…»

«Да ты издеваешься?!»

На лбу у Дамблдора проступила целая сетка морщин. Будь у него хоть малейший шанс одолеть Тома в дуэли, старик уже в эту секунду встал бы и предложил «выйти поговорить по–мужски».

Тому же его мучительные попытки «убедить самого себя» казались невероятно забавными. «Стоит мне перестать с тобой разговаривать логически — и ты сразу взрываешься», — с удовольствием отметил он.

Том вынул Бузинную палочку и негромко позвал:

— Северус.

Услышав его голос, Снегг непроизвольно вздрогнул, но постарался взять себя в руки и медленно повернулся к Тому.

И тут увидел следующее: Том, даже не обращая внимания на протесты директора, подошёл к Дамблдору и при всех бесцеремонно ухватил старика за бороду, потащив к выходу из Большого зала.

Снегг с каменным лицом проводил этот парад глазами, но едва в голове вспыхнул образ глаз Лили, тут же рванул следом и тоже вышел из зала.

Не успели двери как следует закрыться, как в зал донеслось:

— Что вы творите?! Я вообще–то директор! О–о–о, нет!!!

— Предупреждаю! Вы лучше поаккуратнее со мной обращайтесь!

— СТОП! Я сказал — стоп!!

Услышав эти возгласы, которые сами собой навевали весьма пикантные картины, юные волшебники почувствовали, как образ «величайшего белого мага века» трещит по швам и рушится в их глазах окончательно.

— Может… нам стоит зайти и помочь Альбусу? — профессор Макгонагалл наклонилась к профессору Флитвик, перешла на шёпот.

Но Флитвик только покачал головой:

— С Дамблдором ничего не случится. Они всего лишь… обмениваются мнениями. Наверное.

«…»

Квиррелл, закутанный по уши в свой тюрбан, мрачно подумал: «Вот уж действительно… невесть с кем, а манера “не разговаривать по–хорошему” — один в один».

И за эти мысли ему вскоре пришлось расплачиваться.

Спустя изрядное время, когда многие уже успели всерьёз напрячься, Том, Дамблдор и Снегг один за другим вернулись в зал.

Том шёл лёгкой походкой, выглядя до обидного бодрым и довольным. Снегг подошёл к Макгонагалл, молча кивнул ей; она сделала шаг назад, отступив с края учительского стола и явно уступая ему слово.

— По результатам нашего только что состоявшегося… дружеского обсуждения с директором Дамблдором, — отчётливо произнёс Снегг, — мы единогласно решили, что Гарри Поттер будет зачислен на факультет… Слизерин.

Бум!

— Ву–ху! — Малфой с грохотом хлопнул ладонью по столу и вскочил, вскинув руки вверх и бешено аплодируя.

С таким восторгом, глядя со стороны, его можно было принять за самого радостного представителя очень специфической аудитории, у которой как раз очередной приступ «слегка поехать крышей».

Только благодаря тому, что Драко так отвлёк на себя внимание, остальным слизеринцам понадобилось ещё с полминуты, чтобы спохватиться и тоже начать хлопать Гарри.

— Поттера — в ваше распоряжение, — отозвался кто–то с гриффиндорского стола.

Откровенно возражать против перехода Гарри в другую «команду» в Гриффиндоре никто и не думал: уж слишком подмочена у мальчишки репутация. Да, Гарри тут вроде бы ни при чём, но обвинять в этом Тома тоже никто не собирался.

В конце концов, если уж и винить кого–то, то только ту самую неудавшуюся Аваду: попади проклятие как надо — и никто бы никогда не узнал, кто именно ограбил банк.

Когда все новички наконец расселись по столам, профессор Макгонагалл аккуратно собрала всё, что использовалось в распределительном обряде, и вернулась на своё место.

Зная, что ученики уже умирают с голоду, Дамблдор поднялся только для того, чтобы произнести несколько слов:

— Дураки! Нытики! Объедки! Выкручивайтесь!

— Это он сейчас… что сказал? — Гарри, не отличающийся особой сообразительностью, тут же повернулся к Малфою. — Э–э… Драко, ты понял?

— Я понял одно место… — Малфой презрительно закатил глаза. — Папа говорит, у Дамблдора давно старческий маразм, наверное, его снова накрыло.

Говорил он негромко, но для таких легендарных магов, как Том и Дамблдор, никакая тишина не была преградой. Оба прекрасно всё расслышали.

Поэтому в следующие минуты по залу развернулась весьма странная картина: Дамблдор, сжав губы, мрачно ковырял вилкой в тарелке, а домовики, наблюдавшие за ним из–под стола, едва не впали в панику — неужели директору не нравится их еда?

Пока Гарри и Малфой обсуждали, что у Дамблдора всё–таки хуже — ревматизм или старческий холод в костях, где–то сбоку раздался пронзительный писк.

Оказалось, один из призраков поступил совсем не по–джентльменски и вынырнул прямо из чьей–то тарелки.

— У–у–у–ха–ха–ха!

С появлением первого призрака дело не ограничилось. Вскоре в зал потянулись всё новые и новые полупрозрачные фигуры, заполнив воздух над столами и закружив в хаотическом танце.

Над столом Пуффендуя всплыл дородный, круглолицый монах.

— Пуффендуй… да, это мой факультет, — добродушно сообщил он. — Пуффендуй приветствует вас! Можете звать меня Толстым монахом.

Над столом Гриффиндора призрак, не лишённый актёрских талантов, жонглировал собственной головой, демонстрируя целый репертуар акробатических трюков.

— Пивз! — кто–то из старшекурсников вскрикнул с неподдельным ужасом.

В зал ворвался ещё один призрак — на этот раз с такой ухмылкой, что даже с первого взгляда становилось ясно: ничего хорошего от него ждать не стоит. Он завис под потолком, оценивая взглядом толпу маленьких волшебников внизу.

Но долго «порядка безобразия» ему наводить не дали. В зал вплыл призрак в цепях, с лицом, испачканным кровью, и длинным мечом в руке.

— Кровавый барон! — сорвалось у кого–то.

Пивз подпрыгнул так, что у него из орбит буквально выскочили глаза; он в панике схватил их руками, залепил на место, шмыгнул в стену и поспешил удрать из Большого зала.

Кровавый барон почти не обратил внимания на его бегство и продолжил бесцельно плавать по воздуху. Его тусклый, безжизненный взгляд лениво скользил по залу… пока, наткнувшись на учительский стол, не застыл.

Призрачные глаза резко расширились.

— Это… ты, — хрипло выдохнул он.

Кровавый барон уставился прямо на Тома.

Том, который как раз аккуратно резал стейк, чтобы покормить Нагайну, поднял голову на звук. Холодные змеиные зрачки сузились и разом впились в призрака.

http://tl.rulate.ru/book/166855/11022012