Готовый перевод Ruyi’s Comfortable Life / Комфортная и приятная жизнь: Глава 4.1

Последние лучи заходящего солнца окрасили землю, окутав всю усадьбу Чанлэхоу в мягкий золотистый свет.

Жун Мо спокойно принял серебряный сертификат, очевидно, привыкнув к таким подношениям.

— Благодарю, дядя.

— Пустяки. — Чанлэхоу Чэн Цзэюань торжественно кивнул, заложив руки за спину, и направился в дом, но в душе его распирала радость.

Чэн Жуйи с удовлетворением убрала серебряный сертификат и весело последовала за отцом.

Юный господин Чэн Юй чуть не расплылся в улыбке до ушей. Он подражал отцу, важно вышагивая рядом с сестрой.

Жун Мо посмотрел на уходящих вперёд троих — отца и двух детей, — и уголки его тонких губ непроизвольно дрогнули, а обычно холодные, прозрачные глаза смягчились едва уловимой теплотой.

Мальчик-слуга, нёсший клетку для петушиных боёв, давно привык к таким сценам между господином хоу и молодыми господами и сохранял невозмутимый вид.

Привратник закрыл ворота после того, как все вошли внутрь.

Вся компания направилась прямо в главный зал, чтобы дождаться ужина.

Перед трапезой Чэн Жуйи велела слугам разложить результаты своих покупок на длинном обеденном столе из красного дерева.

Повеял лёгкий мясной запах.

В такую жару аппетит у всех и так неважный, а насыщенный аромат мяса и вовсе отбивал желание есть.

Глаза Чанлэхоу округлились. Он указал на стол, заваленный мясом, и скривился:

— Доченька, зачем ты купила столько мяса? Ты же всё не съешь!

Чэн Жуйи невозмутимо посмотрела на отца и похлопала себя по почти пустому желудку:

— Немного-немало. Купила, чтобы порадовать родителей. Дочка, конечно, всё доест сегодня вечером. Еду нельзя переводить.

Как носительница способностей, чем сильнее она становилась, тем больше рос её аппетит.

Этого количества мяса ей было недостаточно для насыщения, но желудок прежней хозяйки был мал, и она не могла есть постоянно, поэтому приходилось питаться чаще, но меньшими порциями.

Много ешь — много трать.

Насколько она понимала, финансы усадьбы Чанлэхоу были довольно скромными. Жалованья отца и доходов с пожалованных земель едва хватало. К счастью, в усадьбе было не так много слуг, что позволяло поддерживать приличный вид.

В сочетании с приданым матери, её обычной, мудрой бережливостью и особым талантом отца «зарабатывать» деньги в азартных делах, жизнь была вполне сносной и обеспеченной.

Особенно радовала щедрость отца по отношению к детям.

Каждый раз, когда он… участвовал в пари… то есть, выигрывал серебро, он обязательно выдавал им приличные карманные деньги.

Чанлэхоу со слезами на глазах посмотрел на мясные яства на столе, прикрыл рукой слегка ноющий живот и осторожно взглянул на дочь:

— …Доченька, отец знает, что ты заботливая, но можно не есть всё это? Папа предпочитает овощи с кашей.

Видя отцовскую реакцию, Чэн Жуйи ничего не оставалось, как кивнуть:

— Что ж, тогда не буду настаивать.

Чанлэхоу облегчённо вздохнул.

Он чуть ли не позвал служанку, чтобы та отодвинула мясные блюда на другой конец стола.

Такое избегающее и почти испуганное отношение заставило юных Чэн Жуйи и Чэн Юя рассмеяться, а Жун Мо, стоявший в стороне, едва сдержал улыбку.

В этот момент вместе со служанкой вошла прекрасная женщина с изящной фигурой, одетая в атласное платье цвета магнолии.

— Матушка! — Чэн Жуйи и юный господин Чэн Юй воскликнули в унисон, и мальчик бросился вперёд, чтобы помочь матери, но его опередила сестра.

— Тётя. — Раздался холодный голос Жун Мо.

— Сусу, садись сюда. — Увидев приближающуюся любимую жену, Чанлэхоу поспешно встал, взял её белоснежную нежную руку и усадил на соседнее место, предварительно подложив специальную подушечку.

Прекрасная госпожа Жун Сусу — единственная хозяйка усадьбы Чанлэхоу. Она выглядела очень молодо, лет на двадцать, и была похожа на Чэн Жуйи процентов на пять-шесть. Рядом они казались скорее сёстрами.

Просто Жун Сусу обладала особым зрелым шармом и стилем.

Именно из-за её чрезмерной красоты госпожа Чэн, недолюбливавшая и презиравшая Чэн Цзэюаня как незаконнорождённого, согласилась принять её в невестки.

— А-юань, что сегодня у вас тут происходит? — Голос Жун Сусу был сладким, а её раскосые глаза-«даньфэн» слегка соблазнительными. Она окинула взглядом груду мяса на столе, затем перевела взгляд на мужа, сидевшего рядом и заботливо улыбающегося.

— Вот, вот… — Чанлэхоу подобострастно и настойчиво положил перед женой серебряные сертификаты, выигранные сегодня.

Жун Сусу протянула свою изящную белую руку и быстро пересчитала сертификаты. Так, шесть тысяч лян серебра. Она отсчитала двести лян и передала оставшиеся сертификаты доверенной маме, сидевшей сбоку, чтобы та убрала их в ларчик. На прекрасном лице появилась улыбка, она с признательностью взглянула на мужа и ободрила его:

— Сегодняшний доход неплох. Награждаю тебя двумястами лянами на личные расходы. Продолжай в том же духе!

Чанлэхоу поспешно схватил два серебряных сертификата и сунул в рукав. Услышав слова ободрения от супруги, он расплылся в улыбке и почесал затылок, чувствуя себя невероятно счастливым.

Уголок рта Чэн Жуйи дёрнулся: «…» Стиль её прекрасной матери всегда был таким… впечатляющим.

— Папа, над сестрой и мной сегодня издевались. — Маленький Чэн Юй отвёл взгляд, жалобно произнёс, а затем живо рассказал о происшествии в ресторане.

Дядя Мэй Чанлэхоу рассердился:

— Это возмутительно! Совсем обнаглели! Сяо Юй, не волнуйся, завтра твой отец поговорит с Чжао Чэнхаем, чтобы он образумил свою дочь.

Чжао Чэнхай — заместитель посла Тунчжэнсы, отец Чжао Ялань.

Прекрасная мать, ярая защитница своих детей, в этот момент тоже плавно приподняла тонкие, изящные брови. Именно такие они, её дети, лучшие. Что это за ничтожная Чжао Ялань, смеющая насмехаться над её драгоценной дочерью?

— Хм, не бойся, Жуйи. Завтра мама поговорит с госпожой Сун. — Госпожа Сун — жена Чжао Чэнхая.

http://tl.rulate.ru/book/166757/11506596