Готовый перевод Bleach: Shadowless Blade / Блич: Незримый Клинок: Глава 20

— Госпожа Йоруичи, позвольте мне прикончить этого обманщика, который посмел играть вашими чувствами! — мрачно произнесла Сой Фон, выхватывая клинок.

Похоже, Йоруичи обманула её основательно. Или, вернее сказать, что бы ни говорила Йоруичи, девочка верила ей безоговорочно. Очевидно, Сой Фон до сих пор считала, что Эмия разбил сердце её госпоже.

— Эй! Я же твой будущий муж, ты правда сможешь поднять на меня руку?! — поспешно воскликнул Широ. Перед тем как отключиться, он не успел задать этот вопрос.

— Если я тебя убью, то и замуж выходить не придётся. Какой ты мне муж! — холодно отрезала Фон Шао.

— Э-э... — Эмия опешил. У него даже глаз задёргался. Впервые он встретил кого-то, кто говорил об убийстве мужа с таким праведным пафосом!

В этот момент Йоруичи всё же удержала Сой Фон. Неизвестно откуда она достала платочек и начала промокать уголки глаз, в которых, Эмия был уверен, не было ни слезинки.

— Ладно тебе, Пчёлка. Одна ночь супружества — сто дней благодарности. Он может быть бессердечным, но я не могу быть неблагодарной...

— Что?! У вас уже всё было?! — лицо Сой Фон мгновенно почернело.

Эмия был в полном отчаянии. Посмотрите на эти тонкие ручки и ножки, какая к чёрту «ночь супружества»?! Даже при желании сил бы не хватило! И вообще, Йоруичи, ты же старшая дочь клана Шихоин, неужели тебе совсем плевать на репутацию?!

Ладно в оригинале она бегала голышом, но выставлять это напоказ перед людьми... Нет, надо с этим что-то делать, надо отучить её от этих дурных привычек!

— Тогда, госпожа Йоруичи, что нам делать? — Сой Фон растерялась. Если не убить Эмию, то что тогда? Получается, она всё равно выйдет за него замуж? Не будет ли это считаться, что она увела мужчину у госпожи Йоруичи?! Такого допустить нельзя!

— Смертную казнь можно отменить, но вот от телесных наказаний ему не уйти! — Йоруичи хитро ухмыльнулась.

— Эй-эй, я же только что получил тяжёлое ранение! — завопил Широ.

Его зоркий глаз внезапно выхватил знакомую фигуру в дверях, и он тут же громко взмолился:

— Хана! Сестрица Хана, спаси! Спаси меня!!

Эмия верил, что Унохана Рецу обязательно ему поможет. Она была такой нежной, такой красивой, словно добрая старшая сестра...

И действительно, Унохана Рецу одарила Эмию мягкой улыбкой и тихо произнесла:

— Ничего страшного, не волнуйся. Я ведь целитель.

Я ведь целитель... целитель... литель... тель... ль...

Ба-бах!

Если удар Сой Фон был для Эмии громом среди ясного неба, то сейчас на него обрушился весь небосвод! Физические муки ничто по сравнению с душевными терзаниями! Когда рушатся ценности и картина мира — вот это настоящий удар!

— Это неправда, я не верю, это не может быть правдой... — бормотал Широ, обхватив голову руками.

— Маленький Эмия, смирись. Хе-хе, не бойся, не умрёшь, — усмехнулась Йоруичи, а рядом сверкнул клинок Сой Фон.

Очевидно, Унохана дала им карт-бланш: «Делайте что хотите, пока в нём теплится жизнь — я его вытащу».

Для Эмии это была пытка, сравнимая с казнью. Это было страшнее, чем Цукуёми из мира Наруто, потому что там травмы были ментальными, а здесь — самыми настоящими. Просто после исцеления всё повторялось снова.

Но, как уже говорилось, физическая боль меркла перед душевной. В сердце Эмии разбился самый прекрасный, самый совершенный, самый идеальный образ. Раньше Четвёртый отряд был для него тихой гаванью, а теперь превратился в восемнадцатый круг ада.

Хотя Эмия и знал, что Унохана скрывает тёмную сторону, он всегда доверял своим чувствам, считая её надёжной опорой. Но теперь...

Эмия стиснул зубы и мысленно поклялся: в будущем он больше никогда не позволит себя ранить! В Сообществе Душ Четвёртый отряд — самое страшное место!!

Пережив бесчисленное количество издевательств со стороны Йоруичи и Сой Фон, Эмия наконец дождался момента, когда Йоруичи устала играть и увела девочку. Получив лечение от Уноханы, он, волоча своё измученное маленькое тело, тайком сбежал из бараков Четвёртого отряда.

Бродя по какой-то улице Сейрейтея, Эмия Широ понял, что, честно говоря, кроме территории клана Шихоин, он нигде толком и не бывал. О Руконгае за пределами Сейрейтея и говорить нечего.

Сейчас, оказавшись в незнакомом месте, он не испытывал интереса к новым видам. Он просто шёл, опустив голову. Поскольку дороги он всё равно не знал, то и заблудиться, по сути, не мог.

Внезапно он почувствовал запах алкоголя. Эмия остановился, поднял голову и увидел огромный иероглиф «САКЭ». Не раздумывая, он вошёл внутрь. Он собирался напиться до беспамятства, утопить горе в вине!

Эмия нашёл тёмный угол и сел. Хозяин не стал его выгонять. Хоть он и выглядел как ребёнок, по внешности синигами возраст определить невозможно. К тому же, находясь в Сейрейтее, он точно не был простолюдином, а хозяину не хотелось ссориться ни с одним клиентом.

Он просто принёс заказ и ушёл.

Так Эмия Широ начал пить в одиночестве, заливая тоску.

Вскоре напротив него раздался голос:

— Я могу здесь присесть?

Будь это женщина, Эмия, возможно, поднял бы голову. Но услышав мужской голос, он, будучи в дурном настроении, даже не потрудился ответить, лишь небрежно кивнул и продолжил пить.

Кьораку Шунсуй был здесь частым гостем, причём тайным, поэтому всегда пил в тёмных углах. Сегодня, увидев, что его место занял какой-то паренёк, да ещё и такой интересный — пьющий в одиночку с тоскливым видом, — Шунсуй заинтересовался. Честно говоря, пить в компании веселее. Одному скучно, нужно же с кем-то поболтать и потравить байки.

Кьораку неспешно налил себе чарку и произнёс:

— Пить в таком юном возрасте — нехорошо.

Эмия недовольно поднял глаза на Шунсуя. Хотел спокойно напиться, а тут наткнулся на легендарного болтуна. Не видишь, что у меня настроение ни к чёрту?!

Узнав собеседника, Эмия слегка опешил, но не слишком удивился. Он уже не был тем, кто ничего не видел в этой жизни. Он бесцеремонно ответил:

— Тебе-то какое дело?!

Кьораку Шунсуй тоже удивился такой реакции. Если бы Эмия его не знал, такой ответ был бы понятен. Но судя по реакции, парень его узнал. Знать, что перед тобой капитан, и вести себя так спокойно, даже грубо — сейчас мало кто на такое способен.

Даже собутыльники Шунсуя низкого ранга поначалу вели себя скованно и расслаблялись только узнав его поближе. С тех пор как он стал капитаном, редко кто мог с самого начала держаться так непринуждённо.

http://tl.rulate.ru/book/166378/10851593