Готовый перевод Ten-Thousandfold Return: When My Disciple Establishes the Foundation, I Ascend Directly to Immortality / Возврат х10 000: ученик делает шаг — я становлюсь Святым!: Глава 188. Хочешь идти — иди

Глава 188. Хочешь идти — иди

Чжун Цин едва заметно кивнул, не сводя взгляда с горизонта:

— Посмотрим.

Они обменялись ещё парой незначительных фраз, когда Мин Сусинь, поколебавшись, вдруг спросила:

— Те слова, что ты сказал раньше... это ведь правда? Неужели Озеро Зеркального Сердца и впрямь столкнулось с тем чудовищем и понесло такие тяжкие потери?

Чжун Цин молча кивнул. Он не видел смысла в лишних утешениях.

Несмотря на то что она в глубине души уже знала ответ, получив подтверждение, Мин Сусинь вздрогнула. Взгляд её невольно потускнел, в нём отразилась тень затаённой скорби.

— Раз так, — прошептала она, — неудивительно, что наставница приказала всем ученикам отступать. Но это Тайное измерение Белого Ветра... оно открывается так редко. Сейчас, когда все шесть осколков собраны воедино, выпал шанс, который выпадает раз в тысячелетие.

Она сжала кулаки, и в её голосе прорезались стальные нотки:

— Если упустить эту возможность сейчас, боюсь, моё Озеро Зеркального Сердца больше никогда не будет иметь отношения к этому месту. Я хочу пойти туда. Даже если в итоге мне не достанется никакой великой удачи, я хотя бы буду знать, что сражалась до конца. Чтобы потом не терзать себя сожалениями.

— Хочешь идти — иди, — безучастно отозвался Чжун Цин. — Тебе не нужно спрашивать моего разрешения.

Мин Сусинь прикусила нижнюю губу. Слова давались ей с трудом, она явно боролась со своей гордостью, но через мгновение всё же решилась:

— Могу ли я... продолжить путь вместе с тобой? Здесь повсюду рыщут опасности, и я не уверена, что смогу добраться до входа в одиночку.

Сказав это, она затаила дыхание, с тревогой и надеждой глядя на Чжун Цина. До этого она следовала за ним по собственной инициативе, без его формального согласия. В мире практиков, где подозрительность — это залог выживания, мало кто горит желанием обременять себя случайными попутчиками.

Чжун Цин тем временем неспешно доел второе пирожное и небрежно отряхнул крошки с ладоней.

— Если сможешь не отставать, — наконец произнёс он, — то иди.

Глаза Мин Сусинь мгновенно вспыхнули радостью, а на душе стало на удивление легко. Хоть он и не ответил прямым «да», его реакция была красноречивее любых слов — он не гнал её прочь.

— Спасибо тебе, — искренне выдохнула она.

Чжун Цин не ответил. Он повернул голову к выходу. Буря, бушевавшая снаружи, незаметно утихла. Видимо, тот яростный выпад исполинской черепахи лишь на время всколыхнул древние формации, и теперь мир возвращался к своему зыбкому, обманчивому покою.

Чжун Цин поднялся и вышел из полуразрушенного убежища.

— Идём. До входа ещё далеко, и я собираюсь прибавить шагу. Если отстанешь — это будут уже твои проблемы.

На прелестном лице Мин Сусинь отразилась решимость. Она коротко кивнула и поспешила следом за ним.

Вскоре они покинули пределы руин, но не успели пройти и пары ли, как Мин Сусинь резко остановилась, насторожив слух.

— Кто-то приближается, — прошептала она.

Чжун Цин даже не замедлил шаг и никак не отреагировал. Было очевидно, что он почувствовал чужаков гораздо раньше неё.

Спустя мгновение из-за нагромождения камней донёсся насмешливый, пропитанный ядом голос:

— О, и на кого же я наткнулся? Неужели это сама Святая Дева Озера Зеркального Сердца? Что же вы, дорогая, в таком непотребном виде?

Прямо перед ними, стремительно сокращая дистанцию, возникли две фигуры. Один — совсем молодой человек с тонкими, почти женственными чертами лица, в чьём высокомерном взгляде читалось непомерное самолюбие. Другой — высокий старик с суровым, словно высеченным из камня лицом и пронзительными глазами. У обоих за спинами виднелись тяжелые мечные короба.

Чжун Цин присмотрелся — лица показались ему знакомыми. Спустя секунду он вспомнил: эти двое были в рядах Секты Морозного Меча, когда те проходили через перевал.

— Хань Аньянь, — голос Мин Сусинь мгновенно стал ледяным, а её лицо вновь приняло выражение неприступной холодности. — Что тебе нужно?

Одновременно с этим она отправила Чжун Цину мысленное послание: «Будь осторожен. Это Хань Аньянь, нынешний Меченосец Секты Морозного Меча. Его сила не уступает моей. А рядом с ним Третий Старейшина их секты — он на Пике Царства Небесной Ци».

— Осторожнее? — Чжун Цин искоса глянул на неё, в его глазах промелькнула тень иронии. — С кем именно?

Мин Сусинь на мгновение опешила, а затем её щеки едва заметно порозовели от смущения. Она совсем забыла, что рядом с ней стоит человек, который одним ударом ладони едва не отправил на тот свет чудовище Царства Трех Инь. Зачем такому монстру опасаться двоих практиков Царства Небесной Ци? Юное лицо Чжун Цина было слишком обманчивым, заставляя её раз за разом забывать о его истинной мощи.

Тем временем Хань Аньянь и старик подошли вплотную.

— Ха-ха, Мин Сусинь, ты говоришь странные вещи, — Меченосец пренебрежительно усмехнулся. — Это Равнина Белого Ветра, а не твоё личное озеро. Неужели я должен спрашивать у кого-то позволения находиться здесь?

Он обвёл взглядом окрестности. Земля на сотни ли вокруг была разворочена, покрыта глубокими трещинами и воронками — последствия пробуждения черепахи и последующего удара Чжун Цина превратили пейзаж в подобие зоны извержения вулкана.

— Что здесь произошло? — Хань Аньянь нахмурился.

Очевидно, их привлекла недавняя грохочущая канонада, но приди они чуть раньше и увидь ту исполинскую черепаху, у них вряд ли хватило бы смелости даже дышать в эту сторону.

— Тебя это не касается, — отрезала Мин Сусинь, явно испытывая к собеседнику глубокое отвращение. Она повернулась к спутнику: — Пойдём.

— Стоять, — Хань Аньянь бросил короткий взгляд на спутника, и Третий Старейшина Секты Морозного Меча мгновенно преградил им путь. — Я ещё не разрешал вам уходить.

Глаза Мин Сусинь сузились, в них зажглись опасные искры:

— С каких это пор мне нужно твоё разрешение, чтобы сделать шаг?

Хань Аньянь криво усмехнулся, и в его взоре промелькнула холодная жестокость.

— Ты можешь идти. Но он — нет. — Он указал пальцем на Чжун Цина. — Этот сопляк — тот самый везунчик, у которого при себе сразу два железных осколка тайного измерения, не так ли? У горного прохода его прикрыл Лань Тяньхэ из Секты Лазурной Луны, и только поэтому он до сих пор жив. Пусть отдает осколки. Живо.

Затем он снова посмотрел на Мин Сусинь, и его взгляд стал масляным, оценивающим.

— Мы с тобой равны по статусу и таланту, Мин Сусинь. Неужели ты не понимаешь, что мы — люди одного круга? Нам суждено идти вместе, а не якшаться с подобным мусором. Прикажи ему отдать осколки, и я обещаю забыть о том, как он оскорбил мою Секту Морозного Меча своим существованием. Один из его осколков я отдам тебе. Вместе мы исследуем Тайное измерение — разве это не прекрасная перспектива?

Будучи Меченосцем Секты Морозного Меча, Хань Аньянь всегда отличался запредельным высокомерием. Обычные женщины для него были лишь грязью под ногами. Только настоящие Избранницы Небес, обладающие и красотой, и силой, могли удостоиться его внимания. Мин Сусинь идеально подходила под его стандарты. Её вечная холодность и неприступность лишь разжигали в нём азарт хищника — он жаждал подчинить её себе, сломать эту гордость и насладиться триумфом.

И сейчас, по его мнению, настал идеальный момент. Против него и Третьего Старейшины у девчонки нет шансов, если она не полная дура. Что же касается Чжун Цина, Хань Аньянь просто игнорировал его, не видя в юноше ни малейшей угрозы.

http://tl.rulate.ru/book/166312/11392960