Готовый перевод Ten-Thousandfold Return: When My Disciple Establishes the Foundation, I Ascend Directly to Immortality / Возврат х10 000: ученик делает шаг — я становлюсь Святым!: Глава 145. Смертный приговор: одна из Пяти Великих Святых Земель стерта с лица земли!

Глава 145. Смертный приговор: одна из Пяти Великих Святых Земель стерта с лица земли!

Сложившаяся ситуация не оставляла ни единого шанса на спасение. Теперь, когда здесь собрались представители сразу четырех Великих Святых Земель, даже если бы Предок Святых Земель Уяшань прервал свое многолетнее уединение и явился миру, это не изменило бы ровным счетом ничего.

Цзун Даотянь чувствовал, как внутри него закипает бешеная, неконтролируемая ярость, и направлена она была на собственного сына. «Проклятый выродок!» — мысленно рычал он. Как Цзун Минле посмел навлечь на родную обитель столь могущественного врага? В этот миг Глава Секты искренне жалел, что потратил столько сил на воспитание этого ничтожества. Будь Цзун Минле сейчас жив и стой он перед отцом, Цзун Даотянь, не колеблясь, придушил бы его собственными руками.

Он в одночасье позабыл, что сам же потакал всем капризам сына, превратив его в избалованное чудовище. Позабыл и то, как жаждал мести, как самолично повел всю мощь своих земель, намереваясь не оставить в Секте Сяньцзян ни единой живой души.

Старый попрошайка, глядя на дрожащих от ужаса адептов Святых Земель Уяшань, оказавшихся в кольце могущественных мастеров, лишь презрительно хмыкнул. Он повернулся к Чжун Цину и спросил:

— Как поступим с этой швалью, брат Чжун Цин? Только скажи слово, и мы исполним твою волю.

Уголки губ Чжун Цина слегка приподнялись, однако в его глазах не было и тени веселья — лишь холодная, пронизывающая до костей стужа.

— Я человек простой и всегда предпочитал платить добром за добро, — его голос звучал пугающе буднично. — Раз уж они так жаждут истребления и явились сюда, чтобы вырезать мою Секту Сяньцзян под корень... Что ж, я просто обязан преподнести им достойный ответный дар.

От этих слов, произнесенных столь легко, по спинам адептов Святых Земель Уяшань пробежал ледяной пот. В их глазах застыло беспросветное отчаяние. Лишь Первый Старейшина и Великий Защитник Святых Земель Уяшань обменялись короткими, полными свирепости взглядами. Как высшие боевые силы своей обители, они понимали, что загнаны в угол. Против союза четырех Святых Земель, Секты Хаохань и Секты Небесного Облака у них не было ни единого шанса в открытом бою. Но разве могли мастера Царства Земной Ци так просто смириться со смертью?

В мгновение ока в их головах созрел безумный план. В следующую секунду вперед рванулась тень — бесстрастная, лишенная жизни, источающая лишь механическую жажду убийства. Это была марионетка Царства Земной Ци. Следом за ней, заходя с флангов, сорвались с мест Великий Защитник и Первый Старейшина. Три мощнейшие боевые единицы Святых Земель Уяшань с невероятной скоростью устремились к вратам Секты Сяньцзян, беря цель в клещи.

Их целью был сам Чжун Цин!

В их понимании, кем бы ни был этот юноша и какой бы властью ни обладал, он был слишком молод. Его костный возраст едва достигал двадцати лет — какого уровня культивации он мог достичь за столь короткий срок? Они верили: стоит им захватить его в заложники, как все эти великие силы окажутся связаны по рукам и ногам. Только так у Святых Земель Уяшань оставался призрачный шанс на спасение.

Глаза Цзун Даотяня вспыхнули надеждой. Он мгновенно разгадал их замысел. «Старый конь борозды не испортит! Старейшина, ты истинный гений — найти лазейку в такой безнадежной ситуации!» — ликовал он про себя.

Троица нападавших уже почти настигла Чжун Цина. Расстояние сократилось настолько, что даже мастера Царства Земной Ци из других сект не успели бы вмешаться. На губах Цзун Даотяня уже начала расцветать торжествующая ухмылка. Однако никто из нападавших не заметил главного: ни лидеры четырех Святых Земель, ни главы двух сект даже не вздрогнули. На их лицах застыло выражение абсолютного, почти скучающего безразличия. Лишь многочисленные зрители из мелких кланов, наблюдавшие за действом издалека, затаили дыхание, решив, что Чжун Цину пришел конец.

Но в следующий миг Чжун Цин, не меняясь в лице, лениво поднял руку и просто указал пальцем в сторону врагов.

Первой вдребезги разлетелась марионетка, шедшая на таран. Прямо в полете она рассыпалась на мириады мелких деталей, превратившись в груду бесполезного мусора. Следом за ней Первый Старейшина и Великий Защитник застыли в воздухе. На их лицах отразился такой запредельный ужас, какой только может испытать живое существо перед лицом неминуемого краха. А затем их тела просто взорвались, превратившись в два алых облака кровавого тумана, которые медленно начали оседать, окрашивая небо в зловещие тона.

Воцарилась гробовая тишина. Тысячи взглядов, устремленных на врата Секты Сяньцзян, остекленели. Свидетели этой сцены стояли с разинутыми ртами, не в силах вымолвить ни слова. Что они только что увидели? Трое мастеров, обладающих мощью Царства Земной Ци... стерты в порошок одним движением пальца?

Улыбка Цзун Даотяня застыла, превратившись в уродливую гримасу. Он не верил собственным глазам. В его мозгу, охваченном паникой, наконец-то начали складываться кусочки пазла. Почему Четыре Великие Святые Земли выказывали этому юноше такое почтение? Если бы дело было только в происхождении или связях, зачем ему быть простым Хозяином Пика в захолустной Секте Сяньцзян? Что еще, кроме невероятного происхождения, могло заставить гордых мастеров склонить головы?

Ответ был прост и страшен: сила. Этот с виду заурядный юноша на самом деле был непостижимым, чудовищным монстром, чье могущество не знало границ! Но осознание пришло слишком поздно.

По правде говоря, не только Цзун Даотянь, но и сами представители четырех Святых Земель впервые видели Чжун Цина в деле. И это зрелище потрясло их до глубины души. Одним щелчком уничтожить троих мастеров Царства Земной Ци... Хотя они знали, что даже деревянная фигурка, вырезанная его рукой, смогла сразить великого демона на полушаге к Царству Небесной Ци, личное вмешательство мастера выглядело куда более впечатляющим.

Тем временем Чжун Цин снова поднял руку, обращая взор на оставшихся адептов Святых Земель Уяшань.

— Вижу, вы не желаете уходить смиренно, — произнес он ледяным тоном. — Что ж, в таком случае я сам отправлю вас в последний путь.

В этот момент Се Хао, Глава Секты Хаохань, первым опомнился и истошно завопил:

— Господин, пощадите свои руки! Постойте!

Чжун Цин слегка опешил и, опустив руку, с недоумением посмотрел на Се Хао. Он и не заметил, когда это успел стать «господином» для этого человека. Се Хао же, преисполненный праведного гнева, продолжал с пафосом:

— Те трое из Царства Земной Ци... для них было величайшей честью пасть от вашей руки. Но эти? Эти мелкие сошки, эти никчемные отбросы и вонючая саранча — разве достойны они того, чтобы вы лично марали о них пальцы? Подобные пустяки оставьте нам! Мы все сделаем в лучшем виде!

Го Шицзе из Секты Небесного Облака, осознав, что его опередили, про себя разразился отборной бранью: «Старый лис! Как он быстро сообразил!». Он тут же подхватил:

— Брат Се прав! Если вы, господин, будете тратить силы на каждую букашку, то зачем тогда нужны мы? Отдохните, а мы мигом приберем этот мусор!

Представители четырех Святых Земель тоже не остались в стороне. Они понимали: если Чжун Цин снова укажет пальцем, от Святых Земель Уяшань не останется даже пыли. И если он всех убьет сам, то зачем они вообще проделали этот путь в тысячи ли? Просто посмотреть представление? Как туристы? Упустить такой шанс выслужиться перед Чжун Цином было бы преступлением.

— Старший Чжун Цин, предоставьте их нам! — закричали они наперебой. — Просим вас, присядьте и отдохните!

Не успели слова затихнуть, как Се Хао и Го Шицзе с яростными криками бросились в атаку. Мастера Святых Земель, боясь опоздать к дележке «заслуг», рванули следом, толкая друг друга плечами. Каждый стремился нанести удар первым, опасаясь, что Чжун Цин передумает и прихлопнет всех разом.

Чжун Цин лишь слегка дернул щекой, глядя на это безумие. Эти люди рвались в бой с куда большим энтузиазмом, чем он сам. Впрочем, раз они так жаждали поработать за него, он не стал им мешать.

— Цзун Даотянь, если и винить кого-то в своей гибели, то только собственную заносчивость, — холодно произнес Оуян Хао, Глава Секты Уцзи, который был знаком с Цзун Даотянем многие годы. — Твои Святые Земли Уяшань перешли дорогу тому, кого не стоило даже упоминать всуе.

Лу Цинся, Глава Секты Долины Утренней Зари, добавила с ледяным презрением:

— Сегодня ты узнаешь на собственной шкуре: даже статус Святых Земель не дает права на безнаказанное самодурство!

Лицо Цзун Даотяня исказилось от невыразимого ужаса.

— Постойте! Не надо! Мы признаем вину!.. — закричал он, захлебываясь словами.

Но его крик потонул в грохоте. На него и на остатки его адептов со всех сторон обрушилась сокрушительная лавина атак. Мириады техник слились в одну гигантскую, ослепительную волну чистой разрушительной мощи, которая накрыла землю подобно цунами.

Раздался оглушительный взрыв, от которого содрогнулись горы. Когда пыль осела, на месте некогда гордых воинов не осталось ничего.

Одна из Пяти Великих Святых Земель Восточного Региона была навсегда стерта с лица земли.

http://tl.rulate.ru/book/166312/11139476