Готовый перевод House M.D.: Life-Saving System / Доктор Хаус: система спасения жизней: Глава 34: Вспышка вируса в родильном отделении

Глава 34: Мор вирусного нетерпения в родильном отделении

Следующее утро обрушилось на Дэвида болезненным набатом в голове.

Тело ныло, словно его выкручивали, и Дэвид, издав тихий стон, нашарил на тумбочке спасительный пузырек с таблетками. Проглотив сухую пилюлю, он зажмурился, ожидая, когда боль отступит.

И вот, когда обезболивающее принялось за свою работу, Дэвид, словно сбросив оковы недуга, поднялся.

Принял бодрящий душ, облачился в привычную одежду, вышел навстречу новому дню и доехал до работы.

До сего момента, до переломных событий, что вот-вот должны были обрушиться на Принстон-Плейнсборо, это была лишь рутина, серая нить повторяющихся дней в жизни Дэвида.

Сегодня он появился в диагностическом отделении раньше всех врачей. Терпение иссякло, он больше не мог обреченно ждать в приемной.

Если память не изменяла ему, именно в это время в Принстоне-Плейнсборо разгоралось бедствие – вспышка инфекции, готовая поглотить родильное отделение.

Предотвратив ее, он мог бы не просто выиграть время, но и купить себе драгоценные дни жизни, столь щедро отмерянные ему судьбой.

Пока коллеги не вступили в свои смены, Дэвид начал обход родильного отделения. Рассвет – час, когда жизнь чаще всего заявляет о себе.

Медсестры, словно заботливые пчелки, хлопотали над новорожденными, омывая их нежную кожу, а врачи проводили послеродовые осмотры. В этот час отделение наполнялось какофонией детского плача, оглушительным хором новых жизней.

И вот, среди этого гвалта, из одной из палат, словно ошпаренный, выскочил молодой отец.

Заметив Дэвида в белом халате, мужчина преобразился. Встревоженное выражение сменилось надеждой, и он поспешил к нему:

— Доктор, умоляю, взгляните на нашу малышку! Ее уже дважды вырвало за последний час.

Дэвид, повинуясь профессиональному инстинкту, машинально ответил:

— Срыгивание? Это обычное явление у новорожденных. В конце концов, им нужно время, чтобы адаптироваться к миру после утробы матери.

Но молодой отец не отступал:

— Простите, доктор, мы, наверное, слишком беспокоимся, это ведь наш первый ребенок. Но ее мама места себе не находит. Если вас не затруднит, просто успокойте ее.

От этого до боли знакомого диалога Дэвид мгновенно посерьезнел.

— Хорошо, давайте посмотрим.

Едва он вошел в палату, молодая мать подняла на него взгляд, полный отчаяния, словно он был последней надеждой на спасение.

— Доктор, у нее жар?

Дэвид бережно поддержал хрупкую головку младенца и взял его на руки, свободной рукой осторожно коснувшись его лба.

— Да, жар есть, и выглядит она неважно…

Не дослушав его, встревоженная мать воскликнула:

— Доктор, это серьезно?

Прежде чем Дэвид успел ответить, младенец в его руках внезапно начал биться в судорогах.

Увидев конвульсии, Дэвид понял – все его худшие опасения подтвердились.

Началась эпидемия!

Он, не теряя ни секунды, закричал:

— Нужна помощь! Срочно каталку!

Увидев состояние ребенка, мать соскочила с кровати и в панике засыпала его вопросами:

— Доктор, что с ней? Ей нужна капельница? Ее жизни что-то угрожает? Будет ли…

Дэвид жестом прервал поток панических вопросов, призывая к тишине:

— Пожалуйста, доверьтесь врачам.

Под его пристальным взглядом мать медленно села, не отрывая глаз от задыхающегося младенца.

Вскоре к ним подбежали медсестры в синих халатах. Увидев Дэвида, они замерли в замешательстве.

Незнакомое лицо в родильном отделении.

Одна из медсестер, нарушив молчание, спросила:

— Кто вы такой? Вы понимаете, что это родильное отделение?

Дэвид указал на свой бейдж:

— Я доктор Уэллс из диагностического отделения. Случайно проходил мимо, когда это случилось. Я подозреваю вирусную инфекцию, и всех младенцев с симптомами необходимо немедленно изолировать.

Взгляд медсестры был полон скепсиса. Работающие посменно медсестры родильного отделения редко покидали свой пост, проводя большую часть времени в стенах отделения.

Неудивительно, что они не знали этого нового интерна.

Теперь она с подозрением относилась к личности Дэвида. Диагностическое отделение находилось далеко отсюда – что он здесь делал, «проходя мимо»?

Не пытался ли он похитить ребенка? Более того, никто из них не слышал о помощнике доктора Хауса. Уэллс вызывал все больше вопросов.

— Сэр, это родильное отделение. Пожалуйста, позвольте нам разобраться. Вам следует уйти.

Видя вопросительный взгляд медсестры и ее вежливое, но твердое требование, Дэвид понял – его личность вызвала подозрения.

Что ж, такова участь интернов. Больше половины отделений в этой больнице не знали, кто такой Дэвид.

Тот факт, что она еще не вызвала охрану, уже говорил о ее сдержанности.

Дэвид покачал головой и вновь попытался предостеречь ее:

— Это действительно вирусная инфекция. Пожалуйста, немедленно изолируйте других младенцев, иначе вирус распространится, и у них не будет иммунитета.

Видя, что Дэвид не собирается уходить, медсестра повысила голос:

— Сэр, я прошу вас уйти немедленно! Иначе я вызову охрану!

Дэвид покачал головой и, уступив дорогу медсестре, направился к конференц-залу диагностического отделения.

Смена только началась.

Если ничего не изменилось, Хаус еще не спустился в клинику. Ему нужна была поддержка Хауса, иначе, с его скромным статусом интерна, ему просто не хватило бы полномочий и влияния.

Вскоре Дэвид ворвался в кабинет, сразу же привлекая внимание Чейза, разгадывающего кроссворд в New York Times, и Формана, лениво крутившего в пальцах ручку.

Заметив Дэвида, опоздавшего к началу смены, Форман оживился, как будто нашел долгожданную лазейку:

— Парень, ты ведь не станешь утверждать, что твое опоздание на этот раз допустимо, верно? Смена уже началась десять минут назад! Думаю, такому пренебрегающему протоколом сотруднику, как ты, стоит поискать другое место для ординатуры. Нам такие не нужны.

Дэвид проигнорировал Формана и направился прямо к Хаусу, который вращался в эргономичном кресле.

Такое пренебрежение взбесило Формана. Его лицо покраснело от злости, и он вскочил со своего места, собираясь схватить Дэвида за плечо.

Но в этот момент слова Дэвида эхом разнеслись по маленькому конференц-залу.

— Хаус, кажется, в родильном отделении проблема. У младенцев признаки вирусной инфекции. Но акушерки считают, что это обычный желудочный рефлюкс, и не собираются изолировать других младенцев. У меня есть основания полагать, что масштабная вспышка неизбежна.

Слова Дэвида шокировали всех четверых присутствующих.

Масштабная вспышка вирусного заболевания — это крайне серьезно.

Тем более, если вирус поражает новорожденных. Если больных младенцев не лечить должным образом, смертность будет астрономической!

Более того, младенцы — это надежда для новых семей.

Если произойдет массовая детская смертность, неизвестно, сможет ли больница вообще продолжать работу!

Лицо Хауса тоже стало серьезным. Несмотря на то, что Дэвид был интерном, он еще ни разу не ошибся в своих оценках.

Раз Дэвид так говорит, значит, у него на это есть основания, и Хаус не мог проигнорировать эту информацию.

Он проигнорировал вопрос о том, что Дэвид делал в родильном отделении, и коротко бросил:

— Пошли. Осмотрим отделение интенсивной терапии новорожденных.

http://tl.rulate.ru/book/165950/10830372