Готовый перевод Battlefield Priest's Diary / Дневник полевого священника: Глава 3. Старый вояка

Глава 3. Старый вояка

Винтовка Мосина? Да еще, черт возьми, старая модель 1891 года?

Это было стандартное вооружение сухопутных войск царской России на Восточном фронте Первой мировой. В свое время он даже выкупил несколько таких экземпляров на рынке антиквариата.

Кровоточащая рана на плече неустанно напоминала ему, что это не сон. Вывод напрашивался сам собой:

Какая-то неведомая сила забросила его прямиком в Первую мировую войну! Черт возьми, на Восточный фронт! Черт возьми, в русскую армию! В ту самую армию, что потеряет более двух миллионов человек убитыми — почти девятнадцать процентов молодых мужчин страны! Если память не изменяет, у русских в Первой мировой почти не было побед над немцами на стратегическом уровне, верно?

— Свиньи, не стоять! Контратакуем! Вперед на германца! — по траншее шел человек в офицерской форме. Выкрикивая приказы на грубом диалекте с примесью местного сленга, он гнал солдат вперед, заставляя их браться за оружие и открывать огонь.

Онемевшие солдаты зашевелились, словно рабочие муравьи, и застывший на месте Цинь Хао быстро привлек внимание офицера.

— Ты, проклятый татарин! Из какой части?! Почему не в бою? — офицер, положив руку на кобуру, свирепо допрашивал его (в русской армии того времени часть азиатских солдат обобщенно называли «татарами»).

— У меня... у меня нет ружья... — сглотнув, выдавил Цинь Хао. Чтобы доказать свои слова, он протянул офицеру свои грязные пустые ладони.

— Держи это и держись тех, у кого есть винтовки! Проклятье! Неужели нынешние новобранцы настолько тупы, что спрашивают даже об этом? — офицер небрежно швырнул ему какой-то предмет вместе с горстью патронов и, продолжая ругаться, пошел дальше.

Цинь Хао посмотрел на свое «оружие». Это оказалась дубина, утыканная толстыми железными гвоздями. На ржавых гвоздях виднелась запекшаяся кровь — бог знает, от какого бедолаги она осталась.

Вид этого орудия средневековых побоищ на поле боя эпохи огнестрельного оружия вызвал у Цинь Хао острое чувство абсурда.

Однако он знал причину. Во время Первой мировой из-за проблем с промышленностью и хаоса в снабжении русская армия испытывала колоссальный дефицит вооружения. Это привело к тактике «групп на троих».

Только один солдат в группе имел винтовку, двое других должны были сражаться холодным оружием.

Стиснув зубы от боли в плече, Цинь Хао с дубиной в руках влился в людской поток.

Пока он шел, кто-то дернул его за шинель: — Эй, парень, ты из какого полка?

Цинь Хао обернулся и увидел щуплого невысокого солдата средних лет в засаленной форме. Его зубы были такими желтыми, что напоминали зерна вареной кукурузы.

Цинь Хао не ответил и молча продолжил путь, но этот явно прожженный старый вояка не отставал.

— Новенький? Из тех, что с передовой драпанули? — Да ладно, не боись, мы тут все такие. Я начальству не донесу. — Слышь, а пожрать есть чего? Или хоть табачку?

Рана Цинь Хао горела огнем. Чтобы заставить прилипалу замолчать, он быстро похлопал по карманам и, к своему удивлению, кое-что нашел.

Половина пачки сигарет «Фужунван»! Он держал их в руках в тот самый момент перед потерей сознания.

Поколебавшись секунду, он протянул сигареты старику.

Солдат радостно схватил пачку, жадно вдохнул аромат и его глаза загорелись: — Где ты достал такую роскошь?! Да они пахнут лучше английских!

Он спрятал сигареты в карман и похлопал по нему: — Меня Павка зовут. Раз угостил табаком, держись в бою за мной — не пропадешь.

Цинь Хао к этому моменту уже прошиб холодный пот от боли, так что он просто отрешенно кивнул.

В следующую секунду раздался крик офицера: — Разойтись по трое! Живее! Не кучковаться! Держаться за стрелками, готовиться к контратаке!

Снова в атаку?! При мысли о недавнем ужасе перед «Максимами» Цинь Хао невольно захотел отступить, но офицер стоял рядом, положив руку на револьвер и не сводя с них глаз.

В этот момент впереди поднялся шум — оказалось, что телега с допотопной русской трехдюймовкой (пушкой образца 1902 года) намертво застряла в грязи.

У Павки загорелись глаза, он дернул Цинь Хао за руку: — За мной, это наш шанс!

Павка мгновенно подлетел к телеге, вцепился в колесо и с таким видом, будто прикладывает нечеловеческие усилия, начал «толкать». При этом он косился на Цинь Хао, подавая ему знаки.

— Чего застыл?! Помогай толкать пушку!

Цинь Хао пришел в себя и тоже бросился к повозке.

Офицер посмотрел на них, удовлетворенно кивнул и принялся орать на остальных: — Шевелитесь! В атаку! Заградотряд, приготовиться!

Пока эти двое крутились вокруг пушки, изображая бурную деятельность, звуки взрывов и пулеметный стрекот то нарастали, то затихали вдали.

Похоже, немцы временно отступили, но многие из тех солдат, что недавно ушли вперед, назад уже не вернулись.

Цинь Хао почувствовал, как оставшиеся рядом люди облегченно выдохнули. В их застывших, безучастных глазах промелькнула искра жизни от осознания того, что они протянут еще полдня. Отлынивавший все это время Павка хмыкнул, прижал винтовку к груди и забился в угол траншеи, поманив за собой Цинь Хао.

— Прячься скорее. Когда жратву принесут, не забудь взять лишнюю порцию!

Когда небо окончательно потемнело, пошел редкий, противный дождь.

Солдаты под дождем напоминали нахохлившихся перепелок в клетке. Осенний ночной ветер вместе с ледяными каплями заставлял Цинь Хао, сжимавшего свою дубину в углу, мелко дрожать.

Как и говорил старый вояка, настало время ужина.

Повар притащил большую корзину и грубо совал в руки солдатам что-то черное. Цинь Хао достались две штуки. Присмотревшись, он понял, что это картофелины размером с кулак младенца. Откусив кусок, он обнаружил, что картошка не только не чищена, но и внутри совершенно сырая.

Цинь Хао смог впихнуть в себя только половину.

В горле пересохло, глотать было невыносимо трудно. Жар в плече не утихал, напротив — рана пульсировала и сильно распухла.

Явные признаки воспаления.

Он посмотрел на старого вояку — тот спал без задних ног, вцепившись в винтовку прямо на дне траншеи. Цинь Хао толкнул его в бок. Павка подскочил как ошпаренный.

— Что?! Что случилось?! Немцы прорвались?! — зачуханный Павка в панике озирался по сторонам.

— Нет... нет никаких немцев... — тихо проговорил Цинь Хао, у которого уже начался бред от лихорадки. — Где здесь фельдшер или санитар... я ранен... мне совсем плохо...

Тот склонил голову набок, оглядел его с ног до головы и с недоумением спросил: — И где ж ты ранен?

— Вот здесь... — Цинь Хао указал пальцем на рану, из которой все еще сочилась сукровица.

— Господи, и это ты называешь раной? Я об угол стола больнее бился. — Павка пренебрежительно скривился. — Найди чем выковырять пулю, перевяжи и поспи, к утру как огурчик будешь.

— А, кстати, если уж совсем боишься, можешь на рану помочиться.

— Или у тебя сейчас «пусто»? Так я могу подсобить по старой дружбе. — Павка осклабился, обнажив желтые зубы, и непристойно поправил штаны.

Цинь Хао поморщился. Ему очень хотелось съездить по этой физиономии, но сил на споры не было.

Поразмыслив секунду, он стиснул зубы и сунул оставшуюся картофелину в руку напарнику.

— Это тебе. Просто скажи, где санитар.

— О? У тебя еще запасы были. — старик с радостью спрятал картошку и кивнул в сторону конца траншеи.

— Твое счастье — санитар скоро будет здесь проходить. Но честно тебе скажу: не надейся на него особо.

— Почему?

Тот лишь хмыкнул и не ответил, снова сворачиваясь калачиком в тени. Вскоре оттуда донеслись звуки, похожие на то, как крыса грызет ножку стола.

Отдав еду, Цинь Хао почувствовал новый приступ головокружения, но заставил себя не сводить глаз с прохода.

Наконец, когда почти совсем стемнело, мимо прошел человек с зелеными погонами, кожаной сумкой через плечо и в кожаном же фартуке.

Когда Цинь Хао перехватил его, он обнаружил, что санитар выглядит неестественно молодым.

http://tl.rulate.ru/book/160746/10545410