Готовый перевод Interdimensional Scientist, Starting from Cyberpunk / Межпространственный учёный: Начиная с Киберпанка: Глава 29 «Мужество и слабое место»

Осколки плафона разлетелись веером, полоснув Энтони по лицу. От небольшого взрыва в трубе отопления образовалась прореха.

Струя раскаленного пара ударила Энтони прямо в лицо. От жара глаза запекло, половину щеки будто прижгли каленым железом.

— Черт… да что за чертовщина… — прошипел он.

Когда он наконец смог взглянуть на отца, Ригодо уже лежал на полу.

Вспышка явно сбила прицел, но пуля всё же задела цель, угодив старику в бедро. Кровь хлестала фонтаном.

— А-а… ты, маленький ублюдок… — Ригодо корчился на полу от боли, глядя на сына с невыносимой смесью страдания и презрения.

— Ты сам напросился… — Энтони, глядя на катающегося по полу отца, снова взвел курок.

Однако он никак не мог заставить себя сделать последний выстрел. И тут он вспомнил про «гостинец», который ему дали в банде.

Это было несколько маленьких синих таблеток. Старший в банде, вручая их, похлопал его по плечу и многозначительно произнес:

— Дело непростое. Если почувствуешь, что кишка тонка – закинься этим. Мы зовем их «таблетки храбрости», чертовски дорогие.

— Кстати, пей по одной. Сразу горстью… такой кайф даже наши парни еще не пробовали.

Энтони, не колеблясь, высыпал все таблетки в рот. Мир перед глазами мгновенно пустился в пляс.

Ему виделись роскошные голые девицы, склонившиеся перед ним гангстеры, реки выпивки, которой нет конца.

Перед ним выросли горы синей «храбрости». В руке у него почему-то оказались щипцы для мороженого, и он сам не понимал, зачем они ему.

Он подцепил одну таблетку и, когда уже собирался отправить её в рот, вдруг услышал голос Ригодо.

— Папаня? — Пробормотал Энтони, с трудом ворочая языком. — Как я рад тебя видеть… Ты такой трус, на вот, прими немного храбрости…

Бах!

Энтони «протянул» таблетку Ригодо, а следом взял еще одну для себя.

Он только не понимал, почему старик так шумно «принимает лекарство».

— Хорошо же, батя, хорошо… Тебе давно пора было набраться смелости…

Бах!

К вечеру эта трагикомедия подошла к финалу.

NYPD наконец-то признала правоту жильцов в деле об убийстве, совершенном «зубочистками» – камеры зафиксировали бесчинства Меченого на улицах.

Меченый был профессиональным преступником. Его много раз вытаскивали из тюрем, но это означало и то, что его много раз ловили – теперь у полиции появились зацепки по множеству «глухарей».

И всё это благодаря системе наблюдения Рира. От Меченого под колесами самосвала осталось такое месиво, что без записей камер опознать его было бы невозможно.

Уличное нападение в итоге квалифицировали как акт организованной преступности. Имя Кингпина, возможно, еще не всплыло, но люди поняли: за этим кто-то стоит.

Ирония судьбы: наводящий ужас убийца, обнаглевший до того, что среди бела дня преследовал законопослушных граждан, закончил свои дни под колесами грузовика «Объединенной строительной компании» из-за проезда на красный свет.

Единственными, кому пришлось отвечать перед законом, стали водитель самосвала-лихача и сама «Объединенная строительная компания».

— …В ту же ночь NYPD обнаружила еще несколько тел в других районах – это уже настоящие бандиты.

— Угонщики, воры электроэнергии… все с солидным списком судимостей. Похоже на внутренние разборки в бандах. Есть идеи? — Мэтт с облегчением дочитал сводку.

Сам он тоже был «украшен» бинтами, но в целом отделался легко.

Не то что Рир: тот был обвешан датчиками жизнеобеспечения и дышал через кислородную маску.

— Ну… я полагаю, кто-то приказал им перерезать провода камер, — ответил Рир на немой вопрос Мэтта. — Они сделали это, но обнаружили, что толку ноль.

Рир заранее проложил скрытые резервные линии питания. Технари из банд оказались недоучками и не учли такую возможность.

— Что ж, должен признать, как компания по консультированию в сфере безопасности, «Блюм» уже сделала себе имя. Думаю, скоро ты отсюда съедешь.

— Кхм-кхм!

С соседней койки донесся сухой кашель старика Ригодо.

Он чудом выжил – пули попали в бедро и задели лицо, но жильцы, подоспевшие вовремя, успели оказать помощь.

А вот Энтони погиб. Прямо там, в квартире. Судмедэкспертиза постановила: самоубийство в состоянии сильнейшего наркотического опьянения.

Звучит невероятно, но для человека, впервые принявшего такую дозу синтетики, это вполне реально. Под кайфом люди умудряются даже сами себя душить, что уж говорить о парне с пушкой в руках.

— Не волнуйтесь, — улыбнулся Рир. — Мистер Ригодо, я не съеду. Как минимум пока не выплачу всё, что моя мать задолжала вам.

— А что с Джоном? Как он?

Скай, сидевшая рядом, тут же отозвалась:

— Ну… дела у него не ахти, но помощь пришла вовремя. Легкие и горло пострадали, останутся последствия, но он будет жить.

— Правда, голос у него теперь, скорее всего, будет хриплым.

«Своевременной помощью» была не больничная карета, а соседи-домовладельцы.

Благодаря репутации, которую Рир буквально выбил для района, Джона спас проезжавший мимо таксист – Скай до сих пор помнила лицо этого парня, который клялся довезти раненого до госпиталя в мгновение ока.

Врачи подтвердили: опоздай они на полминуты, и даже если бы Джон выжил, кислородное голодание мозга оставило бы необратимые последствия.

— Но боюсь, сейчас ему не очень весело. За ним присматривает Энтони, а тот теперь каждый день распевает песни и учит маленького Джона подпевать.

— Да уж, в такой компании не забалуешь.

В палате раздался дружный смех.

Шериф Джордж Стейси, наблюдавший за этой сценой, тоже едва заметно улыбнулся.

Было в этом парне, Рире, что-то такое, что заставляло жизнь вокруг него бить ключом.

Он надел фуражку и произнес:

— Раз герой Клинтона пришел в себя, я пойду. От лица всей NYPD выражаю благодарность тебе… точнее, всем вам.

— И последнее, мистер Ригодо. Мы подняли ваше старое дело. Тот человек действительно был связан с бандой «Хеллс Китчен Сошиал Клаб», на которую мы сейчас завели дело.

— Мы всё еще не можем доказать прямую связь смерти вашей жены с тем типом, но ваш приговор действительно был неоправданно суровым. NYPD инициирует процедуру выплаты компенсации.

Ригодо лишь хмыкнул, изображая полное безразличие к полиции – будь то рядовой коп или целый шериф.

Однако повлажневшие глаза выдавали его истинные чувства.

— Что ж, я ухожу. Это дело подкинуло нам работы на добрых пару месяцев.

— До свидания, шериф Стейси. И спасибо за всё, что вы делаете для Адской Кухни.

— Благодарите себя, — ответил Джордж.

Он бросил на Рира долгий взгляд. Его собственные убеждения начали меняться под влиянием этого юноши.

Когда шериф ушел, Рир негромко спросил:

— Так что же случилось тогда, мистер Ригодо?

Старик закрыл глаза и едва заметно покачал головой:

— Дела давно минувших дней. Когда-то я был вспыльчивым малым, лез в перестрелки с бандами ради других.

— А потом, пока меня не было дома, кто-то ворвался и убил… её.

— Жильцы побоялись свидетельствовать, начали съезжать один за другим. Мне пришлось вершить правосудие самому – из-за этого я и сел. А Энтони…

Продолжать не требовалось – все и так понимали, что было дальше.

Ригодо договорил и повернулся на бок:

— Я спать хочу. Не шумите тут.

В палате мгновенно стихло. Но это была уютная тишина, а не гнетущее молчание.

«Единственное условие для триумфа зла – это когда хорошие люди сидят сложа руки».

Рир лежал, глядя в потолок, и чувствовал, что результат стоил всех усилий. Если бы он не вмешался, сейчас всё было бы иначе.

Слепая полиция бросила бы Адскую Кухню на произвол судьбы, жильцы одинаково ненавидели бы и копов, и бандитов, не смея сопротивляться под гнетом закона и насилия.

Кингпин рос бы день ото дня, используя этот район как первую ступеньку своего восхождения, а Адская Кухня навсегда осталась бы на самом дне его преступной империи.

Больше всего Рир радовался тому, что мистер Ригодо остался жив.

Когда-то отец взял револьвер, чтобы отомстить за жену; теперь сын взял тот же ствол, чтобы убить отца ради интересов банды.

Возможно, в этом и был символичный перелом: погиб мелкий бандит, а выжил тот, кто, несмотря на все удары судьбы, продолжал помогать другим.

Даже удача была на их стороне – и хотя Рир привык держать всё под контролем, он признавал: капелька везения никогда не помешает.

Вскоре Мэтт и Скай ушли на работу, мистер Ригодо мирно засопел.

Рядом с Риром осталась только Майя. Она до этого молчала, понимая, что её слова могут разрушить наступившую идиллию.

— Мам, я знаю, о чем ты хочешь сказать. Но разве ты не видишь, что оно того стоило?

Майя с нежностью улыбнулась и погладила сына по волосам:

— Рир, поэтому я и молчу. Ты совсем взрослый стал.

Рир снял маску, сел в кровати и, глядя на морщинки на лице матери, произнес:

— Мам, поверь мне. Скоро мы будем жить в доме, похожем на небесный сад – и места хватит всем.

— Увольняйся из Чайна-тауна. Я найду тебе новую работу.

Майя шутливо щелкнула сына по носу:

— Небесный сад, говоришь?

— В детстве я о таком мечтала. Пока не приехала в Америку – думала, тут у каждого второго такие хоромы.

— Ладно, будь по-твоему. Завтра же уволюсь.

— Мечтай дальше, мам. Однажды это станет правдой, — Рир пожал плечами. — Мам, сходишь проведать Джона?

— Конечно. А ты отдыхай.

Как только Майя вышла, Рир откинул одеяло и сорвал с себя все датчики.

Он спровадил мать не просто так: система мониторинга прислала уведомление.

Посланник Кингпина прибыл.

Рир специально перебрался в пустую палату, чтобы дождаться гостя.

От Кингпина пришел человек в дорогом костюме – типичный клон с Уолл-стрит. Для Рира такие были на одно лицо.

Было ясно, что это лишь посредник, формально никак не связанный с «Объединенной строительной компанией».

Мужчина сразу перешел к делу:

— Мой босс предлагает вам сотрудничество. Нам незачем враждовать.

— Идет, — кивнул Рир. — Южнее 34-й западной, севернее 57-й и всё, что восточнее восьмой авеню – он уже подмял под себя, это меня не касается.

— Но землю в этом периметре я готов выкупить. Десять процентов сверху от себестоимости, чтобы он мог покрыть расходы.

— Это невозможно. Вы не понимаете ситуации. В этот раз вам просто повезло.

— Нет, это вы не понимаете, — покачал головой Рир. — На этой земле он больше не сможет построить ни кирпича.

Посредник с сожалением вздохнул:

— Видимо, договориться не получится. Но я уверен, скоро вы измените свое мнение.

С этими словами человек в костюме развернулся, чтобы уйти.

Рир посмотрел ему в спину и негромко произнес:

— Это он скоро изменит мнение. А ты… ты скоро переживешь единственную перемену в своей никчемной жизни.

Тот даже не обернулся. Он дошел до машины и кивнул водителю, чтобы тот заводил мотор.

Тем временем у офиса «Объединенной строительной компании» толпились репортеры – этот инцидент стал неоспоримым доказательством того, что фирма плевать хотела на безопасность рабочих.

К тому же авария спровоцировала жесткую реакцию со стороны NYPD.

Кингпин кипел от ярости, но лицо его оставалось каменным. Он вышел через черный ход и сел в свой роскошный лимузин.

— Он так и сказал? Смело.

Голос Кингпина, выслушавшего отчет по телефону, был ледяным. Раз щенок верит, что удача всегда будет на его стороне…

Лимузин въехал в Адскую Кухню. Кингпин не собирался делить территорию с выскочкой.

Ему нужно лишь снова надавить на местные банды, спровоцировать хаос, и результат не заставит себя ждать.

Но…

Стоило машине выехать на перекресток, как на лимузин из бокового проезда вылетел груженый самосвал!

Бип-бип-бип!

Скри-и-и!

Резкий визг тормозов и оглушительный гудок, казалось, сейчас разорвут барабанные перепонки. На асфальте потянулись жирные черные полосы!

Многотонная махина никак не хотела останавливаться!

Бах!

В этот раз самосвал не раздавил машину в лепешку, но со всей силы впечатался в переднюю часть лимузина.

От этого удара роскошное авто развернуло волчком!

— Черт! Как ты водишь! — Кингпин поднял голову и увидел своего водителя, зажатого в искореженном кресле. Запах машинного масла, смешанный с запахом крови, вызвал тошноту.

Светофор, который только что горел зеленым, внезапно переключился на красный!

Кингпин взглянул на машину, которая его протаранила. Опять «Объединенная строительная компания»!

Ему было плевать на умирающего водителя. Он не отрываясь смотрел на красный свет впереди…

Его предупредили! Точно так же, как он через Меченого предупреждал жильцов, его самого предупредили его же методом!

Никаких улик, никакой прямой связи, но абсолютно идентичный почерк и совершенно непостижимый способ исполнения. И самое главное…

Тот, другой, точно знал, кто сидит в машине!

Посреди шумного перекрестка Кингпин вдруг заколебался.

Закурив сигару, он набрал номер своего помощника:

— Уэсли. Тот человек, который вел переговоры… убери его. Нам нужно скорректировать стратегию.

Да, он решил пойти на попятную – по крайней мере до тех пор, пока не разберется, что за чертовщина творится на территории Рира.

Учитывая огромные долги компании и кучу проблем после смерти Меченого, продолжать войну было слишком рискованно. Проще было сбросить уже захваченные участки.

А что до того переговорщика – никто не должен был знать, что Кингпин проявил слабость.

Официально это назовут «корректировкой коммерческой стратегии».

В больнице лунный свет падал сквозь окно на кровать Рира.

— Технологии – вот слабое место таких людей, — прошептал он.

Перед глазами уже всплыло новое уведомление.

[Система: Вспышка нестабильной энергии через 3… 2…]

[Приготовиться к переносу.]

http://tl.rulate.ru/book/159868/10237969