Готовый перевод King of Rus / Хозяин Земли Русской: Глава 23 Письмо и заговор

Глава 23: «Письмо и заговор»

Контратака чуди была отчаянной и решительной, вот только первыми их встретили не клинки, а прилетевшие с огромной кинетической силой болты самострелов.

В мгновение ока среди вспыхнувших кровавых брызг пятерых воинов пробило насквозь. Ударная мощь буквально пригвоздила их к стенам, вслед за чем по камню потекла густая кровь.

Те пятеро еще не испустили дух, но их участь была горше смерти: они могли лишь истошно выть, что ни капли не облегчало их мук.

Находившиеся в зале чудские люди невольно обернулись на крики. Это зрелище мигом развеяло их яростный пыл. Еще мгновение назад каждый из них был готов стоять против руси до конца, но теперь сердца наполнил ужас, а былое бесстрашие перед лицом смерти испарилось, будто его и не бывало.

— А-а! — Вскрикнул один из воинов.

Ошеломленный витязь чуди лишился руки под ударом Ростислава. Несчастный тщетно пытался зажать рану, но князь пинком опрокинул покойника и вторым взмахом меча отправил его на суд к его богам.

Видя страх в глазах врагов, Ростислав не мог не подивиться тому, насколько полезными оказались маленькие хитрости деда. Один залп баллисты по проломленным вратам – и воля этих людей к смерти была сломлена. Сила духа крепка при первом ударе, слабеет при втором и иссякает при третьем. Теперь им будет ох как непросто вновь собраться с духом для боя.

Дружинники Руси пронеслись мимо князя, набрасываясь на испуганную чудь. Те уже не смели противостоять витязям, что налетели на них подобно хищным волкам.

Под крики и звон стали неумолимо замахнулась коса смерти. Защитники падали один за другим, заливая пол кровью.

Перед мечами Руси чудь либо пускалась в бегство, либо оказывала жалкое сопротивление. Победа стала лишь вопросом времени – того времени, что требовалось воинам, чтобы вырезать последних врагов.

…

— Так это и есть Алар? — Ростислав озадаченно поскреб шлем, глядя на тело, которое притащили дружинники. Он не ожидал, что этот человек умрет так просто.

— Да, княже, это Алар, тот самый чудской вождь. В него попали сулицей, сердце пробило насквозь.

На шлеме Алара ярко блестел крупный рубин, сразу приковавший взгляд Ростислава. Доспех же был в отменном состоянии; если не считать дыры в груди, он выглядел почти как новый.

Ростислав почувствовал легкое недовольство. По его замыслу, следовало сперва взять этого вожака живым, а уж потом рубить голову – так можно было выведать что-нибудь о нападении на него и отца. Но кто же знал, что этот чудской воитель так быстро расстанется с жизнью.

Впрочем, досада была мимолетной. Главной задачей всегда оставалась голова Алара, а прочее было лишь приятным дополнением, о котором можно и не жалеть.

— Как бы то ни было, сперва отсеките ему голову и вынесите наружу. Гланва, сделай это.

Молчаливый воевода дружины поднял боевой топор и точным ударом обезглавил труп. Подняв трофей, он вынес его из крепости. Когда Гланва высоко поднял окровавленную голову, воздух содрогнулся от ликующего крика.

— Княже, думаю, вам стоит взглянуть на это.

Как раз когда новгородский князь собирался выйти к войску за своей долей славы, с лестницы спустился знаменосец Янь. Он только что водил людей зачищать верхние ярусы. Похоже, врагов там не оказалось: сверху не доносилось шума схватки, да и на одежде Яня не было ни капли крови.

— Я нашел это в покоях Алара. Читать я не обучен, но грамота лежала на самом видном месте, прямо посреди стола, будто специально для нас. Вот я и принес.

В руках Яня действительно был свернутый пергамент. При виде его у Ростислава что-то екнуло. Предчувствуя неладное, он быстро подошел к знаменосцу и забрал свиток.

Развязав шелковую нить, он развернул пергамент. На нем красовались строки на языке Руси – то, что он вполне мог прочесть. Слов в письме было немного, но каждое било в цель:

«Друг мой, я рад, что Владимир мертв. Остаток платы передам тебе в скором времени, мне лишь нужно чуть больше срока. В Киеве обстановка натянутая, и выделить припасы непросто. К тому же Ярослав решил идти на север; похоже, он намерен воспользоваться случаем и хорошенько прибраться там. Вы наверняка станете его целью. Когда он выступит, я пришлю весть. Надеюсь, ты не упустишь свой шанс. И напоследок: да хранит Святой Симеон твою душу».

— Значит, так оно и есть… — негромко произнес Ростислав, дочитав до конца. На сердце стало легче, словно упал камень: теперь существование заговора было подтверждено. До этого он не раз сомневался в себе, полагая, что чрезмерная мнительность заставляет его повсюду видеть тени.

Однако, хоть он и ждал этого доказательства, его накрыло чувство разочарования. О большей части написанного он и так догадывался, а новых сведений почти не прибавилось.

Главная ценность этой бумаги заключалась в самом факте заговора. В остальном же она была почти бесполезна, ведь все эти сведения он уже вычислил сам или мог проанализировать. Тот, кто писал это письмо, был крайне осторожен: кроме тех фактов, что и так должны были вскрыться, он не выдал ни единой лишней детали.

Новгородский князь свернул пергамент. Он решил показать его деду. Хотя тот, верно, и сам обо всем догадался, улику следовало передать – как прямое свидетельство измены.

— Янь, об этом ни слова.

— Все понимаю, княже.

Янь прекрасно усвоил жизненную науку своего отца: он не задавал лишних вопросов, а просто исполнял приказ. То, чего знать не положено, знать не стоит.

— Ну а теперь, — Ростислав взглянул на разбитые врата, откуда доносился несмолкаемый гул торжества, — я пойду и приму заслуженную славу.

…

Снаружи цитадели, среди ликующей толпы, голову Алара уже насадили на копьё, отчего крики стали еще громче.

Почти каждый на этой войне хоть немного да нажился и теперь мечтал о доме. Смерть Алара фактически означала конец похода, и люди радовались от всей души.

Когда Ростислав, совершивший этот подвиг, вышел к ним, воины принялись выкрикивать его имя. Народ любит героев, особенно таких молодых.

А в стороне, у одной сожженной избы, латник, разбиравший тела, поднялся и подошел к дозорному. Оба были одеты как зажиточные горожане: в поношенных гамбезонах, с копьями и щитами, а их заплечные мешки были набиты добычей.

— Кто бы мог подумать, что Алар вот так сгинет. И этот Ростислав… зря мы в свое время не принимали его в расчет.

— Ростислав – это чистая случайность, кто же знал, что малый окажется таким ушлым. А что до Алара, то не стоило нам на него столько ставить. На дикарей нельзя полагаться.

— Не нам об этом судить, прикуси язык. Нам пора поскорее возвращаться в Чернигов и доставить вести. Кстати, как думаешь, не выдал ли Алар хозяина?

— Чтобы выдать, нужно иметь что-то на руках. Даже если те письма и захватили, проку от них никакого. Хозяин никогда не писал этому дикарю ничего дельного. Ничего они не найдут.

— Тогда уверен, что с телом закончили? Этот тип был непрост, не зря верховодил шпионами у Алара, едва не сбежал.

— Все сделано. Пошли.

Переговариваясь, они направились прочь из крепости. Никто их не задерживал – в городище хватало людей в подобном облачении, и каждый принимал их за обычных солдат, возвращающихся в лагерь с награбленным.

Никто не знал, что эти двое только что совершили, да и дела до них никому не было. В конце концов, смерть и грабеж в этой твердыне были повсюду.

…

http://tl.rulate.ru/book/159510/9972680