Готовый перевод In Search of Love / В поисках любви: Глава 63

Глава 63

— Не было звонка колокольчиков? — Жань Фэйцзэ выглядел удивлённым. — Фан Пин не похож на человека, который стал бы лгать, да ещё и так бессмысленно.

— Я погрузила его в гипноз и вернула к моменту, когда он обнаружил тело хозяина виллы, — спокойно объяснила Су Сяопэй. — Он собирался доложить о чём-то и пошёл в кабинет. У входа стояли две клетки с птицами, и они очень оживлённо щебетали. Фан Пин немного поиграл с ними, сказал им пару слов.

— Затем он постучал в дверь, позвал хозяина виллы. Внутри было тихо.

— Он подумал, что это странно, и открыл дверь. Она не была заперта.

— Сразу же он увидел труп хозяина виллы.

Жань Фэйцзэ нахмурился.

— И всё?

— А потом пришёл герой Фу, начал кричать на меня, и я сразу же вывела Фан Пина из гипноза.

Она вздохнула. Несмотря на то, что всё прошло гладко, напряжение не отпускало её. Этот лагерь — совсем не место для подобных техник. Если бы её заметили...

Но шанс был слишком редким, чтобы его упустить.

Жань Фэйцзэ задумчиво постучал пальцами по колену.

— Он играл с птицами, постучал в дверь, никто не ответил, и только тогда он её открыл.

— Значит, он не услышал звон колокольчиков перед тем, как войти.

— Выходит, кто-то заставил его сказать, что он их слышал?

Су Сяопэй пожала плечами:

— Не знаю. Я не успела задать ему больше вопросов.

Жань Фэйцзэ посмотрел в сторону леса, где скрылись Фан Пин и Фу Янь. Раньше они открыто наблюдали за ними, но теперь ушли подальше.

Он вспомнил, как именно реагировал Фан Пин.

Видимо, он и вправду верил, что просто учил Су Сяопэй медитации.

Жань Фэйцзэ нахмурился:

— Он так и не понял, что ты его раскручивала?

— Думаю, нет. Я действовала осторожно.

Он бросил на неё короткий взгляд.

Су Сяопэй приподняла брови:

— У меня есть свои методы.

— Тогда он и не осознаёт, что вспомнил отсутствие колокольчиков?

— Если он начнёт сомневаться в своих воспоминаниях и решит обдумать всё заново, он может это осознать.

Жань Фэйцзэ пристально посмотрел на неё и вдруг спросил:

— Девушка, тебе холодно?

— А?..

— Сегодня ты всё время кутаешься и сидишь сгорбившись.

— Ох…

— "Ох" — это что значит?

Су Сяопэй потянула его за руку и усадила рядом с собой.

— Я не могу всё время задирать голову, разговаривая с тобой. У меня шея устанет.

Жань Фэйцзэ послушно сел и тут же коснулся её лба.

— Я в порядке, — быстро ответила она.

Но при этом не выпрямилась.

Летняя одежда тонкая, а у Жань Фэйцзэ тем более всё было слишком лёгкое.

Сквозь ткань его одежды проступали чёткие очертания мускулов.

Су Сяопэй почувствовала, что её собственная одежда (а точнее, оставшиеся её элементы) тоже не так уж и надёжны.

Хорошо хоть, что она свободного кроя.

Жань Фэйцзэ неожиданно спросил:

— Ты как считаешь?

Су Сяопэй внезапно смутилась.

— Ч-чего?

Она резко отвернулась.

Только сейчас осознала, что она всё это время уставилась на его грудь.

— Я ничего не смотрела!

Жань Фэйцзэ слегка прищурился.

— А?..

Что она сейчас мямлит? И почему выглядит так, будто её поймали на месте преступления?

— Ох…

— "Ох" — опять?

Су Сяопэй залилась румянцем.

— Ты про героя Фана спрашиваешь?

— А ты про что ещё могла подумать?

Су Сяопэй кашлянула, прочистив горло, и спокойно сказала:

— Я попробовала. Герой Фан — человек, который легко поддаётся внушению. Возможно, он не лгал. Он искренне верит, что говорит правду.

— Внушение? Значит, кто-то изменил его воспоминания? Это что за способность такая?

— Это не какая-то великая техника. На самом деле, каждый человек способен на подобное. Главное — правильно подобрать момент, и всё сработает естественным образом.

— Каждый? — Жань Фэйцзэ прищурился, явно не веря. Он усмехнулся:

— Если кто-то попробует убедить меня в том, что я никогда не встречал девушку, не знал её и не знаю до сих пор — у него ничего не выйдет.

Су Сяопэй неожиданно замерла.

Эти слова задели её.

Но она тут же усмехнулась, скрывая свою реакцию:

— Герой выбрал не самый удачный пример. Но ты точно сталкивался с этим в повседневной жизни.

Она намеренно изменила тему:

— Представь: ты выходишь из комнаты, закрываешь дверь и уходишь. Потом кто-то спрашивает: «Ты точно закрыл дверь?»

— И вдруг ты начинаешь сомневаться.

— Ты возвращаешься, чтобы проверить.

Жань Фэйцзэ серьёзно кивнул:

— Я живу столько лет, но ни разу никто не спрашивал у меня, закрыл ли я дверь.

— …Это просто пример!

Но когда она посмотрела ему в глаза, в которых явно светилось озорство, всё стало ясно.

Он издевается.

Жань Фэйцзэ рассмеялся.

Он специально сказал так, чтобы позлить её.

Увидев, как она недовольно хмурится, он рассмеялся ещё громче.

Су Сяопэй закатила глаза и продолжила:

— Я могу помочь герою Фану разобраться в его воспоминаниях. Но только если он мне доверится и поверит в мой метод.

Это и было самой сложной частью.

Жань Фэйцзэ посмотрел в сторону леса.

Фу Янь и Фан Пин уже вернулись и несли в руках хворост.

Они бросили взгляд в их сторону.

Выражение их лиц Су Сяопэй не понравилось.

Она тихо вздохнула и сказала:

— Герой, насколько же ты всех раздражаешь?..

Она прекрасно понимала, что раз они настороженно относятся к Жань Фэйцзэ, то и к ней — тоже.

Жань Фэйцзэ без тени смущения ответил:

— Моя способность раздражать людей так же сильна, как моя способность очаровывать их.

Су Сяопэй не смогла сдержать смех.

Вот таким он и бесит.

Так и хочется погладить его по голове и сказать: «Не дури!»

Но, заметив, что Фан Пин снова посмотрел на них, она быстро посерьёзнела.

Она задумалась.

— Девушка, а ты не можешь использовать тот же метод, что и тогда? — предложил Жань Фэйцзэ.

— Как в суде, когда помогла той женщине вспомнить, куда она положила украшение?

— Пусть герой Фан разберётся, что именно он видел, и тогда он сам поймёт, что звонка колокольчиков не было.

— А затем, выяснив, кто заставил его поверить в обратное, можно будет начать новое расследование.

Но Су Сяопэй покачала головой:

— В суде та женщина полностью доверяла мне.

— Она надеялась, что правосудие поможет ей.

— Поэтому метод сработал.

— К тому же, тогда мы просто искали потерянную вещь.

— Как только она нашлась, сомнений больше не оставалось.

Она сделала паузу, а затем серьёзно добавила:

— А герой Фан… если он мне не доверяет, он никогда не примет результат.

— Он скорее поверит в собственную память, чем в мои слова.

— Герой Фу уже назвал меня «демонессой».

— Если я сделаю что-то не так, они могут решить, что я использовала колдовство для обмана героя Фана.

— Это будет катастрофа.

— Не только не решит проблему, но и любой найденный впоследствии факт будет поставлен под сомнение.

Жань Фэйцзэ замолчал.

Она была права.

— Единственный способ — сделать так, чтобы герой Фан сам поверил в это.

Жань Фэйцзэ закинул ногу на ногу, облокотился локтями о колени, подпер подбородок рукой и внимательно окинул Су Сяопэй взглядом с головы до ног.

— Какая жалость.

Су Сяопэй посмотрела на него. Затем посмотрела на себя.

Она и так в одном лагере с ним, а это и без того делает уровень доверия к ней катастрофически низким.

А если добавить к этому грязную, потрёпанную одежду, да ещё и то, что под ней не осталось нижнего белья…

Ну да.

Образ человека, которому можно довериться, у неё так себе.

Она тяжело вздохнула:

— Как же хочется нормально помыться…

— Как только выйдем из этих гор и доберёмся до жилья, — без промедления отозвался Жань Фэйцзэ, — я согрею тебе две бочки воды.

— У меня есть несколько ароматных мыльных паст.

Су Сяопэй вмиг оживилась:

— Какие запахи?

И вот, абсолютно забыв о расследовании, они увлеклись обсуждением видов мыла.

Тем временем Чэнь Сяошань и его группа ещё не вернулись.

Но судя по месту последнего дымового сигнала, они уже были рядом с группой Лю Яньсян.

Кроме того, все были живы и невредимы.

Эта новость немного успокоила лагерь, и Жань Фэйцзэ с Цао Хэдуном немного расслабились.

На ночь развели ещё несколько костров, чтобы защититься от возможных нападений.

А после мясного ужина все стали ленивыми и расслабленными, атмосфера была на удивление мирной.

Су Сяопэй осторожно спросила, когда Чэнь Сяошань и остальные вернутся.

По расчётам, самое позднее — завтра к вечеру.

Она встревожилась.

Времени у неё оставалось совсем мало.

Когда вернутся остальные, провернуть какую-либо хитрость будет гораздо сложнее.

А когда они выйдут из гор, Фан Пин исчезнет из её поля зрения.

Она огляделась, а затем начала разговор с Цзи Цзявэнем.

Жань Фэйцзэ тут же бросил в её сторону несколько многозначительных взглядов, явно неодобрительных.

Она в ответ тоже бросила на него взгляд, полный немого сопротивления.

Разговаривать с ним было бесполезно.

Как только он открывал рот, все начинали смотреть на них, и не просто смотреть, а сверлить их ледяными взглядами.

А вот Цзи Цзявэнь — совсем другое дело.

Он слушал внимательно, реагировал живо, был по-настоящему любопытен.

Не то что Жань Фэйцзэ, которого ничем не удивить.

Она рассказала пару историй о расследованиях и постепенно вывела Цзи Цзявэня на разговор о боевых преданиях.

Другие не смогли удержаться и вмешались, потому что Цзи Цзявэнь слишком мало знал, и они стали дополнять его рассказы.

Жань Фэйцзэ тоже попытался вступить в разговор, но…

Су Сяопэй ловко сменила тему, перекрыв ему возможность говорить.

Всё ради общего блага.

Когда герой открывает рот, это либо приводит к неловкому молчанию, либо разжигает новый конфликт.

Безопаснее, когда он молчит.

Жань Фэйцзэ потёр нос, сделав обиженное выражение лица.

Су Сяопэй, притворно успокаивая его, улыбнулась и подмигнула.

А затем вернулась в общую беседу.

Жань Фэйцзэ вздохнул.

Ну и ладно.

Он вытянул ноги, подпер подбородок рукой и без всякого стеснения стал откровенно разглядывать её.

Наконец, Су Сяопэй дождалась нужного момента.

Она рассказала, что её отец когда-то научил её одной игре:

Кто-то берёт камешек, прячет в одной из рук, а она угадывает, в какой именно.

Цзи Цзявэнь тут же заинтересовался:

— Как ты угадываешь?

Су Сяопэй улыбнулась:

— Давай попробуем, и ты сам поймёшь.

Другие тоже прониклись любопытством.

Цзи Цзявэнь воодушевлённо схватил маленький камешек.

Су Сяопэй сказала:

— Прячь потихоньку, чтобы никто не видел.

— Можно в любую руку — левую или правую.

— А мы все попробуем угадать.

Все?

Цзи Цзявэнь поднял брови, окинул всех скептическим взглядом.

Ему не верилось, что все смогут догадаться.

Он развернулся, отошёл подальше и начал перекладывать камешек из руки в руку, пытаясь запутать следы.

Затем сжал кулак, осмотрел его — ни единой подсказки!

Ну теперь-то они точно не угадают!

Он радостно вернулся, заложив руки за спину.

Тем временем Су Сяопэй шёпотом сказала что-то остальным.

Все кивнули.

Когда Цзи Цзявэнь подошёл, все улыбались.

— Ну что, спрятал?

— Спрятал!

— В какой руке?

— Не скажу!

Все рассмеялись.

Су Сяопэй, с улыбкой:

— Герой Цзи, вытяни обе руки вперёд.

Он послушно вытянул.

— Прямо перед собой, не сгибая.

— И следи, чтобы камешек не было видно.

Цзи Цзявэнь напрягся, но сделал всё точно, как она сказала.

— Кажется, я уже вижу, где он. — Су Сяопэй небрежно заметила.

— Не верю!

Цзи Цзявэнь сжимал кулак крепко, руки держал идеально ровно.

— Левая рука.

Все вокруг рассмеялись.

Цзи Цзявэнь внезапно погрустнел:

— Как ты догадалась?!

Фан Пин, который всё это время наблюдал, спокойно объяснил:

— Как только Су-гунчжу сказала: «Следи, чтобы мы не увидели камешек», ты невольно глянул на левую руку.

— А когда она добавила: «Кажется, я уже вижу», ты опять посмотрел на левую руку.

Цзи Цзявэнь поразился:

— Я так делал?!

Все единогласно кивнули.

Но он был упрям.

Чем больше думал, тем сильнее хотел реванша:

— Я попробую ещё раз!

— Но в этот раз я закрою глаза!

Ну, раз он не будет видеть, то точно не посмотрит на нужную руку!

— Отлично! — Су Сяопэй добродушно улыбнулась.

Остальные тоже заинтересовались.

Ведь Су Сяопэй утверждала, что человек не может не выдать себя взглядом.

В прошлый раз это действительно сработало.

Но теперь Цзи Цзявэнь закроет глаза.

Как тогда она сможет угадать?

Цзи Цзявэнь стремительно отбежал в лес, методично меняя руки.

Жань Фэйцзэ, не выдержав, спросил:

— Теперь-то на что смотреть?

— На его руки.

Как только Су Сяопэй ответила,

Цзи Цзявэнь вновь выскочил из леса — воодушевлённый, с азартом в глазах.

— Мне теперь тоже вытянуть руки вперёд?

— Да.

Цзи Цзявэнь осторожно закрыл глаза, затем вытянул руки, плотно сжав кулаки. Сначала они касались друг друга, затем он слегка развёл их в стороны.

Когда все увидели, насколько он осторожен, не сдержались и засмеялись.

Услышав смех, Цзи Цзявэнь напрягся.

Он тут же напомнил себе: не двигаться! Не открывать глаза! Не выдавать себя!

Прошло несколько секунд.

Тишина.

Никто не двигался. Никто не говорил ни слова.

Цзи Цзявэнь не выдержал:

— Ну, как? Уже догадались?

— Герой Цзи, сосредоточься.

— Что?

— Сконцентрируйся. Ты чувствуешь камень в руке?

— Конечно!

Очевидно, она снова пытается его сбить.

Но в этот раз он готов! Он точно ни на что не посмотрит!

— Камень большой?

— Нет, маленький.

Он выбрал самый маленький, чтобы легко спрятать его в кулаке.

— Тяжёлый?

— Нет, лёгкий.

— А что, если он вдруг станет тяжёлым?

— Представь, что он становится всё тяжелее и тяжелее.

— Представь, что теперь ты держишь не камешек, а целую корзину с камнями.

— Она тяжёлая, твоя рука устает, и камни тянут её вниз.

— Чем дальше, тем сильнее.

— Ты уже не можешь удержать вес, рука вот-вот опустится...

Цзи Цзявэнь невольно представил это.

Конечно, он знал, каково это — держать тяжёлый груз.

Но какая в этом логика?

Как это поможет угадать, в какой руке камень?

Пока он обдумывал, раздались голоса:

— Снова левая рука.

Это был Цао Хэдун.

Ло Хуа рассмеялся:

— Опять левая? Как так?

— А?..

Цзи Цзявэнь резко открыл глаза.

Он посмотрел вниз и замер.

Его левая рука действительно опустилась чуть ниже, чем правая.

Разница небольшая, но заметная.

Как будто она и впрямь была чем-то оттянута вниз.

Но он ведь не двигал рукой!

Цзи Цзявэнь с изумлением уставился на неё.

Су Сяопэй улыбнулась:

— Так бывает у большинства людей.

— Когда ты концентрируешься на какой-то мысли,

— глубинные ощущения, которые спрятаны в подсознании, начинают управлять твоими движениями.

— Например, когда ты счастлив, но пытаешься сохранить серьёзное лицо, ты всё равно невольно улыбаешься.

— Когда тебе грустно, но ты стараешься выглядеть весёлым, твои черты всё равно выдают печаль.

— А когда человек лжёт, даже если он старается скрыть это, его всё равно можно раскусить.

Она объяснила всё настолько просто, что каждый смог понять.

Жань Фэйцзэ бесшумно оглядел лагерь, внимательно отслеживая реакции людей.

Но Су Сяопэй не обращала ни на кого внимания, она выглядела так, будто полностью увлечена игрой.

Цзи Цзявэнь нахмурился:

— Девушка Су, в ваших словах есть смысл.

— Разумеется! — Су Сяопэй гордо вскинула голову.

— Меня этому научил отец.

— Он мастерски понимал людей.

— Раскрыл немало преступников и помог оправдать невиновных.

Цзи Цзявэнь кивнул.

— Я был уверен, что моя рука не двигалась.

— Я даже мысленно повторял себе: "Не двигайся! Не подавай признаков!"

Су Сяопэй захохотала, явно вдохновившись.

— Давай сыграем ещё в одну забавную игру!

— Давай! — Цзи Цзявэнь уже полностью увлёкся её фокусами.

Су Сяопэй подняла камень и нарисовала на земле крест.

На вертикальной линии она написала "ДА", на горизонтальной — "НЕТ".

Затем, над самим крестом, нарисовала круг.

Все вокруг заинтересовались, подошли ближе.

— Готово! — Су Сяопэй бросила камень в сторону и повернулась к Жань Фэйцзэ.

— Дай мне нитку с иглой.

Этот человек слишком дотошный, всегда носит с собой швейный набор.

Благодаря этому Су Сяопэй каждый раз могла носить подшитые им носки и переделанную одежду.

Жань Фэйцзэ бесшумно достал нитку, продел её в иголку и передал ей.

Су Сяопэй завязала узел, чтобы игла свободно висела на нити.

Затем подала нитку Цзи Цзявэню.

— Держи.

— Не двигай ни рукой, ни предплечьем.

— Подвесь иглу над центром рисунка и не двигай её.

Цзи Цзявэнь послушно сделал всё, как сказано.

— Теперь задай себе вопрос, на который можно ответить "да" или "нет".

— Не двигай рукой.

— Просто держи её в одном положении и думай о своём вопросе.

— Пусть ответ придёт сам.

Цзи Цзявэнь рассмеялся:

— Легкотня!

Ведь он практикует боевые искусства! Удерживать руку неподвижно — для него раз плюнуть!

— Можно спрашивать что угодно?

— Да.

Он задумался и сказал:

— Ладно, мой вопрос: "Я родом из деревни Хулушань?"

Все затаили дыхание и уставились на нить и иглу.

Иголка не двигалась.

Нить не двигалась.

Прошло несколько секунд.

Цзи Цзявэнь начал нервничать и повторил вопрос громче:

— Моё родное село — деревня Хулушань?!

На этот раз игла дрогнула.

Сначала совсем слегка.

Затем начала раскачиваться вперёд-назад.

С каждым разом сильнее и сильнее.

И чётко по вертикальной линии с надписью "ДА".

Цзи Цзявэнь выпучил глаза.

— А?! А-А?! Оно само двигается!

— Моя рука не двигалась!

— Честно, я не шевелил ею! Оно само!

— Это ты двигал рукой, просто не осознавал этого.

— Так же, как и раньше, когда твоя рука опустилась, а ты не заметил.

— Ты знал ответ, и твоя рука подсознательно его показала.

— Некоторые воспоминания, которые мы не можем вспомнить сознательно, на самом деле хранятся глубоко внутри.

— Этот метод помогает вытащить их наружу.

Су Сяопэй улыбнулась:

— Каждый человек способен на это.

— Но у всех скорость реакции разная, поэтому игла начинает двигаться у кого-то быстрее, а у кого-то медленнее.

Цзи Цзявэнь в изумлении посмотрел на крест и круг.

— Это так же таинственно, как техники "Цимэнь Дуньцзя"!

Су Сяопэй кивнула:

— Мой отец использовал этот метод, чтобы вычислить, когда люди лгут.

— Лжец может говорить одно, но в глубине души он знает правду.

— И его тело, подчиняясь внутренним импульсам, выдаёт её через движение иглы.

— Сердце человека всегда честно.

Цзи Цзявэнь серьёзно кивнул, полностью поверив.

Су Сяопэй продолжила:

— Некоторые люди из-за невежества называют такие методы колдовством или чёрной магией.

— На самом деле, это не так.

— Но бывают и те, кто обманывает других, утверждая, что у них божественная сила, способность предсказывать судьбу.

— Однако всё просто: ответы всегда знает сам человек, держащий иглу.

— Просто он может даже не осознавать этого или уже давно забыть.

— Но его тело помнит. И именно оно ведёт иглу к ответу.

— Так что, герой Цзи, ты прав — это действительно похоже на "Цимэнь Дуньцзя".

— Говорят, некоторые даже находили с помощью этого метода потерянные вещи.

Жань Фэйцзэ, стоя рядом, усмехнулся.

Она искусно подвела разговор так, что теперь никто не рискнёт обвинить её в колдовстве.

Сначала она показала всем, как рука может двигаться помимо воли, а затем логично объяснила движение иглы.

Бесподобно.

Как и следовало ожидать, Цзи Цзявэнь и ещё несколько человек тут же согласились:

— Су-гунчжу говорит дело.

Но тут вмешался Цао Хэдун:

— А если метод ошибается? Он всегда даёт правильный ответ?

Жань Фэйцзэ немедленно встрял, чтобы подлить масла в огонь:

— Давайте проверим!

Он широко ухмыльнулся и громко заявил:

— У жениха Цзи есть невеста? Великая Игла, ответь нам!

— Нет!

Цзи Цзявэнь покраснел.

Но всё равно послушно удерживал иглу, а вскоре она начала двигаться.

Горизонтально, по линии "НЕТ".

Тут же посыпались вопросы:

— А круг в центре для чего?

— Он показывает твои сомнения и неуверенность.

— Я... хочу ещё попробовать! — решительно заявил Цзи Цзявэнь.

Он сконцентрировался, уставился на иглу.

Через некоторое время игла начала двигаться вперёд-назад, чётко указывая на "ДА".

Жань Фэйцзэ прищурился:

— Ну-ка, что ты спросил?

Цзи Цзявэнь плотно сжал губы:

— Не скажу.

— Ого, какая тайна.

Жань Фэйцзэ насмешливо улыбнулся.

— Но хоть скажи, ответ был верный?

Цзи Цзявэнь кивнул и вежливо поклонился Су Сяопэй:

— Благодарю за наставления, девушка Су.

Су Сяопэй улыбнулась и замахала руками:

— Ой, да ладно, не стоит, не стоит.

Ло Хуа тут же протянул руку, схватил нитку с иглой и сказал:

— Я тоже хочу попробовать!

Все снова обратили взгляды на нарисованный крест.

Жань Фэйцзэ, улыбаясь, казалось, беспечно наблюдал за происходящим.

Но время от времени бросал взгляды на Фан Пина и Фу Яня.

Они оба смотрели очень внимательно.

Фан Пин выглядел сосредоточенным и даже немного напряжённым.

Фу Янь же быстро вскинул голову и метнул короткий взгляд на Су Сяопэй.

Жань Фэйцзэ опустил ресницы, сделав вид, что ничего не заметил.

Но чуть позже почувствовал, как взгляд Фу Яня скользнул и по нему.

Затем Фу Янь отвёл глаза.

Ночь в лагере

В этот вечер все были возбуждены, задавали игле множество вопросов.

Так они развлекались до поздней ночи, пока наконец не разошлись спать.

Су Сяопэй, как всегда, устроилась на ножнах от меча.

Земля была сырой и холодной, и Жань Фэйцзэ не позволял ей ложиться прямо на неё.

Другие спали спина к спине, кто-то постелил под себя циновки, кто-то укрылся тканью.

Так они могли защитить друг друга, если ночью нападут звери или случится что-то ещё.

У Жань Фэйцзэ тоже была циновка, но он улёгся прямо возле ножен, опираясь на них спиной.

— Сидя быстрее реагировать.

— Так легче вскочить на ноги и атаковать.

Так он объяснил Су Сяопэй.

Она не спорила, но знала, что спать сидя — это мучение.

Хотя, если вспомнить её ужасную привычку ворочаться, он, пожалуй, спасал её от падения на землю.

Она быстро уснула.

Жань Фэйцзэ, прислушиваясь к её дыханию, обернулся.

Он подпер голову рукой и молча смотрел на неё.

Бедная девчонка...

Любит чистоту, а приходится ходить вот так…

Его взгляд смягчился.

Но тут он уловил движение в стороне.

Фан Пин тихо поднялся.

Жань Фэйцзэ не двигался, лишь приоткрыл глаза, изображая сон.

Фан Пин оглядел лагерь, убедился, что никто не следит, и бесшумно ушёл в лес.

Жань Фэйцзэ медленно потянулся и чуть сдвинул руку, задевая Су Сяопэй.

Она поморщилась, пробормотала что-то невнятное и сама покатилась к нему.

Прислонилась к его плечу.

Жань Фэйцзэ скривил губы в улыбке.

Когда она спит, становится такой глупенькой.

Он не удержался от смеха.

Но тут Су Сяопэй неудобно заёрзала, снова перевернулась — и чуть не скатилась с ножен!

Жань Фэйцзэ быстро придвинулся, чтобы её подпереть.

Но, перемещая её, он случайно задел грудь.

Он на мгновение застыл, глаза расширились.

Он молча посмотрел вниз.

А затем...

Мгновенно залился краской.

Вот оно что...

Теперь понятно, почему она всё время ёрзает и кутается в одежду...

Жань Фэйцзэ резко оглядел лагерь, где спали грубые воины.

В голове пронеслось десять тысяч проклятий.

Он быстро начал пересчитывать, сколько у него осталось одежды.

Так…

Одна пара носок...

Две вещи уже на ней...

На мне осталась всего одна…

Жань Фэйцзэ снова скрипнул зубами.

Чёрт. Почему я не взял с собой больше одежды?

В этот момент чуть поодаль снова послышался шорох. Жэнь Фэйцзэ осторожно взглянул в ту сторону — это был Фу Янь. Он тоже поднялся и направился в сторону, куда ушёл Фан Пин.

Фу Янь заметил, что Фан Пин встал. Он подумал, что тот просто отошёл по нужде, но, подождав довольно долго и так и не увидев его возвращения, решил пойти проверить.

Зайдя в лес, он увидел, что Фан Пин присел на корточки, держа в руках иглу с ниткой. Игла висела, слегка покачиваясь из стороны в сторону.

— Дядя Фан, — позвал Фу Янь.

Фан Пин повернулся к нему, на его лице было выражение глубокой серьёзности.

— Дядя Фан, что случилось? — осторожно спросил Фу Янь.

— Ничего. Просто вспомнил, как госпожа Су рассказывала про метод с "божественной иглой", вот и решил попробовать, — ответил Фан Пин.

— Хм. — Фу Янь подошёл ближе и увидел на земле нарисованный крест. — Дядя Фан, что вы спрашивали?

Фан Пин не ответил. С тех пор, как днём он научил Су Сяопэй медитации, у него всё время было странное ощущение, будто что-то не так. Он словно вспомнил, что в тот момент, когда стучал в дверь, не слышал звонка... хотя ведь слышал его.

Только что он задавал игле этот вопрос снова и снова, но получал один и тот же ответ — "нет". Когда он спрашивал другие вещи, ответы всегда были правильными. Почему же только этот один вопрос даёт неверный ответ?

— Дядя Фан, что именно вы спрашивали? — Фу Янь заметил, что его выражение лица какое-то странное, и осторожно переспросил.

— Ничего важного, пустяки, — наконец сказал Фан Пин. — Идём, отдыхать пора.

С этими словами он первым направился обратно в лагерь.

Фу Янь посмотрел на крест на земле, затем перевёл взгляд на удаляющуюся спину Фан Пина. Он тихо стёр рисунок ногой, а затем последовал за ним.

Примечание автора:

Методы угадывания предмета в руке и маятника (иглы с ниткой), использованные в этой главе, взяты из книги «Чтение мыслей» шведского автора Хенрика Фексейуса.

Метод с маятником основан на том, что подсознание даёт ответ, а маятник усиливает едва заметные движения руки и неконтролируемую работу мышц. В 1852 году психолог Уильям Б. Карпентер выдвинул концепцию «идеомоторного движения», объясняющую это явление.

http://tl.rulate.ru/book/15839/5789979